– А так живут? И как долго?
– Живут, да. Как долго – не знаю, Майкл еще молодой парень. А энергию Вэла он поглотил, когда ему самому было около двух лет.
– Энергию Вэла… – я кинул взгляд на свои записки. – Брата Даниила?
– Да. В отличие от меня, Дан взял с собой контейнер, куда поместил энергию Валентина, чтобы тот мог спокойно уйти. А этот маленький шалопай, оставленный без присмотра, контейнер открыл, и энергию забрал. Она была близка ему по спектру, Майкл разноцветный, как и ты. Если, конечно, ты вовсе не двойник Гедеона… Но это было бы слишком невероятно: столько энергетических двойников в одном времени!
– Лично для меня невероятно количество суицидников на одну семью! Ой, а это из-за энергии Гедеона я мог читать мысли всех, кто находился во вневременности?
– Именно. Его телепатические способности в последние века проявлялись только в пространстве без времени, а в обычном мире атрофировались. Его «таланты», оказавшись у тебя, работают на тех же условиях. Ведь сейчас ты мысли не читаешь? – сестрица вопросительно глянула на меня. Я отрицательно помотал головой. – Вот! Вообще можно подучиться, когда мы вызволим тебя из этой петли. А что касается количества суицидально настроенных родственничков – я уже три десятка лет этому удивляюсь. Но надеюсь, что больше никто не выразит желания уйти в закат.
– Хотелось бы верить! А что за петля?
Сестра снова приступила к объяснениям. По ее словам, когда Алекс прервал поединок, моя энергия, многократно увеличенная благодаря дедушке Гедеону, по-прежнему находилась на пике. Ведь я не смог выплеснуть ее, закончив бой, как полагается. И, так как в тот момент я желал оказаться подальше от сестренки, ибо боялся, что она приведет свою угрозу в исполнение, то каким-то невероятным образом использовал энергию отжившего времени, из которой и состоит вневременность, в результате чего умчался в семидесятые. А во времени попал в петлю, которые Саня и ее муж замкнули, чтобы не наступил конец света после того, как нас свистнул Гедеон.
– Петлю мы разомкнули. И время, как ни странно, не посыпалось, хотя на своем привычном месте не хватает одного важного объекта – тебя. Но вот изъять тебя отсюда я не могу, и тебе, насколько понимаю, предстоит совершить некоторое количество перемещений…
– Как не можешь? А я думал, это ты меня послала в другое время, чтобы я спас детишек. И того мужика на рельсах. Решил уже, что ты мне такой испытательный срок дала. Так это не ты меня из-под колес поезда вытащила?
– Нет. Сейчас твоими перемещениями заведует другая высшая сила. Спасибо Майклу, что он вообще подсказал, где тебя искать. Иначе пришлось бы ждать, пока ты сам выйдешь на связь. А что там с детьми и мужиком на рельсах?
Я рассказал Саше, как оказался в 1972 году, и испортил автобус. И о том, как спас мужчину, который имел все шансы повторить судьбу Анны Карениной. А еще отметил, какие ощущения сопровождали меня при каждом перемещении, кроме последнего.
– Ну, я думаю, от волнующей перспективы столкновения с поездом ты был на таком адреналине, что просто не почувствовал все эти спецэффекты. На будущее же – глаза закрывай, дыхание задерживай. Что с шумом в ушах делать, я не знаю, у меня такого не было никогда.
– А у меня почему есть?
– Чтоб я знала! Думаю, тебя перемещают каким-то иным образом, не тем, которым мы путешествуем по времени… Тебя бы к нам в лабораторию!
– Так пойдем.
– Я же говорю: мы не можем изъять тебя во вневременность. Сначала ты должен пройти некоторое число перемещений, совершить ряд определенных поступков. Радует сейчас лишь то, что тот, кто тебя перемещает, явно на стороне добра.
– Ой ли?
– А нет, что ли? Ведь он дает тебе возможность спасти чужие жизни. Я помню трагедию с ребятишками. Но теперь отчетливо вижу, что их судьбы, как и судьбы их родителей, сложились гораздо счастливее. Что же касается мужчины на рельсах, подожди минутку.
Саша закрыла глаза, а я уставился на нее. Спустя некоторое время она кивнула.
– Ну да. Он должен был подарить собаку одному пареньку. Тот тогда бы не уехал из родного города, не ввязался в плохую компанию. И он, спасенный тобой, этого пса действительно подарил. Плюс три спасенные жизни, считая собаку.
– Ты запрос в гугл отправляла, что ли?
– Нет, у Саши спросила. Он сейчас в обозревателе галактик смотрит, что изменилось в результате таких действий.
– Знаешь, что мне это напоминает?
– Знаю, брат. «Квантовый скачок». Отсюда и моя теория о том, что перемещений будет несколько. Но ты хотя бы в своем теле по времени прыгаешь. А мне, очевидно, придется побыть Элом. Тем более, в ремейке сериала его за каким-то иксом в женщину превратили!
– Позволь напомнить тебе, что голограмму Эла видели только Сэм, дети, животные и сумасшедшие. А еще – чем закончились эти путешествия.
– Это просто сценаристам надоело писать сюжеты. А жизнь – она гораздо более богата на выдумки, чем кино. Да и у меня возможностей больше, чем у выдуманной команды ученых. Мы тебя вытащим.
Уверенность, с которой Саня это произнесла, передалась и мне. Ну что же – она у меня головастая, и действительно что-то придумает. А я пока полетаю по временам и планетам, может, удастся еще людей спасти. И животных. В сущности, не самая плохая миссия! Вот только надо обсудить некоторые мелочи. Героизм героизмом, но унылый быт способен осложнить даже самое интересное приключение.
– Хорошо, сестра. Выбора у меня и нет, в принципе. Но вернемся немного к началу. Почему этот шикарный номер бесплатный? А продукты? И как мне вообще налаживать быт в чужих времени и планетах? Думаю, рубли не везде принимают.
– Своевременный вопрос. На Нибиру для тебя действительно все бесплатно. Так что пользуйся моментом, и собери себе походный рюкзачок. Но не наглей, и бери только то, что тебе действительно необходимо, и что ты сможешь унести.
– Понял, от гелика откажусь. Но почему тут так? Мы что, дожили до светлых времен коммунизма, и тут действительно от каждого по способностям и каждому по потребностям?
– Почти что. Только коммунизма тут, к счастью, никогда не было.
Глава пятая. Разведка на местности
Жители Нибиру, а также других, наиболее развитых планет, по словам Саши, уже давно отказались от денег. Это для них лишнее, и морально разлагающее звено. Теперь разменной монетой им служил труд. Плоды своих усилий они обменивают на то, что сделали другие люди. А поскольку от денег могут отказаться те, кто действительно достиг высокого уровня самоосознания, то и опасности, что кто-то возьмет больше, чем ему нужно, нет.
Еще на большинстве этих планет знают, кто такие Хроносы. Знают и то, что у них есть агенты, которые выполняют поручения всемогущих. Таких людей уважают и почитают, и готовы создавать для них все условия. Это считается почетным для самой планеты. Тем более люди понимают, что агенты не в бирюльки играют, а выполняют сложную и важную работу, а потому готовы дать им все, что те попросят.
– Уже сегодня вечером в новостных выпусках всех таких планет узнают о тебе. И если ты впоследствии попадешь куда-то, где о тебе в этом времени известно, то такому герою будут обеспечены комфортные условия. Если же окажешься где-то в другом времени, то я подтянусь, и проведу разъяснительную работу среди населения.
– То есть, номер люкс мне дали благодаря твоему выступлению на площади?
– Это не люкс. Это категория стандарт. У них и нет люкса.
– Стандарт?! Как же у них тут любят людей.
– Ну да, гуманизм – основная черта этой цивилизации.
– А какой здесь год?
– По нашему исчислению – самый конец двадцать первого века. Ты почти в своем времени, просто на другой планете.
– А я смогу долететь домой?
– Да ты даже телепортироваться сможешь. Но смысл? Если тебя сюда закинуло, значит, тут есть важное дело. И, когда ты его выполнишь, переместишься вновь.
– Понял тебя. А как быть на тех планетах, где про вас не слышали?
– А там тебе придется звать меня. Сейчас поучимся это делать. Я буду приходить и давать тебе местные деньги. И собери походный рюкзачок, пока время и возможность есть. Ну мыло, аптечку, бритву… Электрическую не бери, неизвестно, будет ли электричество там, куда ты в следующий раз попадешь.
– Рюкзак со мной переместится?
– Одежда же перемещается.
Я кивнул, и Саня обучила меня нескольким телепатическим приемам, чтобы я смог до нее докричаться. И сказала, что будет начеку, когда я пропаду из очередного времени, станет караулить, дабы услышать меня в новом. Успокоенный тем, что за мной будут присматривать, я на удивление быстро освоил все премудрости экстренного вызова Хроносов.
– Молодец, Женька! Все-таки кровь дает о себе знать. – удовлетворенно кивнула сестра, и протянула мне какую-то красную капсулу. – А теперь проглоти, и запей водой.
– Это что за матрица?
– Это капсула на основе Раэли, выведенного Иксионом. Не копайся в блокноте, я про вавилонское растение. Съев его листочек, я стала понимать язык этрусков. А потом стукнулась головой о баобаб, и незаметно для себя их язык освоила в совершенстве. И множество других.
– А я-то думаю, с чего вдруг ты полиглотом стала. Ты будешь меня бить по голове?
– Соблазн велик, но нет. Мы с Иксионом создали препарат, благодаря которому ты получаешь пожизненное понимание чужой речи. Причем не только устной, но и письменной формы. Мало ли, куда тебя занесет. Чужак, который ни бельмеса не понимает в местной речи, обречен на провал и неприятности.
Воодушевленный такой перспективой, я капсулу проглотил и запил.
– Ты меня понимаешь? – спросила Сашка, и ухом я уловил французский язык.
– Мне тебе по-французски ответить? – в шутку поинтересовался я, но тут же понял, что и правда ответил на нем. Хотя этому языку не обучен.
– Отлично! Все, с приготовлениями и инструктажем покончено. Теперь я рекомендую тебе пройтись по магазинам, и свой рюкзачок собрать. Как раз время перед свиданием есть.
– Это не свидание! – выпалил я, и смутился, неожиданно для себя.
– Хорошо-хорошо! Погуляй по магазинам перед важной деловой встречей с представительницей местного населения. Так лучше?
– Гораздо.
– А я пойду во вневременность, посмотрю, что еще можно для тебя сделать. И кстати, одобряю. Девочка симпатичная.
Произнеся последнюю фразу, вредная Саша растворилась в воздухе. А я, погрозив пространству кулаком, и правда отправился по магазинам. Нечего время даром терять, а то так и перемещусь куда-нибудь к неандертальцам, да без бритвы. Впрочем, там она и ни к чему.
Неподалеку от гостиницы был магазин – об этом гласила вывеска, которую я теперь прочитал безо всякого труда. Быстро собрав все, что мне нужно, я сначала хотел закинуть покупки в номер, и ждать звонка Виктории, а потом отправляться на прогулку налегке. Пользоваться арновудом сестренка меня тоже научила.
Но после вспомнил, что могу перенестись в любой момент, а потому надо следовать древнему латинскому правилу, и все свое носить с собой. Поэтому тут же, на лавочке, сложил все необходимое в рюкзак. Воды я взял много, и в очередной раз порадовался своей отличной физической форме: все-таки десять литров – это не пушинка. Как хорошо, что я тренируюсь!
«Вот столько бутылок как раз мог бы и не брать.» – раздался в моей голове голос сестренки. – «Уж в стакане воды я родному брату точно не откажу.»
«Да ну тебя. Мало ли, какая у вас там вода во вневременности. И вообще, брысь отсюда.» – отмахнулся я.
И только собрался встать с лавочки, как увидел Викторию, которая стояла в одной из лавок, и разговаривала с каким-то мужчиной. Тот смутно мне кого-то напомнил, но кого – я не понял. Высокий, темноволосый и темноглазый, бледный, а нос и губы у него были словно немного не в фокусе. В целом, парня можно было назвать красивым. Интересно, а чего это он прицепился к моей новой знакомой?
Впрочем, девушка никакого энтузиазма по поводу его персоны не выказывала. Да и беседа их длилась недолго. Парень кивнул, развернулся, и прошел мимо меня. В вороте его рубашки сверкнул черный камень в золотой оправе, а до носа донесся аромат какого-то интересного парфюма: черный перец, гвоздика и восточные пряности. И все же я совершенно точно где-то его видел!
– Евгений? – Виктория подошла ко мне. – Вы решили пройтись по магазинам?
– А? Да, походный рюкзак собираю. – показал я ей своё барахло. – И совершенно случайно увидел вас с… С этим мужчиной.
– А я как раз собиралась вам звонить, когда он подошел. Я не знаю, кто он, но его очень заинтересовали вы.
– Откуда же он узнал, что у вас имеется обо мне информация?
– Все знают, что именно мне выпала великая честь сопровождать Хроноса и их агента в гостевой дом! – радостно воскликнула девушка, и улыбнулась.
Глядя на нее, я понял, почему улыбка так ее преображает. Она не просто улыбается всем лицом – она излучает истинную радость, будто бы светится, и этот свет передается всем вокруг. Очень, на мой взгляд, редкое и милое качество.
– Но сообщить о вас что-то, кроме имени, я ему не могла, конечно же. Впрочем, все вокруг и без меня знают, как вас зовут.
– Все вокруг?
Вместо ответа Виктория показала глазами на что-то за моей спиной. Я обернулся – ничего особенного, люди. И лишь потом понял, что все эти люди смотрят на меня.
– Что с ними?
– Они впервые увидели посланца Хроносов. Естественно, им любопытно. Я думала, вы привыкли ко всеобщему вниманию.
– Отнюдь. Я совсем недавно стал агентом своей собственной сестры. И выполнил-то всего два задания…
– Агентом сестры? Недавно? – удивилась девушка.
– Тут есть какое-нибудь кафе? Я хочу вас угостить, и заодно мог бы рассказать эту удивительную историю. Если вам интересно.
«С каких это пор мы такие вежливые?» – насмешливо спросила Сашка, но я ее проигнорировал.
Виктория, тем временем, повела меня в кафе. По пути она спрашивала меня о том, как я стал агентом, и очень удивилась тому, что я действительно являюсь братом одной из Хроносов – всемогущей, как их тут иначе называют. Оказывается, сестренку и ее мужа все воспринимают, как каких-то древних существ, едва ли не богов. И не знают, что ничто человеческое им не чуждо.
Беседуя, мы пришли в очень премилое местечко. Больше всего оно напоминало большую беседку, увитую вьющимися и ползучими растениями. Внутри, между столиками, также стояли растения в вазонах. А еще разные статуи, тоже обвитые зелеными побегами. Прямо рай ботаника какой-то!
Официант возле нас появился незамедлительно, и подал меню. Обсудив блюда, мы с Викторией обнаружили прямо-таки стопроцентное сходство во вкусах, и сделали заказ. Его нам притащили почти моментально, и еда оказалась превосходной. От такого обращения я прямо почувствовал себя какой-то звездой… Впрочем, возможно, тут просто отличный сервис. Люди делают свою работу хорошо. Для таких высокоорганизованных существ это, наверное, в порядке вещей. А вот для меня в новинку, ведь у нас те, кто хорошо справляется со своими обязанностями – это редкость. Хотя, по идее, именно так все и должно быть, ведь деньги платят за хорошую работу, а не абы какую. Еще бы все это понимали…
Когда я удовлетворил любопытство Виктории, то стал расспрашивать ее о Нибиру. В принципе, ничего нового она мне не сообщила – рассказала все то же, что парой часов ранее поведала Александра. Но стало понятно, что Вика очень свою планету любит – с такой гордостью и радостью она о ней говорила. И было так приятно за ней наблюдать!
Из кафе мы отправились в парк аттракционов, и решили покататься на колесе обозрения. Оказалось оно не таким высоким, как у нас строят. Но, учитывая то, что и дома тут малоэтажные, с верхней точки аттракциона можно было полюбоваться на весь город. В этом и заключался наш замысел.
А посмотреть действительно было на что. Город имел структуру спирали, в центре которой и находится колесо. Я удивился: у нас в центре всегда располагается мэрия, но местный аналог администрации, Дом Совета, находился несколько в стороне. По словам Виктории, колесо специально так разместили, чтобы обзор был лучше. В первый раз такое вижу, чтобы в приоритете было что-то интересное, а не правительственное здание.
Итак, город действительно похож на спираль. Витки формировались домами, а между каменными строениями пролегали зеленые прослойки – парки или рощи. Здесь вообще было много зелени. Наверное, поэтому и дышалось не в пример легче, чем дома. Хотя, думаю, этому еще способствовало и отсутствие автомобилей. Во всяком случае, я пока ни одного не увидел.
Когда мы уже спускались, я снова увидел мужчину, который расспрашивал Викторию обо мне. Это совершенно точно был он – у меня хорошая память на лица. Но когда наша кабинка наконец остановилась, незнакомец уже смешался с толпой. А то бы я обязательно спросил, в чем его проблема. У меня против него вся интуиция бунтует.
Поэтому я испросил разрешения проводить Викторию до дома – чтобы этот подозрительный тип к ней не пристал. Девушка согласилась, и потому мы смогли провести вместе еще некоторое время. Потом я церемонно расшаркался, и отправился к себе, постоянно оглядываясь. Парня нигде не было видно. Ну и ладно. Однако если я еще раз его увижу – обязательно на него сестру натравлю!
Глава шестая. Эволюция Евгения
– Алекс, вперед!
Муж поплыл по обозревателю галактик, и я напряженно следила за его удаляющейся фигурой. Но вот он вернулся, и кивнул. Я открыла Нибиру, где в это время обретался мой братец, закрыла глаза и сосредоточилась. Может быть, сейчас мне удастся вызволить Женьку?
Я призвала на помощь все свои телепатические силы и возможности Хроноса, чтобы перетащить парня к нам во вневременность. Но снова ничего не вышло. Евгений, думаю, даже не почувствовал, что я что-то пыталась с ним сделать. Как будто блок какой-то стоит, я не могу «нащупать» его физическую сущность. Хорошо хоть ментально мы связаться можем, а то все было бы совсем печально.
– Не получилось. – вздохнула я, сворачивая «окно» с Нибиру. – Размыкай петлю.
Александр снова поплыл вперед, а я перевела взгляд на сына, который валялся тут же на шезлонге.
– Итак, когда время идет своим чередом, я не могу его достать. Когда мы замыкаем ту же самую петлю, что была в момент его бегства – результат аналогичный.
– Мам, я же говорю, он должен пройти все уготованные ему испытания, и тогда освободится. И никак иначе.
– Давай просто подождем? – предложил вернувшийся Алекс.
– Я не могу просто ждать. Боюсь за брата. В конце концов, чувствую вину. Он же туда из-за меня попал.
– Ой, ма, ну только не говори, что ты унаследовала комплекс вины Даниила! Я его очень люблю, но наше всё иногда был до икоты зануден, считая, что все несчастья в мире случаются по его вине!
– Но ведь это и правда так! Я с ним поцапалась, вместо того, чтобы мирно поговорить, вот он и смылся. И вообще, я должна была как-то контейнировать энергию Гедеона, и лучше присматривать за братом, и…
– И церковь тоже ты развалила. Все, мам, хватит. История не знает сослагательного наклонения.
– Ты бы хоть сказал: долго он так будет по временам носиться? И не окажутся ли его путешествия чересчур опасны?
– Вспомни, когда я являлся из будущего к тебе тридцатилетней, каким зверем на меня смотрел Дан, едва я заикнулся о том, что у вас появится временной агент? Не, мам, если я тебе расскажу, ты обязательно вмешаешься. И кто знает, что в итоге случится… Пусть все идет своим чередом.
Вздохнув, я попыталась просверлить Майкла грозным взглядом. Но это же мой сын! Естественно, он не повелся, и лишь широко улыбнулся в ответ. Алекс же и вовсе ретировался с поля боя, и активно гремел на кухне чашками.
Я снова посмотрела на брата, который как раз в этот момент катался на колесе обозрения с Викторией.
– А она симпатичная. И Женьке нравится. Интересно, у них могло бы что-то получиться?
Вопрос это был не риторический. Задавая его, я одновременно пыталась прощупать сына, прочитать или почувствовать его реакцию. Но либо этот лоботряс, телеэмпат высшей категории, от меня закрылся, либо ему было все равно. И, зная Майкла, я с одинаковой вероятностью допускаю оба варианта.
– Ой, мам, я думаю, ему на пути встретится еще немало симпатичных девушек. А ты скажешь ему?
– О том, что она является нашим далеким потомком? Нет, конечно. Да и зачем, если они больше не встретятся?
– Ну да, ты права. А что у нас говорят насчет пожрать?
Сын вышел с террасы, а я возмущенно побежала за ним. Таким паровозиком мы пришли на кухню, где Алекс готовил ужин.
– Одно слово, мужчины! – фыркнула я. – Для вас еда всегда на первом месте. А я вот есть не могу от волнения.
– Поэтому ты такая тощая. Мои сверстники даже принимают тебя за мою старшую сестру. Приходится каждому объяснять, что вот такая у меня почтенная матушка.
– А ты не объясняй. Чести много. И потом – чего плохого-то?!
Сын, поганец такой, не ответил, хмыкнул, и принялся за еду. Муж последовал его примеру. Я тоже механически клевала то, что было у меня в тарелке, а сама думала о своем братишке. Угораздило же его встрять во все это!
Еще когда мы с Алексом встретились в двадцать первом веке, куда его перетащили прошлые Хроносы, то советом большой четверки решили: никто из моих родственников ничего не должен знать про наши вояжи по времени. Человечество в целом не готово к такой информации, а уж моя родня и подавно.
Отец с матерью просто не поверили бы во все это – для них мои приключения звучали бы неправдоподобно, даже фантастично. А фантастика никогда не была их любимым жанром. И даже если бы мы доказали, что все мной пережитое случилось на самом деле – они не были бы рады таким известиям. У родителей уже была привычная и прочная картина мира. В их возрасте узнавать, что все на самом деле не так, как кажется, опасно, и это могло бы стать для них огромным стрессом. Поэтому мы решили поберечь их нервы. А заодно и нервы Даниила и Дании. Ведь мама наверняка рассказала бы всем о моих приключениях, и о муже из прошлого. И неизвестно, во что бы это вылилось.
Женька, напротив, с радостью бы узнал о том, что путешествия во времени возможны. И стал бы проситься отправить его куда-нибудь… А потом куда-нибудь еще, и так до бесконечности. Он и сейчас довольно легко ко всему отнесся, быстро принял то, что мир гораздо обширнее и интереснее, чем нам кажется. Он еще молод, поэтому его психика лабильна, и это огромный плюс.
Но мой братик сейчас и мой же братик в первой версии своей жизни – это два разных человека. Вот Майкл забыл уже, каким вредным был Евгений. А я, как Хронос, все помню. Женя умный, наблюдательный и, невзирая на все его легкомыслие, способен сложить два и два. И он сам, без посторонней помощи догадался, что к чему.
Однако прошлый Евгеша повел себя крайне возмутительно. Начал требовать, угрожать, шантажировать… Я часто задумывалась о том, что если бы он тогда пришел по-хорошему, возможно, Дан бы и взялся его обучать, как временного агента. А что? Потенциал у него хороший, да и мог бы вместо Алекса по эпохам полетать, жажду приключений удовлетворить. Всемогущий и сам признавался, что рассматривал его кандидатуру еще до того, как я полезла в машину времени американских ученых. Но отказался – уж слишком легкомысленным был братишка. Не дорос он еще до великих тайн вселенной.
К слову сказать, меня ребята не рассматривали вовсе: до моей драгоценной персоны женщин среди временных агентов не было. Да и я стала им случайно, всего лишь из-за своего неуемного желания всем помочь, а мацтиконам показать, где раки зимуют. И получилось все неплохо.
Однако вернемся к Женьке. Когда он угрожал собственной сестре, нападал на беззащитную женщину, мать с маленьким ребенком, мы с Даниилом поняли: ему посвящение в наши тайны не грозит. Хотя Дан еще продолжал надеяться на лучшее, со временем и он понял: этот парень безнадежен.
Я потому и бунтовала, когда Александр сказал, что Женю можно бы сделать нашим агентом. Мне казалось, что горбатого только могила исправит. Но последующие события показали, что я ошибалась. Дедушка Гедеон, своим собственным, не самым привлекательным, примером, враз перевоспитал братца! Да и еще парень, впервые в жизни, ощутил ответственность за кого-то, кроме себя, ведь рядом с ним оказался малыш Иксион, нуждавшийся в опеке. Пребывая во вневременности не так уж и долго, Женя повзрослел сразу на несколько лет. Впрочем, в стрессе изменения всегда более впечатляющие, нежели в спокойном состоянии. В этом и заключается движущий принцип эволюции.
Еще до встречи со всемогущими, в своей обычной жизни я вдруг как-то увлеклась домашним фитнесом. Нашла тренера, которая мне понравилась, и занималась по видео с ней. А потом, уже после родов, восстанавливала форму, и мне компанию составляла Дания. Оказывается, она раньше никогда не тренировалась по видео!
В один из прекрасных дней мы решили позаниматься во вневременности на улице. Погода была чудесная, Дан вытащил нам телевизор, и пока мы бодро махали ногами под энергичные подбадривания тренера, возился с маленьким Майклом. И тут из динамиков прозвучала моя любимая фраза:
– Только выходя из зоны комфорта, мы добиваемся изменений!
– О, основной принцип эволюции. – лениво откликнулся всемогущий, делая «козу» моему сыну.
– Это как? – заинтересовалась я.
– Закончите – объясню. Ты же не будешь слушать одновременно и ее, и меня?
– Дань, я еще и не то могу!
Мужчина хмыкнул, но читать лекцию не стал. Уже потом, когда мы и потренировались, и попарились в настоящей русской баньке, которую всемогущий недавно у себя соорудил, он объяснил, что двигателем прогресса всегда был дискомфорт. Если бы условной амебе было удобно в своей среде обитания, она никогда не выросла бы в человека. Это если глобально смотреть. А если бы, например, было удобно и приятно стирать вручную, мы бы сейчас не знали стиральных машинок. Это частный пример.
То же случилось и с Женей. Оказавшись в непривычных и непростых условиях, он изменился в лучшую сторону. В той, другой его жизни, условия были достаточно тепличными. И он тоже поменялся – в худшую сторону, но постепенно. А в экстремальной ситуации эволюционировал, а не регрессировал. Что подтверждает: мой брат, в сущности, неплохой парень. Надо было только вовремя показать ему зеркало в виде Гедеона. Увидев себя со стороны, он ужаснулся, и свернул на путь истинный. А так как наш всеобщий дедуля еще и собирался лишить его жизни, брат задумался о том, что он, в принципе, в этой самой жизни собой представляет, какой он, что сделал. И это, думаю, тоже послужило поводом для изменений.
Теперь бы и мне вернуть Евгения на истинный в плане времени путь! Да, Майкл говорит, что его приключения закончатся, и парень вернется домой. Но когда это будет? Хуже всего для меня две вещи: неизвестность и беспомощность. Особенно теперь, когда я сама обрела немалую мощь, сложно осознавать, что я ничем не могу помочь брату. И не в силах контролировать то, что с ним связано. Ведь я за него отвечаю!
Да, по жизни все наоборот: Женька старший, и это он должен нести ответственность за свою сестрицу. Он, кстати, и старается это делать: когда Гедеон выстрелил в меня, это стало еще одним переломным моментом для парня, и он стал опекать меня так же, как когда-то в детстве. Но фактически сейчас старшая – я. И, являясь к тому же хозяйкой времени, должна отвечать за брата, который сюда вляпался. И…
– Саш, ты бы отдохнула? – вмешался в мои мысли муж. – Почитай журнал, посмотри телевизор, поспи, в конце концов.
– Нет. Я пошла к обозревателю, а вы занимайтесь своими делами. Было бы неплохо, если бы через несколько часиков кто-то из вас сменил меня. Ненадолго.
Муж вздохнул, и кивнул, а я вышла на террасу. Поспи! Ах, если бы я могла. С самого начала путешествия брата я не в состоянии сомкнуть веки.
Глава седьмая. Новые знакомые и старые друзья
Очередное утро на Нибиру началось с бодрящего душа. После я, тщательно бреясь, пританцовывал в такт музыке, которая лилась из динамиков. День, как и два предыдущих, обещал быть просто замечательным. Виктория говорила, что возьмет напрокат небольшой вертолет – забыл, как они по-местному называются, и мы облетим всю планету!
Честно говоря, я уже начал привыкать к этому месту. И к девушке, с которой мы всего за три дня успели крепко сдружиться. Мы с ней так похожи во вкусах, взглядах и привычках, что это даже удивительно! Конечно, она лучше меня, ведь росла в таком чудесном месте. Но в остальном мы и правда похожи. И еще мне все больше нравится эта планета. За три дня ни одного злого или хмурого лица я не увидел. Да это же просто чудо какое-то!
Зато еще пару раз увидел парня с черным камнем на шее. Правда, я не сказал бы, что он специально за мной следил. В первый раз он прошел мимо нас, когда мы сидели в очередном кафе. И, кажется, даже не заметил мою персону. Во второй раз я увидел его из окна своего номера. Он говорил по арновуду, и явно куда-то спешил. Думаю, это все случайности – людей в городе не так уж и много, так что нет ничего странного в том, что я периодически вижу одного и того же человека.
Странно другое: я никак не мог понять, а что же я тут должен сделать? Если Сашка права, и кто-то неведомый отправил меня путешествовать по времени и пространству, чтобы исправлять всякие жизненные несправедливости, то где же мое задание? На этой планете, кажется, все в порядке… Хотя, наверное, и тут бывают разочарования, несчастные случаи, неприятности. Но если в предыдущие два раза я прямо видел опасность или знал о ней, то тут – ничего подобного.
А может, мой неведомый «начальник» прислал меня, чтобы я присматривал за Викторией? Что же, с такой миссией я согласен. И не против, чтобы она длилась подольше: девочка мне очень нравится, чудесный человечек!
Улыбнувшись, как и всегда, когда вспоминаю о Вике, я быстро собрался, и по привычке взял рюкзак. Хотя, думаю, он мне не пригодится и сегодня. Так что, поразмышляв немного, я оставил его на кровати, и направился к двери. Сегодня буду гулять налегке. Не успела эта мысль оформиться в голове, как я почувствовал знакомое онемение во всем теле. Нет, только не сейчас!
В этот момент я всей душой желал остаться в этом мире, и даже физически пытался воспрепятствовать перемещавшей меня силе: вцепился немеющими ладонями в ручку двери. Но что какой-то высшей силе мои робкие протесты? В ушах звучала давешняя какофония, но стала она еще противнее и громче, а перед глазами взрывались фейерверки. Сам я будто протискивался через игольное ушко, а легкие просто раздирало, иначе не скажешь – нехватка кислорода. Я даже стал задыхаться, а перед глазами поплыли разноцветные круги. Кажется, я теряю сознание от удушья. Почему же в этот раз перемещение проходит еще неприятнее, чем обычно?!
Не успел я ни найти ответ на этот вопрос, ни окончательно грохнуться в обморок, как все вдруг резко прекратилось. Я оказался в каком-то темном помещении, судя по обстановке, кузнице. Спиной ко мне стоял какой-то высокий мужчина, и, кажется, что-то рассматривал. Я хотел его поприветствовать, но вместо адекватных звуков из горла вырвался громкий хрип.
– Матка боска! – заорал незнакомец, развернулся, и от всей души зарядил мне в челюсть.
Я послушно и печально полетел в заданном направлении, и по пути успел понять две вещи. Первая: наверняка я в Польше, судя по восклицанию незнакомца. Вторая: силой этот мужик обладает немереной, если с такой легкостью все мои девяносто килограмм быстрой ласточкой выпорхнули на улицу. Я плюхнулся прямо на мостовую и, как будто этого мало, тут же на голову свалился мой походный рюкзак! Спасибо, сестра! Однако утешает то, что Сашка, по-видимому, где-то рядом.
Вещмешок с лица я стянул как раз вовремя для того, чтобы увидеть, что из здания, которое я только что стремительно покинул, выскочил медведь… Ой нет, хуже. Мужик, благодаря кулаку которого я познал чувство невесомости, несся на меня. Я тут же зажмурился, готовый встретить смерть с широко закрытыми глазами!
– Антей, нет! – раздался вдруг такой родной и любимый голосок сестренки.
– Папа, стой! – вторил ей какой-то мужчина.
И это точно не мой шеф и муж Сашки, хотя голос похож.
Я снова распахнул глаза, и увидел, что Александра стоит как раз на пути разъяренного гибрида носорога и буйвола. Он же ее снесет и не заметит!
Но едва я об этом подумал, как мужик резко замер в сантиметре от сестры. А она даже не отклонилась в сторону. В этот момент я завидовал им обоим: его реакции и ее нервам.
– Сашка, да ты это, не того… – смущенно забормотал тот. – Я извиниться хотел.
– Папа всегда сначала бьет, потом думает. – засмеялся рядом все тот же неведомый мне мужчина. – Вставай, Жень.
Передо мной возникла чья-то ладонь с длинными музыкальными пальцами. Удивленный тем, что здесь кому-то известно мое имя, я посмотрел на обладателя дружественной длани, и тут же подпрыгнул.
– Иксион?!
Точнее, я хотел это сказать, но с губ моих слетело невразумительное мычание, а нижнюю часть лица прошило болью. Черт, да этот медведь мне челюсть сломал!
– И не сломал, а вывихнул. – конкретизировала Саша, которая незаметно подошла к нам.
Я гневно помычал на нее. Какая разница, вывихнул или сломал!
– Не мычи, тебе же больнее. Разница есть: вправить будет легче, чем срастить.
Не сказал бы, что это было особо радостной вестью. Все равно больно. Хотя, если не пытаться говорить, терпимо.
– Вот и не говори. И да, это Иксион.
– Узнал! – Икси обнял меня, и похлопал по спине. А я удивленно таращился на него. И было от чего: мой юный друг повзрослел лет на тридцать, и был сейчас старше меня!
– Вы знакомы? – удивился тот, кого Саша назвала диковинным именем Антей.
– Да, но все потом, пап. Пока что отведем Женьку в больницу.
Иксион пошел впереди, а мы с Сашей за ним. В арьергарде тащился Антей, трогательно краснел, и бурчал извинения.
– Да не переживай ты так! – отмахнулась от него Александра. Я возмущенно булькнул. – А ты не бузи! Мне Антей, вскоре после знакомства, едва не сломал грудную клетку, и угрожал свернуть шею. Но я ему отомстила: вышла замуж за его старшего сына!
Мужчины, услышав ее последние слова, неприлично заржали, да и я тоже улыбнулся. А потом скривился от боли. Интересно, он на всех с кулаками бросается? Мамочка, наверное, не научила его здороваться…
– Не на всех. – уточнила Саша, прочитавшая мои мысли. – А правда, Антей, ты чего на людей кидаешься?
– Да я у вас когда был, посмотрел этих, как их… «Других»!
– «Чужих», что ли?
– Ага, их, все фильмы. Знаешь, испугался сильно. И тут стою я себе в кузнице, не трогаю никого, а сзади хрип, ну будто тварь подкралась, и сейчас то ли съест, то ли яйца отложит.
– Яйца лицехваты откладывают. – внес поправки Иксион.
– Мне, знаешь, в тот момент было немного не до их репродуктивных особенностей. – доверчиво признался Антей. – Испугался я. Вот.
Я покосился на мужчину, и порадовался, что он просто испугался. Наверное, если бы он разозлился, от меня сейчас даже мокрого места не осталось бы. Сашка кивнула, а потом, прищурившись, посмотрела вперед.
– О, скорая помощь сама к нам спешит!
Я глянул в том же направлении, и на время забыл о ноющей челюсти. Было от чего: к нам спешила попросту сногсшибательная дама! Длинные черные волосы развевались по ветру, глаза-кинжалы будто бы пронзили меня насквозь, и заодно сделал рентгенограмму всего Евгения, брови разлетелись над очами, словно крылья птицы. Острый носик и пухлые губы картину довершали. А сидевший на ладной фигурке белый халат дал понять, что перед нами врач.
– Замри! – велела она, даже не здороваясь.
Я послушался, и мне в нос тут же пшикнули чем-то. Что-то пахло алоэ. Не успел я возмутиться, как почувствовал, что челюсть онемела, и боль ушла.
– Теперь идите в больницу! Я все подготовлю. – скомандовала дама, и унеслась так же стремительно, как и появилась.
Однако не успели мы двинуться с места, как у Антея зазвонил арновуд. Он активизировал его, и над экранчиком появилась голографическая женская фигурка.
– Антейчик, кого ты побил?! – требовательно вопросила она.
– Все в порядке. – ответил тот. Я с ним не был согласен, но кто меня спрашивал? Мужчина же продолжил разговор, кажется, с женой. – Лина проснулась?
– Да, я потому и звоню! Но…
– Милая, я бегу, все дома! – скороговоркой произнес тот, и действительно умчался.
Но тут же вернулся.
– Извини меня, парень. И жду тебя в гости!
После он хлопнул меня по плечу, от чего я едва не сел на землю, и снова убежал. Я, ожидая, что его опять принесет нелегкая, шел и оглядывался. Однако кажется в этот раз он исчез с концами, так что можно было спокойно подумать о собственной челюсти.
И о враче. Ах, какая женщина! Конечно, она немного меня старше, может, ровесница Иксиона… Но это же не помешает мне пригласить ее на свидание?
– Помешает. – хмыкнула бессовестная Александра, которая снова прочитала мои мысли. – Люди тут живут в два раза дольше, и дольше сохраняют молодость. Гигии уже за сто лет. Ты для нее малыш, как и все мы.
Сколько?! Я аж подпрыгнул на месте. Нет, в принципе, и это не помеха, ведь в пересчете на наши годы ей по-прежнему около сорока. Но, боюсь, дама не воспримет меня всерьез. Я действительно младенец в ее глазах. Интересно, а у нее есть внучка или правнучка приблизительно моего возраста?
– Есть. Но там занято, с ней Майкл какие-то отношения пытается построить.
Подумаешь, Майкл! Мог бы и уступить дяде. Какие его годы, у него тех девчонок еще столько будет!
