Страница 1 из 3
Использование материала данной книги, полностью или частично, без разрешения правообладателя запрещается.
Солт Максим
Рэд [роман], ред. от 10-го января 2026 года.
Право на издательство книги в бумажном, электронном, аудио и любых других форматах разрешается только с согласия автора.
18+ Присутствует ненормативная лексика.
Официальное сообщество автора ВК: saltmaxim_author – Вступайте и следите за новостями!
___
Когда жизнь — контракт, а правда — ошибка системы. Наёмник по имени Рэд получает заказ, который обещает изменить в его жизни всё, но вместо лёгких денег он оказывается втянут в смертельную игру. Каждое решение оставляет шрам, каждая истина ранит сильнее пули. В Нова-Сити не выживают те, кто ищет справедливость, но именно они меняют мир.
___
© Максим Солт, 2024
Глава 1
Глава 2
Глава 3
Глава 4
Глава 5
Глава 6
Глава 7
Глава 8
Глава 9
Глава 10
Глава 11
Глава 12
Другие книги автора:
Сквозь время. Вода и песок
Координатор
Рэд
Рэд. Возвращение
Псы Нова-сити
-------------------------
Моросило. Рэд шёл по улице и глядел себе под ноги. Мерцание уличных фонарей и блеск неоновых вывесок отражались от луж разноцветным безумием, зазывая прохожих отведать острых впечатлений и окунуться в вихрь танца сегодняшней ночи. В компании на углу звонко рассмеялась молодая девушка, скидывая с себя куртку и оголяя грудь. Под громкий свист друзей и подруг, сжимая в одной руке хрустящую алюминиевую банку бананового коктейля, другой она показала небу средний палец.
Заревел на высоких оборотах двигатель, и по улице промчался дорогой спортивный автомобиль, из открытого настежь окна которого доносились визги нот электронной музыки, смешиваясь с восторженными криками очумевшей от скорости куклы. Машина промчалась мимо Рэда по луже, и окатила его волной грязной вонючей воды. Рэд вовремя заметил опасность и отскочил, но недостаточно далеко: грязь осела на новых кроссовках и чистых штанах.
Вот же придурок! Подумал Рэд, глядя на утыканную чёрными каплями одежду. Из-за таких, как ты, вечно всё через одно место!
Он поводил по штанам рукой, пытаясь избавиться от пятен, но это не помогло. Скорее наоборот, стало только хуже. В голове накалилось, нервы словно обволокло колючей проволокой, и мир вокруг превратился в клубок раздражения. Очередной звонкий смешок из компании на углу окончательно взбесил Рэда. Руки у него затряслись, в груди вспыхнуло пламя, зубы плотно сжались. Он замер на месте, уткнувшись взглядом в пьяное сборище, наблюдая за тем, как скинувшая с себя куртку девица пустилась в пляс, крутя талией. Глядя на неё, Рэду хотелось только одного – разнести здесь всё к чертям, чтобы никто из этой мерзкой тусовки никогда больше не смог так громко ржать!
У тебя заказ! Возьми себя в руки! Напомнил себе Рэд.
Он прикрыл глаза и сделал так, как его учил психолог, к которому они вместе с Синди в своё время захаживали. Разумеется, по её наставлению, сам бы он никогда к нему не пошёл. Он же не дурак, по врачам ходить и слушать их идиотскую болтовню противным тоненьким голосочком, от которого начинает тошнить! Рэд сделал глубокий вдох и выдохнул. Повторил действо ещё дважды, и ему полегчало. Он знал, что это ненадолго, потому что два часа назад принял экзотрезил[1][1], дабы взвинтить рефлексы до предела, чтобы хрен кто смог ему что сделать. Без этого ходить на подобные дела опасно, можно и схлопотать, а так он был в себе уверен. Был уверен, что справится, а справиться было надо. В кармане дыра, с Синди уже дней пять не виделись, а в машине давно пора менять масло.
Рэд посмотрел вниз, любуясь носками своих новых кроссовок, отогнув их кверху. Свет яркой лампы зайчиком отпрыгнул от лужи и больно ударил по глазам. В висках зажгло тоненькой паутинкой, голова закружилась, к горлу подкатила тошнота.
Соберись, Рэд! Ну же! Чёртов ты кусок дерьма!
Рэду всё это не нравилось. Не нравилось, что кружится голова. Не нравилось, что в глазах плавают яркие разноцветные точки. Не нравилось, что в горле стоит упругий ком, готовый в любой момент пробкой вылететь наружу вместе с содержимым желудка. Не нравился вкус съеденных пару часов назад синтетических бургеров. Не нравилось, что этот поганый дождь лил уже четвёртые сутки. Ещё ему не нравилось место, в которое его принесло: райончик не то чтобы богатый, но и не трущобы. Здесь обычно все кому не лень устраивали вечеринки, корпоративы, рок-концерты и оргии. По нычкам тесных улиц часто собирались компании нетрезвых псов, кошек, отбросов и других местных группировок. Большинство дилеров жили здесь же. Но не мелкие, а те, что покрупнее. Мелкие обычно тёрлись по съёмным квартирам или грязным мотельчикам. Так было проще. Безопаснее.
В местные отели, в один из которых Рэд шёл, заглядывали в основном личности побогаче, а Рэд сейчас не выглядел как человек состоятельный. К тому же теперь, когда на штанах и кроссовках у него грязь, его вообще могли не пустить: дресс-код. Но даже если бы ему дали дорогущий костюм и туфли от “Миранды Мори[2][2]”, состоятельнее он бы не стал. Как утверждал один великий гуру, на которого Рэд был подписан в соцсетях: “Богатство не на банковской карте, богатство в голове. Если ты чувствуешь себя богатым и ведёшь себя как богатый, то и воспринимать тебя будут как богатого. Если при этом денег у тебя нет, то они придут к тебе сами. Это и есть закон силы притяжения в действии”. Рэд уже давно пробовал эту тему на работоспособность, но богаче так и не стал. В глубине души он знал, что всё это чушь полная, но иногда подобные цитаты сильно его мотивировали, мотивация приводила к действиям, а действия – к результатам.
Рэд перебежал через дорогу на красный, прошёл метров двести и уже поставил ногу на ступеньку, чтобы подняться в отель с блестящей неоновой вывеской, как вдруг развернулся, отошёл в сторонку и прижался спиной к фонарному столбу. Его потянуло закурить. Он достал из кармана электронку, потряс её и сделал несколько затяжек. Во рту застыл привкус кислого яблока с нотками мяты, и это было то, что ему сейчас нужно было. Голова приятно закачалась, веки опустились, по телу расползлась волна расслабления. Плохо было то, что ощущение это быстро прошло. Рэд сделал ещё несколько тяг, и электронка села.
– Вот же дрянь! Ругнулся Рэд.
Он размахнулся и бросил электронную сигарету на асфальт. Краска с баллончика стёрлась, мундштук отлетел. Со злости Рэд ударил по устройству ногой, пытаясь его растоптать. Разбить вдребезги!
Электронка выскочила из-под подошвы, и Рэд чуть не поскользнулся, растянувшись посреди улицы. Он вовремя ухватился за фонарный столб и только чудом остался стоять на ногах. Набрав полную грудь воздуха, Рэд выдохнул и решил попытать счастье снова. Деньги ему были нужны. Заказ нужно было выполнить.
Всё на мази, Рэд, всё на мази. Сейчас ты войдёшь в этот убогий отельчик, пошлёшь администратора на хрен, поднимешься наверх, завалишься в номер и сделаешь то, что должен, а потом получишь хренову тучу бабла и в ближайший год ни о чём не будешь париться. Купишь Синди этот дурацкий комбинезон, который она так хотела, заправишь полный бак и поменяешь масло. И свечи. И как следует оттянешься, – утешал себя Рэд.
Он почувствовал, как у него свело низ живота, а в горле зашевелился тесный булькающий комок. Рэд рванул за угол, прислонился к стене рядом с мусорным баком, и его вырвало. Не отпускало долго. Наверное, минуты две, после которых идти куда-то совершенно расхотелось.
– Подайте…прошу…– раздался хриплый голос во тьме.
От неожиданности Рэд отскочил, поскользнулся на хрустящей пачке дешёвых сухариков и плюхнулся на асфальт, больно стукнувшись пятой точкой. Он и не заметил, что в нескольких шагах от мусорного бака сидел одетый в драные лохмотья нищий.
– Прошу…
Рэд поднялся на ноги и сплюнул.
– Пошёл ты! Крикнул он. Слюна была густой и вязкой, и повисла у него на губах, стекая тоненькой ниточкой по подбородку. Рэд вытер рот рукавом, выругался и выскочил из переулка. Он завёл руку за спину и положил её на поясницу. Там, где у него был спрятан пистолет. Паника схлынула, уверенность в своих силах возросла. Он выпрямил спину и зашагал ко входу в отель. Рядом с сияющим белым названием: “Отель Белая Лилия”, ярко-красным светились цифры: “24/7”.
Рэд прошёл через вращающуюся дверь и, не обратив никакого внимания на администратора, свернул в коридор и направился к лестнице.
– Простите, мужчина! Вы куда? Выкрикнула Рэду вслед тонюсенькая то ли японка, то ли китаянка. Или вообще кореянка. Для Рэда все они были на одно лицо. С тех пор как между странами стёрлись границы, в Нова-сити их стало слишком уж до хрена.
Пока администратор бежала вслед за неучтивым клиентом, её короткие, выкрашенные в жвачно-розовый цвет косички подпрыгивали вместе с ненатурально большой грудью, скрывающейся за формой персонала сервисного обслуживания. У всех эта форма была одинаковой. Такой, какая, по мнению воротил гостиничного бизнеса, должна вызывать доверие, внушать гостям чувство безопасности и добавлять нотку стиля. Рэда от этой формы тошнило.
Когда девушка подошла ближе, стало заметно её переделанное умелым хирургом лицо. Наверняка в визор встроены импланты, которые позволяют прямо с места проверять посетителей и находить нужные данные в сети.
– Меня ждут, – как можно грубее ответил Рэд.
Надеясь избежать вопросов, он продолжил идти и уже был у лестницы, как вдруг вновь услышал голос администратора.
– Пожалуйста, назовите номер, чтобы я могла сообщить гостям, что вы придёте.
Рэд замер и повернулся к девушке лицом. На глаза азиатки выдвинулись затемнённые стёкла визора. Она вошла в сеть. Рэд напряг извилины, пытаясь что-нибудь сообразить, но в голову ничего не лезло. Соврать? Можно. А если не сработает? Что тогда?
– Я…
Дверь в атриум открылась, и на пороге показалась парочка, – мужчина в элегантном костюме держал руку на бёдрах своей дорогой подружки. В том, что она была именно дорогой, сомнений никаких не возникало: одета по последнему писку моды, с имплантированной грудью, подправленной талией без грамма жира и идеальным кукольным личиком. Красивые длинные ноги венчал высокий каблук туфель от “Виктории Син[3][3]”, а совершенное тело обтягивало жемчужно-белое платье, вырез внизу которого доходил почти до бедра. Глядя на неё, Рэд беззвучно присвистнул.
Когда пластика достигла пика своего совершенства и вошла в моду, любая женщина, имея в кармане побольше денег, могла сделать из себя куколку, чем большинство и пользовалось. Оставалось только найти дурочка побогаче, и вуаля – жизнь удалась! Стоит сделать только раз, а потом можно охмурять любого. И надо же, всё за чужой счёт!
Как просто! Глядя на модницу, думал Рэд. Как же у вас всё, чёрт побери, просто!
Рэд и сам залюбовался открывшейся его глазам похотью. Не сексуальностью, значение этого слова давно уже забыли. Именно похотью. Как ни крути, выглядело это сногсшибательно и сам он, как и большинство подобных ему падких на низменные шалости мужчин, мечтал однажды попробовать что-то подобное, но знал, что Синди это не понравится. Да и денег на такое надо мешок.
Увидев клиентов высокого класса, администратор моментально забыла про Рэда и вернулась к ресепшену. Вздохнув с облегчением, Рэд вскочил на лестницу и быстро ретировался: кто знает, как долго она будет возиться с этими двумя и что ей после этого в голову взбредёт?
Первый и самый заковыристый этап пройден, – думал Рэд, слушая своё тяжёлое дыхание, когда он с трудом поднялся на двенадцатый этаж. Нужно было на двадцать девятый.
Такими темпами не дойду, – решил он и выглянул в коридор: никого. Рэд быстро прошагал к лифту, нажал на кнопку и замер в ожидании. Лифт стоял на двадцать пятом. Придётся ждать, но иначе было никак. Хорошо хоть, что никого нет, – подумал Рэд и в этот самый момент в коридоре открылась дверь, и из номера выплыли две пьяных девицы.
Чёрт! Выругался про себя Рэд, глядя на электронное табло над головой. Двадцать четвёртый, двадцать третий, двадцать второй, двадцать первый…
Девушки, весело хихикая, направились в сторону лифта, постепенно приближаясь к Рэду.
…двадцатый…девятнадцатый…
Они уже были совсем рядом, и Рэду в нос ударил запах приторных духов и дешёвого алкоголя. От нервов он начал притоптывать ногой. Когда девушки подошли ближе, Рэд смог их как следует разглядеть. Стоило отдать дамам должное – они были полностью натуральными. Лица настоящие, тела тоже.
…семнадцатый…
Вслед за девушками в коридор выскочил полуголый мужчина в обтягивающих латексных трусах цвета небесной лагуны. Он крикнул что-то неразборчивое, – язык у него заплетался, – девицы захихикали и повернулись вполоборота, продолжая двигаться в сторону лифта, махая тоненькими ручками и отнекиваясь.
После устроенных мужчиной в коридоре брачных танцев, девушки откровенно заржали, раскраснелись, взяли друг дружку под руки и, поддавшись уговорам льстеца, откликнулись на заманчивое предложение. Как только они переступили порог номера, дверь за ними захлопнулась. Какое-то время ещё слышались их якобы неудобные и стеснительные смешки, а потом наступила тишина.
Пронесло, – подумал Рэд и выдохнул. Он смахнул со лба капли пота и поглядел по сторонам, – не решится ли кто ещё прокатиться на лифте? Никого не было. Прозвенел звоночек, двери лифта раскрылись, и Рэд вошёл в кабину. Он выбрал нужный этаж и поехал наверх.
Выйдя из лифта, Рэд свернул направо. Ещё издалека он заметил камеру в коридоре и хакнул её. Теперь он был невидимкой.
Двести девяносто пять…девяносто шесть…девяносто семь…восемь…девять. Рэд сделал последний шаг и остановился. Дверь в нужный ему номер была перед ним. Он прислушался: сначала было тихо, а потом он чуть не подпрыгнул на месте: закричала женщина. Да так громко, будто испытывала что-то такое невероятное, что никому, кроме неё, испытать не под силу. Она переигрывала. Даже Рэд это понимал.
Дело было плохо. Клиент не один. Значит, будут свидетели. Скорее всего проститутка. Может несколько. Убивать их Рэд не будет. Это не в его стиле. Они ничем не хуже него и зарабатывают так, как могут. В этом дерьмовом городе всем нужны деньги.
Рэд поставил ладони на стену перед собой и опустил голову. Свидетели – это плохо. Свидетели ему не нужны. Рэд достал пистолет и стукнул себя рукоятью по голове два раза. Застонал. Зарычал. Деньги ему нужны были сильнее, чем ненужные свидетели.
Крики прекратились. Послышался заливистый смех и громкий стук каблуков. Рэд выпрямился, в висках у него застучало. Он встал в стойку, сжав пистолет покрепче, и натянул на голову капюшон. Дверь открылась, и на пороге возникла кукла в прозрачном силиконовом топе с сиреневыми, стриженными под каре волосами. Кукла замерла, глядя на Рэда, глупо хлопая глазками. В руке она держала поднос с недоеденными ролами и размазанным по блестящей поверхности соусом.
Доза адреналина стрельнула в сердце, Рэд нацелил пистолет на девушку и крикнул:
– Пошла вон! С дороги, я сказал!
Девушка завизжала, выронила поднос и выбежала в коридор.
Ну, понеслось!
Рэд в несколько шагов миновал коридор и оказался в комнате. Рядом с большой красной кроватью стоял абсолютно голый, если не считать завязанного на шее чёрного галстука, лысый мужчина. Мужчина было бросился к шкафу, но как только Рэд оказался внутри, повернулся к нему лицом, поднял руки и замер.
– Стоять! Стой сказал, сука! Крикнул Рэд.
Мужчина задрал руки ещё выше. Рэд подошёл к лысому и влепил ему пощёчину. Никакой необходимости в этом не было, но сердце у него так и норовило выскочить из груди, и ему просто необходимо было сделать что-то подобное.
– Где он?!
– Что? О чём ты вооб…
– Не делай из меня дурака!
Рэд снова замахнулся и ударил мужчину по лицу рукоятью пистолета. Сила удара была такой, что мужчину бросило назад, и он ударился затылком о шкаф, разбив стекло.
– Да что тебе от меня надо, придурок?! Заверещал мужчина.
– Ноутбук! Чёртов ноутбук! Мне нужна “Эра”! Слышишь, ты?! Мудак конченый! Давай сюда или пристрелю! Сюда давай!
Мужчина замолк, глаза его забегали. Рэд сразу понял, что тот только дебила из себя строит, а на самом деле всё прекрасно понимает.
– Я не догоняю, что ты…
Рэд подошёл вплотную и приставил пистолет к виску лысого.
– Я тя щас прям здесь кончу, – прошептал Рэд.
Руки у него дрожали. Он понимал, что если так будет продолжаться и дальше, то спустит курок. Нажмёт и ничего не сможет с собой поделать. В такие моменты он никогда не мог удержаться и всегда творил глупости, за которые потом приходилось платить. Дорого платить.
Чёртовы нервы.
– В шкафу, – сказал мужчина уже совсем другим голосом. Взгляд его моментально изменился, и в нём перестал читаться страх. Он смотрел на Рэда с отвращением, скривив губы.
– Доставай! Доставай давай! Пшёл!
Рэд пнул мужчину по ноге. Тот согнулся от удара, но не издал ни звука. Он подошёл к шкафу, открыл его и, наклонившись, заглянул внутрь.
– Реще давай! Крикнул Рэд.
Послышался звук смыва унитаза, щёлкнул замок. Рэд повернулся и увидел на пороге уборной совершенно голую девицу в чёрных, утыканных острыми шипами каблуках с мохнатыми розовыми ушками на голове. Девушка долго смотрела на Рэда, потом сорвалась с места и побежала.
– Э! Куда?! Крикнул Рэд ей вдогонку.
Вспомнив про цель, он вернулся глазами к лысому и получил по лбу кастетом. Удар был сильным. Рэд не устоял на ногах и упал. Напряжённые до дрожи пальцы спустили курок. Прогремел выстрел. Лысый ещё раз ударил Рэда. На этот раз ногой по зубам, а потом пинком выбил у него из рук пистолет. Как был, абсолютно голый, с галстуком на шее и маленькой чёрной сумкой в руке, выбежал из комнаты и припустил босиком по коридору.
– Стой, мразь! Крикнул Рэд, вытирая кровь с разбитых губ.
Когда он поднялся на ноги, голова у него закружилась. Затошнило. Нужно было срочно валить, если он не хотел, чтобы его загребли в отделение. Рэд прислонился к стене, силясь побороть головокружение, и застонал.
Давай, Рэд! Давай! Дело ты один хрен уже провалил. Нужно убираться отсюда!
Рэд рванул в ванную, умылся холодной водой и посмотрел на себя в зеркало. Выглядел он паршиво: на лбу рана от удара кастетом, – кровь тоненькими струйками стекает на линию бровей, – губа разбита, меж зубов тоненькие красные полоски.
Рэд тряхнул головой, влепил себе пощёчину и вернулся в комнату. Он начал шарить глазами по полу, выискивая ствол, который никак не мог найти.
– Сука! Выругался Рэд, падая на колени и обшаривая пол руками. – Сука! Сука! Сука!
Кровь заливала ему глаза, и приходилось держать голову прямо, вытирая её. Если он наследит, – быть беде. При экспертизе быстро определят, кто он такой. Если, конечно, решатся искать.
Рэд заглянул под кровать и увидел пистолет.
– Вот ты где!
Он схватил оружие, засунул за спину, вскочил на ноги и рванул прочь из номера.
Центральная лестница и лифт были для него закрыты. Если лысый ещё не спустился, то скоро будет внизу, а тогда пиши пропало. Администратор мигом вызовет копов, и те через десять минут будут тут как тут. Хрен их дождёшься, когда из дома звонишь и у тебя что-то случилось, а на вызовы всяких отелей, кафешек и магазинчиков, особенно со стрельбой, реагируют молниеносно.
Вариант был только один: пожарный выход. Там тоже лестница, но если сильно постараться, можно успеть, да и к чёрному ходу полиция не сунется. Первым делом войдут через главный.
Не теряя времени, Рэд рванул по коридору. Он активировал визор, провёл пальцем по встроенной в висок сенсорной панели и активировал “взломщик”. Имплант позволял ломать любые замки, кроме защищённых дорогим софтом. В отельчике “Белая лилия” такого софта точно не было. Имплант был в ходу у наёмников Нова-сити, но достать его было не так-то просто, особенно после того, как шеф полиции Клаус устроил облаву на чёрный рынок под предлогом возросшей преступности. Каждый второй наёмник в городе знал, что причина эта выдуманная. Себе он всё захапал. Не поделил барыш с местными барыгами и решил их убрать, пока не наворотили чего. Вот тогда-то и начался дефицит, но Рэду повезло. Был у него один друг, который мог достать всё. Пусть за немалые деньги, но всё. Только денег таких у Рэда никогда не было. Зато были руки, ноги и голова. Однажды он этому другу помог, и тот отплатил ему тем же.
Взлом удался. Датчик пикнул, и дверь открылась. Рэд поблагодарил друга чуть ли не в тысячный раз с момента установки импланта и поскакал по лестнице вниз.
Хорошо, что ломанул камеры, пока поднимался. Хрен они меня найдут! Эта розовая азиаточка ни в жизнь моё лицо не вспомнит. Она даже не пыталась запоминать! Думала, визор за неё всё сделает или камера на ресепшене. Только её я тоже взломал.Выкусите, сволочи! Думал Рэд, бодро вышагивая по улице, слушая вой полицейских сирен за спиной.
Заказ он провалил. Пусть до сдачи оставалось ещё два дня, результатов не было никаких, и теперь уже не появятся. Как он найдёт этого лысого? А ноутбук? Отследить его почти невозможно. Защита там всяко посерьёзнее софта в “Белой лилии”. Помочь ему с этим мог разве что Николай или, как он сам предпочитал, чтобы его называли – Битокс. Тот самый друг, который подогнал ему взломщика и вообще помогал в разных вопросах: имплант какой установить, настроить, сигнал отследить и всё то, в чём Рэд совершенно не разбирался.
Николай был русским и в Нова-сити прожил уже одиннадцать лет. Ещё он мог ломануть что угодно и кого угодно. Если и был на свете хакер круче него, Рэд таковых не знал. Кто бы что ни говорил: круче русских хакеров никого нет. У ребят железные яйца и золотые мозги, Рэд убеждался в этом далеко не раз. Только вот денег Николай всегда брал немало, а их у Рэда как раз не было, да и впутывать его в это дело не хотелось.
Рэд свернул на улицу Деревязовского, засунул руки в карманы и пошёл быстрым шагом, глядя себе под ноги. Улица была пустынна, оно и понятно, – два часа ночи. В такое время все уже либо дома, либо по отелям, вон, развлекаются. Либо по барам. Пятница, однако, – веселье в самом разгаре. Вся нечисть тусуется в центре. Там, где обычный коктейль стоит недельную зарплату уборщика, где от дорогих люксовых авто отсвечивают огни неоновых вывесок, где армия силиконовых кукол устраивает охоту на толстопузых богатеев и ещё больше дамочек попроще выстраиваются в очередь вслед за ними, довольствуясь тем, что останется. Где деньги льются рекой в таком объёме, какой не снился даже топ-менеджерам корпораций и их директорам.
Деревязовский. В честь него целую улицу назвали, а что он сделал? Изобрёл какую-то программу, позволяющую банкам отслеживать чипованную наличность. С такими деньгами уже не спрячешься ни от самих банков, ни от налоговой, ни от копов. Нечипованная наличка не котировалась, – сбыть трудно, – но палочка-выручалочка находилась всегда, стоило только знать нужных людей.
Что бы там ни сделал Деревязовский, он работал на банки, из этого следовало, что даже если бы он подтёр зад директору всего этого базара так, чтобы тот испытал бурный оргазм, в честь него всё равно бы назвали улицу, а что насчёт тех, кто делает жизнь простых людей лучше каждый день? Ни памятников, ни табличек с названиями улиц, ни-че-го. Их имена останутся в памяти тех, кто их помнит, а потом исчезнут, сотрутся, как старая засохшая грязь с тротуаров и мостовых.
Нова-сити. Некогда утопия. После упадка Соединённых Штатов сюда ломанулись все, кому не лень. С островов, с востока и запада, даже из Сибири вон, как Николай. Хотя хрен его знает, откуда он. Пойди пойми этих русских. Если они не хотят чего-то говорить, то не скажут. Но Рэд был уверен, что он из Сибири. Точка.
Люди надеялись на лучшее будущее, на конец непрекращающейся лжи политиков, мир и безопасность. На настоящую свободу, а не на надутый радужный пузырь выдуманных слов “демократия” и “толерантность”. Слов, обещающих то, чего никогда не существовало. Люди верили, что их мнение будет что-то значить, будет чего-то стоить. Они думали, что будут что-то решать и строить новый мир сами. Надеялись на приличные зарплаты и честный бизнес, на хорошую работу, качественное жильё и вообще всё то, чего в привычном мире давно не было.
Что получилось в итоге? Заполненные машинами улицы с многокилометровыми пробками, дорогущее картонное жильё в человейниках с кучей быдла и наркоманов. Высокие цены, низкие зарплаты, продажные политики и такие же продажные копы. Силиконовые куклы, низменные интересы, реки алкоголя на любой вкус и разноцветные пышные горы наркоты, а главное – никакого честного бизнеса и хорошей высокооплачиваемой работы. Приходилось выживать: либо шевелишься, либо подыхаешь на улице нищим, пожирая объедки со стола какого-нибудь корпоративного ушлёпка, пригревшего себе задницу на тёплом месте. Суки. Мрази. Люди от голода подыхают, а они…
В задумчивости Рэд не заметил, как дошёл до Трущоб. Района, где он уже четвёртый год существовал, надеясь на то же, что и остальные: вытянуть золотой билет и получить возможность убраться подальше. Возможность, которая позволит ему выбиться в люди. С каждым новым заказом он надеялся на это, верил, и каждый заказ оканчивался хуже предыдущего. Ещё чуть-чуть и ему вообще перестанут их выдавать, тогда придётся податься в грузчики или уборщики: целыми днями таскать мешки с цементом или драить толчки. Придётся снять жильё в ещё более убогом месте и жрать только химию, от которой лет через пять можно будет оказаться на больничной койке или сдохнуть.
Последние пять заказов он провалил. Потому что был под препаратами. Потому что опять не хватило смелости. Потому что опять поругался с Синди, и голова была забита разноцветным сопливым дерьмом!
Рэд вошёл в подъезд пошарпанной бетонной многоэтажки, подошёл к лифту и нажал на кнопку: лифт не работал. Рэд со злости пнул решётку закрытых дверей. Если лифт не работал, это означало только одно: придётся подниматься на восемнадцатый этаж пешком. Снова по лестнице! Но это полбеды. На лестничных площадках частенько ошивались неприятные компании, которым только дай повод – почешут об тебя кулаки. Вот это было действительно хреново.
Как же Рэд хотел отсюда свалить! Чтобы не видеть этих пропитых бледных лиц, не чувствовать эту ужасную вонь курева, обоссанных стен, травки, баллончиков с краской, пива и энергетиков. Туда, где он сможет подниматься домой не боясь, что ему сломают рёбра или обшмонают. Туда, где они с Синди будут счастливы.
Рэд вышел на лестницу и услышал гомон откуда-то сверху. Крики были резкими, громкими. Кажется, намечалась драка. Лестница была с обеих сторон дома, поэтому он приноровился определять на слух, на каком этаже сидят, чтобы с одной стороны переходить на другую и продолжать подъём, это помогало ему избегать неприятностей. Бывало, конечно, что сидели везде, тогда оставалось надеяться на удачу.
Вспомнив про Синди, Рэду стало хуже. Они давно не виделись, а от неё ни ответа, ни привета. Один раз она написала ему сообщение, но и то совсем коротенькое. Сказала, что всё ок, просто она занята. Чем занята? С кем занята? Где занята? Хрен бы знал! А ведь он для неё делал всё, что мог. Да, может, у него не всегда были деньги и машинёшка совсем уж простенькая, но о чём бы она его не просила, он откладывал любые дела и бежал к ней, надеясь помочь, хоть как-то сделать её жизнь лучше! Бывало, даже цветы дарил, что в этом долбаном городе совсем уже не модно и привлекает только несовершеннолетних пигалиц, верящих в романтику и любовь с первого взгляда, но Рэду это нравилось. Он хотел сделать Синди приятно и делал, как мог. Как умел. Похоже, получалось у него плохо.
К чёрту всё! Подумал Рэд, проводя картой по сканеру, переступая порог своей пропахшей сыростью и грязными носками конуры. На этот раз ему удалось избежать неприятностей. На этот раз. Он нажал на выключатель, и в тусклой, затёртой изнутри люстре зажглись лампочки. Заморгало. Одна из лампочек тихонько загудела и погасла. Осталась одна-единственная, света которой едва хватало, чтобы разглядеть, что под ногами. Когда Рэд вошёл, тараканы и пауки разбежались во все стороны, ныкаясь по углам.
В квартире было не прибрано. Он обещал себе навести порядок, но последние три недели у него совершенно не было настроения. Из раковины торчала гора немытой посуды, рядом с которой на гарнитуре валялись коробки из-под пиццы и пакеты с логотипом дешёвого фаст-фуда. Синтетика. Сплошная химия из порошка. Но так было дешевле. Здесь, в Нова-сити, всё натуральное было дорого. Хоть Рэд и пытался питаться нормально, не всегда на это самое “нормально” были деньги.
Рэд скинул кроссовки и, не глядя под ноги, направился прямиком к кровати. На полпути запнулся обо что-то твёрдое и ушиб большой палец правой ноги. Ойкнул, попрыгал на месте, разразился руганью. С трудом доковылял до постели, скинул покрытые крапинками засохшей грязи штаны и бухнулся на мягкий матрас, уткнувшись лицом в подушку. Не прошло и минуты, как он захрапел.
Проснулся Рэд в шесть утра. Голова трещала, тело бил озноб. Глаза как открылись, так не закрываются. Ни двух слов, ни двух мыслей связать не получалось. Отходняк. В таком состоянии он провёл весь день и только к вечеру, когда стало немного лучше, вышел на свежий воздух.
Суббота. Кругом куча такси и расфуфыренных фифочек, которые спешат занять очередь в “Лагуну” – самый модный клуб в городе, где вот эти самые фуфырки каждые выходные закидывают удочку, надеясь поймать рыбёшку покрупнее. Как правило, везёт тем, у кого юбка короче, ноги длиннее и грудь больше, а ещё милое нарисованное личико с надутыми губами. Рэд и сам, бывало, пусть и не в Лагуне, но далеко не раз пропадал в отупляющей суете выходных дней. Окунаясь в неё с головой, совершенно не замечая, как летит время.
Но не сегодня. Сегодня денег на подобные развлечения у него не было. Заказ провален, других нет и не предвидится. За интернет заплатить нечем уже второй месяц, телевизор тоже не работает. Дома делать нечего.
Рэд взял мобильник, нашёл номер Синди и позвонил. Долго висели гудки.
– Ну же, Синди, возьми трубку! Взмолился Рэд.
Заговорил автоответчик. Он сбросил и набрал ещё раз. Снова гудки. Тогда он написал сообщение.
Р: Синди, прив! Как ты? Увидимся?
Немного подумав, добавил смайлик :).
Отправил.
Рэд решил, что даже если Синди ему не ответит, он всё равно до неё доедет. Погано на душе было так, что ему нужно было выговориться. Нужно было, чтобы его выслушали и заверили в том, что всё будет хорошо. Он не знал, что прямо сейчас Синди сидит дома, а в гостях у неё подруга, которая всеми правдами и неправдами уговаривает её пойти в клуб, во всех красках описывая, как познакомилась с брутальным мачо, так ещё и богатеньким. Тот уверял, что обязательно сводит её на пластику после того, как она заглянет к нему на вечерок в большой дом на Селфмейд-стрит, но она же не дура и сразу не согласилась, поэтому продинамила его. Сегодня он позвал её снова. Она сказала, что подумает и пока занимается этим самым абсолютно бессмысленным думанием, так как подсознательно уже на всё согласилась, решила пойти в Лагуну пораньше и пропустить пару коктейлей. Он дал ей вип-пропуск, по которому пускают без очереди. Одной ей идти скучно, поэтому она уговаривала Синди поехать с ней. К тому же, вдруг и она там найдёт своё счастье, а то этот её, как там его, Рэд? Совсем бестолковый и даже в салон её ни разу не сводил. Очень уж тоскливо, должно быть, встречаться с таким, как он. Конечно, цветочки носит, слова красивые говорит и всё такое, но фи: ни мышц, ни денюжек, ни машины хорошей, белой, красивой. Живёт так вообще в свинарнике. Походом на пластику тут и не пахнет. Значит, не любит.
Синди слушала подругу со слезами на глазах, сжимая в руке одноразовую салфетку. В этот самый момент позвонил Рэд. Трубку она не взяла. Если бы взяла, то совсем разрыдалась бы. Она с трудом сдерживалась от того, чтобы немедленно не согласиться на предложение подруги и в глубине души уже знала, что согласилась ещё тогда, когда Айва только пришла к ней. Она давно никуда не выходила, а сценарий работа-дом настолько уже в печёнках засел, что хоть на стену лезь. Или реви. Или реви и лезь. Ещё и тему больную затронули – отношения с Рэдом. У них уже давно всё шло наперекосяк. Ссоры на пустом месте, встречи, от которых становится только хуже. Ходишь потом вся заплаканная и спать нормально не можешь. Просыпаешься с красными глазами, закрашивая тоналкой круги и натягивая на лицо улыбку, а вечером всё снова по тому же сценарию.
Они пытались всё исправить, иногда у них даже получалось, но ненадолго. День-другой, может, неделя, потом всё снова становилось по-старому: ссоры, непонимания и никаких встреч. Она хотела увидеть Рэда, но и не хотела. Хотела, потому что соскучилась, а не хотела, потому что знала, к чему это приведёт. Снова. Она сидела и смотрела в радостные глаза Айвы прекрасно понимая, что она дура-дурой и этот мужлан её кинет сразу же, как своё получит. На кой она ему? Богачу с Селфмейд-стрит. Но разве она не права, что хочет попробовать? Разве не права, что хочет быть счастливой?
Синди тоже хотела быть счастливой. Может, Айва была права? Может, пора было начать что-то новое? Познакомиться с кем-нибудь, роман завести, а потом, кто его знает, может, из этого что-то получится? Может, закрутится чего, может, нет. Она и сама не знала, куда её несёт. Хотелось чего-то такого, что позволит ей дышать полной грудью. Позволит, глядя на себя в зеркало, улыбаться от счастья со слезами на глазах, а не глядеть туда с бледными, опухшими и заплаканными мешками.
Всё бы ничего, и она уже была бы в клубе и танцевала, может, даже завела бы знакомство, может, отдохнула бы и развеялась, если бы не одно “но”: она любила Рэда. Любила эти его букеты цветов, любила нелепые комплименты, любила даже его неуверенность, и как он иногда смущается, и ещё многие другие мелочи, которые были известны только ей. Чёрт с ней, с этой пластикой. Чёрт с этими дорогущими особняками на Селфмейд-стрит и даже с салоном красоты чёрт! Она любила его.
Несмотря на все “за” и “против”, Синди быстро убедила себя в том, что ей очень уж надо развеяться. Сходить потанцевать, выпить, пообщаться. Позаигрывать с кем-нибудь. Так, невзначай, просто пококетничать. Потом, будучи радостной и отдохнувшей, она встретится с Рэдом и обнимет его так крепко, как никогда! Прижмётся к нему и почувствует его тёплую шершавую ладонь в волосах.
Она согласилась на долгие уговоры подруги и побежала собираться. В этот момент Рэд позвонил снова, Айва это увидела и поставила беззвучный. Синди звонка не услышала.
Рэд перебежал через дорогу, пошарил в кармане куртки и нащупал чип-ключ. Машина была припаркована через две улицы. Чтобы ставить её на подземной парковке, денег у него не было, поэтому приходилось оставлять чуть ли не в километре от дома на открытой стоянке, где сторожем был седой дед, который по старой привычке читал газеты, которые, по старой привычке, кто-то печатал.
Охраны на стоянке не было никакой: по углам натыкано пару старых камер, которые ломануть проще простого, но ставить тачку было больше некуда. Оставлять на улице опасно. Может, где-нибудь в другом районе и можно, но не здесь. Окна выбьют, колёса снимут, бардачок обчистят, да что там, даже сиденья вытащат! Им только волю дай.
Рэд знал, что многие на районе этим зарабатывают. Его самого далеко не раз зазывали провернуть подобное дельце, но он отказывался. Да, он был наёмником и убивал за деньги, избивал за деньги, да и вообще делал всё, лишь бы платили, но подобные вещи считал недостойными. Если он хотя бы охотился за плохими парнями, то у уличных не было ни чести, ни кодекса: они воровали у всех, и неважно, что вчера они сняли колёса со старенькой развалюхи какого-нибудь дедули, у которого ничего кроме неё не было. Нет, Рэд на такое не подписывался.
Улица скатилась по наклонной, и Рэд сошёл с тротуара на протоптанную грязную дорожку. Стоянка располагалась на съезде с дороги, и каждый раз до неё приходилось топать по грязи и лужам. Этот раз исключением не был. Пока Рэд шёл, все кроссовки себе изгваздал, а ведь после вчерашнего он их так и не почистил.
Проходя мимо ворот, Рэд махнул рукой сторожу в знак приветствия, но дед на него даже не посмотрел. Сидел, как всегда, уткнувшись в свою газету. Рэд подошёл к машине и внимательно осмотрел её со всех сторон. Как-то раз он пришёл и заметил на двери царапину, которой, когда он уходил, не было. Сторож ничего сказать не смог, на камерах разобрать что-то было трудно, а заявление в полицию Рэд писать не стал. Знал, что не поможет. Наверняка подобных заявлений им по сто раз ко дню приносят, и никто этим не занимается.
На первый взгляд всё было в порядке. Он осмотрел стёкла, двери, пороги. Полюбовался тем, как блестят диски. Всё-таки нравились они ему, а ведь купил почти задаром у какого-то шизика на Бонд-стрит. Наверное, тот их у кого-то скоммуниздил и потому толкнул дёшево, но это уже было неважно. Теперь это его, Рэда, диски. Глаза мозолили пара трещин на переднем бампере, которые давно пора было заварить. Рэд сел на корточки, поцокал языком, поводил по трещинкам большим пальцем, чертыхнулся и встал. Чего толку смотреть? Всё равно в кармане ни копейки. Рэд открыл дверь, сел, вставил чип в порт и нажал на кнопку старта. Двигатель заревел на повышенных оборотах, и Рэд уставился на приборную панель, наблюдая за показаниями тахометра. Как только двигатель прогреется, он поедет. Плевать, что на улице не зима, а осень. Холодный двигатель – это хреново. Горючки много жрёт, и изнашивается всё к чёртовой матери. Машина всё-таки не новая, а другой у него нет. С такими темпами и не будет.
Рэд взял телефон и проверил, не ответила ли Синди. Не ответила. Он позвонил ей. Короткие гудки. Позвонил ещё раз – та же история. Он положил телефон на пассажирское сиденье и взялся за руль, поигрывая по нему пальцами. Поставил ногу на газ и легонько нажал на него. Двигатель зашумел, обороты подскочили, диодная полоска на тахометре подпрыгнула и снова опустилась.
Рэд опять набрал Синди, но результат оказался тот же. Он громко выругался и бросил мобильник на сиденье. Телефон отскочил, ударился о дверь и упал на коврик. Рэд зашёлся несусветной руганью. Происходящее начинало его раздражать. Он потянулся к телефону и поднял его. Экран сверху до низу покрылся тоненькой паутинкой трещинок. Теперь Рэд по-настоящему разозлился. Он наговорил таких слов, о которых уже лет десять как позабыл, а некоторые и вовсе не знал. Он шипел, бухтел, даже кричал, выкрикивая мат за матом.
Идиотская стоянка! Тупой старикан с газетой! Заказ просрал! Синди игнорит! Ещё и телефон разбил! Бензина всего полбака!
Рэд зарычал и начал стучать кулаком по рулю. Кулак каждый раз отскакивал от упругой поверхности с громким глухим стуком.
Рэд прибегнул к рекомендованному ему психологом приёму. Он закрыл глаза, сделал глубокий вдох и выдохнул. Потом повторил процедуру и открыл глаза. Стало легче. Он заметил, как сторож из будки сверху смотрит на него с ухмылкой. Рэд пододвинулся к стеклу и пристально уставился на него. Тот сразу спрятался за газету.
– Козёл, – прорычал Рэд.
Ему полегчало. Злость прошла, а идти учить старика уму-разуму не было никакого желания, да и если тот его выгонит, куда он потом тачку ставить будет? Рэд зажал педаль тормоза, переключил передачу в положение “D” и поехал. Едва он выехал за ворота, машину повело, и он плюхнулся в колею. Вспоминая о своих блестящих чистых дисках, Рэд ругнулся, но всеми силами старался держать себя в руках. Он всё-таки ехал к Синди, а у них и так проблем хватало.
Как только Рэд выскочил на асфальт, то помчался на всех парах слушая, как по задним аркам отбивают ритм комья грязи. Нет, – решил он. Больше я машину мыть не буду. До самой зимы. К чёрту.
Синди дома не было. По крайней мере, дверь она не открывала. Рэд обошёл дом и, долго считая этаж за этажом – она всё-таки жила на двадцать третьем, – нашёл её окна. Свет не горел. Значит, её и правда не было. Ну или она спала. Решив последний раз попытать удачу, Рэд позвонил Синди, глядя на окна, надеясь увидеть маленький огонёк экрана мобильника, но ничего не увидел. На том конце провода снова короткие гудки.
– Синди, ну где же ты? Ты нужна мне, слышишь? Прошептал Рэд и написал сообщение:
Р: Синди, ты где? Я очень хочу тебя увидеть. Был у тебя, но ты не открываешь. На звонки не отвечаешь. У тебя всё в порядке?
Рэд отправил сообщение. Немного подумав, настрочил ещё одно.
