Дмитрий Калиний
От ботаника до красавчика. Часть 1
Введение
Это история моей жизни, моей внутренней борьбы. Имена персонажей изменены. Как ни тяжело обо всём писать, если всего одному человеку поможет моя история продолжить бороться, поможет найти в жизни свой смысл, уже не зря. Начинаю рассказ с четвертого курса университета, весной 2006 года. И да, первые главы довольно нудные и мрачные, надеюсь не потеряю вас на них.
Я не супер известная личность и не миллионер, тем более не миллиардер. Я просто счастливый человек, который достаточно зарабатывает, женат девять лет и ждёт третьего ребёнка на момент написания книги. Просто человек, который смог вырваться из обид, безконечной жалости к себе и несправедливости мира. Сумел выйти из стандартов окружения и найти себя, своё дело, своих людей. А главное, я буду двигаться и развиваться дальше, посмотрю, что из этого получится.
Эта книга не готовый рецепт успеха или мотивация стать лучше, это пример моей жизни. Пример того, как я нашёл себя. У каждого из нас своя жизнь, свои способности, своё окружение. Даже понятие успеха для каждого своё, и оно должно меняться по мере достижения предыдущего понятия "успех". Для меня это было стать сильным, доказать родителям что они были не правы, затем создать крепкую семью по своим правилам, а сейчас вырастить детей, уверенных в своих силах. Да вот так просто. Не стать богачом и тусить всю оставшуюся жизнь на Бали, попивая кокосовый сок – хотя и такая цель у меня была.
Эта книга о том как я нашёл себя, свой путь. Всё. У тебя хватит силы духа найти свой?
Глава 1
– Филлип, вставай, пора на учёбу! – разбудил голос бабушки Люды, властной женщины шестидесяти лет с хвостиком. У неё всё под тотальным контролем, она четко знает кому и что нужно делать, только посмей сделать иначе.
"Ну нет, лучше поваляюсь в постели, а когда уйдёт, нырну в игру", – решил я.
– Мне ко второй паре, дай поспать, – соврал конечно, универ вообще не входит в сегодняшние планы.
– У тебя скоро сессия, ты готов по всем предметам?
– Конечно, все в порядке, – снова соврал не думая, ведь долгов уже выше крыши, – До сессии ещё два месяца, – как обычно изучу весь семестр за месяц и легко сдам на трояк, больше и не надо, в последнюю очередь стану инженером-строителем.
– Какие у тебя сегодня предметы?
– Да какая тебе разница, я сам за этим слежу, дай поспать уже! – действительно какая разница какие предметы, ведь меня ждут более важные дела.
– Завтра с утра едешь на дачу с бабушкой Катей.
– Да помню я! Дай поспать уже! – зло прокричал я. Целый день без компа это полный…
– Все уже проснулись, один ты спишь, – сказала бабушка в своей коронной обвиняющей манере.
– А я вот сплю ещё, – "и с удовольствием вообще бы не просыпался. Эх, вернуться бы в прошлое и предупредить всех об её поступке… Мечты-мечты, в реальности это невозможно, хватит уже думать об этом!" – Проснусь по будильнику, отстань от меня! – натянул одеяло на голову.
Наконец-то ушла на работу. Пусть теперь там командует, хотя на работе совсем другая: внимательно выслушивает, советует, а не отдает приказы, все в ней души не чают, будь она такой же дома – цены бы ей не было.
Откуда только силы и энергия появились с её уходом?! Тут же вскочил с кровати, наконец-то. Можно сказать один дома, прабабушка уже давно на своей волне, узнаёт только меня и бабушку Люду, главное присматривать за ней периодически и давать шитьё, бабушка Катя ушла на работу пока я спал, теперь никто не достаёт расспросами, чтениями морали и нравоучениями. Могу делать всё, что захочу. Первым делом покурить – утренняя сигаретка священна, затем включить комп, а пока он загружается поставить кофе и пропасть в виртуальном мире.
Дел море. Осталось совсем немного накопить на новую броню. Её нужно купить заранее: скоро достигну максимального уровня, а глава топовой гильдии должен быть максимально "упакован". Параллельно наблюдаю за онлайном, как только он достаточный собираю всех на рейд по боссам: с них отлично пополняется казна гильдии, половину добытого сразу разделяю между участниками рейда – отличная мотивация и чем сильнее члены, тем сильнее Гильдия. Затем дневная война. Её мы чаще выигрываем, чем проигрываем, а вечерняя всегда за нами.
Почему я хорош в том мире и безполезный в реальном? Почему трачу кучу времени на обретение виртуальных вещей? Нет, конечно часть добытого я продаю за реальные деньги, но этой суммы хватает лишь на оплату инета и еду. Ведь и головой понимаю и чувствую безполезность этого образа жизни, чувствую себя неудачником, при этом не могу вырваться из этого круга.
Уже двадцать один год, а я живу в однушке с двумя бабушками, прабабушкой и собакой. Нет постоянной девушки, да и я не интересен тем, кто нравится мне. Есть друзья, встречаемся по пятницам в живую, остальное время играем в одну онлайн игру. Самое паршивое, что друзья считают нормальным столько играть, нормально курить и пить, а меня тошнит от этого, но делаю как они. Хочется добиться большего в реальном мире, а ничего не делаю. Почему так страшно быть собой? Почему рядом нет тех, кто меня понимает? А главное: почему я ничего не делаю с этим? Нет, делаю конечно слабые попытки, но это ни к чему не приводит. Например так:
– Здорова Жора, пойдём в качалку запишемся?
– Привет, чего ты вдруг решил?
– Да как-то хочется в зал походить, мыщцы подкачать, не знаю…
– Да забей, пойдём по бутылочке возьмём лучше, посидим перед парой, смотри какая погода хорошая.
– Ну давай.
Или так:
– Бабушка, я хочу в качалку записаться.
– Куда тебе? Пупок уже надорвал один раз, забыл про операцию на грыжу? Тяжести таскать это же надо придумать, а на даче ничего не хочешь делать! А если ты травму получишь?! Будешь потом в больнице лежать. А в старости что будет?! Хватит мне уже одной спортсменки, ходит вся ломаная! Никакого спорта!
– Ну да, ты права.
Всегда все вокруг правы и уверены в своём мнении, всегда находят веские причины, а я с ними соглашаюсь. Даже спорить почему-то перестал…
Миллионы "почему", а ответ один – кого я обманываю, даже курить бросить не могу. Девятый год пошёл. Что только не испробовал: спорил, продержался три месяца. Просто на силе воли несколько раз продержался максимум три недели. Пластыри и те не помогли, всегда возвращался к этой привычке. Заработал на ней хронический бронхит, теперь каждую весну и осень по две недели мучаюсь с кашлем, даже летом с одышкой поднимаюсь на третий этаж. Всё ведь понимаю, и … конечно оставляю как было. Безполезно что-то делать они никогда не поддерживали мои идеи, всегда находят причины почему пора прекратить или не стоит начинать. А если сделал, то миллион причин что сделано неправильно или можно сделать лучше и зачем оно вообще тебе нужно, сиди спокойно на попе ровно. Ладно, хватит ныть, пойду лучше покурю.
– Опять за компьютером сидишь? Сходил бы погулял лучше, – первое что выдала бабушка по возвращению с работы. Ага, сходил бы конечно, только звони каждые полчаса и отчитывайся где ты и с кем, в 21:00 максимум быть дома, все ложатся спать, волноваться бабушке нельзя у неё слабое сердце, а ночью гулять опасно. Раньше боролся, доказывал что это бред, что друзей отпускают и до ночи и… А неважно, всё упиралось в одно: ты меня не жалеешь, я больная и старая и любые нервы могут вызвать инфаркт. Если эти доводы не помогали, меня ждал тотальный игнор, пока не извинишься и не признаешь что она была права, а я нет. Разные способы пробовал, но безполезно, всегда все говорили одно и тоже: она же твоя бабушка, ты должен её слушаться. В какой-то момент я смирился, а потом привык. Привык сидеть дома и единственное чем можно заниматься нормально: книги, телевизор и компьютер.
Конечно теперь я могу гулять ночами, но не с кем, да и не хочется, лучше поиграю или книжку почитаю. Теперь первое намного чаще, чем второе, читаю теперь чаще гайды и статьи, стратегии развития персонажа, игровые форумы – вот моё основное чтиво последние годы.
– Не забыл что завтра с утра едешь с бабушкой Катей на дачу? – в четвертый раз за час спросила бабушка Люда.
– С тобой забудешь, помню конечно.
– Не хами мне и отвечай нормально.
– А ты перестань меня тюкать по поводу и без, я три раза ответил нормально что помню! – я уже начал срываться.
– Я старая, могу и не услышать! – прозвучала очередная короночка. Все можно оправдать здоровьем и возрастом.
– Ты услышала и ответила мне! – уличил я.
– Я старая, могу и не запомнить!
– Да у тебя память как у слона! Хватит меня доставать, помню что завтра на дачу.
– Извинись передо мной.
– Прости, больше так не буду, – так сказать проще, она сразу успокаивается после этой фразы. В нашей семье есть только два правила: первое – бабушка всегда права, и второе – если она не права смотри правило один.
Ладно, пора вырубать комп, все ложатся спать. Мы ночуем втроём в большой комнате с бабушкой Катей и прабабушкой. Бабушка Люда жертвует собой ночуя на кухне с собакой, сомнительная жертва на мой взгляд.
Бабушке Кате под шестьдесят, невысокая, уже начала горбиться, очень энергичная, исполнительная, работает школьной уборщицей в две смены, остальное время выполняет задания бабушки Люды: убирает, бегает по магазинам, моет обувь. На ней держится вся черновая работа.
Прабабушке уже за девяносто, до сих пор ходит сама, правда с клюкой. Несколько лет назад начался Альцгеймер: каждый день с нуля, ничего не помнит из прошлого, узнаёт только меня и бабушку Люду. Всегда улыбается и в хорошем настроении, молчаливая, спрашивает только – Чем ещё можно помочь? – после этого вопроса даю ей очередную вещь для штопания, удивительно, но она сама может вставить нитку в иголку. Однажды ушла из дома и забыла где находится, к счастью встретил её по дороге домой из школы. С тех пор закрываем квартиру на ключ, когда никого нет дома.
– Всем спокойной ночи.
– Спокойной ночи – ответили бабушки.
Глава 2
Ненавижу ночь. Неостановимый поток мыслей. Днём они не безпокоят, думать особо некогда, но только начинаешь засыпать – тут же плотину прорывает. Сначала выносит мелкие мыслишки, они как мальки, мелкие неинтересные мыслишки: "у Марины из параллельной группы смешно торчат соски в разные стороны", "а что получится, если скрестить ёжика и змею?", "крошка моя, я по тебе скучаю, я от тебя письма не получаю", "походу Полина трахается с Федей" – такие быстро уносит, а есть любители, обсуждать подобные темы часами.
Мелочь быстро сносит потоком и остаётся рыба покрупнее: "почему я так одинок?", "меня никто не понимает", "я никому не нужен", "я неудачник", "у меня ничего не получается сделать нормально". Эти мысли каждый день получают мно-о-о-о-го корма. Они чувствуют себя хозяевами в потоке, самые сильные, самые упорные, самые выносливые. Бывает они пропадают, но всегда возвращаются. Всегда. Крупные не убиваемые твари. Они тащат меня на дно каждую ночь, каждый день, каждый божий час. Я знаю это, я чувствую это, я борюсь с этим, и силы мои на исходе.
Иногда возникает дикая ярость, появляется чувство всесильности. Я не узнаю себя: всё получается, окружающие рады меня видеть, смеются моим шуткам. Чувство, будто нечто вытащило меня на поверхность потока и я мчусь по нему на водных лыжах. Солнце греет, я смеюсь в голос, брызги воды летят в лицо, прыгаю на волнах, кручу сальто, делаю кульбиты. Жизнь становится яркой, наполненной, интересной. На один день. Захватил свежего воздуха и тут же рыбы-мысли тянут обратно на дно. Туда где уныние, безысходность, печаль. Обратно в мой дом престарелых, где нельзя шуметь, нельзя смеяться, потому что бабушки хотят тишины и покоя.
Кто позаботится о них, если не я? Других мужчин в семье нет. Папа развелся с мамой, когда мне было три и завел другую семью. Дед ушёл из семьи после смерти мамы и тоже завел новую, в пятьдесят то! С тех пор меня воспитывали только бабули. Кто позаботится о них, если не я?
Мамы не стало в мои пять лет. Упала с шестого этажа. В двенадцать родственник сказал мне на ухо:
– Филлип, а ты знаешь, что твоя мама покончила собой?
– Нет.
Не знал, всегда говорили что её не стало, умерла, погибла, несчастный случай. Но никогда что она сама. Это как так вообще? Тогда не придал этому значения. Не мог осознать своим детским умом. Зато понял почему бабушка Люда стала такой. Почему никуда меня не отпускала от себя, от всего оберегала, постоянно контролировала каждый шаг.
Таким образом я стал птичкой в золотой клетке. До школы всегда провожала бабушка Катя. Я орал, кричал, убеждал что могу дойти сам. Это же бред провожать меня как маленького двести метров в третьем то классе! Я уже достаточно взрослый, все одноклассники давно сами ходят! А в ответ одно и тоже:
– Я о тебе забочусь, никто так не будет заботиться о тебе как я! Ты никому кроме меня не нужен.
– У меня есть друзья, которым я нужен!
– Друзья сегодня есть, а завтра нет!
Только они держали меня на плаву. Мои школьные друзья. Всё время что мог проводить без её контроля, я проводил с ними. А было его мало, ведь сразу после школы я сразу шёл домой, звонил бабушке Люде на работу, кормил прабабушку и давал ей задания, потом опять обязательный звонок с отчётом. Потом я мог идти гулять, но не дальше двора. Конечно это правило нарушалось, но только до 18:00. В это время она возвращалась и, не дай Бог, я опаздывал.
– Где тебя черти носили? Что я должна думать, когда не вижу тебя во дворе? Может тебя маньяк украл или ты сломал что-то? У меня же сердце не выдержит и я умру с инфарктом, кто тогда о тебе заботиться будет?
– Да бабушка, прости, я больше так не буду.
– Ладно прощаю, больше так не делай. Налей мне корвалолу, нужно успокоиться.
– Двадцать капель?
– Нет, давай тридцать, я слишком распереживалась.
Летом мы играли в футбол и американку, зимой в снежки. По ящику в то время показывали шоу "бои Гладиаторов", вдохновленные мы устраивали свои бои, полосы препятствий, ходили по ограде вокруг детского сада на время, лазали по деревьям. Бесились и веселились как все нормальные мальчишки.
До четырнадцати всё было нормально. Началось время когда стали интересны девчонки, начали собираться в гостях на квартирах и устраивали дискотеки, оставались ночевать друг у друга. Все кроме меня.
Не отпускали ни в какую, да ещё и ежедневный осмотр нет ли уколов на венах, не расширены ли у зрачки от наркотиков, требования подышать, вдруг пахнет алкоголем или сигаретами. Хотя сама курила как паровоз. Это стало последней каплей и я закурил назло бабушке и чтобы быть поближе ко всё отдаляющимся друзьям.
Не помогло. Через какое-то время перестали звать на тусовки совсем:
– А чего тебя звать, все равно твоя бабка тебя не отпустит.
Вроде обычная фраза, логичная, а меня проняло. Я им не нужен. Как и маме, папе, деду они все меня бросили. Я неправильный, безполезный, никому не нужный. Никому кроме неё. Она была права. Я неправильный, ненормальный, ведь:
– Нормальные дети сидят, учатся, читают много книг, они спокойные, вежливые, не перечат родителям, учатся на отлично, всегда послушные, скромные, радуют родителей, посмотри на Руслана или Мишу, а ты? – услужливо зазвучал в голове бабушкин голос.
А я не такой, поэтому даже родителям не нужен, даже друзей у меня не будет и этот мир не для меня, а я не для него. Я тут лишний.
И вот сижу на кухне, верчу нож и понимаю что готов пойти лечь в ванну, набрать воды и … Нет, так могут найти раньше, спасти. Если делать, то нормально, там где никто не увидит и не успеет помочь. Как мама, с высоты вниз, удар и всё. Главное головой вниз. Рядом подходящий двенадцатиэтажный дом с открытой крышей. Всё логично. Правильное завершение. Я последний мужчина в роду, у отца дочь от второго брака и уже вряд ли будут дети. У тёти две дочки. Прыгну и неэффективная ветвь эволюции прекратит существование. Зачем такая жизнь? Маму почти не помню, но кажется теперь понимаю что она чувствовала.
– Филлип, помоги вставить нитку – раздался голос прабабушки. Сел рядом с ней, помог. Хорошо ей, каждый день ничего не помнит, занята своим делом. До сих пор помогает, штопает нам носки и даже не понимает, что оно нам не надо. Даже от неё пользы больше чем от меня. Мне ничего нельзя делать. Недавно кран сломался, вызвали сантехника.
– Филлип, смотри и учись,– прозвучал наказ бабушки. Ага учись, за спиной ничего не видно, а он на удивление ничего не объясняет и не показывает в спешке на следующий заказ. Да и толку смотреть, делать надо, а сделаю всё равно неправильно, течь будет или ещё что-нибудь. Так же было с ремонтом кухни, двери, замком и всем остальным: смотри и ничего не делай.
Когда меня не станет, она поймёт что была не права и … и что? Какой хаос оставил мамин поступок? Папа страдает и винит себя, бабушка страдает и винит себя, их тараканы расцвели пышным цветом, а страдаю от всего этого я. Что будет, если и меня у них не станет. Кто позаботится о прабабушке? Бабушка Люда точно окончательно съедет с катушек. Как ни крути она заботится обо мне как умеет, я забочусь о них, в конце концов только мы и есть друг у друга. Она потом поймёт со временем, а я найду способ это преодолеть. Она слабая, я сильный. Я должен быть сильнее мамы, я другой. Я должен быть сильным, не для себя. Для них, я не могу опустить руки. Я буду жить, иначе все рухнет. Буду терпеть пока не найду другой выход. Я не вижу, но найду его.
И я нашёл . С тех пор началось погружение в книги, только не умные, а детективы и фэнтези, затем в компьютерные игры. Там я мог всё: вернуться в прошлое и всё исправить, оказаться магом или наследником империи, встретить инопланетный корабль и стать членом экипажа. Но вот прошло семь лет ожидания и всё кем я стал: одиноким задротом в онлайн игрушку. В зеркале на меня смотрит бледное лицо, двадцать лет а даже бриться не надо, борода до сих пор не растёт. Сплошные кожа да кости, руки как тонкие прутики, ноги немногим толще. Вешу пятьдесят кило при росте в сто семьдесят пять, рост вроде нормальный, но с моей гоблинской осанкой убираем ещё пять сантимов. Такой вот маг и наследник империи в реальной жизни. Спи уже, завтра повелителя вселенной ожидает покорение поля под картошку.
Глава 3
Вот он долгожданный выходной. Все ждут конец рабочей недели с нетерпением. Прекрасный день, можно отдохнуть на природе, побыть с семьёй или друзьями, весело провести время. Раньше так и было. Каждый выходной мы ходили к кому-то в гости или сами принимали гостей.
Принять гостей было особым событием, к нему готовились заранее: тотально убирали квартиру, даже под диваном не должно остаться ни одной пылинки (вдруг гость туда заглянет?!), продумывали кто куда сядет, из серванта доставали праздничные сервизы, хрустальные бокалы, рюмочки, салатницы, блюда – вся посуда мной лично отправлялась на мойку и сушку.
Дальше заседание на тему "чем кормить гостей?". В целом было одно и тоже: хит любого застолья – салат оливье, безподобная мимоза, лучшая закуска под водочку – рыба в кляре, сытная картошечка с мясом, скромные бутерброды с колбасой и нескромные с икрой, нарезанные краюхи свежего хлеба, тарелка с мясным ассорти, блюдо заморских фруктов и простой салатик из огурцов и помидор.
Размещали всё это великолепие на тяжеленном советском раскладном столе. В разложенном виде он заполнял почти всё свободное пространство нашей единственной комнаты, оставалось поставить стулья, и места не оставалось вовсе: проникнуть на дальний край стола можно либо крабиком в узкой щели, либо верхом по дивану или стульям.
Пришли долгожданные гости. Радость встречи, объятия, поцелуи. Стол постепенно заполняется, кто-то опаздывает, мобильников ещё не изобрели и предупредить нет возможности. Наконец-то всех дождались и можно приступить к еде. Делились сплетнями, страхами, ожиданиями, конечно же обсуждали Пугачеву и Киркорова, политику "эх какую страну развалили" и "как жить дальше?", а затем красиво и душевно пели.
Никогда не думал, что буду скучать по этим застольям. Это был всплеск энергии в нашем омуте. Каждые выходные куда-то выбирались. Последние годы собираемся только на крупные праздники, новый год, день рождения, и то не всегда и всё меньшим кругом. Радость покинула нашу квартиру, одна рутина. Зато всё спокойно, предсказуемо и одинаково. Когда я разучился смеяться?
Единственное развлечение и возможность почувствовать себя иначе сегодня будет недоступно, ведь ожидает "увлекательная" дача. В руки лопаты и копать шесть соток. Отказывался от дачной истории как только поступил в институт, не вижу смысла в этом занятии: проще купить в магазине, но на этот раз решил помочь бабушке Кате. Ей нездоровилось прошлый месяц, и без меня черновая работа ляжет лишь на её плечи.
Бабушка Люда собрала нас в дорогу. Десяток бутербродов с сыром в контейнере с красной крышкой, столько же с колбасой закрыты синей, в отдельном пакете два помидора, солонка, китайский термос на два литра с чаем, полторашка воды, горсть конфет и пряник. И самое ценное: в десятый раз повторенные указания что, где и сколько сделать.
– Филлип, всё запомнил?
– Да, всё, – сказал я раздраженно.
– Повторение – мать учения, – очередная бабушкина короночка.
– Помню я всё, пока, а то на автобус опоздаем.
– А я предлагала тебе машину купить, отучился ведь на права ещё на первом курсе, уже мог быть опыт четыре года, – в очередной раз напомнила бабушка.
– Миллион раз уже тебе отвечал, что не нужна мне машина.
– Да как не нужна? Сейчас бы сел, погрузил всё и с комфортом доехали бы до дачи.
– Всё, пока, пора на автобус, – на это кино я не куплюсь, это ей машина нужна, чтобы делать её дела, а я за водителя, да меня ещё потом виноватым сделают "я тебе машину купила, а ты такой неблагодарный не можешь бабушку к маме на кладбище свозить?". Куда лично мне на ней ездить? До универа две остановки проехать, можно и пешком конечно, но как-то в лом и погода редко хорошая для прогулки выпадает. На девушку хорошее впечатление произвести? Так зачем та, которой я из-за машины интересен? Работу свою будущую с автомобилями никак не связываю. Это папина тема, он меня к себе не звал, а я навязываться не буду. Ничего уже не хочу, ни машины, ни квартиры, НИ-ЧЕ-ГО! Так, Фил, спокойно, не закипай. Дыши.
– Да, уже пора, бегите, обними бабушку, – как будто почувствовала бабушка моё состояние.
– Пока.
Взяв баул с едой, добрались до остановки. Остановился, закурил, огляделся. Все как и четыре года назад: остановка под завязку забита бабушками с рассадой, тележками, сумками. В ожидании рейса доносились обычные для этого времени и места обрывки фраз:
– Ох, вчера спину прихватило, не могла встать.
– Мои перчики уже на той неделе пора было высаживать, да сердце прихватило не могла доехать.
– Коленки болят, не могу.
– Да что твои коленки, у меня давление сто девяносто на восемьдесят держится, еле хожу, только таблетки спасают.
– Вчера на 9:30 автобус не пришёл, я ещё целый час следующего ждала, так он битком был, ехали как сельди в бочке! Когда уже порядок наведут?!
Обычные жалобы, в основном на здоровье. Неужели не бывает здоровых пенсионеров? У всех что-то болит, и всегда что-то плохо. Постоянно наблюдаются у врачей, пьют тонны таблеток. Ещё они обожают состязаться диагнозами. У кого самая крутая болячка, той положен почёт и уважение. Ну прям как дети:
– Я уже научился на голове стоять, глянь!
– А я на одной ноге прыгать, смотри!
Только дети хвастаются достижениями, а старики потерями. Не зря говорят "что стар, что млад". Не хочу такой старости, хуже смерти так жить, это не жизнь, а ожидание смерти. Хотя я уже так живу, разве что не жалуюсь. Безполезное чувство. Я ещё понимаю рассказать кому-то, кто поймёт и посочувствует или подскажет как помочь, а что проку от жалости?
– Ой, бедненький мой мальчик, как тебя жалко, – блевать тянет от таких фразочек бабушкиных подружек. А если не фразы, то этот взгляд, говорящий "Бедный мальчик, давайте его пожалеем". Котиков идите жалейте, а я сам справлюсь. Спокойно Фил, спокойно. Дыши.
Зачем вызвался помогать, сидел бы сейчас спокойно и играл, так нет же. Пожалел бабушку Катю. Ладно это правильно, ей грех не помочь. Она, кстати, молодец. Не участвует в этом цирке болячек, никогда не жалуется на здоровье, терпит до последнего и делает, делает, делает. В отличие от бабушки Люды, вечно слышу жалобы и манипуляции здоровьем, и постоянно командует. По дому только готовит, при этом моет продукты, посуду и почти всё режет именно бабушка Катя. Хорошо что сегодня мы едем вдвоём, а то села бы на самом высоком месте участка и давала свои постоянные указания что делать. Всё на свете она знает лучше других, даже сколько грунта на лопату брать и как часто втыкать её в землю, о чём не забудет напомнить и указать промахи. Эксперт, даже гранд мастер копания грядок, хотя ни разу её с лопатой не видел. И так даже когда лампочку вкручиваешь: встанет рядом и говорит под руку что и как делать, а ещё охает постоянно что по её мнению я почти упал или люстра на меня. Ничего нельзя сделать без её подсказок или комментариев. На просьбы отойти и не мешать:
– Фил, я же переживаю за тебя.
– Тогда просто смотри, не говори под руку.
– Как ты не понимаешь, я переживаю и не могу молчать!
– А я не могу так нормально работать!
– Не кричи на бабушку, у меня слабое сердце, вот уже давление поднимается, довёл ты меня совсем.
По нормальному и спокойному были предыдущие десять просьб, которые просто игнорируются. Я старая, меня не переделать, ты молодой и гибкий – подстраивайся. А подстраивайся значит будь тише воды, ниже травы, другие подстройки встречают сопротивление в виде манипуляций здоровьем или чувства вины. И я успешно вёлся на это до универа. Да и до сих пор ведусь, кого я обманываю. Покурю лучше ещё одну, пока не пришел автобус.
Старое доброе правило Мёрфи работает безотказно: стоит закурить на остановке, тут же подходит твой автобус. Бабушки среагировали моментально. В сторону разговоры, забыты болезни, похватали сумки и вперёд ближе к краю тротуара. Мешкать нельзя: на кону сидячие места, кому охота целый час ехать стоя? Наблюдаю со стороны как они, распихивая друг друга локтями, вбегают в автобус. Куда только делись болячки, азарта больше, чем у профессиональных бойцов. Жду когда пройдёт ажиотаж особо нетерпеливых, хватаю сумку и поднимаюсь, чтобы занять место бабушке Кате, опыт не пропьёшь. Старушкам сил хватает только на первый штурм, затем занимают ближайшие к выходу места, а я прохожу и спокойно занимаю дальнее. Красавчик, обыграл таких опытных спортсменов, есть чем гордиться. Места постепенно заполняются и на меня начинают осуждающе смотреть. Ещё немного и… ага! Эта в красном платье сейчас скажет:
– Милок, уступил бы бабушке место.
– Извините, я для своей занял, а вот и она как раз, – уступаю бабушке Кате, под завистливые взгляды товарок.
Ну что же, час дороги, вдали от компа, а мог бы сейчас сидеть спокойно дома, играть, а тут даже не покурить. Послушаю музыку и позалипаю в окно.
Доехали. Долгожданная сигаретка уже дымится во рту. Осталось всего ничего: три километра пешком до дачи, если повезет доедем на "подкидыше", мелком автобусе, что развозит от главной остановки. Надеюсь он будет, чем быстрее справлюсь, тем дольше смогу побыть вечером в онлайне. Десять минут на подкидыше, его остановка как раз напротив дачи, десять минут переобуться и достать лопату, и часа четыре вскопать. До обеда справлюсь.
У подкидыша перерыв, поэтому идём пешком по шпалам, какие же они неудобные. Их специально делают с разным интервалом, чтобы не ходили. Пустили бы дрезину что ли по заброшенной железке. Так! Я уже заражаюсь стариковским ворчанием. Но как же тяжело и неудобно, уже начинаю отставать от бабули, а у неё даже дыхание не сбилось. Что за бред?! Я тут молодой и сильный, всегда проходил эту дорогу легко, с улыбкой, а сейчас еле плетусь всего на пол пути. Из вещей только рюкзак с едой, конечно еды там и на завтра хватит, но это в мои планы не входит. Стисни зубы и иди!
Ф-у-у-у-х. Вот уже виден наш участок: обычные шесть соток с маленьким домиком и кустами ягод по периметру. Теплица, парник под огурцы, остальное место занято грядками под морковь, капусту, свёклу и ненавистную мной картошку. Давно бунтовал против дачи, нет смысла сажать один мешок мелкой картошки, в выкапывать три, тоже мелкой. Мартышкин труд. Как только окончил школу отказался ездить сюда совсем. Четыре года прошло, а ничего не изменилось. Нет, изменилось. Пора уже покрасить домик, пропала грядка с клубникой, колодец стоит без крышки, вроде бабушка что-то про неё говорила.
Наконец-то присел перед домиком. Закурил. Пожалуй внесу коррективы в план и попью чайку.
– Бабушка, перекусим?
– Давай.
Пока доставал чай и бутерброды, она открыла дом, достала лопаты и почти начала копать.
– А чай? У меня всё готово.
– Ой, точно, уже и забыла, – а это она болела ещё на той неделе. Как она не устала?
Быстро перекусили и взялись за лопаты.
– Ба, начинай с этого края, а я с того, встретимся посередине.
– Хорошо.
Земля что ли мокрая? Вроде нормальная, не липнет. Ладно сейчас включусь в работу, только первый ряд прошёл. Вот уже и второй, сейчас откроется второе дыхание. Вот сейчас, ещё немного. Ладно, пожалуй перекурю. Оглядываюсь, а бабуля махает лопатой как бульдозер. Блин, да что такое?! Уже не смешно. Что-то, а копать я любил, таскать воду ведрами из колодца тоже любил. Пока мои жалобы на колики в животе не привели к доктору, что поставил диагноз "пупочная грыжа" и назначил операцию. Колики с тех пор не прошли, но жаловаться я перестал. Вроде перестал, во всяком случае жалуюсь меньше это факт. И не удивительно, чуть какая нагрузка сразу бабушкино:
– Филлипчику нельзя тяжести поднимать, у него грыжа.
– Куда ты целое ведро тянешь, тяни половину, забыл как грыжу получил?
– Долго ведра не таскай, шов разойдется!
– Хватит!
– Отдохни!
– Даже не пробуй!
– С грыжей на спорт, только через мой труп!
– Так бабушка Катя вон и больше таскает! – возражал я.
– Ей можно, а ты уже надорвался один раз.
– Больше не надорвусь, не переживай.
– Ты же меня знаешь, я не могу не переживать.
– Знаю, знаю паникёрша чертова, – шипел я сквозь зубы от безсилия. Когда пробовал игнорировать её бред, сразу начинались "сердечные припадки" и обвинения в том, что я её не люблю и не жалею. Как вообще можно любить и жалеть одновременно?! Если кого-то жалко, никогда не полюблю. Неужели у неё по-другому?
Пока курил бабуля успела меня нагнать – пора браться за лопату. Руки болят, ноги трясутся, Боже, когда я успел стать таким слабым?! С двенадцати лет все грядки покорялись мне за три часа без единого перерыва, специально засекал, ставил рекорды, а теперь две борозды и уже устал. Как такое возможно? Копай, Фил, копай! Зубы стисни и копай.
Всё не могу, нужно отдохнуть. На этот раз хватило на три ряда. Что там у бабушки? Прёт как танк наравне со мной, да ещё и корни вытаскивает, а мне даже наклоняться тяжело. Блин, да как так?! Щас покурю и в бой. Я сделаю это, я не могу прокопать меньше неё, не могу. Копай! Руки натерты. Копай! Пот капает со лба. Копай! Нога соскакивает в землю. Копай, Фил, копай!
– Чайку? – предлагаю бабуле с тайным расчётом на перерыв.
– Нет, спасибо, я ещё поработаю, – она издевается?! Я в три раза моложе, я мужчина, я сильнее! Должен быть сильнее!!!
– Я тогда тоже еще поработаю.
Вот мы и встретились. Обеденное время, по планам я должен был уже все закончить и мчать домой игры играть. А сделали только поле под картошку. Вдвоём. И ещё вопрос: кто кому помогал. Да она же уделала меня и даже не понимает этого, просто копала в своем темпе! С меня семь потов сошло, еле стакан с чаем поднимаю, мечтаю облокотиться на что-нибудь, а она сидит себе жуёт бутерброд и даже не вспотела. Сделали примерно одинаковые части, но какой ценой нам это далось. Да и качество: её половина мелко раздроблена, лежит одна земля ни одного сорняка, и моя из крупных кусков земли с сорняками вперемешку. Давно мне так не щелкали по носу. Даже не заметил как стал таким слабым. Я стал слабее старушки.
Не помню как доехал до дома. Голова просто отключилась, после обеда мы как-то докопали огород, я копал в своём темпе и бабушка Катя сделала явно больше, я даже не следил уже. Наверное это шок. Вроде мелочь, но я же не мог настолько ослабнуть?! Моя сила и выносливость, вот чем я всегда гордился, вот что всегда со мной. Самый сильный в детском саду. Мы с другом на пару боролись против шестерых-семерых детей и всегда побеждали! Тётя таскала на борьбу в тайне от бабушки и там я всегда занимал призовые места особо не тренируясь. Тренировался дома сбиваясь со счета на количество отжиманий, пресса, приседаний. Да в четырнадцать я перестал тренить совсем, начал курить, и руки опустились. Но не на столько же я ослаб?! А получается что настолько…
– Всё сделали? – первым делом спросила бабушка Люда по возвращении.
– Ага.
– Устали?
– Нет, было легко, я в душ.
Да устал, да тяжело, но я не дам никому повода себя жалеть, а особенно ей. Душ и в игру, ещё успею на вечернюю войну, ребята ждали меня после обеда, а уже 20:00. Час могу поиграть, пока все не легли спать, надо узнать как Verloin провел рейд, он выглядит перспективным и ответственным. Душ взбодрил, есть ещё час на онлайн дела.
– Филлип или поужинай.
– Я не голоден, – быстрее за комп пока есть время.
Сервера отрубили, серьезно?! Ладно, есть и другие дела: проверю гильдийный форум, там новый рейд лидер должен выложить отчёт, и я дал задание паре человек написать мнение о Verloin'e как рейд лидере, потом отвечу всем в аське. Дам поручения на завтра, ещё нужно найти подходящего человека на роль шпиона в другие гильдии и того, кто будет обрабатывать заявки от желающих вступить в нашу. Пора думать об открытии третьего состава и кого поставить во главу. Блин, даже по клавиатуре пальцы мажут и мышка как будто килограмм сто весит, а бабуля сразу после дачи пошла мыть полы и чистить картошку.
– Филлип, уже пора спать.
– Да, уже ложусь, – действительно хочется спать, я по-настоящему устал сегодня – Спокойной ночи.
–Спокойной ночи, Филлип.
Спать.
Глава 4
Как же тяжело. Забытая мышечная боль. Давно её не чувствовал. Ох, даже на бок переворачиваюсь с трудом. Руки болят, ноги болят, задница болит и при этом на моём лице улыбка до ушей. Четыре года просидел гоблином, за компом и тело совсем ослабло. Почему? Да из-за этих вечных "почему". Почему жизнь не такая, как я хочу, а такая какая есть. За раздумьями она становится ещё хуже. Я просрал огромный кусок собственной жизни и поплатился за это. Да, я решил быть сильным и думал что сила в том, чтобы терпеть. Вот и стал терпилой. Решил что все вокруг знают как мне лучше. Вот и получай, что лучше им, а не мне. Я ничем не лучше алкаша или наркомана, только наркотик другой. Вот почему, и нет тут никакого рока или судьбы. Это было моё решение: перестать бороться, а не быть сильным. Сука! Как же больно, больно в теле и больно от осознания, хочется заорать в голос.
Как выбраться из этого состояния? Что-то новенькое. Новое чувство, прилива энергии. Не "почему", а "как". "Почему" – это вопрос в никуда, как обычно найду кучу причин, найду кучу оправданий и ничего не изменится. "Как" – вопрос действия.
Взгляд упал на компьютер и опять новое чувство – я не хочу его включать. Интересно. Похожее состояние уже бывало, но быстро проходило – всё возвращалось на круги своя максимум через неделю. Пойду покурю лучше.
Хромая от мышечной боли вышел на улицу, привычно достал пачку сигарет, зажигалку, и завис с незажжённой сигой в руке. Нет мыслей – удивительно для меня. Просто стою и смотрю. Смотрю на турник. Руки сами вернули сигарету в пачку, а ноги сами пошли в его сторону. Поддавшись этому наитию, осознал себя уже висящим на турнике: намозоленные вчерашним трудом руки и горящие от боли плечи быстро привели в чувство. Что я делаю? Спрыгнул и пошёл домой.
– Ба, где лейкопластырь?
– Закончился, зачем тебе, где-то поранился? Где? Продезинфицируй сначала! – тут же включила режим переживания бабушка Люда.
– Успокойся, всё нормально, просто мозоли натёр вчера лопатой.
– Бедненький, так и знала нельзя тебя одного отпускать, надорвался опять.
– Нормально всё.
– У тебя всегда нормально, а потом то грыжа, то швы зашивать, три шрама на голове! А помнишь, как …
– Я в аптеку за пластырем, – прервал поток воспоминаний моих неудач, почему бы не вспоминать мои достижения? Опять "почему". Как заставить вспомнить её мои достижения? А они вообще есть у меня?
– А что-то хорошее обо мне можешь вспомнить?
– Конечно, Фил. Ты был такой хороший мальчик, тебя взяли в лучший класс, учился без троек, а если бы старался стал бы отличником! А как в институт поступил – одни тройки, ещё немного и исключат пойдёшь в армию тогда! – ненадолго хватило бабушку. Да и её версия достижений вызывала у меня лишь оскомину.
– Я пошёл аптеку.
– Подожди, сейчас запишу список лекарств для себя.
Вышел злой, как обычно в своих мыслях. Она всегда вспоминает только плохое. Где у меня что-то не получилось, где она была права. А там где я был прав игнорируется или сводится к разовой удаче. "Скатился на тройки в универе". Естественно, я не собирался поступать на этот факультет! Я собирался на программиста, чтобы делать свои игры. И заявление подавал только туда. Налетели бабушка с папой и уговорили подать заявление на строительство:
– Туда меньше проходной балл и больше бюджетных мест, ты ведь не пройдёшь на безплатное в свой ПОВТ, а платить за тебя не сможем и пойдёшь в армию. А куда тебе в армию? – говорили они в один голос и я дал себя уговорить. Опять признал их правоту.
В итоге я оказался вторым по баллам на строительство и двенадцатым на программирование. Двенадцатым на десять безплатных, чтобы туда попасть минимум двое выше в рейтинге должны забрать документы. Я был готов рискнуть. Но не родители. И снова меня уговорили на синицу в руках. В итоге я оказался первым по баллам в своей группе, а на ПОВТе стал бы тоже вторым, десять монстров до меня прошли в более престижные институты. Ну а что я могу сделать, если мои же родители в меня не верят? Как могу им доказать что я прав? Ведь кучу раз делал по-своему и оказывалось хуже, послушался бы и сделал как говорили было бы лучше. Вот и послушался. Пора что-то менять.
Вернулся из аптеки, отдал бабушкин заказ, взял лейкопластырь и развернулся обратно на улицу.
– Ты куда? Забыл что-то? – удивилась бабушка. Я редко выхожу из дома, обычно просиживаю весь день за компом.
– Нет, я гулять.
– Куда?
– На улицу.
– А где конкретно ты будешь, когда придёшь?
– На улице. Приду когда приду, – развернулся и ушёл. В спину донеслись обвинения.
Прошёл до соседнего двора и злость испарилась. Как обычно: копится, копится во мне, потом взрыв. Приду домой она обиженная стоит, молчит и запах корвалола по всей квартире. Я извиняюсь, пообещаю так больше не делать и всё в порядке, терпим дальше. Достал сигарету. Бабушка Люда поддерживает меня только в том, что выгодно ей, и никогда в том, что нужно мне. Хватит. Сигарета сломалась в руках. Схватил оставшуюся пачку, смял и выбросил в урну. Это не они меня уговорили, это я дал себя уговорить. Это моя жизнь и проживу её как мне хочется, наломаю своих дров и буду нести ответственность за свои поступки сам.
Достал лейкопластырь, обмотал руки практически целиком. Запрыгнул на турник. Другое дело, уже могу висеть. Напрягаюсь всем телом, дергаю ногами как эпилептик и кое-как достаю лбом до перекладины. Мда. Раньше легко подтягивался десять чистых повторений. А как дела с отжиманиями? Упор лёжа. Вешу всего полтинник, почему задница такая тяжёлая? Выжал пяток грязных. Совсем мало осталось от ста повторов. Тоже самое со всеми базовыми движениями.
Я ведь знаю что случится потом. Через три дня пойду куплю новые сигаретки, тело от физухи будет болеть так сильно, что на очередное бабушкино:
– Ну куда ты идёшь? Будешь потом с больными локтями всю жизнь, – я дам слабину. Почему я… СТОП. Вот оно, новое почему. Как я ей тогда отвечу? Всё объясню, почему я так решил. Она же начнёт уговаривать и как всегда найдёт убедительный довод, или даже не убедительный, просто повторяет одно и тоже раз за разом. Нужно что-то простое. Например. "Потому что я подумал, и решил что так хочу". Длинно. "Я подумал, и решил так". Нет, еще проще. "Я так решил". Точно, буду бить её же оружием. На все её доводы просто отвечу одно и тоже "Я так решил". Мне не нужно её понимание, мы слишком разные, уже даже не нужна её поддержка, пусть просто не мешает.
Пора делать второй подход. Подтянуться не могу, но буду висеть и пробовать пока руки держат, потом пяток отжиманий.
А что друзья скажут?
