Елена и Ольга Геос "Зачарованный странник"

Стоило только замотать головой, как просиявший Нейд тащит меня в глубину двора к темным воротам замка. Я не успеваю даже толком ни с кем попрощаться, только улыбаюсь недовольному Анри, на руке которого уже висит по уши влюбившаяся в него Сара.

Наверное, мы с Нейдом первые выпускники Грейсленда, сбежавшие с торжественной церемонии ради сомнительного кабака в порту соседнего городка и еще более сомнительной компании.

* * *

«Квин Энерджи» – богатейшая трансгалактическая корпорация, которой принадлежит почти половина всех мощнейших месторождений по добыче энергоресурсов во всей Вселенной. Название компании обыгрывает имя ее генерального директора и основателя – Квинта Лоуренса. Эти ребята появились всего десять лет назад, но успели захватить практически весь энергетический рынок. В их руках сосредоточены огромные богатства и власть. Они нашли несколько альтернативных источников энергии. И, конечно, эта корпорация у всех конкурентов как кость в горле. Но к ним не подкопаешься! Их броский слоган «Для нас не существует преград!» по факту оказался не просто девизом, а прямым руководством к действию. Их агрессивная политика захвата и уничтожения конкурентов неизменна. Общественность называет их «корпорация зла», большинство считает, что они игнорируют и нарушают законы природопользования, губят экологию, используют дешевую рабочую силу в странах отстающих цивилизаций, не имеют никаких моральных принципов и ради денег не гнушаются ничем, ведут грязную силовую политику, дают взятки и отмывают денежные средства. Однако последние годы они старательно работают над положительным имиджем. А если обратиться к фактам, то оказывается, что они лидеры по добыче нескольких видов горючих природных ископаемых, а также их продаже и переработке. Подробный финансовый анализ их деятельности, занявший, к слову сказать, порядочное количество времени, а также изучение историй всех судебных исков, поданных на «Квин Энерджи» (начиная от Министерств природных ресурсов и заканчивая единичными судебными разбирательствами с сотрудниками), не дал ничего. Ни-че-го! Все чисто. Ни одного нарушения. Каждое дело в суде закрыто в пользу корпорации и чуть ли не с взысканием с предъявителя за моральный ущерб! Это феноменально. Где они только берут столько юристов, как им удается заметать все следы? Кроме всего, «Квин Энерджи» успешно борется с мрачной тенью довлеющих над ней нераскрытых преступлений. Они занимаются благотворительностью, причем с исключительно межгалактическим размахом: они помогают бедным, спасают людей от природных катаклизмов, содержат несколько фондов для больных, бездомных, сирот, одаренных подростков. Они спасают редкие виды животных и растений, трудоустраивают людей в любой точке нашей галактики, организуют множество детских праздников и музыкальных фестивалей. Их реклама, их логотип повсюду, их влияние повсеместно, о них знает каждый ребенок и взрослый, кажется, о них знает даже каждый таракан.

Лично Ретт никак не относился к этой компании. Он знал, что всегда и у всех крупных агрессивных корпораций есть нарушения. Он не верил в чистый бизнес такого размаха, но пока это не касалось его работы и его личных интересов, предпочитал держать нейтралитет. Лицо Квинта Лоуренса, которое тут и там мелькало во всех новостных ресурсах совершенно разной направленности, не внушало Ретту никакого доверия. Это было лицо человека умного, властного и целеустремленного, но жестокого и идущего к своей цели любым путем. Даже когда он улыбался естественно, казалось, что он всегда держит все под контролем. Однако с некоторых пор «Квин Энерджи» стала для Ретта почти родной. Он прочитал о ней все, изучил историю, все филиалы, все дочерние предприятия, запомнил в лицо всех топ-менеджеров и как следует покопался в их финансовых схемах, пытаясь проследить действия, основанные на запрещенных приемах.

Ретт был в полнейшем замешательстве. Он прекрасно понимал, почему на эту компанию взъелось столько людей, он знал, что среди них есть очень влиятельные личности: бизнесмены и политики. Он догадывался, что компанию хотят накрыть как можно быстрее, пока она не достигла монополии в самом дорогостоящем и лакомом сегменте экономики – рынке межгалактических переместителей. Перемещение между мирами и частями Вселенной требует гигантских энергетических и финансовых затрат. Самыми же быстрыми из доступных транспортных средств на данный момент были межгалактические шаттлы – особый вид кораблей, капитаном которого Ретт сам и являлся. Но почему именно он должен был найти компромат на «Квин Энерджи», чтобы компанию засудили и лишили огромного количества средств для выхода на рынок телепортов? Это не укладывалось в голове. Годы обучения в Морской академии были потрачены на то, чтобы научиться превосходно управлять технически сложным видом транспорта, выполняя с его помощью различного рода дипломатические задания. В рамки дипломатической миссии входили переговоры высшего уровня, доставка секретных депеш и, возможно, грузов. Но поиск компромата на энергетические корпорации? Видимо, Ретт как-то не так понимал особенности международных отношений… Однако именно это было его секретным заданием, «миссией», как это называлось на внутреннем языке капитанов, которое он получил в ходе участия в Регате.

Исчерпав все возможные варианты дальнейших действий, Ретт понял, что ему нужна помощь профессионалов. И, как это ни странно, у него на примете был именно такой человек, к которому можно было обратиться за помощью всегда, если дело касалось поиска «плохой» ценной информации.

Ретт договорился о встрече в ресторане. Пришел как всегда заранее, за пятнадцать минут до назначенного времени. Ретт никогда не опаздывал, это было не только элементом воспитания, который с детства прививался родителями, это уже давно стало его профессиональной привычкой. Пунктуальность – обязанность настоящего капитана. Минуты ожидания тянулись медленно, голова была переполнена мыслями о задании, которые шли уже не на второй и даже не на третий круг обдумывания. Он невольно взглянул на часы еще раз – две минуты до назначенного времени, как вдруг из ниоткуда раздался голос:

– Привет, Реттик! – Шейла сияла своей обворожительной улыбкой, задергивая штору, скрывавшую их столик от посторонних глаз.

Ретт только поднялся в приветственном жесте, как Шейла уже умудрилась легко коснуться в поцелуе его щеки и шлепнуться в кресло напротив. Ее игривый взгляд встретился с его глазами.

– Я не опоздала? Судя по твоему виду, ты просто не мог меня дождаться! – она звонко расхохоталась. – Я тоже по тебе соскучилась, милый. Сколько же мы не виделись?

– Давненько, что правда, то правда. Но я думаю, ты понимаешь, что это не просто дружеская встреча, – хмуро добавил капитан.

– Ну разумеется! Мистер супер-пупер-капитан вспоминает старых друзей только по срочному делу, – Шейла с картинным упреком посмотрела на собеседника и снова улыбнулась. – Давай выкладывай, что там у тебя стряслось!

Последний раз они виделись несколько лет назад на вечеринке капитанов. С тех пор Шейла мало изменилась: она, как всегда, была в отличной спортивной форме, одета в подчеркнуто обтягивающие черные брюки, сапоги на высоком каблуке и ярко-белую рубашку. Ее кожа темнела золотом свежего загара, а из-под рубашки слегка проступали витиеватые узоры татуировки. Сейчас ее стрижка была совсем короткой, и волосы казались практически черными с глубоким изумрудным отливом. В их предыдущую встречу они почти касались плеч, и тогда необычный изумрудный оттенок сильнее бросался в глаза. Ретт серьезно посмотрел на нее и ответил:

– Мне нужна твоя помощь в очень опасном деле. Мне нужно прижать к стенке «Квин Энерджи».

– Что?! – светло-зеленые глаза широко распахнулись, но Шейла спохватилась и быстро перешла на шепот. – Тебе нужен компромат на Квинта Лоуренса? Ты шутишь!

Шейла откинулась в кресле, все еще в изумлении качая головой.

– Да, именно так, – тихо и решительно сказал Ретт. – Ты мне поможешь?

Женщина несколько секунд что-то обдумывала.

– Но зачем? – и тут же добавила. – Это то, о чем я думаю?

Ретт молча кивнул. Шейла тихонько присвистнула.

– Что ж, малыш, круто дело оборачивается. Ну да ладно, – она с той же радостной невозмутимостью, что и несколько секунд назад, когда только появилась в ресторане, подхватила. – Ты все правильно сделал. Нет таких проблем, которые бы Шейла не решила! Что ты смог найти?

Ретт обреченно покачал головой. Шейла нахмурилась. Наступила пауза. Какое-то время она сидела молча, что-то просматривая на экране планшета и периодически недовольно морщась, вдруг лицо ее просветлело.

– Есть у меня одна идея! – зеленоволосая ухмыльнулась и начала куда-то звонить, переключаясь с одного языка на другой. Редкие слова были Ретту более-менее знакомы, а вот когда она переходила на сленг общепринятых языков, понять ее становилось намного труднее.

Примерно через полчаса Шейла отложила планшет и с привычной широкой улыбкой отхлебнула чай из чашечки капитана:

– Короче, есть группа товарищей, которые спят и видят, как накрыть с поличным господина Лоуренса. Раньше им это не особенно удавалось. Но прошел слух, что они нашли то, что придется ему совсем не по вкусу. Предлагаю навестить этих парней прямо на их корабле, – Шейла сверилась с информацией в планшете, – надо же, какое-то идиотское название – «Хвост русалки» ? и узнать, правда это или только сплетни.

– А кто они?

– Пираты, – она заметила тень отвращения на лице Ретта и уточнила, – идейные пираты.

– То есть грабят богатых и раздают деньги бедным?

– Ну почти, охотятся за правдой, иногда нарушая законы, чтобы обличить тех, кто их тоже нарушает. Короче, анархисты, молодежь, дерзкие ребята с идеалистическими представлениями о жизни.

– Вот оно как! Теперь таких людей называют пиратами? – удивление Ретта росло с каждой репликой Шейлы.

– Теперь такие люди сами себя так называют, потому что это звучит круто. Ну и да, в этом есть какая-то правда – они путешествуют на корабле. По моим данным, сегодня вечером они будут в Сент’Оре, предлагаю домчаться туда как можно скорее.

– Едем!

* * *

Комната была небольшой и безликой: два метра вдоль одной стены и три вдоль другой, абсолютно белые оштукатуренные стены, точно такой же пол и потолок. Лампочка без абажура под потолком представляла собой единственный предмет обстановки, не считая пластикового ведра в дальнем углу. Ее непомерно яркий свет, не выключавшийся ни на минуту, резал глаза и медленно сводил с ума человека, скорчившегося на полу в позе эмбриона. Засаленные, разодранные лохмотья вместо одежды, синяки и следы запекшейся крови не оставляли сомнений, что он находился в этом белоснежном карцере не по своей воле. Мужчина пытался заснуть, скрывшись от яркого света за завесой грязных длинных волос странного зеленоватого оттенка, но это получалось плохо. От боли и усталости он уже не мог толком вспомнить, сколько времени находился в этом слепящем аду, цепляясь за последние крупицы мужества и врожденного упрямства.

В коридоре послышались приглушенные шаги, и через минуту белая металлическая дверь с противным скрежетом открылась. Мужчина, еще недавно дерзко вскидывавший голову и смело смотревший в глаза тюремщикам, теперь лишь болезненно поморщился не шевелясь – все равно поднимут, если уж пришли. Из привычного забытья его вырвал незнакомый спокойный мужской голос, явно не принадлежавший ни одному из его прошлых мучителей.

– Принесите стулья и сделайте этот чертов свет не таким ярким, тут же невозможно находиться!

Послышались быстрые шаги, а ненавистная лампочка действительно затухла, давая отдых усталым слезящимся глазам пленника. Тот почувствовал, как его приподнимают, обливая лицо холодной водой. Он жадно сглотнул, капли воды принесли желанное облегчение пересохшему горлу.

Пленнику помогли усесться на складной пластиковый стул. Картинка перед глазами все еще немного плыла, но сосредоточиться становилось немного легче. Перед ним на таком же легком стульчике сидел высокий молодой мужчина с довольно смуглой кожей и длинными белыми, как стены вокруг, прямыми волосами. У него были необычные ярко-фиолетовые холодные глаза, которые, кажется, прожигали насквозь черепную коробку, и совершенно не вяжущаяся с ними приветливая улыбка. Он был одет не так, как остальные люди вокруг, но пленник не знал, что может значить такая одежда, ведь на ней не было никакой вышивки или опознавательных знаков рода, к которым он привык. Что-то в его облике казалось пленнику знакомым и близким, однако измученный мозг никак не мог сопоставить реальность и воспоминания.

– Оставьте нас, – резко скомандовал мужчина, и двое охранников в черном почтительно удалились, прикрыв за собой дверь.

– Не боишься? – голос пленника звучал хрипло, разбитая губа кровоточила.

– Язвишь, это хорошо, – вошедший опять улыбнулся. – Но ты сейчас явно не в той форме, Торм, чтобы представлять угрозу. Хотя мне уже доложили о твоих подвигах. Увы, я слишком поздно узнал, что ты попал сюда.

– А то что? Сам бы пытал?

– Нет, зачем же, не люблю использовать физическую силу, – блондин презрительно вскинул бровь. – На самом деле я хочу помочь тебе выбраться из всей той дурно пахнущей субстанции, в которую ты так основательно вляпался.

– С чего бы тебе мне помогать? – слова давались пленнику с ощутимым трудом, он старался задержать уплывающее сознание, силясь понять, какую игру затеял вошедший.

– Посмотри на меня, посмотри на меня внимательнее, Торм, сын Леса, – властный голос блондина ударял по напряженным нервам, помимо воли заставляя вскинуть голову и впиться в него глазами.

Тут воспоминания молнией врезались в мозг пленника. Блондин в них был гораздо моложе, совершенно по-другому одет, а вальяжные движения уверенного в своей силе хищника сменили резкие жесты затравленного зверька. Он не знал его близко, однако не мог не узнать.

– Квинт! Все думали, что ты погиб!

– Как видишь…– оскалился собеседник.

– Но… я не слышал, чтобы кто-нибудь из лесных людей покидал наши границы, почему же ты не вернулся? – пленник, казалось, забыл о своей боли, настолько велико было его удивление.

– Долгая история, – всего на секунду красивое надменное лицо исказила болезненная гримаса. – Я ушел пятнадцать лет назад и не мог вернуться, однако ни на минуту не забывал, кто я и откуда родом! ? глаза блондина странно сверкнули. – Ты веришь, что я, как и все дети Леса, хочу защитить его?

– Да, – в голосе несчастного звучала неуверенность, но в одном он был твердо убежден: не родилось под сенью Мангровых лесов ни одно живое существо, способное принести зло своему дому. Как можно предать самое дорогое – Лес, давший тебе жизнь и силу?!

– Тогда скажи мне честно, что удалось узнать этим чужакам? Они могут быть опасны, поверь, я хорошо знаю чужаков, – собеседник подался вперед, впиваясь в него взглядом.

В этот момент пленник не думал о себе, лишь о тех, кто остался дома, о цветах, дающих им силу, защитить которые – долг каждого из детей Леса. Возможно, не будь за его плечами столько страданий и бессонных ночей, он бы принял другое решение, но ведь перед ним один из своих, тот, в ком есть кровь правителей, а значит, он обязан помочь и не принесет зла!

– Да, чужаки проникли за линию границы и добыли пыльцу мангров… Стражи не знают, как им это удалось. Но они знают, как к нам попасть! Я был послан, чтобы помешать им раскрыть наш секрет другим чужакам. И не смог… – его голова снова поникла.

Лицо блондина в миг стало похожим на застывшую маску, взгляд покрылся коркой серого льда. «Это все намного осложняет!» – подумал он, больше не глядя на несчастного пленника, вскочил со стула, резко толкнул дверь и вышел из камеры.

– Избавьтесь, он больше не нужен, – слова эхом разнеслись в полупустом сером коридоре.

ГЛАВА 2

Даже в сгущающихся над неприглядной окраиной порта сумерках громадного черного монстра, которого приятель почему-то называл джипом, а не вездеходом, Шейла заметила еще издали. И в который раз порадовалась, что имеет дело с исключительно пунктуальным мужчиной.

Загорелый короткостриженый брюнет с квадратной челюстью и цепкими серыми глазами ждал ее, привалившись к капоту своего чудовища в нарочито расслабленной позе. Выделяющаяся в темноте белая футболка подчеркивала накаченный торс и широкий разворот плеч, а многочисленные татуировки и шрамы украшали его руки. Шейла знала, что ему потребуется ровно полторы секунды на то, чтобы выхватить ненавязчиво выпирающий сбоку кожаной жилетки пистолет. Стоило мужчине заметить ее, как его лицо на удивление расплылось в открытой и доброжелательной улыбке.

– Привет, Нед, спасибо, что так быстро приехал! – Шейла с удовольствием чмокнула высоченного громилу в уголок губ.

– Привет, красотка, ради тебя оторвался даже от обеда. Думал, ты опять вляпалась по уши, но раз пришла на своих двоих и даже без «хвоста», думаю, все не так плохо? – он иронично приподнял брови.

– Вроде бы да, но чутье говорит мне, что дело пахнет жареным, а ему я, сам знаешь, доверяю.

– Показывай, – уже без улыбки мотнул головой Нед.

Они подошли к обшарпанному серому кораблю, который полицейские уже успели обмотать кислотного цвета лентой с запрещающими знаками. Охраны, впрочем, не наблюдалось, что неудивительно. Все, что можно, местная шпана наверняка успела стащить с судна еще до прихода полиции.

– На первый взгляд, второсортное корыто мелких жуликов. Из-за чего весь кипиш?

Шейла парой предложений обрисовала утренние события и полный трупов пиратский корабль с единственной выжившей девчонкой. По тому, как резко помрачнел ее спутник, сразу стало понятно, что за советом она обратилась по адресу.

– Коллективный сердечный приступ у двадцати здоровых мужиков? Действительно странно, – Нед задумчиво потер небритый подбородок и махнул рукой в сторону корабля. – Пойдем поищем то, что пропустили те, кто побывал тут до нас.

Мужчина легко подпрыгнул, ухватившись руками за высокий борт корабля, подтянулся и спустя секунду был на палубе. Шейла, не дожидаясь особого приглашения, также бесшумно повторила его маневр. Следующие пару часов они потратили на пристальный осмотр каждого сантиметра корабля при свете карманного фонарика. Когда результатов визуального осмотра оказывалось недостаточно, Нед в буквальном смысле обнюхал и прощупал обшивку и палубу старой посудины, попутно проинспектировав остатки корабельного бара и вскрыв пару пустых тайников в полу и стенах, которые проглядела полиция. Иногда в руках Неда мелькал небольшой приборчик, которым он проводил над различными предметами, однако сигнальная лампочка всегда горела зеленым светом, от чего выражение лица мужчины становилось все более мрачным. Шейла тенью следовала за ним, также стараясь подмечать хоть сколько-нибудь необычные детали.

– Пойдем, думаю, мы увидели тут все, что могли, – Нед спрыгнул на набережную, Шейла приземлилась рядом.

– И что же мы увидели? – она даже не пыталась скрыть, что лично ей осмотр никакой ценной информации не принес.

– А ничего мы не увидели. Вообще ничего! – мужчина с раздражением сжал кулаки. – Никаких следов борьбы, огнестрельного или холодного оружия, теплового излучения или газа. Насколько могу судить, яда тоже не было. Но если копы его и обнаружат, к утру я буду об этом знать. Заключение судмедэкспертов тоже, думаю, достать не проблема… Только знаешь что?

– Ну? – они уже подошли к джипу и продолжили разговор, расположившись в тепле на комфортных кожаных сиденьях.

– Там не будет ничего интересного. Сердечный приступ, ничего более, концы в воду.

Шейла прищурилась:

– Ты уже сталкивался с чем-то подобным, – это прозвучало как утверждение, а не вопрос.

– И да и нет. Слухи ползут, хотя я им, если честно, не особо верил, потому что за черти-сколько лет, которые я занимаюсь торговлей оружием по всей галактике, никогда не сталкивался ни с чем подобным.

– С тем, что люди умирают по естественным причинам?

– С тем, что появилось некое совершенно бесшумное оружие, способное вызывать мгновенный паралич сердечной мышцы у достаточно большой группы людей без прямого телесного контакта, – голос мужчины прозвучал устало и грустно.

Шейла недоверчиво мотнула головой:

– Чушь! Если бы такое оружие действительно существовало, его бы скупали все подряд, а ты точно был бы в курсе.

– Нет. Его нет на черном рынке, и даже то, что тебе сейчас говорю, я узнал совершенно случайно. Была пара таких подозрительных случаев. Тем интереснее, откуда такая навороченная и сверхсекретная технология у обычных гхасских наемников!

– А на корабле были именно они?

– Сто пудов, у них очень специфическая обувь, ни с чем не спутаешь. На корабле побывало не меньше дюжины, но, возможно, не только они.

– Какой радиус действия может быть у этого оружия? – Шейле услышанное нравилось все меньше и меньше.

– Вроде небольшой. Все трупы лежали скученно.

– А защита есть?

– Черт его знает. Думаю, есть, но гхассцы и так всегда ходят в бронежилетах и шлемах по самые уши – не разберешь.

– Странно, – женщина медленно говорила, что-то параллельно обдумывая. – Совсем непонятно, тогда как могла здесь выжить девчонка в одном вечернем платье.

– Да, девчонка в этой истории ? самое подозрительное звено. Я бы посоветовал хорошенько ее допросить.

– Хорошенько не получится, – в голосе Шейлы слышалось явное разочарование. – Но я разузнаю, что смогу.

Нед кивнул.

– Я займусь этими товарищами, это и в моих интересах. Мне не нравится, когда на моей территории орудуют типы с такими игрушками. Если что найду, сообщу, – мужчина ухмыльнулся. – Ну, есть еще версия, что эти проходимцы умерли от разрыва сердца, воспылав внезапной любовью к девчонке!

Шейла на это лишь фыркнула.

* * *

Утро, как всегда, начинается с истеричного звона будильника под ухом. О нет, кажется, что моя голова только коснулась подушки и вообще сейчас развалиться на тысячу частей. Неужели пора на занятия? И почему так ужасно хочется пить? Стоп! Какие занятия?! Какой будильник?! Где я вообще нахожусь?

Я открываю глаза, готовясь к самому худшему: в сознании мгновенно проносятся картинки бара в Сент’Оре и грязного, разваливающегося на части корабля анархистов. Но, увидев место, в котором я оказалась, у меня отваливается челюсть. Надо мной нежно-лиловый перламутровый потолок, больше всего напоминающий створки гигантской раковины. Кажется, это и есть двухстворчатая раковина, превращенная в изумительно удобную кровать, на которой я, собственно, и лежу, утопая в воздушной перине. Я могу поклясться, что никогда в жизни не видела ничего подобного! Однако меня тут же отвлекает пронзительная трель телефона с похоронным маршем. Нейд! Судорожно ищу сумочку с телефоном и обнаруживаю ее аккуратно лежащей на изящной прикроватной тумбе, рядом с которой стоят мои туфли.

– Алло, Крис?!

– Не ори же ты так, – от дикого вопля приятеля в трубку голова начинает раскалываться еще сильнее.

– Слава всевышним, ты жива! Демоны, никогда не пугай меня так, слышишь?