Страница 4 из 5
Алита ничего не ответила.
– Тебя там ждут. Родители беспокоятся о тебе.
– Я не могу пойти. Я расплачусь перед всеми этими людьми… А не должна. Не должна больше плакать. Не должна быть слабой, – драконица шумно втянула носом воздух и сжала пальцы с такой силой, что побелели костяшки. – Для меня нет лечения. Последняя надежда умерла вместе с Анной. Нет, не так… Я жалуюсь, – она расцепила пальцы и с силой впилась в юбку. Кристофер приподнял руку, встревоженно наблюдая за женой. – Я должна стать сильной.
– Твоё стремление похвально, но ты выбрала не самый подходящий момент. Сегодня день скорби. Иногда нужно дать волю эмоциям, – он притянул её к себе, и принцесса нехотя положила голову ему на плечо. Пальцы всё ещё продолжали с силой стягивать ткань юбки.
Какое-то время они сидели молча. Кристофер слушал её прерывистое дыхание и гладил по растрёпанным волосам. Наконец Алита обмякла и сипло произнесла:
– Её сердце так медленно билось. Жизнь вправду угасала. Половина мозга уже была повреждена… Как и часть органов… Я впервые наблюдала, как человек умирает от старости… Не могу описать словами, что чувствую. Ведь когда я коснулась её, то сразу поняла, что бессильна… Что не смогу помочь.
– Смерть неотвратима. Все мы когда-нибудь умрём. И будет неплохо умереть в таком почтенном возрасте, как твоя няня.
Принцесса горько всхлипнула.
– Я провела с ней последние часы её жизни.
– Ты попрощалась.
Алита печально взглянула на него. В её глазах стояли слёзы.
– Благодарю за то, что ты рядом. Пойдём.
***
Всю дорогу обратно в столицу Кристофер, как ни старался, не мог отделаться от навязчивых мыслей. Вопросы лились бурным потоком через сознание, заставляя искать ответы. Он сопоставлял факты, силился упомнить все мелкие детали произошедших событий, все разговоры. В голову так и лезли слова пленника о куполе и древних вампирах. Кровавый дракон так легко и непринуждённо поведал им столь сокровенные сведения… Врал ли он? Или говорил правду?
Если рассуждать здраво, то всё это походило на откровенные бредни. Корабли столько раз уплывали на восток и пребывали на западное побережье, пересекая Великий океан. Разве они не уперлись бы в магическую стену?
Алита заёрзала у него на спине, словно напоминая о себе. Анна умерла, остальные не помнили полный текст песни. Искра надежды на излечение потухла, не успев разгореться. Будет ли другой шанс для драконицы?
«Мы найдём лекарство, – Кристофер не собирался сдаваться так легко. – А что, если попытаться получить ответы от кровавого дракона? Он что-то знает об этой твари, иначе зачем бы так распинался про во̀ронов».
Мысли сделали круг и вновь атаковали сознание. «Вампиры создали купол и несут бремя печатей… Предположим, что так. Их всего восемь, и у каждого территория. При этом они никогда не встречаются. Тут всё сходится – печати должны быть равноудалены. Вампиры и драконы ненавидят друг друга. Именно из-за драконов клыкастые потеряли былое могущество. Он сказал… Купол возник после того, как на континенте появились Мерзость и Выродок…»
Кристофер опустил взгляд на небольшую деревеньку, над которой они сейчас пролетали. Миниатюрные домики, дым из труб, зелёные лужайки, пастбище для овец…
«Порталы… Вампиры пользуются древней технологией. Они не придумывали порталы… Поэтому не могут появляться в любом месте… Технологию построила… Кто?»
«Великие Господа называют ее Мерзость» – так сообщил пленник.
Начальника гвардии так резко осенило, что он потерял высоту. Видимо у Алиты перехватило дыхание, потому что принцесса испуганно подорвалась с места, хватаясь за костистые отростки. Это вызвало небольшой переполох среди сопровождающих гвардейцев, которые тут же сосредоточились, пытаясь рассмотреть в небе возможного врага.
– Всё нормально. Продолжаем лететь, – скомандовал Кристофер, а сам мысленно расплылся в улыбке. Сегодняшний вечер он проведёт за «приятной» беседой.
***
Арис внимательно изучал протокол первого допроса Себастьяна. Он потирал наморщенный лоб и вчитывался в строчки. Обдумывал. Потом положил бумаги и откинулся в кресле. Выпрямил ноги, и в колене тут же что-то громко щёлкнуло – так сломанный в детстве сустав давал о себе знать.
– Купол… Древние вампиры… Континенты… – озадаченно проговорил король, глядя в потолок. – Бредни какие-то. Клыкастый сказочник! Утро надо начинать с чего-то более лёгкого.
Обручальное кольцо, толстое золотое украшение, засветилось на его безымянном пальце. Тусклый свет озарил кусок чистого пергамент, над которым Арис держал руку. На душе стало легко. «Видимо, Малис наконец разрешил Вики взять малыша». Король улыбнулся. Как же ему хотелось каждый день просыпаться рядом с ней, касаться шёлковистых волос, знать, что она здорова. Наблюдать, как растёт сын. Их единственный сын.
Несмотря на благополучные и лёгкие роды, здоровье королевы пошатнулось. Вряд ли у них будут ещё дети…
Размышления о семье навели на мысли о заговоре, о попытке убить их всех в день похорон матери, покончить одним махом с королевским родом… Пальцы сами сжались в кулаки. Измена произошла прямо у них под носом. «Будь ты проклят, Хьюберт! Отец всегда доверял тебе. Я доверился тебе. Поручил перевести свитки, взял твоего сына на службу… А ты… Хуже грязной свиньи!»
Сейчас, в подвалах университета шёл допрос Гордона. Молодого дракона, который осмелился пойти на тяжкое преступление… Ради чего? Арис поднялся. Ему отчаянно захотелось посмотреть в глаза предателю. Самолично спросить у этого выродка, чего стоила измена? Что ему обещали взамен? «Наверняка, кто-то сулил ему несметные богатства. Вот только кто?»
На пороге король встретился с Алоном. Мальчишка всегда дежурил около кабинета, чтобы передать очередное послание короля.
– Сообщай всем, что я в подземельях. Если будет что-то срочное, найдёшь меня там.
Паж кивнул.
«Из него получится хороший лорд клана синих драконов, когда подрастёт. Преданный короне лорд. Как все уляжется, надо будет больше внимания уделять его обучению», – сделал пометку в уме Арис и в сопровождении двух гвардейцев отправился в подвальные помещения.
Пахло сыростью и затхлостью. Из дальних комнат доносился запах алхимической гари. В носу зачесалось, и король недовольно сморщился, пытаясь прогнать непрошеное чувство.
– Ваше Величество, – стоявшие у входа в допросную гвардейцы поклонились.
– Как продвигается?
– Он во всём сознался, – ответил один из служивых.
– Ага, – Арис указал на дверь. – А ну-ка открывайте.
Король вошёл в комнату, где тут же затих разговор. Допрос вёл Рэй. Последние события показали, что гвардейцу можно доверять. Да и Кристофер больше всего задействовал его в расследовании дела о взрыве тайного хода из дворца.
– Ваше Величество, – поприветствовал Рэй и поднялся с места.
Арис смерил брезгливым взглядом сидевшего за другим краем стола Гордона. Он был связан. К шее плотно прилегал ошейник с блокирующей магию печатью. Запачканное грязью лицо, слипшиеся волосы и голубые глаза – Ясные, с такой надеждой взирающие на правителя.
– Ваше Величество, умоляю… – выговорил Гордон одними губами.
– О чём? – разыграв удивление, спросил Арис. – Смотри-ка, тебя допрашивает сам король. Большей почести и желать не нужно. О чём ты можешь умолять ещё?
– О пощаде.
– Считаешь себя виноватым?
– Да.
Король подтянул к себе незаконченный протокол и бегло просмотрел его. Он приказал подать ещё один стул, чтобы Рэй продолжил работу над бумагами, а сам задал вопрос:
– В чём заключается твоя вина?
– Я… подорвал тайный ход. Из-за этого королевская семья не смогла безопасно эвакуироваться.
– Как ты это сделал?
– Сначала повредил барьерные печати в гроте. Затем рассыпал порох. Бочонок с порохом я заранее припрятал в ущелье, куда выходил тайный ход. Он находился в нише под выступом.
– Ты всё это умудрился сделать, пока длилась прощальная церемония с Её Величеством, королевой-матерью? – гневно спросил Арис. Его жутко раздражало, что пленник имеет наглость смотреть на него таким щенячьим взглядом.
– Да. Я специально поменялся сменами в карауле с Джеком. Тот хотел присутствовать на ритуале.
– Почему ты выбрал именно этот день? Почему не испортил тайный ход раньше?
– Так и планировалось. Я должен был заминировать ход за пару дней до назначенной даты. Их нужно было расставить заранее, но при этом исключить подрыв, если бы кто-нибудь случайно пошёл проверить ход. Также отец рассказал, какие печати нужно будет использовать. Они активируются, когда кто-то приближается, и порох воспламеняется. Изначально, я должен был поменяться сменами с Винсентом, но тот захотел посмотреть на свадьбу и уже поменялся с Хэнком. Хэнк плохо ко мне относился и не захотел меняться. Поэтому мне удалось поменяться сменами только в назначенный день. Отец к тому времени уже улетел из столицы. Он приказал мне покинуть город сразу после минирования и назначил встречу рядом с крепостью на Соколином клюве. Но… – нижняя губа Гордона задрожала, – когда я уже заканчивал с ловушками, землю тряхнуло. Я испугался, подумал, произошёл подрыв… Я побежал и сам нечаянно активировал все ловушки. Когда грот завалило, я оказался не с той стороны… – по щекам пленника потекли слёзы.
Арис заулыбался.
– Ты дурак… закрыл себя вместе со всеми с остальными в замке… Зачем же ты навёл на себя подозрения, попытавшись нарушить наш замысел?
– Отец сказал, что вы не должны пережить ночь… Я подумал, что хозяева отца будут недовольны, если их план не удастся. Могут обвинить и его, и меня. Ведь я тоже…
– А кому он служит?
– Я не знаю.
– Да неужели? – Арис переглянулся с Рэем. Гвардеец недовольно хмыкнул. – Прямо-таки не знаешь?
– Нет. Отец никогда не говорил о них. Он только упоминал, что после…
– Говори, не стесняйся. После моей смерти, верно?
Гордон пугливо кивнул, но так и не произнёс этих слов.
– Что мы получим богатства и почёт. Что вместе с вами падёт и все Арувийское Королевство. Отец грезил, что его сделают ректором университета. А мне больше не придётся служить.
– Заговор идёт от императрицы Рэйгальской империи? – зло спросил Арис.
– Я… Я… Я не знаю. Отец никогда не называл ни чьих имен. Ваше Величество, простите, пожалуйста, – взмолился Гордон. Он дёрнулся, но ошейник плотно обегал шею, вдавив кадык. – Прошу. Я был дураком. Я не совсем понимал, что делал. Отец вынуждал меня. Он говорил, что, если я не пойду на это. То, я ему больше не сын. Что его убьют… Поймите, я должен был выбирать между долгом перед отцом и долгом перед государством.
– Ты сделал неправильный выбор, – король прищурил глаза. Всё внутри кипело от ненависти, и король был готов спалить мерзавца прямо здесь и сейчас. – Ты знал, на что шёл, Гордон. Прекрасно знал и понимал. Не оправдывайся. Ты знал о нападении вампиров!
– Я… не хотел…
– Чего ты не хотел? Если бы ты не был мразью, ты бы пришёл и рассказал мне или своему командиру о том, какой зреет заговор. Ты вообще можешь себе представить, сколько жизней удалось бы спасти, поступи ты по-другому? Можешь?! – проревел Арис.
– Ваше Величество…
– Списки полнятся до сих пор. Люди умирают, твои бывшие сослуживцы умирают. Дети, женщины, старики, молодые юноши, бравые мужи. Сколько их погибло в ту ночь? Сколько же горя ты принёс своим поступком?!
– Умоляю, пощадите…
– Ты жалок, – брезгливопрошипел король. – Ты давал клятву верности. Ты обещал служить народу, стране, своему королю. А сам …
Арис поднялся с места.
– Рэй, пусть он расскажет поподробнее всё, что знает. В деталях. Я услышал, что хотел. Как закончите, принесите мне протокол.
Покидая допросную, король напоследок взглянул на молодого дракона. Тот трясся и плакал, как напуганный младенец. От его жалкого вида стало тошно. «Даже не смог сохранить лицо. Мерзавец».
***
– Выродок и Мерзость… Так твои Великие Господа называют Люсиора и Милестину, а под «заражением скота» они имели в виду передачу людям сил дракона, всё верно? – Кристофер сидел напротив Себастьяна и буравил его взглядом.
– Какой догадливый, – кровавый дракон ухмыльнулся. – Умный, образованный, отличник в военном деле, да ещё и красавчик. Небось, твоя подружка от тебя без ума?– Следуя твоим словам из прошлого допроса, получается, что порталы создала Милестина, – гвардеец проигнорировал выпад беловолосого. – Именно эту древнюю технологию использовали вампиры для перемещения, так?
– А разве мы куда-то спешим? Почему ты не хочешь ответить на мой вопрос? – Себастьян улыбнулся во весь рот, обнажив пожелтевшие за время плена зубы. – Разве у тебя нет подружки?
Взгляд кровавого скользнул по левой руку гвардейца, где блестело обручальное кольцо.
– О, так ты даже окольцован. Поздравляю.
– Ответь на вопрос, – жёстко сказал Кристофер.
– Послушай, – Себастьян подался вперед, насколько ему позволяли цепи. – Я буду отвечать на вопросы, когда мне дадут поесть. Я уже упоминал твоим изуверам, что пленникам положено трёхразовое питание. Это, между прочим, прописано в законе. А я… Сколько я тут нахожусь?
Гвардеец промолчал, наблюдая за тем, как кривиться лицо дракона.
– Ладно, с момента как ты избил моё прекрасное лицо и приволок сюда, я не ел, – протянул кровавый дракон. – Я. Очень. Голоден.
Кристофер откинулся на спинку стула и, не моргая, уставился в голубые глаза. Кровавый дракон сомкнул веки и положил голову на бок, собираясь заснуть.
– Демон тебя дери! – не выдержал гвардеец. Ему нужны сведения, а не очередной вампирский сон. Он потянулся к перочинному ножу, который носил в голенище ботинок.
– Торопись, – издевательски кинул Себастьян, устраиваясь поудобее.
Кристофер угрюмо глянул на него и поднялся с места, оставив записи на стуле. Он обошёл стол, сделал небольшой порез на ладони и занёс руку над головой пленника. Несколько капель крови упало прямо на бледные шелушившиеся губы.
– Пожалуй, достаточно, – гвардеец убрал руку и закрыл рану платком.
– Хорошо, – довольно протянул кровавый дракон, облизнувшись. – Для первого раза достаточно. Но мне нужно больше…, пожалуй, в следующий раз, я бы пожелал кровь девки. Молодой невинной девушки…
– Ага, которая только что сбежала из отцовского дома в лес. И за ней гналась стая диких волков, – буркнул Кристофер, присаживаясь на место. – Отвечай на вопросы.
– И как твоя подружка только выдерживает твою тактичность?
– Следующий паёк получишь через неделю, – раздражённо ответил гвардеец.
– Ладно, ладно… – Себастьян закатил глаза. – Ты всё правильно понял. Молодец. Девять веков назад Люсиор и Милестина упали с небес на континент. Люсиор создал золотых, синих, красных, зелёных и чёрных драконов. А его великодушная сестра сотворила наподобие таких красавчиков, как я, то бишь, ледяных драконов, и даровала дар целительства.
– Люсиор даровал целительство золотым драконам, – вспомнил Кристофер урок истории.
– Ерунда и сказки для школьников. Не понимаю, как в это вообще верят! Почему никто не задался вопросом, с чего Люсиор одарил именно золотых, а не всех драконов?
– Потому что он давал каждому клану особенные навыки. Это уже впоследствии всё перемешалось, и осталась только огненная магия.
– Хех, не перестаю восхищаться твоей образованностью. С тобой приятно иметь дело. А теперь подумай, хорошенько пораскинь мозгами. Великий Люсиор – такой благородный, добрый и правильный идеалист – наделяет способных магов магическим сосудом и только одному виду даёт целительство? Пффф… мне кажется, тут явно не сходится облик древнего дракона с его поступком, не находишь?
Кристофер задумался, поводив карандашом по бумаге. Он помнил о тех сведениях, которые почерпнул в библиотеке Вирентиса, но не хотел козырять ими перед белобрысым. Пусть уж лучше чувствует себя умным, всезнающим и продолжает говорить.
– Да и целительство… Эта магия по своей структуре отличается от остальных, разве нет? Как один древний дракон мог передать настолько разную магию? Ведь для создания первых магических сосудов дракон-прародитель использовал собственные силы. Не складывается… А взять ледяную принцессу. Леди Алиту. Говорят, её прикосновения отличаются от других целителей. А знаешь почему? – кровавый дракон оскалился. – Целительство и ледяная магия – идеальное сочетание. Потому что именно Милестина передала дар.
– Ладно. Предположим, Милестина была великой целительницей, – подвёл итог гвардеец. – Но как же вся наша история?
– Вампирские выдумки. Древние давно меняют её по своему усмотрению. Чистят, убирают ненужное, а потом смотрят на вас, как на болванов, и потешаются в своих скромных жилищах, – издевательски произнёс Себастьян. – Вся история, все факты, все сведения – всё об этом мире в их руках. Они короли ночи, магистры лжи, архитекторы тайн. Поэтому они по праву могут называть себя Великими до сих пор. Да, они не могут ходить в открытую по улицам и править, восседая на троне. Но они могут подделать книгу и положить её в библиотеку, как подлинник. Они могут запугать профессоришку и заставить его написать трактат о том, чего нет, или опровергнуть то, что есть. Они даже могут убить гвардейца, который слишком много узнал. А заодно и тех, кому он это разболтает.
Кристофер злобно скрипнул зубами.
– Врёшь.
– Не-а, – пленник прищёлкнул языком. – К примеру, тот факт, что два древних дракона упали с небес. Откуда они взялись на континенте? Прям так и свалились сверху? Глупо как-то, не так ли? Но ты не найдёшь ни одного исследования на эту тему. Потому что Великие Господа следят за историей. Никто не должен знать, что мы живём под куполом.
– Люсиор и Милестина прилетели с другого континента? – прищурился гвардеец.
– Браво! – ухмыльнулся Себастьян и звякнул цепями. – Я бы похлопал в ладоши, но моё отвратное положение мешает мне это сделать. Ты наконец начинаешь включать мозг.
Кристофер напряжённо выдохнул. Он вдруг понял, что у него идёт кругом голова от всего услышанного. В сознании возникло множество вопросов.
– Допустим, это правда. Наш континент расположен в некоем магическом пузыре. Тогда возникают вопросы. На другом континенте кто-нибудь живёт? Они не знают о нашем присутствии? Как мы выглядим для них? – гвардеец прочистил горло. – И я не очень понимаю. Наши корабли огибали планету по экватору. Если мы находимся в сфере, то каким образом совершались все путешествия?
– На большинство твоих вопросов у меня нет ответов, – кровавый дракон дёрнул плечами. – А путешествия… С чего ты решил, что они действительно происходили? Я уже сказал, Великие Господа переписывают историю по-своему.
Повисла звенящая тишина. Кристофер раздумывал, какой вопрос задать следующим. Себастьян принялся напевать под нос песенку. Он явно развлекался.
– Почему ты нам всё это рассказываешь? Какова твоя цель?
– По доброте душевной.
– А у тебя есть душа?
– Разумеется. У всех созданий есть душа. Её нет только у… демонов, – беловолосый сделал ударение на последнее слово.
– Их существование не доказано.
– Но это не означает, что они не существуют.
– Древние вампиры убрали эту часть из истории… – Кристофер больше утверждал, чем спрашивал. Довольная улыбка Себастьяна была подтверждением правильности вывода. На ум пришёл разговор с Малисом о демонах и записях какого-то профессора о чёрном алфавите, которые забрала по фальшивым документам студентка. – Что ты знаешь о демонах?
– Ого, кто-то начал мне доверять? Думаешь, я скажу тебе правду о них? – скривился кровавый дракон.
– Нет, я всё ещё уверен, что ты несёшь околесицу. Что ума у тебя маловато, а крыша держалась только благодаря твоему верному услужению Великому Господину, – гвардеец развёл руки в стороны. – Но теперь собака осталась без хозяина. Ей остается только брехать, а ещё надеется, что кто-нибудь её покормит и приласкает.
– Да как ты… – зарычал Себастьян.
– Что ты знаешь о твари, которая умеет повелевать во̀ронами? – резким тоном спросил Кристофер, сменив тему.
– Ха… Я ничего не буду о ней говорить, – холодно ответил кровавый дракон. Он высокомерно вскинул голову.
– Но ты о ней знаешь… Что ж, следующую порцию кровушки получишь через недельку. И молись, чтобы это была кровь живого человека, а не мертвеца с примесью цветной гвоздики. Говорят, от неё вампиры умирают в долгих муках, – закрыв папку с пергаментом, гвардеец поднялся с места. – Времени у меня предостаточно.
– Ты блефуешь, – выплюнул Себастьян. – Времени у вас, что кот наплакал. Не знаю, как остальные Господа, но могу поспорить, что Дементий, владелец Северных гор, уже собирает свою армаду. Он давний товарищ Септима и так просто его не оставит. Да, и я слышал разговор тюремщиков. У ледяной принцессы времени тоже мало.
– Что?
– Что слышал, – кровавый дракон надменно глянул в сторону Кристофера. – Бедная леди Алита… Эта рана приведёт её либо в могилу, либо в лапы демона.
– Говори!
– Нет, – замотал головой Себастьян. – Думаешь, я не знаю о том, кто ты и кто твоя ненаглядная? Да о вашей свадьбе весь город судачил.
Гвардеец приблизился к нему вплотную.
– Ладно, ладно… Не хочу вновь испробовать силу твоих кулаков на своём прекрасном лице. Я скажу, но сначала уговор.
– Условия диктуешь?
– Да, – облизнулся кровавый дракон. – У меня есть тайник. За городом. Сядь на место и запиши ориентиры. Там лежат одни очень важные документы, без которых разговор о той твари не имеет смысла.
Остаток дня после возвращения из Громового замка Алита провела вместе с Меридой в Игровом зале. Так теперь называли помещение, где коротала время оставшаяся без попечения родителей ребятня. Кто-то вовсе лишился близких, а кто-то ждал выздоровления родных. Некоторые сами имели раны, но не могли устоять от игры со сверстниками, а потому носились по просторному залу в бинтах и с кифией на лице.
Принцесса сидела в кресле возле камина и плела девочкам косички, добавляя к прядям атласные ленты. Это занятие напоминало о тех минутах, которые драконица проводила вместе с Анной. Кухарка любила делать ей причёски, скрупулёзно прилаживая волосок к волоску. И сейчас, занимаясь тем же самым, Алита ощущала некое единение с покойной няней. От этого на душе разливалось приятное тёплое чувство.
Низ живота немного тянуло, и драконица решила, что обязательно споёт себе на ночь колыбельную. Возможно, нити восстановились, скверна продолжила рост, и её пагубное присутствие по-прежнему отравляло тело. Алита не знала точно, а заглядывать внутрь себя прилюдно, не хотела.
Когда вереница девочек закончилась, принцесса отложила гребни и ленты на небольшой столик. Расслабившись в мягком кресле, она смотрела за прыгающими детьми. Ребятня играла в какую-то игру. Они перекидывали друг другу мячик по кругу. Сначала считали вслух, громко выкрикивая цифру, затем смолкали. На одиннадцатом счёте нужно было бросить мяч в центр. Кто потерял внимательность – выбывал.
Алита наблюдала с интересом. Она никогда не играла в такую игру, и ей даже захотелось попробовать. В какой-то момент дети заспорили: один мальчик толкнул другого. Тот упал и ушибся локтём.
Принцесса поднялась с места, чтобы помочь и осмотреть рану. Помимо неё к мальчику направилась воспитательница. Но быстрее всех оказалась девчушка лет семи на вид, которая также играла в мяч. Она помогла мальчику подняться и попросила задрать рукав свитера. На локте имелась небольшая ссадина. Девочка приложила ладонь и… рана затянулась, а затем и вовсе пропала, оставив на коже лишь небольшое покраснение.
– С-с-спасибо, – испуганно проговорил мальчишка, косясь на странную девочку, и отошёл вместе с воспитательницей. Кажется, он был немного напуган происходящим.
Столпившиеся вокруг дети с интересом смотрели на сверстницу, кто-то начал задавать неудобные вопросы, и та засмущалась от всеобщего внимания. Она стояла, как вкопанная, не зная, куда податься и как следует реагировать.
Алите стало любопытно, и она остановилась на расстоянии трёх шагов. «Значит драконица… и… целительница». Видимо малышка почувствовала на себе изучающий взгляд и подняла голову, тряхнув копной тёмных волнистых волос. Фиолетовые глаза встретились с выразительными серо-голубыми.
– Хочешь, я сделаю тебе причёску? – чуть улыбнувшись, сказала принцесса, поддавшись какому-то неосохнанному порыву.
Девочка кивнула и шагнула к ней навстречу. Вместе они прошли к камину, а толпа зевак разошлась. Кто-то из детей ещё поглядывал на малышку. Алите показалось, что они шептались, глядя в их сторону.
– Как тебя зовут? – спросила принцесса, взявшись за гребень. Девчушка присела рядом с ней на табурет и развернулась спиной.
– Оливия, мадам.
– А сколько тебе лет?
– Шесть, – спокойно ответила девочка, начав мотать ногой. Из-за небольшого роста её стопы не доставали до пола.
Алита расчёсывала длинные шелковистые пряди и обдумывала следующий вопрос. Она растерялась, не зная, как продолжить разговор, так как достаточно мало общалась с детьми, чтобы понять, на какие темы с ними лучше беседовать.
– Я никогда не болею, – вдруг призналась Оливия.
– Это из-за дара целительства.
– Правда?
– Я тоже никогда не болею. И я тоже целительница, как и ты.
– Я никогда не встречала такую, как я, – изумлённо произнесла девочка и обернулась.
Они вновь встретились взглядами. Шелковые пряди выпали из пальцев принцессы, а вторая рука так и зависла в воздухе с гребнем. Девочка с любопытством смотрела на Алиту, затем осторожно коснулась маленькими пальчиками колена ледяной драконицы и прикрыла глаза.
– Да, я чувствую магический сосуд. Он так… не похож на остальных драконов, – завороженно прошептала она и нахмурилась. – Мадам… Что-то чёрное… там…
Принцесса поспешно накрыла своей рукой детскую ладошку, ласково сжала и убрала.
– Иногда так случается, – быстро проговорила Алита. Ледяная драконица выдавила из себя нежную улыбку. – А теперь повернись и сиди спокойно.
Оливия так и сделала.
– Неужели никто тебе не рассказывал о целительстве? – продолжила расспрашивать принцесса, когда ребёнок отвернулся.
– Мне говорили… немного… – Оливия чуть покачала головой.
– А твои родители? Что они говорят об этом?
– Они говорили, что мне надо учиться, – малышка тяжко выдохнула. – А та тётя сказала, что они умерли, – она указала пальчиком на воспитательницу.
– Сожалею, – принцесса продолжила расчёсывать волосы, хоть и в горле встал ком.
– А у вас есть родители, мадам?
Алита замешкалась. Приёмные родители были живы, кровные – умерли. Кого выбрать?
– Эм… Ну… Это сложная история.
– Если ваши родители живы, значит, вы счастливая, – буркнула девочка. – Однажды мама заболела. У неё была лихорадка. Я легла к ней и захотела, чтобы она выздоровела. Ей стало лучше. Затем заболел папа, и я сделала то же самое. Тогда они поняли, что со мной что-то не так, и начали приводить в дом разных незнакомых людей, которые просили меня сделать то или это. Как-то раз, незадолго до нападения, к нам пришёл один дядя. Он специально резанул себя по ладони ножом и попросил вылечить…
Оливия затихла, перестав болтать ножкой.
– Ну и… ты вылечила? – осторожно спросила принцесса, прервав молчание.
– Нет, – протянул ребёнок. – Когда я коснулась его, то… то… то увидела гниль под кожей. Много гнили. Я испугалась и убежала. Спряталась за шкафом в кладовке. Я всегда там прячусь, когда боюсь чего-то.
Алита замерла, желая узнать продолжение истории. Она заплетала часть волос в косу нарочно медленно, чтобы побольше узнать.
– А что твои родители?
– Мама очень расстроилась. Папа рассердился. Из окошка кладовки я слышала, как он долго извинялся перед тем дядей, когда вышел провожать его. Потом они договорились о встрече, на которую папа согласился привести меня.
– А почему тот незнакомец ушёл?
– Я не знаю, – Оливия дернула плечами. – Наверно, обиделся. Но он очень плохой. Внутри у него будто… будто всё испортилось.
– А встреча? Вы ходили на неё?
– Нет. На город напали, – устало ответила девочке и дернулась вперёд. – А долго ещё? Я хочу поиграть.
– Нет-нет, я почти закончила, – принцесса перехватила ленточку со столика и начала плести косичку.
Когда Алита завязала бантик, Оливия спрыгнула с табурета.
– Спасибо, мадам, – она улыбнулась и убежала к остальным.
Драконица ещё какое-то время наблюдала за ребятишками. Принцесса поймала себя на том, что постоянно ищет в толпе маленькую целительницу. Тёмные волосы со светло-сиреневой атласной ленточкой и тёмно-фиолетовое платьице с белым воротником. Пару раз они встречались взглядами.
– Что будет с детишками? – поинтересовалась драконица у Мериды, когда они вместе покинули зал и встали возле окна в коридоре.
– Некоторые вернутся к родителям… большинство, – с лёгкой улыбкой ответила компаньонка. – Ну, а сироты… У кого есть живые родственники, готовые принять, тех отправят к ним. Остальным будут искать приёмные семьи, а пока разместят в детских домах. Чаще всего усыновляют фермеры. Им нужны помощники. Также ремесленники, кузнецы. Бывало, даже маги находят среди сирот способных учеников.
–Хм… наверно маги берут детей-драконов? – предположила Алита, задумавшись об Оливии. Интересно, есть ли у неё родня?
– О, нет, – покачала головой Мерида. – В этом деле всё ещё сохраняется расовое деление. Драконы не хотят воспитывать человеческих детей, и наоборот. Поэтому ваш случай… очень уникален в истории Арувийского Королевства.
– Как грустно звучит.
– Ваше Высочество, тут много… нюансов. Самое грустное, что всё равно есть дети, которые в итоге остаются без семьи.
– Это верно, – принцесса понуро опустила голову. – А получается, что среди драконов сироток не остаётся? Ну, я знаю, что существует много бездетных пар…
– Ваше Высочество, вы не представляете, как ошибаетесь. К сожалению, часть из них хотят именно своего ребёнка и тратят годы в ожидании чуда вместо того, чтобы растить сироту. Поэтому принадлежность к расе ещё ничего не решает для бедного малыша.
Алита печально уставилась перед собой. Из головы не выходил образ Оливии… Целительница, такая же, как и она… Дети так странно на неё глазели.
– Ваше Высочество, вы прониклись теплотой к той маленькой девочке, которая умеет лечить прикосновением? Кажется, её зовут Оливия, – мягко произнесла Мерида.
– Да, это её имя. Она… особенная среди детей. Как думаете, её обижают?
– Я давно занимаюсь детьми и могу сказать вам одно: все дети одинаковые. Люди, драконы… неважно. Но, некоторых всегда пугает что-то необычное. Пусть даже такое хорошее, как дар целительства. Это непривычное для них действие. Он выделяет ребёнка, а дальше… существует множество факторов в окружении и в самом воспитаннике, что определяет, будут ли к нему относиться враждебно или будут восхищаться. И тут не угадаешь. Иногда враждебное отношение воспитывает по-настоящему выдающихся личностей, а восхищение, наоборот, отбивает всякое желание учиться. Хотя… это не алхимический закон. Множество мелочей влияют на ребёнка, – драконица с несколько секунд помолчала и продолжила: – Не переживайте. Я думаю, у Оливии всё сложится хорошо. С таким редким даром кто-нибудь из драконьей профессуры возьмет её в семью, чтобы обучать. Она довольно быстро обретёт семью.
– Но ведь это не одно и то же. Взять в семью в качестве дочки или студента, – возмутилась Алита. – Все эти фермеры, кузнецы… профессура. Это же как… бесплатная рабочая сила?
