От звука своего имени, слетевшего с чужих губ, Финнвард вздрогнул и отшатнулся. На мгновение ощутил себя загнанным в ловушку, хотя не смог сообразить, с чего такая реакция.
– Откуда знаешь, как меня зовут? Ты общался со Сверром?
– Не о тебе. Твой братец старательно пытался влезть в мой дом.
Блондин непонимающе уставился на пленника. Вокруг сосредоточенных глаз образовались морщинки. Финн старательно пытался сообразить, какую игру с ним ведёт этот незнакомец, но догадки разбивались об ощущение паники, неосознанно зарождавшейся в груди.
– Ты видел остальных моих братьев? Моргана или Эйрика? Эти имена тебе что-то говорят? – решил зайти с другой стороны Фицджеральд. Засунул руки в карманы брюк, дабы скрыть от собеседника нервозность.
– Последний раз я видел их лет так триста назад. Полагаю, они попали в неприятности? – пленник слегка наклонил голову набок, явно смакуя растерянность своего визитёра.
Финн сжал кулаки, раздражаясь от загадок, которыми говорил хлыщ напротив. Кем он мог быть, если видел парней триста лет…
– Оу, – медленно осознание накрыло блондина. Лицо вытянулось от удивления. – Ты вышел из Ада! Эта пещера – прямой выход оттуда?
Незнакомец улыбнулся чуть шире и кивнул.
– Коб`альт.
Теперь Финн тоже знал имя собеседника. Это вкупе с раскрытием тайны подействовало успокаивающе, хотя чувство тревоги продолжало бить на подкорке сознания.
– Так Мо и Эйрик не там?! – сделал логическое предположение Фицджеральд, стараясь переключиться со своих переживаний на более важную проблему. Если Кобальт не встретил парней в Аду, значит, они ещё живы! Эта мысль придала сил.
– Если тебе так важно это – да, ни одного из твоих братьев сейчас нет в Загробном мире, – иначе окрестил Ад собеседник, специально сделав акцент на названии. – Но это я и так уже сказал твоему Повелителю… или другу, – Кобальту явно хотелось больше узнать про взаимоотношения в тесном кругу обители, но Финн не пошёл на поводу, оставляя пленника без ответа.
– Так ты знаешь меня оттуда? Признаюсь, я не помню, чтобы пересекался с тобой… – чуть виновато отозвался Финнвард, переступая с ноги на ногу. И тут же стушевавшись добавил. – Хотя моей памяти того времени я особо не доверяю. Почти ничего не помню, лишь смутные ощущения и никакой конкретики.
Кобальт хмыкнул, продолжая изучать собеседника. Под взглядом морозно-голубых глаз Финну вновь стало не комфортно, и отступившее беспокойство забурлило в груди сильнее.
– Мы общались, но не встречались, – обтекаемо произнёс пленник. – И я рад наконец-то лично увидеться с тобой, мой друг. Мне приятно, что нынче ты трезво стоишь на ногах, а в груди у тебя бьётся огненное сердце.
Финн нахмурился пуще прежнего. Хотел было спросить, откуда Кобальт знает про фениксовую суть, но вовремя придержал язык за зубами. Вдруг тот лишь играет, выманивая ответы? Этот тип вызывал у блондина не самые приятные чувства, а потому не стоило говорить лишнее.
– Если ты выбрался из Ада, а мы тебя поймали и стали причиной пленения – прости. Уверен, Тёмный Феникс со всем разберётся и примет правильное решение на твой счёт.
– Ох, Финнвард, ты себе не изменяешь! Беспокоишься обо всех вокруг, – Кобальт усмехнулся, а затем вдруг неожиданно серьёзно добавил. – Я правда рад, что ты в порядке. Ты был достоин жизни.
Фицджеральд, собираясь уже уйти, замер. Поднял глаза на пленника, встретился взглядом. По коже вновь пробежал холодок, а в голове закружились туманные образы прошлого: такие далёкие, что их не собрать было в единый цельный кадр.
– Я буду ждать тебя здесь, Финн, если ты решишься задать вопросы, – Кобальт больше не выглядел смешливо-надменно. Он ещё раз осмотрел блондина и обратно шагнул в глубину камеры, скрываясь во мраке подземелья.
Финн сглотнул и, не отдавая себе отчёта, развернулся и стремглав поспешил прочь. Сердце в груди отбивало безумный ритм. Ни за что на свете полукровка не станет возвращаться к тем проклятым векам!
3.
– Я пытался разузнать у Кендрика, что ему удалось вытянуть из пленника, но наш дружище Мираробелли явно не в духе, – Конрад сцепил перед собой руки в замок и глубоко вздохнул. – Такое ощущение, что он призрака увидел, – в свете информации про связь Кобальта и Ад последняя фраза звучала забавно. Финн реплику друга оценил и мимолётно улыбнулся, старательно скрывая тревогу.
– Значит, Виннфледы ещё живы, – подытожила услышанное Карла и, уставившись на супруга непроницаемым взглядом, принялась раздражающе отстукивать замысловатый ритм по столешнице. – Сверр что-то готовит и хочет, чтобы они это видели. Или слышали, в зависимости от места, где он их держит, – после недолгих размышлений уверенно произнесла девушка. – Осталось понять, что замыслил демон. И каких союзников взял себе.
– Если этот Кобальт поднялся из Ада, можно предположить, что кто-то раньше сделал это и освободил Сверра, – тут же сидящая Айседора не стала тянуть с возникшим предположением. Пробежалась глазами по лицам Фицджеральдов. – Самое время навестить Абрахама в библиотеке и поднять несколько древних текстов.
– Разумная мысль, – задумчиво согласился Конрад, покосившись на главную ведьму ковена.
– Остаётся лишь риторический вопрос: какого чёрта из Ада все так легко стали выбираться, если Финну для подобного пришлось ждать Эдну и века? – раздражённо выдохнула Карла, специально даже не взглянув в сторону мужа.
Финн прикусил губу, ловя себя на абсурдно-парадоксальном желании нарушить своё же слово и вернуться в подземелье. Потому что и правда, какого чёрта?!
Глава 6 «Такая разная правда»
1.
– Вы нашли Виннфледов? – отрываясь от изучения исписанных мелким росчерком листов книги, задумчиво поинтересовался Абрахам.
– Не нашли и не найдём, если ты будешь задавать вопросы не по делу, – холодно припечатала Карла, бегло окидывая взглядом стеллажи. – Нам нужна книга об Аде.
– О его возникновении, кто там обитает, как выбраться, – добавил Конрад.
Вамбери скосил глаза на красноволосую профессоршу, поморщился, явно задетый её грубостью, а затем взглянул на брата Виннфледов.
– У вас своя ходячая энциклопедия, – отозвался демонолог, кивая на Финна.
– Вамбери, мы просили книгу, а не твои колкости, – тем же ледяным тоном отозвалась Фицджеральд и выжидающе замерла напротив мужчины.
– Ты со всеми такая грубая или только со мной? – недовольно пробурчал экс-охотник, а нынче библиотекарь обители. Карла его проигнорировала.
– Абрахам, пожалуйста, нам очень нужна книга по мироустройству. Возможно, благодаря ей мы найдём парней, – как можно миролюбивее произнёс Финн, перекрывая нетерпеливость супруги.
Вамбери покачал головой и вздохнул:
– Достаточно было сказать «пожалуйста». Я не меньше вашего хочу найти Виннфледов. Переживаю за Дели, – видимо, решив, что стоит объясниться, продолжил демонолог. – Вам повезло, на днях я пересобрал именно такую книгу.
– Мы можем её взять и изучить?
– Это значит, что я помню оттуда все отрывки. А сама книга отправилась на освидетельствование в архив и прибудет только через два дня. Это раритетное издание из библиотеки Маркуса, – вновь пояснил мужчина, замирая взглядом на Финне. Блондин догадался, что из всех присутствующих он кажется демонологу более располагающим к общению. А потому кивнул, демонстрируя готовность слушать.
– И кстати, вы были не в Аду, а в Загробном мире. Это разные места. Но я так понимаю, сейчас вас интересует именно Загробный? – Вамбери пару секунд рассматривал озадаченные лица присутствующих, а затем продолжил тоном лектора: – Он был создан примерно в одно время с другими мирами. Ящероподобное божество, Дракон, как иначе его называют, пожелал править отдельным от собратьев местом. В книге нет прямого текста, но по ряду оговорок я заключил, что Дракон разошёлся во взглядах с другими богами и пожелал уйти. Он прибег к помощи фениксов, которые создавали вселенные, и так заполучил отдельный уголок. Вот только в отместку другие боги запечатали вход, когда Дракон спустился осмотреть новый мир. Выбраться назад Ящер не смог, а боги пошли дальше и решили сильнее проучить гордеца: они стали ссылать в мир бывшего собрата погибших существ.
– Надеялись, что твари взбунтуются из-за невозможности подняться наружу и, сплотившись, отомстят Дракону? – заключила Карла, предположив логические измышления богов.
Демонолог кинул на девушку удивлённый взгляд и кивнул.
– Именно. Но Дракон усмирил души и в итоге выстроил «государство», которое прочие боги, а за ними и существа, прозвали Загробным миром.
– То есть Дракон не король Ада, о котором я читал в колдовских трактатах Эдны? – поинтересовался Финнвард, потирая затылок и взъерошивая длинные светлые волосы: – А покидать своё царство Дракон не научился?
– Это книга умалчивает. Там вообще говорилось, что пока были живы фениксы и боги, покуда царил во вселенных баланс, никто не покидал Загробный мир. Это вам не «пристанище» Тьмы и Света, где обитают души людей. Во мраке Тьмы, подпитываясь Светом, человеческий дух избавляется от бремени прошлого существования и возвращается на землю обновлённым. В Загробный же мир попадают только сверхъестественные существа, а у них нет шанса на перерождение. Их судьба – вечность переосмыслять прожитые годы и в одиночестве вариться в своих пороках и кошмарах, – поделился информацией Абрахам.
– Я всегда был уверен, что мать родом из Ада. Так гласили книги, которые изучал я в детстве.
– Ты не считался с верованиями викингов? – слегка озадаченно уточнил Абрахам, на что Финн непонимающе приподнял бровь и спросил:
– С чего ты взял? Я верил в богов, молился Одину, мечтал попасть в Вальхаллу на вечный пир. Но я слишком рано узнал, что помимо людей землю населяют такие твари, как Эдна. А в магических талмудах встречались упоминания об Аде и короле-вожде. Вот я и решил, поскольку мы наполовину демоны, отец с колдунами отправил нас на «историческую родину», – изобразив в воздухе кавычки, пояснил Финн.
– Всё чаще задаюсь вопросом, почему и кому понадобилось смешивать все эти знания…
– Ты о чём? – переспросил Финнвард, но Абрахам отмахнулся.
– Мысли вслух. Как я уже сказал, Ад и Загробный мир – разные территории. Действительно, есть царство демонов, как и Королевство альвов, морских существ и прочее. Каждый вид хотел свою отдельную площадку для жизни. Но так получилось, что большинство дошедших до сегодня книг писали, а скорее составляли и переделывали люди. А они довольно многое смешали и напутали. Нарочно или случайно – непонятно.
Оба профессора Фицджеральда снисходительно хмыкнули, но Абрахам то ли специально, то ли просто не обратил внимание, продолжив:
– Однажды я разберусь как устроен этот мир. Прочитаю настоящую историю, отделю правду ото лжи… – демонолог мечтательно улыбнулся, уйдя в свои мысли, и лишь вежливое покашливание Финна вернуло мужчину к реальности. – Простите, отвлёкся. Чтобы выяснить всё, мне читать здешние архивы до старости. Уверен, не со всеми имеющимися в обители книгами успел познакомиться даже Тёмный Феникс. А сколько талмудов попало сюда из подвалов Маркуса! И какие из них были написаны существами, а какие – людьми…
– Мы поняли, амбиции у тебя что надо, Вамбери, – произнесла Карла, холодностью речи опуская Абрахама с небес на землю. – Но нам нужна информация о Загробном мире.
– Да, простите, – ещё раз извинившись, демонолог уже осознанно посмотрел на Финна: – В общем, отец вас убил, иначе вы бы не попали в мир Дракона. И вы же стали первыми, кто оттуда выбрался, – на этих словах Абрахам осёкся, и Финн заметил вину во взгляде мужчины, когда тот исправился: – Точнее, Виннфледы.
Финнвард и бровью не повёл, давая понять, что это замечание ничуть его не задевает (по крайней мере, внешне). Тогда Абрахам продолжил:
– Всё произошло из-за нарушения баланса в момент гибели фениксов. Освободившаяся энергия огненных птиц пробила брешь во всех созданных ими мирах. Да, порталы, что вы видели, возникли не только в Загробном царстве. И это чуть не разрушило мироздание.
– Кендрик упоминал, – кивнула Карла, задумчиво постукивая себя по колену.
– Да… Так вот, благодаря тому, что Виннфледы сумели пройти сквозь фениксовский свет, они буквально обрели новую жизнь. Сделали то, что прежде было немыслимо для нелюдей – переродились. А ещё подпитали свои тела и обрели вечную жизнь, или скорее нескончаемое долголетие.
На несколько мгновений помещение погрузилось в почти осязаемо гнетущую тишину. Финн кусал губы, пытаясь осмыслить услышанное. Слишком разительно информация Вамбери отличалась от того, что парень прежде читал и думал, что знал. Кажется, даже Фицджеральдов и Айседору рассказ сбил с толку. Учёные молчали, глядя друг на друга исподлобья, а главная ведьма перебирала в руках чётки, висящие на запястье, и нервно сжимала челюсть. Финну вдруг стало интересно, как много из этого ведал Кендрик. И если знал, почему не поделился с друзьями?
– Но… Финн не проходил через портал, – наконец-то затянувшуюся паузу нарушил Конрад. Метнул взгляд на друга, а затем уставился на библиотекаря, ожидая ответа.
Финна вдруг прошиб ледяной озноб, и парень сглотнул, опасливо поднимая глаза на библиотекаря. Вопрос крутился на кончике языка, но озвучить его было боязно. Но когда уже Айседора собралась сделать это за него, Финн и тихо спросил:
– Что я тогда такое?
– Ты – феникс, пусть и созданный искусственным путём после связи со мной, – жёстко припечатала Карла, резко вскинувшись, словно не желая, чтобы вместо неё встрял в разговор демонолог. Развернулась к супругу и, встретившись с напряжённым взглядом мужа, мягче добавила: – Могу предположить, что Эдна вытащила тебя при помощи некоего Тёмного ритуала. Вряд ли это сделало тебя вечным и живым как Виннфледов, но ты определено не был призраком или мёртвым. А после нашего первого полового контакта, когда я – последняя самка огненных птиц выбрала тебя на роль своего мужчины, свет фениксов был получен. Теперь ты живее и замечательнее всех остальных.
Финн с трудом сдержал смущённую улыбку на столь прямолинейных словах любимой. Но и заметно расслабился, услышав приемлемое объяснение.
– Определённые вещи встали наконец на свои места, – произнёс меж тем Конрад и, видимо, чтобы уложить новую информацию в голове, стал неспешно прохаживаться по библиотеке, цепляясь глазами за разложенные книги и время от времени беря в руки то один фолиант, то другой.
Финн следил за перемещениями друга довольно бесцельно, желая успокоить бурный поток мыслей в собственной голове. Прежде парень мало задумывался над устройством мира. В детские и юношеские годы знания основывались на верованиях поселения, плюс дополнялись рассказами из книг матери, историями Ормарра и шепотками пленённых им, Финном, существ. Но это скорее походило на впопыхах изображённую неаккуратными, широкими мазками картину: слишком много всего и нет полноты и целостности. В Аду, точнее, Загробном мире, было не до этого. И в принципе время, проведённое там, Финн помнил плохо: нечёткие разрозненные образы, совсем не желающие полностью проявляться. И вот истина открылась, только переварить и осознать нужно было время. Пока что от избытка информации сдавливало виски и разрывало грудь потерянностью чувств.
– Возвращаясь к первоначальному вопросу: помимо Виннфледов никто прежде, как и после, исключая тебя, Финн, не покидал тот мир. По крайней мере, никаких подтверждений тому нет, – продолжение из уст Вамбери стало неожиданностью для бывшего полукровки, настолько сильно он ушёл в размышления. Не сразу, но Финн собрался и ответил:
– Значит, у нас второй инцидент. В подземелье обители сидит парень Кобальт, уверяющий, что выбрался из Ад… Загробного мира, поскольку почувствовал Сверра над входом.
– Какая прелюбопытнейшая новость! – обеспокоенно откликнулся Абрахам. – И кто этот Кобальт? Что за существо? А главное, как выбрался?
– Мы надеялись, ты нам расскажешь, – фыркнула Карла, – видимо, зря. Пора навестить Кендрика. Тот явно знает больше, чем говорит.
«Либо прийти с вопросами к Кобальту», про себя подумал Финн и невольно ощутил мороз на коже при воспоминании о пленнике.
– Я поведал вам всё, что успел прочитать о Загробном мире. Добавлю лишь любопытный факт: это место тесно соприкасается с бездной Тьмы, где обитают человеческие души, ожидающие своего перерождения.
– Астрид слышала голоса, которые сводили её с ума, – поспешил отвлечься от донимавших мыслей Финн. Поднял на Абрахама глаза. – Именно из-за них, того, как они влияли, я наложил заклятие и связал Мо с Астрид.
– Мисс Виннфлед – талантливый эмпат. И она определённо чувствовала всю полноту эмоций, царивших в душах существ и людей. Её двойственность как полукровки позволяла ощущать оба места враз. От такого легко сойти с ума, – невозмутимо поддержал высказывание Финнварда демонолог. – Мистер Фицджеральд, я не разрешал копаться в моих книгах, – тут Вамбери обратил внимание на Конрада и смерил того суровым взглядом.
– Обители. Это книги обители, а не твои, – с непоколебимым спокойствием исправил библиотекаря физик и повернул фолиант обложкой к демонологу. – «Фениксы и Боги: две стороны одной медали», – прочитал название. – Что-то подсказывает мне, что на эту книгу мы имеем полное право.
– И всё-таки я попрошу вернуть фолиант на место, – продолжил стоять на своём Вамбери. – Я не успел ещё внести его в список.
Учёный собрался было проигнорировать выпад демонолога, но сторону противника приняла Айседора.
– Конрад, сделай, как тебя просили, – холодно проговорила она, оборачиваясь к красноволосому. – Если захочешь ознакомиться с содержанием книги, сможешь взять её через несколько дней.
Фицджеральд недовольно поморщился и приготовился ответить ведьме, как Финнвард торопливо подорвался с насиженного места и заговорил, обращаясь к демонологу.
– Абрахам, хоть информация мало пригодилась в поисках парней, но она была интересной, а главное, познавательной. Спасибо, – Финн дружелюбно улыбнулся, протягивая Вамбери руку. – Надеюсь, ты не откажешь в помощи, если у нас возникнут ещё вопросы.
Абрахам ответил рукопожатием и кивком головы. Светловолосый Фицджеральд попрощался и взмахом руки указал остальным на выход.
Карла задерживаться не стала и первой выбралась в коридор. За ней ручейком потянулись близнец и Айседора, показательно игнорируя друг друга. Шествие замыкал Финн, который дождался, пока все выйдут, и по-человечески попрощался с демонологом, прежде чем оставить того наедине с талмудами.
– Пустая трата времени, – мгновенно заключил Конрад, стоило двери в библиотеку захлопнуться за спиной Финна.
– Вы узнали больше о строении этого мира, разве подобное можно считать бесполезной беседой? – отозвалась Айседора, глядя по очереди на всех, но Финн про себя отметил, что догадывается, для кого на самом деле предназначалась реплика. А потому незаметно улыбнулся и тут же произнёс:
– Соглашусь. Рассказ Абрахама открыл глаза на многие вещи. Я рад, что услышал его.
Конрад фыркнул, а Дора развернулась и засобиралась уходить.
– Остаётся единственный вариант – наведаться к Кендрику, – решил красноволосый, старательно говоря громче и провожая удаляющуюся колдунью косым взглядом.
– Предлагаю для начала изучить эту книгу. Мы выяснили, что Дракон – бог, а значит, сведения о его мире могут быть на здешних страницах. Возможно, мы наткнёмся на факты или же имена, способные помочь в поисках, – Финн дождался, пока Айседора скроится за поворотом, а затем с невозмутимым видом выудил из-под джемпера приглянувшийся Конраду фолиант и мимолётно усмехнулся, замечая, как приподнялись брови обоих близнецов Фицджеральд. – Добывая информацию для Эдны, приходилось совершенствовать различные навыки. Не горжусь, но умею. Держи, – и Финн передал книгу в руки друга. Тот мгновенно покрутил её и одобрительно кивнул.
– Не хвалю, но весьма кстати. Займусь чтением сейчас же.
– Тогда я загляну к нашему Тёмному приятелю и задам пару вопросов, – неспешно и задумчиво протянула Карла. – Возможно, обсужу историю Дракона и Загробного мира… – Конрад ушёл, так что девушка развернулась к супругу и теперь всецело подарила внимание ему.
Финн встретился глазами с Карлой и мгновенно считал взгляд профессорши. Нахмурился, спешно припоминая все факты последних часов и сопоставляя их с полученной информацией. Взволнованно сглотнул и тихо переспросил:
– Ты же не думаешь…
– Вот и узнаём, – кивнула Фицджеральд и довольно улыбнулась. – Мне нравится твоя сообразительность, Финн. – красноволосая коснулась руки супруга, демонстрируя благосклонность. На миг помедлила, а затем шагнула в распахнутые объятия блондина и уткнулась ему в шею.
– Я соскучился, – опережая Карлу, высказал их общие мысли Финнвард. И почувствовал, как улыбается девушка. – Прости, что последнее время меня так мало.
Карле не нужно было говорить очевидных вещей, чтобы Финн понимающе вздохнул, а затем осторожно приподнял за подбородок и наклонился за поцелуем.
2.
– И что сказал Кендрик? – насмешливо осведомился Конрад, не глядя на вошедшую в лабораторию сестру. – Поделился всеми своими планами и тайнами?
– А ты успел всю книжку прочитать, что сидишь и язвишь? – невозмутимо отозвалась Карла, проходя мимо брата и опускаясь на диван возле Финна. – Мы были правы, – обращаясь к мужу, сообщила красноволосая.
Финнвард изумился.
– Кендрик признался?
– Он попросил оставить ему проблему с пленником. Это, считай, прямое подтверждение.
– Полагаю, вы обсуждаете идентичность Кобальта и Дракона. – не вопросом прозвучала фраза Коди. Финн даже не удивился сообразительности друга. – Любопытный факт: когда боги делили между собой сферы влияния, Дракон ощутил в себе тяготения к драгоценным камням и металлам и напитал ими земли, созданные фениксами. Под «напитал» я понимаю, что именно с подачи Ящера возникло золото, серебро и прочие драгоценности и камни, – пояснил учёный, демонстративно пролистывая пару страниц книги.
– Выходит, россказни людей про драконов и их «над златом чахнут» оттуда корнями идут? – мимолётно усмехнулся Финн, заинтересованно слушая профессора. Последний кивнул.
– Но это так, бессмысленная информация, за которую зацепился взгляд. Занимательно другое, если Дракона подставили и закрыли дверь в его царство, то как нынче он сумел выбраться? Или всегда мог, но настолько разуверился в своих «сородичах», что специально оставался внизу и лишь почему-то Сверр заинтересовал его настолько, что Дракон решил выйти и пообщаться с демоном? Загадка.
– Предлагаешь мне пойти и в лоб узнать, зачем он здесь? – сообразил Финнвард и, нахмурившись, уставился на друга. – Вряд ли скажет правду.
– Ты невероятно догадлив, Финн, – довольно улыбнулся Конрад. – Кобальт назвал тебя старым другом. Попробуй воспользоваться этим и выведать, кто и как пробудил твоего братца. Раз он учуял энергию Сверра из Загробного мира, то и иных гостей определить сумеет.
Финнвард переглянулся с Карлой, хмыкнул. Слова друга звучали толково и попробовать можно было бы, но жажда отыскать братьев граничила с нежеланием погружаться в прошлое. Бывший полукровка балансировал на грани преданности и страха. И Конрад это видел, а Финн понимал, что друг парой умелых слов сейчас склонит чашу весов в нужную сторону. А потому светловолосый поспешил перебить профессора, оттягивая момент:
– Что-нибудь ещё полезного удалось почерпнуть из книги?
– Интересуешься, не зря ли стащил её из-под носа демонолога? – Коди пролистнул пару страниц, а затем уставился на Финна. – Здесь весьма ценная информация о сёстрах. Я полагаю, их нужно посвятить в это.
– Обливион вряд ли станет слушать, – возразила Карла, – но Адель – будет, и потом перескажет Лив. Так что там написано?
– Сначала была пустота, которую собой заполняли Тьма и Свет. Две силы, неотделимые друг от друга. А потом возникла вибрация, звук, послуживший толчком сотворению Фениксов и Богов. Огненные птицы стали носителями Света, Боги, собственно, Тьмы. Это не значит, что последние изначально были плохи, – тут же пояснил Конрад, глядя на Финнварда.
Блондин тряхнул головой.
– Коди, я не идиот. Я знаю, что негативные коннотации Тьме предали люди, а в своём исконном значении обе эти силы равнозначно нейтральны.
Конрад кивнул и продолжил, явно удовлетворённый ответом.
– Поскольку Свет даёт жизнь, то Фениксы взяли на себя функцию создания Вселенной и миров, предоставив богам право украшать сотворённые территории. Так трудились они, дети Тьмы и Света, рука об руку, покуда один из богов не решил, что и он способен не просто заниматься «декором», но как и фениксы дарить жизнь. Этот бог поделился мыслями с остальными, и его намерение поддержали прочие. Они захотели переплюнуть фениксов. Божественными попытками сначала стали звери, птицы, затем люди, а в итоге существа. С каждой новой пробой боги начинали считать себя важнее и сильнее фениксов. Пошёл разлад. Огненные птицы не горели, как иронично, – отозвался между словом Конрад, – желанием вступать в ссоры со своими братьями, то просто ушли в тень, предоставив Богам дальше творить дичь.
– Сомневаюсь, что последнее написано в книге, – ухмыльнулся Финнвард.
– Вольный пересказ, – парировал физик. – Где-то в это время Дракон и пошёл на сделку с фениксами, и те помогли создать Загробный мир, который изначально планировался уникальным местом, сокровищницей драгоценных камней. А дальше историю знаете.
– Предположу, что после гибели богов и фениксов, энергии Тьмы и Света вернулись в первоначальную форму и с этого момента стали появляться ведьмы баланса, – поделился своими идеями Финн.
– И да, и нет, – мотнул головой профессор. Покосился на молчащую Карлу, мол, не желаешь вынести предположение? Но девушка даже бровью не повела, и близнец вынужденно продолжил:
– Тьма и Свет после возникновения Богов и Фениксов не исчезли, просто отошли на второй план. Скрылись во мраке и взяли на себя роль помощников.
– Стали принимать души и давать заряд на новое перерождение, – немного лениво отозвалась Карла и вновь умолкла. Не получив развития сестринской тирады, Коди заговорил дальше:
– Именно. А потом энергии вернулись в исконное русло, но после тысячелетнего покоя эта мощь взбунтовалась и грозилась совершить откат к первоначальным настройкам. И тогда на первый план вышли те, кто всё это время тайно прислуживал богам и фениксам. Культы, которые были для одних верными помощниками, а для других фанатиками. Ведьмы стихий, что всегда были подле фениксов, объединились со жрицами, оракулами, вёльвами богов и создали… назовём это грубо, вместилища Тьмы и Света. А поскольку такую мощь сдержать было тяжело, то объединившиеся маги поделилась на сторонников Сил баланса и уже своими дарами поддерживали хрупкие человеческие тела от возникновения до их разрушения. А затем снова воссоздавали «флаконы», и цикл повторялся из раза в раз.
– Ты уверен, что Обливион и Аделаиде надо вот это знать? Звучит мерзко, – поморщилась Карла, но Конрад покачал головой, перерывая сестру.
– Они отличаются. Маркус с Виталспарксом изменили традициям: призвали Тьму и Свет не в сотворённые сосуды, а зачатых естественным путём детей. И вот это многое меняет.
– Сёстры – люди с мощью первозданной энергии, а значит, неясно, на что они способны и какое будущее их ждёт, – вывел витавшую в воздухе мысль Финн и помрачнел. – И что теперь?
– А теперь ты прекратишь придумывать отговорки, чтобы оттянуть время, и спустишься к Кобальту. Мы твоих братьев ищем, не забывай, – подытожил Конрад, повернувшись к Финнварду.
– А ты точно мой друг? – процедил себе под нос блондин, сердито поджимая губы.
– Карла, поговоришь с Адель? – Коди сделал вид, что не слышит и не замечает недовольства товарища.
Финн фыркнул, но в долгу не остался. Уже поравнявшись с дверью, обернулся и как бы невзначай обронил:
– Желаю удачи в возвращении книги, – и скрылся, прежде чем красноволосому профессору нашлось что возразить.
Глава 7 «Пленник Тёмного Феникса»
1.
– Ты вернулся, старый друг.
Финн наблюдал, как медленно пленник приближается к решётке, выходя на свет из темноты камеры. Обращение вызвало смешанные чувства, и Фицджеральд поморщился.
– Решил всё же задать свои вопросы? – светловолосый узник чуть склонил голову набок, пытливо изучая гостя. Усмехнулся и засунул руки в карманы брюк. – Я готов ответить на них, Финнвард.
– Ты Дракон? – прямо, переняв от близнецов-учёных манеру поведения, поинтересовался Финн. От пристального взгляда не ускользнуло лукавство, что в тот же миг промелькнуло в морозных глазах и тронуло уголки губ Кобальта. Финн стиснул челюсть, напряжённо ожидая подтверждения догадки.
Пленник пожал плечами.
– Ты ведь и сам знаешь ответ на этот вопрос. Спроси, что действительно тебя волнует.
– И что же, по-твоему? – Финн старательно пытался не податься на провокацию.
– Например, почему я всё ещё жив, после встречи с твоим Повелителем.
– Кендрик – мой друг.
Кобальт на мгновение умолк. Кивнул.
– Или чем необычен твой демонический брат, раз я решил из-за него подняться в этот мир.
– Значит, всё-таки Сверр…
Кобальт вдруг тихо рассмеялся.
– Жизнь на земле сделала тебя таким нетерпеливым, Финн. Прежде ты был иным, умел ждать…
– В твоём мире я просто сдался. Это была не сдержанность, а апатия, – возразил полукровка и не спеша принялся мерить шагом коридор перед камерой. – Сейчас мне нужно найти братьев. Каждая упущенная секунда может стоить им жизни!
– Братьев, которые тебя предали? – Кобальт широко ухмыльнулся. – Я даже не удивлён, что именно ты стал одним из фениксов. Птички всегда жалели всех и вся. Напомнить, чем для них это кончилось?
– И как тебя только Кендрик ещё не убил? – рыкнул Финн, чувствуя однако не злость, а раздражающую грусть.
Кобальт с некой даже игривостью развёл руки в стороны.
– Спроси у друга сам. Я могу лишь предположить, что чертовски очарователен.
От неожиданности ответа Финн замер, уставившись на Дракона. Древнее божество представлялось Финнварду иным, более надменным, сдержанным и уж точно не должно было вести себя как шут. Но Кобальт продолжал широко улыбаться, наблюдая за собеседником, и не спешил облачаться в маску величия и снисхождения.
– Вы с Эйриком сошлись бы идеально, – раздосадовано фыркнул Фицджеральд, закатывая глаза. Кобальт хмыкнул:
– Насколько я помню Эйрика, он угрюм и молчалив.
– Просто твой Загробный мир пагубно влиял на всех, – выдал Финн и в следующую секунду поразился переменам в облике пленника. От ухмылочек и насмешливого вида не осталось и следа. Теперь перед ним стоял мрачный тип, от которого веяло властью и древней грозной мощью. Если прежде назвать Кобальта богом – язык не поворачивался, то сейчас узник иначе и не ощущался. Финн оторопело отшагнул назад и непроизвольно поёжился.
– Я не хотел тебя оскорбить, – попробовал сгладить ситуацию Фицджеральд, но Кобальт пропустил попытку мимо ушей и заговорил, обжигая холодом.
– Мой мир не должен был стать ловушкой. Там не должны были жить души и нести бремя своих ошибок. Создавая с помощью фениксов царство, я желал сделать его утопающим в переливах драгоценных камней и минералов. Сотворённые братьями существа могли бы приходить и у моих созданий просить мудрых советов, получать помощников и поддержку. Вот только не одного тебя, Финнвард, предали близкие.
– Я своих простил.
– Поэтому ты и Феникс, а я тёмный Бог, что желает мести.
– Так вот почему Кендрик тебя не убил! – быстро произнёс Финнвард, сопоставляя услышанное и давно известное. – Он уничтожил не всех богов.
– Я не собираюсь служить Тёмному Фениксу, если ты об этом, – Кобальт поморщился, словно одна эта мысль вызывала у него отвращение. – Но кое в чём ты прав. С выжившими богами вам ещё предстоит столкнуться.
– Что ты хочешь сказать? – Финн подивился своему сиплому голосу. Догадка на мгновение озарила сознание, и Фицджеральд инстинктивно шагнул обратно к клетке. – Сверр ведь не освободился с помощью…
– Твой брат – редкостная дрянь. Ещё во время заточения я прочёл его мерзкую душу. Пакостный и завистливый демон, так похожий на своих создателей. Это не значит, что в моём мире остальные все белые и пушистые, но братец твой раздражал даже меня, – Кобальт прислонился плечом к решётке и запустил руку в волосы, растрепав и до этого непослушные пряди. – И ведь ему достало наглости не только сбежать из моего мира, но снова вернуться с желанием забрать то, что ему не принадлежит. Думал, сможет подчинить себе души демонов, что поселились в царстве мёртвых с достопамятных веков и уже стали единым целым с моим миром. Сверру так хотелось власти и силы… – Кобальт поморщился. – Он даже покушался на Тьму! Решил, что сможет перехватить её и присоединить к себе. Мне было и забавно наблюдать за его бессмысленной попыткой, и противно.
Финн слушал внимательно, лихорадочно разглядывая Дракона. Страх осознания крутился на подкорке, требовал бежать наверх и делиться догадкой, но ядовитая ярость Ящера, скользившая в его спокойных речах, пригвождала к полу. Фицджеральд кусал от волнения губы, ожидая и боясь услышать подтверждение своей мысли. А Дракон продолжал говорить, смотря прямо в глаза Финну, словно испытывая на выдержку и силу.
– Но в тот раз его выхватили у меня почти из лап. Я отвлёкся на тебя, задержался, а его близнец оказался проворнее. Использовал запрещённый ритуал… Ох уж этот Морган со своим стремлением всех спасать и контролировать.
– Но ведь сейчас Сверр пролежал над входом в твой мир так долго! Почему ты раньше не среагировал? – вопрос сам сорвался с губ блондина. Финн даже пропустил мимо ушей реплику про ритуал, не придав этому значения. Кобальт в ответ рассмеялся.
– Финн, ты серьёзно полагаешь, что Сверр только недавно освободился?
– Но… Морган должен был понять!
– В Моргане лишь часть Тьмы. Хороший близнец – больше человек, чем существо. Отвлёкся, переключил внимание, слишком поверил в свои силы… Демоны коварны и сильнее, чем кажутся. Особенно если они интересуют таких, как я… – загадочно произнёс Кобальт и вдруг зевнул, демонстрируя усталость от болтовни. – Финн, как насчёт отличного сна?
– Ты ведь не станешь… – от неожиданного поведения Дракона Финнвард растерялся и не сразу сообразил, чем возразить. – Моим братьям нужна помощь! Где сейчас Сверр?
– Я дал тебе несколько подсказок. Думай, старый друг, думай, – лениво откликнулся Кобальт, скрываясь во мраке тюремной камеры.
Финн ещё некоторое время пытался вызвать Ящера на разговор, но тот словно погрузился в спячку, игнорируя настойчивого гостя. В конце концов Финну ничего не осталось, как оставить пленника в покое.
2.
– Ты не убил Дракона, потому что он знает, где прячутся остальные боги? – Финн влетел в кабинет Кендрика, почти снеся со своего пути дежурную ведьму, караулившую у двери. – Сверр с ними?
Мираробелли медленно поднял голову от бумаг, что лежали перед ним, и молча уставился на блондина. Стоящая рядом с Повелителем Айседора тоже отложила документы и недоумённо обернулась на Финнварда.
Финн если и стушевался, то быстро взял себя в руки: на кону жизнь братьев, медлить в такой ситуации было просто грешно.
– За освобождением Сверра стоят боги. Кобальт! Но ты ведь это и так знал? – по мрачному лицу Тёмного Феникса можно было догадаться, что он в курсе подобного поворота. Финнвард беззвучно выругался. – Ты не собирался нам рассказать? Что с тобой не так, Кендрик? – в голосе Фицджеральда слышалось неприкрытое отчаяние. Он сжимал кулаки и тяжело дышал, пытаясь успокоиться.
– Финн, тебе лучше выйти, – как можно мягче произнесла Айседора, спеша уладить вероятную катастрофу. Выразительно указала глазами на дверь. Но блондин решительно замотал головой.
– Я хочу найти своих братьев. Я поклялся Адель и Астрид, что отыщу Моргана и Эйрика. Мы с Коди привели к тебе Дракона, Кендрик. Почему ты просто не мог с нами поговорить? – Финна сверлил Тёмного Феникса угрюмым взглядом и с каждой секундой распалялся всё сильнее. – Просто сказать, что Сверра освободили боги. Ты ведь знаешь, что я в щепки разобьюсь, но помогу тебе: и парней найду, и богов уничтожу, если понадобится.
Кендрик несколько минут сверлил незваного гостя тяжёлым взглядом, а затем молча кивнул помощнице на выход. Если Айседора и была против, то перечить не рискнула.
Стоило двери закрыться за девушкой, как Мираробели заговорил тихо и вкрадчиво. Неспешно поднялся из-за стола и шагнул в сторону Финнварда.
– Ты считаешь разумным врываться в мой кабинет и бросать обвинения мне в лицо, Финн?
Финнвард на мгновение ощутил, как по коже пробежал мороз. От Тёмного Феникса веяло угрозой и тяжёлой энергией; Мираробелли был спокоен, но это и делало Кендрика опасным в эту самую секунду. Любой другой из ковена уже признавал бы вину и пытался смягчить Повелителя. Но Финнвард не зря стал частью семьи Фицджеральд и частично успел перенять от супруги и Конрада присущее профессорам бесстрашие и наглость. А потому, перебарывая нарастающий в душе дискомфорт, шагнул прямиком к Фениксу и ответил на пронзительный взгляд хозяина обители.
– Я твой друг, а не часть ковена. И как друг имею полное право говорить, что меня задевает в наших отношениях.
Мираробелли даже не моргнул, пристально вглядываясь в глаза полукровки. Финну только и оставалось сцепить челюсть и верить, что Кендрик не посчитает этот выпад покушением на свой авторитет. «Как только у Карлы хватает нахальства вечно дерзить Тёмному Фениксу?» Эта мысль молнией скользнула в мозгу Финнварда и тут же оформилась в стыдливое – «жалкий слабак» – интонацией Эдны.
– Когда Сверр освободился, моей первой мыслью было, что ему помогли боги, – вдруг произнёс Кендрик. – Я давно искал выход на оставшихся в живых.
Финну показалось, что от напряжения у него внутри что-то лопнуло. И только сейчас парень заметил, что выдохнул.
– Значит, и правда боги? Я действительно всё правильно понял?
Мираробелли кивнул.
– Кобальт подтвердил, что пробудил Сверра, желая вернуть обратно в свой мир. Вот только некто вмешался и забрал демона.
