Овод
Алина Аркади
Думала ли я, что после внезапной смерти отца мне придётся столкнуться с трудностями, связанными с его деятельностью? Нет. Могла ли предположить, что самый близкий человек окажется предателем, используя меня? Нет. Водоворот событий и людей, преследующих собственные цели, засасывает, исключая шансы выбраться и создавая всё новые непредсказуемые повороты, к которым я не готова. И лишь случайное знакомство дарит надежду на желанное спасение. Но за свою помощь мужчина требует вознаграждение, и кто знает, достаточно ли ему того, что я могу предложить.
Алина Аркади
Овод
Глава 1
Майя
– … Сплавлю мелкую сучку Тафанову, и мы сможем приступить к обустройству нашей с тобой жизни. Да-да, дорогой, ты сразу ко мне переедешь, никак иначе. А зачем, милый? Огромный дом с садом, бассейном и теннисным кортом. Я привыкла к пространству и собственной территории, где меня никто не видит. Хоть голой ходи… – а затем Влада мелодично хохочет, накрывая неестественной радостью, сквозь которую пробивается фальшь. – Конечно, милый, нас никто не будет ограничивать. Сегодня важный вечер. До встречи. Мур!
Мачехе чуть за сорок: подтянутая, стильная, умеющая себя подать. Именно так она себя и подала отцу девять лет назад, который увивался за ней, словно преданный пёс, выслуживаясь и пригибаясь. Как только Влада появилась в доме, я поняла, что наши тёплые отношения с отцом закончены и начинается новая глава семьи Потоцких: папа, Влада и Наташа. Без меня.
Сводная сестра умело перетягивала на себя одеяло, привлекая отца к совместным занятиям и поездкам, пока я училась в закрытом лицее, посещая дом раз в два месяца. И это время было по праву моим: папа отдавал всего себя единственной дочери, то есть мне, отодвинув в сторону Владу и Наташеньку, откровенно фыркающую по поводу и без. Слишком много места заняла эта змея в жизни отца. Всегда умело поддевала, напоминая, что папа старше на двадцать лет, и ему нужно очень стараться, чтобы такая привлекательная женщина, как Влада, и дальше оставалась рядом с ним.
Слышал бы он сейчас её слова… Я подозревала, что мачеха не верна папе, но доказательств не было, а он поверил бы лишь в том случае, если бы увидел собственными глазами. Но с момента похорон прошло три дня, и Влада, не стесняясь меня, обговаривает будущее с каким-то мужчиной, да ещё и планирует привести его в наш дом. Он должен достаться мне, потому что был выстроен до заключения брака, но сегодня мачеха притащила какого-то адвоката, который долго и нудно объяснял мне, что имущество отца достанется жене. Добавил, если бы покойный оставил завещание, всё было бы проще… И что-то такое отец совсем недавно говорил, но я почти не слушала, и последние три дня в моей памяти вспыхивают отдельные, бессвязные слова.
Неожиданная новость о смерти папы ошеломила и размазала. Единственный на этой земле родной человек покинул меня, оставив рядом с Владой, которая мгновенно заявила, что намерена избавиться от меня. Вот только я не сразу поняла как, предположив, что меня вышвырнут из дома, но змея придумала нечто иное, заявив, что мне предстоит выйти замуж. Встреча с женихом состоится сегодня.
Уловив удаляющиеся по лестнице шаги, выуживаю телефон из-под подушки и набираю сообщение.
Я: Знакомство сегодня. Она ничего не говорит о сроках. Я не хочу замуж!
Тимур: Не волнуйся, киса, я всё подготовил. Устроим побег на днях, пока змея будет готовиться к свадьбе.
Прижимаю телефон к груди, закрыв глаза и отдавшись в руки Тимура. Уверена, он готов на всё, только бы мы оказались вместе. И плевать, в каком направлении придётся бежать, главное с ним.
Я: Люблю тебя.
Тимур: И я тебя. Всё выгорит.
Заталкиваю телефон обратно, предварительно отключив звук и вибро. Влада забрала у меня новый, не предполагая, что в запасе имеется старый, который я нашла в маминой шкатулке, где хранила важные для себя вещи. Скорбящая Влада откровенно переигрывала, показывая публике убитую горем женщину, лишившуюся любимого мужчины, поэтому наш диалог с Тимуром на похоронах остался незамеченным. А потом ресторан и множество людей, высказывающих соболезнования. Я почти никого не знала, но люди, пришедшие проводить отца в последний путь, выглядели солидно.
Я до сих пор толком не знаю, чем занимался папа. Он всегда называл себя «банкиром», но сколько помню, никогда не ездил в офис, но имел серьёзную охрану и безграничные средства. Думаю, Влада в курсе особенностей деятельности мужа, но вряд ли мне суждено получить от неё информацию.
Звук открывающихся ворот заставляет прошмыгнуть на балкон и сесть на корточки. Сквозь кованые прутья вижу два внедорожника, вплывающих на территорию. Влада несётся на высоченных шпильках к гостю – крупному мужику со значительным брюхом, свисающим над ремнём. В надвигающихся сумерках могу рассмотреть лицо, кажущееся знакомым. Именно он произнёс на похоронах длинную речь в память об отце. Это и есть жених? Чёрт, он же старше отца. На вскидку ему лет шестьдесят, а то и больше. Великолепную партию мне подобрала Влада. Но есть надежда, что козёл быстро откинется, или я сама придушу его в тот момент, когда он протянет ко мне свои пухлые сардельки.
– … Герман Янович, она ждёт не дождётся, когда станет вашей, – щебечет мачеха, семеня рядом с мужиком. – Я уже обо всём договорилась: послезавтра едем в ЗАГС, а забрать Майю вы можете прямо сейчас.
Сейчас?! Тело сковывает ужасом, а конечности немеют. Не дышу, вслушиваясь в беседу парочки, застывшей под моим балконом.
– Стремление приветствуется, – отвечает равнодушно мужчина. – Её задача: молчать и выполнять приказы. Будет хорошей девочкой – дольше проживёт.
Дольше проживёт… Господи, что происходит? И зачем я ему? Когда Влада объявила о скорой свадьбе, я была уверена, что «жених» хочет заполучить молоденькую жену, поддавшись модным веяниям. Я неоднократно наблюдала, как в гости к отцу приезжали солидные знакомые, сопровождаемые девушками на тридцать-сорок лет моложе, но то, что озвучивает мужик, наталкивает на тягостные мысли.
– Потерпите полгода, – уговаривает собеседника Влада, – а потом делайте с ней всё, что пожелаете. Поверьте, в случае неблагоприятного исхода, никто о Майе не вспомнит. Кроме Васи, никого в её жизни нет.
Не было… Хочется поправить мачеху, вероятно, уже забывшую, что отец в её жизни существовал. В траур она не облачалась, поэтому сейчас на ней ярко-красное блестящее платье с разрезом до бедра.
– Напоминаю об условии, – добавляет мужчина. – Приданое должно уехать в комплекте с ней.
– Конечно – конечно, всё подготовлено. Охрана займётся загрузкой.
Меня или что-то ещё? В любом случае сегодня я покину свой дом.
Парочка приходит в движение, скрывшись в доме, а машины гостя медленно катятся по территории, свернув на парковку за особняком. Транспорт туда отправляют только в случае, если гости планируют задержаться, чтобы освободить проезд вновь прибывшим. Будет ещё кто-то?
Но и эта мысль гаснет, когда прокручиваю слова Влады, особенно ту часть, где через полгода я могу расстаться с жизнью. Никто не поможет и не вспомнит о той, что сейчас свернулась на балконе в позе эмбриона, не понимая, как выбраться. От жалости к себе отвлекает звук отъезжающих ворот. Чёрный тонированный Мерседес останавливается на месте, где несколькими минутами ранее были припаркованы внедорожники.
Переползаю к краю балкона, чтобы рассмотреть гостя. Неужели мачеха подготовила несколько вариантов для меня? Мне позволят выбрать? Полумрак, накрывший дом, разбавляет свет фонарей. Вижу мужчину, идущего уверенным ровным шагом к дверям. Блондин в кипенно-белой рубашке крутит головой осматриваясь. Он здесь впервые? Кажется, он чувствует мой взгляд и поднимает голову, уставившись на балкон, но я точно знаю, что меня не видно. Прилипаю к прутьям, когда открывается массивная входная дверь и слышится монотонная мужская речь. Не разобрать.
– Я к делам Василия отношения не имею. Что и кому он должен, меня не касается. Платить не буду! – раздражённо говорит Влада.
Он точно не гость. Приехал за деньгами. Вот только за что плата? Вновь говорит мужчина, а затем оба скрываются в доме.
Иду в комнату, чтобы приоткрыть дверь и столкнуться с охранником, который с момента похорон не отходит от меня.
– Вернись в комнату, – рявкает. – Тебя позовут, когда придёт время уезжать.
Возвращаюсь в помещение и наматываю круги по комнате, ища выход из ситуации. Меня заперли здесь в день смерти отца без права свободного передвижения и звонков. Влада отобрала телефон, не зная, что я найду другой. Мой самый первый аппарат, который когда-то подарил папа, я сохранила как память. Даже подумать не могла, что он когда-нибудь пригодится. Но это лучше, чем ничего. Из комнаты вынесли почти всю одежду и обувь, чтобы не сунулась на улицу, а также Влада изъяла компьютер и мои документы. Возможности сбежать нет, так как по периметру натыкана камеры и прогуливаются охранники, теперь исполняющие приказы мачехи.
Выхожу на балкон в поисках варианта спасения. Закусив губу, осматриваю территорию, утыкаясь взглядом в Мерс. А если… Шальная мысль пробивается настолько резко, что я начинаю задыхаться. Блондин покинет дом, как только прояснит важные вопросы. Его приезд Влада не планировала, а значит, именно с ним я могу сбежать. А что сделать? Кричать, просить о помощи, плакать? Ему, скорее всего, всё равно что какая-то девчонка оказалась в критической ситуации. Поэтому нужно оказаться с ним рядом так, чтобы он не знал.
Прыгать со второго этажа не самая лучшая идея. Как там в фильмах делают? Сдёргиваю простынь с кровати и скрепляю тугим узлом с пододеяльником, как мне кажется, крепко и надёжно. Привязываю к перилам балкона, отключаю телефон, засовываю в шорты и повторно осматриваюсь. Камера рядом с балконом направлена на въезд, и если спуститься с другой стороны, я останусь незамеченной. Но остаётся охрана. Парни проделывают один и тот же маршрут, который я отследила ещё позавчера, для развлечения засекая время. И вот сейчас один из амбалов Влады топчется у высокой пихты, чтобы через минуту двинуться дальше и завернуть за угол.
Перекидываю импровизированную верёвку и перемахиваю через перила, чтобы повиснуть на тряпке. Едва держу вес собственного тела, пытаясь не сорваться. В фильмах всё кажется так просто…
Перехватываю руки, опускаясь ниже, задеваю ладонью стену, оцарапав кожу, и шиплю от боли. Сама себе приказываю заткнуться и еду вниз, спрыгнув и приземлившись на колени. Ладошки горят от трения, и я зажимаю их между бёдер, задавив вскрик от боли. Не время жалеть себя. У меня один шанс на миллион, и я не имею права его упустить. Крадусь к машине перебежками, прижимаясь к пихтам и стараясь не попасть на камеру. Я точно знаю слепые зоны. Примостившись у одного из деревьев, бросаю взгляд на окно первого этажа, где располагается гостиная. Мой «жених» сидит за столом, улыбаясь Наташе и поглаживая её ладонь. Кажется, эти двое симпатичные друг другу. И почему бы Владе не подсунуть жирному хряку свою принцессу?
Сердце бешено колотится, а адреналин, растекаясь по телу, отдаётся под кожей покалываниями. Безумно страшно. Настолько, что ладони потеют, а глухая боль в пустом желудке неприятно клокочет. До Мерса остаётся два метра, и, сделав шаг, останавливаюсь. Если забраться в салон, блондин сразу заметит и вышвырнет меня, а мачеха жестоко накажет за попытку побега. Единственный вариант – багажник. Если повезёт, туда мужчина полезет не сразу. Преодолев оставшееся расстояние, поднимаю крышку багажника. Мысленно радуюсь, что гость не заблокировал машину, потому что о сигнализации я подумала уже после, и запрыгиваю, опустив крышку. Именно запрыгиваю, не посмотрев, что часть багажника занята двумя сумками, которые наполнены чем-то твёрдым и неприятно упирающимся мне в бедро.
Чуть сдвигаю содержимое, оценив вместительное пространство, мягкое покрытие и запах чистоты, словно час назад автомобиль побывал на мойке. Вполне удобно, если не считать причин, которые меня сюда привели. Главное сейчас, чтобы охранник не увидел свисающую с балкона «верёвку», а блондин не задержался надолго в доме.
Не успеваю оформить мысль, как водительская дверь открывается, а затем машина немного проседает под весом мужчины. От неожиданности едва не вскрикиваю, с силой зажимаю рот ладошкой и жду. Сдаёт назад, чтобы выполнить разворот и нажать на газ. Небольшой крен и автомобиль выравнивается, чтобы сразу набрать скорость.
Получилось! Сжимаюсь в комочек, подогнув ноги и закрыв глаза. Сбежала от мачехи и предложенной партии. Пусть катятся в ад или к чёртовой матери, главное, подальше от меня и моей жизни. Основное удалось – покинуть периметр дома. Моего дома. Или давно не моего? Он перестал быть моим, как только порог переступила Влада, тут же установив свои правила и поставив доченьку на пьедестал.
И пока машина неслышно ползёт по дороге, обдумываю дальнейшие действия. Я могу незаметно покинуть своё укрытие, когда блондин окажется на заправке, позвонить Тиму и укатить в счастливую жизнь с любимым. Проблема в том, чтобы водитель не заглянул в багажник раньше времени, найдя непредвиденный груз. Вряд ли он будет доволен, а что сделает, найдя меня, одному Богу известно.
В какой-то момент слышу мужской голос, но слова разобрать не могу. Он говорит спокойно и недолго, а затем музыка становится немного громче, заполняя и багажник. Машина едет мягко, успокаивая моё взбесившееся сердце и мысли, разрывающие голову. Теперь остаётся ждать, когда блондин свернёт на заправку, чтобы через несколько часов оказаться в объятиях Тима.
