– Ты как? – тихо спросила Лика.
– Потрясающе, – ответил я, понимая, что совсем не покривил душой.
– Ты запись вел?
– Вел.
– Я сама включила камеру. Потом надо будет подумать, что можно включить в репортаж, а что нет. Не думаю, что Висову понравиться, если мы расскажем, как у него открылись грузовые ворота.
– Потом отредактируем. Нам же не сразу фильм отдавать. Вначале будет редакция, монтаж.
– Я думала, что мы сразу кино сдаем, а оно идет в эфир.
Ее слова меня рассмешили. Даже Тимур не мог выкладывать контент в блог без предварительного согласования. А что говорить про журналистов! После того, как телевидение и интернет-издания были объединены, то мы подверглись единому плану освещения событий. Сейчас, если и была возможность рассказать правду, то для этого надо было написать книгу. Книги так жестко не редактировались, считаясь наполовину вымыслом, а наполовину ошибочным личным опытом. Поэтому весь отснятый материал шел вначале редактору и сценаристу. После этого его забирали на монтаж. Мы были лишь молчаливыми свидетелями происходящего. Да, у нас был примерный план фильма. Но этот план легко могли перекроить на монтаже.
– Все принимаем витаминные комплексы. Нужно восстановить силы. Завтра будем работать над ошибками, – сказал Сицин, заходя в каюту.
– Что с пострадавшим? – спросил я.
– У нас пострадало три человека. Который остался без кислорода, получил сильный ушиб головы и кислородное голодание. Еще у одной женщины случилась истерика и один клиент сломал руку. Вот мы завтра и начнем работать по этой теме, чтобы больше такого не повторялось, – сказал Сицин.
– А как сама тренировка? – спросил Ваня. – Есть какие-то прогнозы?
– У нас есть недочеты. И есть над чем работать. Но первый опыт – это всего лишь опыт. Я посмотрел на вас в экстремальных условиях. Теперь понятно, как вы будете действовать. Опять же, повторяю, завтра мы все решим и проработаем.
– Опять в грузовом отсеке?
– Да. Но в этот раз нас будет только две группы. Утром мы отрабатываем теорию в комнате отдыха. Потом идем в грузовой отсек. Если вас интересует: сможем ли мы выйти в космос? Да. Выйдем и спустимся на планету. Каждый из вас сможет это сделать.
– Ну и хорошо, что все в силе, – довольно сказал Ваня.
– Можно ли потом избавиться от эффекта, который оказывает на сознание космос? – спросил Тимур.
– Да. Такое ощущение, что он меня хочет поглотить! – добавила Юля. – Я сейчас хочу сбежать из корабля. Попросить выйти на следующей станции.
– Мы не будем останавливаться на станциях. Из-за того, что нам надо войти в график, мы будем лишь загружать необходимое для дальнейшего полета, но не более. От прогулок по станциям придется отказаться, – сказал Сицин.
– Пока наше отклонение от графика не настолько критично, – возразил Тимур.
– Нам пришли новые данные по планете, на которую планируется высадка. Оказывается, что сейчас она подходит близко к звезде. А значит там формируется атмосфера. Если мы не попадем в окно, то высадка будет невозможна из-за азотных метелей.
– Никто не предупреждал об этом, – сказал Тимур.
– Планета малоизученная. Про нее нам известно лишь, что она существует и на ней есть сооружение, построенное иноземной цивилизации. Никто не делал анализа орбиты, не рассчитывал время года и погодные условия. При этом мы вас предупреждали об этом. Хорошо, что мы узнали о погодных аномалиях до того момента, когда прилетели уже на планету, – сказал Сицин. – В этом и заключается наше путешествие. Если кому-то тяжело, то могу вам посоветовать выпить успокоительные и лечь спать.
– Все решается лишь успокоительным? – уже спросил я.
– Оно снизит напряжение, – ответил Сицин. – Скафандры сейчас убираем. После этого свободное время.
Он вышел в коридор. Я решил выйти за ним, чтобы спросить то, о чем не следовало знать другим. В коридоре никого не было. Все разошлись по каютам, переполненные впечатлениями.
– Мы не останавливаемся на станциях из-за кроликов? – спросил я.
– Да, – не стал лукавить Сицин.
– А как же будем докупать снаряжение?
– Докупим. Об этом не надо волноваться, – ответил Сицин. – Сегодня отдыха, а завтра будем работать. Все.
Я чувствовал, что у нас проблемы. Понимал их причины. И все это мне не нравилось. Но при этом я не чувствовал опасности. После того, как я увидел космос, проблемы на корабле меня уже мало волновали. Что-то изменилось. Были мысли, что если космос решит нас забрать, то это будет ему достойная плата за наше присутствие в его владениях.
Уже лежа на койке под успокоительными, я вспоминал слова психолога, который меня предупреждал о таком восприятии космоса. И с этим надо было бороться. Космос не должен был победить, а он мог это сделать, захватив сознание человека и заставить его делать дурные вещи. И в грузовом отсеке я был свидетелем такого безрассудства, когда один из клиентов решил выйти в космос и явно там остаться.
Тогда я думал, что ворота открылись случайно. Кто-то перепутал кнопки. Сейчас скажут, что такое могло быть. Да, могло. Но именно открытые двери и космос заставили нас не спорить по поводу отказа залетать на космические станции. А это было удачей для Висова.
Глава 5
При подготовки данной книги я взял интервью о тех событиях у Сицина. И он мне честно ответил по той ситуации с жекроликами и открытыми дверями. Привожу кусок этого интервью без редакции.
– Первый и главный вопрос: когда Висов узнал
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
