Страница 4 из 6
Может, опять настойки корня талии, только одну капельку?
С сомнением посмотрела на пузырек, да вспомнила прошлую ночь.
Нет, постараюсь так уснуть. Еще увижу опять во сне этого горящего вепря, или чего похуже, брр.
Расчесала волосы, да как следует. Давно поняла, что если как следует расчешешь, и на душе спокойнее становиться-то.
Скорее бухнулась в постель и заснула прямо как младенчик.
А рано поутру меня прямо вот выбросило из кровати. Спала, видела сладкий сон, без сновидений-то, и на тебе.
Раздался такой звон, что и мертвец бы вскочил.
Я свалилась на пол, ушибла локоть и ошарашенно затрясла головой. Сон прошел в один момент, а звон не прекращался.
Скорее вскочила на ноги и бросилась из домика.
Пожар! Не иначе, пожар в Академии-то!
– Куды-ы, Ведянка?! – зашипел тотчас появившийся Рыська.
– Оденься сначала! Успеешь еще на построение, – пробурчал фамильяр.
А до меня вдруг стало доходить. С трудом, но стало.
– Рыська, это что ж за звон-то такой? Вот так созывают на построение? – у меня даже ноги затряслись и я скорей привалилась к открытой двери.
– Эх, Ведянка… И о чем ты только думаешь-то? – фамильяр нахмурился. – На браслет свой хоть глянь.
Я глянула. На браслете сиял почему-то синим цветом камешек.
– И что это значит? Он синим, а не зеленым светит.
Рыська даже глаза вытаращил:
– Так ведь сигнал, что вставать пора и на построение идти. Ла-аврик говорил же.
Вот не помню я ничего про это. Говорил он, что только два сигнала там, ну, и еще какие-то, мне сейчас не нужные.
Вот тебе и не нужные…
Это что ж он промолчал-то? Вот паршивец. А я еще думала ему мазь сделать, от прыщей.
Посмотрела на мигающий синим камешек, взяла да со злости и нажала. И что вы думаете? Звон сразу прекратился.
Уфф…
Посмотрела на браслет, руку повертела. Тишина и покой. Ничто нигде не мерцает, ничто нигде не звенит.
Схватила форму эту, срамную-то, и скорее натягивать.
А поверх, конечно, юбки свои надела. Чтоб ведьмочка, внучка Эржбеты Маленской да в таком виде перед ректором заявилась? Ни за что!
И бегом, бегом кинулась к ректорскому дому.
Ой!
А я ведь и не знаю, где это построение будет-то. Юбки мешали страшно. Смотрю, мимо дома ректора пробежали двое парнишек. Припустила дальше, вслед за ними.
И правильно сделала.
Они меня и вывели на небольшую площадку, на которой уже стояли, переминаясь с ноги на ногу адепты.
Одеты все были, и даже Тильдушка, которую я и не сразу признала, в форму-то эту специальную.
Тильдушка в ней ну прям пацаненок-пацаненком, и худющая такая, чисто Лаврик.
И Лаврика тоже заприметила. Стоит, зевает и головой по сторонам крутит. Меня заметил, и рот открыл. А я ему пальцем погрозила. Почему не предупредил меня про эту побудку их? Так и родимчик можно схватить, со сна-то.
Лаврик только глаза широко открыл и замотал головой.
Вот чего это он?
А потом все адепты вдруг перестали зевать и шевелиться, и в центре площадки появился огромный мужчина сурового вида. Светлая мать… Вот страсти-то.
Он был лысый совсем, а голова повязана платочком. На щеке шрам синеватый, от губ до виска тянется.
В селе у нас так женщины повязывали косынку, когда солнце слишком припекало.
А тут мужчина. И смотрит так, будто дырку того и гляди, прожжет.
Маг огня, не иначе.
Мужчина вдруг скривился и поманил меня пальцем. Меня?!
Ой, точно. Я испуганно поглядела на Лаврика и увидела, что и другие адепты смотрят на меня во все глаза.
И Никос тут, принц-то. Вот он, вижу, едва от смеха удерживается.
С чего бы?
А Тильдушка прищурилась и улыбнулась, этак кривовато.
– Адептка, шаг вперед! Назовите ваше имя! – заорал вдруг тот огромный мужчина.
– В каком виде являетесь на построение?! – глаза его прямо молнии метали, а на щеке шрам стал прямо вот лилового цвета.
Вгляделась в ауру его. Слава Светлой матери, не огненный маг он. Хотела разглядеть дальше, да куда там.
– Я вам говорю, адептка, или фонарному столбу? – вдруг сказал мужчина этот тихо и напряженно. Вижу, даже кадык дернулся. Нервный какой-то он. И в Боевой академии служит. Нет, да они тут без ведьмочки пропадают. Вот ему бы точно на ночь пару капель настойки корня талии взволнованной не помешают.
Я прищурилась. Не-ет, для такого могучего мужчины, да у него одна рука как две моих ноги-то, маловато будет. Три, а лучше четыре.
Ой-й… Гляжу, а у мужчины этого уж и лицо покраснело. Да что ж я творю. Как бы с ним приступа не было. Оно бывает, он нервов-то.
Скорее вышла вперед:
– Ведяна Маленская я.
Мужчина нахмурился:
– Назовите ваш факультет, адептка. Новенькая?
Я только головой кивнула. А факультет какой у меня…
Развела руками да и сказала:
– Нету факультета-то. Ведь я только до осени. А там в Академию ведьмовства отправлюсь. Ведьмочка я, – пояснила.
Брови у мужчины поползли вверх, а потом он задумчиво так сказал:
– Ведьмочка, значит.
Оглядел меня с ног до головы и опять как заголосит:
– Ведьмочка или нет, а на построение, адептка, извольте являться в положенной и утвержденной Академием форме!
– И как вы будете бегать в этих ваших прелестных юбках, адептка?
Нахмурился и крикнул громко:
– Адепты, стройся!
Все тотчас встали в рядок. Ну, и я, в самом конце-то.
– Бегом, марш! Девушки пять кругов, юноши – десять! – заорал мужчина страшным голосом и махнул рукой.
Светлая мать… Каким еще бегом-то?! Я с ужасом посмотрела вокруг. Адепты, кто вздыхая, а кто кривясь, но побежали. Я приподняла юбки и побежала позади всех.
– Все, Ведяна, – простонал рядом Лаврик. – Магистр Левий вернулся.
Я даже и не посмотрела на парнишку, не до того было. А на третьем круге не выдержала. Так запыхалась, что отстала от других-то и села прямо на землю.
И пусть что хотят со мной делают, а с места я не сойду.
Пот ручьями тек по лицу, и хотела я сейчас только одного – вот лечь, где сижу и тихо помереть.
Я и легла, сил-то никаких не осталось.
Лежу, смотрю на синее небо и едва дышу.
– Да ты что, Ведянка, – задыхаясь и оглядываясь по сторонам, ко мне подбежал Лаврик.
– Вставай, вставай скорее. Не то магистр Левий еще круг добавит. И не только тебе, а всем нам.
Светлая мать…
Ну и порядки у них тут, в Академии.
Вот всех подводить, этого мне не нужно, чтоб другие страдали-то.
Я закряхтела и кое-как встала на четвереньки.
– Давай руку, – выдохнул Лаврик и поднял-таки меня на ноги.
– Он у вас, что, совсем, Левий-то? – я покрутила пальцем у виска.– Это ж форменное издевательство над адептами.
– Скорее, Ведянка! Вон первые уже нас догоняют. Держись! Осталось только два круга тебе, – и, горестно вздохнув, побежал вперед.
Ну да. Ему-то, получается, семь кругов бежать.
Ойй..
Оглянулась, и правда, догоняют меня уже. Впереди бежал Никос, за ним еще неизвестные парни, а вот следом Тильдушка поспешала.
Что мне оставалось-то?
С ненавистью глянула на свои юбки, подобрала повыше и двинулась вперед. Быстро пошла, но не бегом. Какое тут бегом-то?
В сторону шарахнулась, когда мимо пробежал Никос и отсалютовал мне, да еще и подмигнуть успел. Тильдушка хмыкнула и тоже мимо меня. Вот куда они так несутся-то? Чтобы быстрее круги эти пробежать?
Ну, а я пойду. Мне торопиться некуда.
Когда я, вся взмыленная как лошадка кузнеца после того, как он нагрузит ее плугами да разным всяким, кое-как завершила пятый круг, на площадке адептов уже не было.
Один этот ненормальный магистр стоял, широко расставив ноги и держал в руке круглый небольшой артефакт. Из него доносился мерный стук, как кто по барабану бьет. Или это сердце у меня так стучало и в ушах звон стоял?
Я вытерла рукой пот со лба и щек и согнулась, упершись руками о колени. Ну нету у меня сил. Нет сил больше. Никаких.
Одна мысль только пронеслась:
“Хорошо, что я в юбках. Представляю, какой бы вид был у меня в одной облегающей форме-то”.
И еще одна ее догнала:
“И хорошо, что ректора тут нет.”
Уж очень мне не хотелось такой вот потной для мокрой перед ним явиться.
– Та-ак, адептка… – протянул противный этот магистр Левий и сурово добавил:
– Это ни в какие ворота! Вам понадобилось на несчастные пять кругов целых двадцать шесть минут.
Он нахмурился и недовольно оглядел меня. Я немножко отдышалась и постаралась выпрямиться. Выпрямилась и собиралась упереть руки в бока и все ему высказать!
Уперла, конечно. Вот еще, будут тут всякие магистры доводить ведьмочку до белого каления. И пусть сил у меня осталось мало, а так и хотелось в него запустить чем-нибудь совсем простеньким. Да хоть тем же спотыкачем.
Но вот, хорошо, что сил-то мало осталось. Хватило на то, чтоб подумать. Нет, нельзя мне тут заклятьями кидаться-то.
Вон что с Тильдушкой случилось, а ну как и с этим? Он и так нервный сильно, мало ли. Возись потом с ним, помогай. А вдруг не получится. Вон он какой здоровый-то.
Ладно. Так и быть. Но высказать я ему все выскажу!
– И что с того-то? – вдруг, откуда только силы взялись, сама крикнула, да громко так.
– Да я, может, в жизни своей никогдане бегала этих ваших кругов!
Ой. Меня опять понесло. Я постаралась сдержаться, но куда там. Ногой топнула, да и скривилась. Бедные мои ножки, досталось вам сегодня.
– И вообще! Ведьмочка я, и не надо мне вашей этой срамной одежды и кругов. Вот!
Выговорилась, и легче стало. А потом сразу страшно-то как. Наорала на преподавателя Боевой Академии, магистра.
Хорошо хоть не на ректора.
Насупилась и посмотрела на него. Небось жаловаться на меня пойдет к Сандру-то Огненному.
Точно. Вон лицо-то как у этого Левия скривилось. Аж покраснел весь. Ну, держись, Ведянка. Будет тебе головомойка.
И я уже приготовилась выслушать, как меня будут ругать или чего похуже, а магистр вдруг взял да и разразился громовым хохотом.
Он так смеялся и так топал ногами, что земля чуть ходуном не ходила. Я сжалась было опять, но тут Левий наконец остановился. Вытер глаза, которые у него оказались голубыми и прозрачными, вот как северное небо, и уже спокойнее сказал:
– Браво! Вижу теперь, что вы, адептка, настоящая ведьма.
Я выпрямилась и сглотнула. Приятно, конечно, когда человек понимает, с кем дело имеет. Но как-то он сказал это слово… “ведьма”, что царапнуло меня.
Да, в этой Академии ведьмочек не любят. Точно. И, похоже, давно.
– Но ведьма вы или нет, роли это не играет. Извольте выполнять все требования, предъявляемые к адептам Боевой Академии.
Я понурилась. Чего уж тут. Прав магистр. Эхх. Придется выполнять.
– Свободны, адептка Маленская, – резко сказал магистр и махнул рукой.
А я что?
Как он махнул, так и пошла. Не знаю я, куда другие адепты подевались и где у них тут переодевалка, о которой вчера говорил Лаврик, но мне путь один был.
Домой, скорее в домик.
Правда, скорее не получилось. Ноги едва шли. Мятые и пыльные юбки волочились по дорожке из красного кирпича. Но доползла я до домика, без всяких приключений, доползла.
Ввалилась на порог и скорее стаскивать с себя все. Светлая мать…
Вот зачем я надела эту их форму-то? И так жарко, сил нет, а тут еще и форма. Так по осени одеваться надо, а не в начале лета.
Едва все стащила и устроилась в ванном уголке, как браслет снова заверещал.
И опять камень замигал синим!
Светлая мать… Вот нет бедной ведьмочке покоя. Ну, взяла и опять на этот камень нажала.
Звон прекратился и я услышала мужской голос:
– С завтрашнего дня адептке Маленской надлежит посещать дополнительные занятия по физической подготовке. Время занятий с 18.00 до 19.00. Магистр Левий.
Я взвизгнула, схватила, что под руку что попало и скорее прикрылась.
Неужели он тут, пробрался в домик, как до того ректор-то?
Да никаких сил на них нету уже!
Прислушалась и выыглянула из-под наспех накинутого большого махрового полотенца.
Тишина.
Ни голоса, ни шагов.
Тогда что это было-то? Я с сомнением посмотрела на треклятый браслет.
Артефакт мне достался в этот раз какой-то неправильный, выходит.
