Ольга Ломтева "Ледяное пламя 3"

– Мне тоже, – сипло ответила драконица и, опустив матушку, прошла вглубь комнаты.

Кристофер остался стоять у входа, молча разглядывая лежащую в постели старушку. Анна сильно потеряла в весе с момента, как они виделись в последний раз. Испещрённое глубокими морщинами лицо походило на каменную маску. Щёки впали, редкие седые волосы были заплетены в тонкую косичку. Лежащие поверх шерстяного одеяла руки иссохли, из-за чего артритные бугры на пальцах стали заметнее. Помещение наполнял неприятный сладковатый запах смерти.

– А где аптекарь? – поинтересовался Кристофер у Марты, заметив стеклянные банки с порошками и медные весы на столике в углу.

– Только что вышел. Я уговорила его прилечь поспать, – печально ответила миссис Миддл. – Разбудить?

– Нет, – мотнул головой гвардеец.

Коротко кивнув, она подошла к изножью кровати. Тем временем Алита опустилась на табурет возле кухарки и прикоснулась ладонью к её руке.

– Няня, – тихо позвала она. – Ты меня слышишь?

– Дорогая, у неё парализовано лицо, – вставила Марта. – Она не может говорить.

– Я попытаюсь вылечить её, – с нескрываемой горечью в голосе произнесла принцесса.

Кристофер сделал глубокий вдох и сжал кулаки. Он наблюдал за безуспешными попытками драконицы излечить Анну и испытывал злость и негодование. Интуиция не ошиблась, приказывая лететь в ночь, требуя, как можно быстрее оказаться в Громовом замке, но…

«Она умирает».

***

Прощание устроили во внутреннем дворе с рассветом. Собрались почти все обитатели Громового замка: строители, бригада кровельщиков, разнорабочие, новая прислуга и часть королевских гвардейцев. Прозвучало много слов благодарности покойной. Особенно эмоциональной выдалась речь одного строителя – это был мужчина почтенного возраста. Он чуть ли не рыдал, вспоминая, как Анна заставляла его обедать. После него выступили еще пара человек, и настала очередь Алиты.

– Моя дорогая Анна была моей няней. Она рассказывала мне сказки северных племен, делилась жизненной мудростью, а иногда… баловала. Пекла мне булочки с корицей, – последнюю фразу принцесса произнесла довольно тихо. Однако слова разлетелись над молчаливой толпой и многие закивали, грустно улыбаясь. – Для всех нас она навсегда запомнится милым, добрым и заботливым человеком, который не боялся… трудностей.

Когда были сказаны все слова, Кристофер самолично положил ладонь на лоб умершей и разжёг погребальный костёр. Всю церемонию он то и дело настороженно поглядывал на драконицу. Та не плакала, а замкнулась в себе: пустой взгляд фиолетовых глаз безотрывно смотрел на пламя.После церемонии всех ждал поминальный завтрак. Кристофер задержался во дворе, чтобы переговорить с начальником гарнизона. Его интересовали во?роны. Появлялись ли они на территории замка или в Лантауне? Нападали ли на кого-нибудь?

В ответ он слышал только «нет». «Во всяком случае, ни о чём таком не доносили», – добавил начальник, на что Кристофер приказал переговорить о птицах с каждым подчинённым.

«Могла ли к смерти Анны приложить руку эта тварь?, – думал начальник Королевской гвардии, пока шёл по коридору в Обеденный зал. – Или всё же нет? С одной стороны, Анне было много лет, она могла умереть и естественной смертью. Ну а с другой,её также хватил удар, как и леди Лорэну. Хотя… Смерть королевы-матери была спланирована, а тут? Кому могла понадобиться смерть Анны здесь и сейчас? Из-за песни? Чтобы Алита не смогла вылечиться?..»

Кристофер устало вздохнул: теперь он во всём видел подвох. Это раздражало и беспокоило одновременно. «Так много вопросов и никаких ответов».

Он заглянул в Обеденный зал и не увидел принцессу. «Где она? Куда могла пойти?» Гвардеец внимательно осмотрелся, ожидая, что в поле зрения мелькнут молочного цвета волосы любимой. Может кто-то закрыл её собой? Тщетно. На пороге появился Глен. Они встретились взглядами, и мужчина понял вопрос без слов.

– Алита у себя в комнате, – грустно произнёс он.

– Понятно.

Через пару минут Кристофер уже стоял около спальни. В тот момент, когда он потянулся к резной ручке, чтобы отворить дверь, её толкнули, с другой стороны. Это оказалась Марта.

– Она не хочет разговаривать, – миссис Миддл печально покачала головой и двинулась в сторону Обеденного зала, оставив гвардейца переминаться на пороге.

Кристофер всё же зашёл внутрь и плотно закрыл за собой. Он хмуро оглядел Алиту, которая неподвижно сидела на кровати, сложив руки на бёдрах. Принцесса смотрела на него отстраненным взглядом.

– Как ты? – мягко спросил гвардеец.

– Я хочу побыть одна, – тихо и сухо ответила драконица. – Пожалуйста.

– Будет некрасиво, если ты пропустишь поминальный завтрак, – всё также спокойно проговорил Кристофер, подходя к кровати. Он присел рядом с ней и ласково коснулся сомкнутых в замок холодных пальцев принцессы.

Алита ничего не ответила.

– Тебя там ждут. Родители беспокоятся о тебе.

– Я не могу пойти. Я расплачусь перед всеми этими людьми… А не должна. Не должна больше плакать. Не должна быть слабой, – драконица шумно втянула носом воздух и сжала пальцы с такой силой, что побелели костяшки. – Для меня нет лечения. Последняя надежда умерла вместе с Анной. Нет, не так… Я жалуюсь, – она расцепила пальцы и с силой впилась в юбку. Кристофер приподнял руку, встревоженно наблюдая за женой. – Я должна стать сильной.

– Твоё стремление похвально, но ты выбрала не самый подходящий момент. Сегодня день скорби. Иногда нужно дать волю эмоциям, – он притянул её к себе, и принцесса нехотя положила голову ему на плечо. Пальцы всё ещё продолжали с силой стягивать ткань юбки.

Какое-то время они сидели молча. Кристофер слушал её прерывистое дыхание и гладил по растрёпанным волосам. Наконец Алита обмякла и сипло произнесла:

– Её сердце так медленно билось. Жизнь вправду угасала. Половина мозга уже была повреждена… Как и часть органов… Я впервые наблюдала, как человек умирает от старости… Не могу описать словами, что чувствую. Ведь когда я коснулась её, то сразу поняла, что бессильна… Что не смогу помочь.

– Смерть неотвратима. Все мы когда-нибудь умрём. И будет неплохо умереть в таком почтенном возрасте, как твоя няня.

Принцесса горько всхлипнула.

– Я провела с ней последние часы её жизни.

– Ты попрощалась.

Алита печально взглянула на него. В её глазах стояли слёзы.

– Благодарю за то, что ты рядом. Пойдём.

***

Всю дорогу обратно в столицу Кристофер, как ни старался, не мог отделаться от навязчивых мыслей. Вопросы лились бурным потоком через сознание, заставляя искать ответы. Он сопоставлял факты, силился упомнить все мелкие детали произошедших событий, все разговоры. В голову так и лезли слова пленника о куполе и древних вампирах. Кровавый дракон так легко и непринуждённо поведал им столь сокровенные сведения… Врал ли он? Или говорил правду?

Если рассуждать здраво, то всё это походило на откровенные бредни. Корабли столько раз уплывали на восток и пребывали на западное побережье, пересекая Великий океан. Разве они не уперлись бы в магическую стену?

Алита заёрзала у него на спине, словно напоминая о себе. Анна умерла, остальные не помнили полный текст песни. Искра надежды на излечение потухла, не успев разгореться. Будет ли другой шанс для драконицы?

«Мы найдём лекарство, – Кристофер не собирался сдаваться так легко. – А что, если попытаться получить ответы от кровавого дракона? Он что-то знает об этой твари, иначе зачем бы так распинался про во?ронов».

Мысли сделали круг и вновь атаковали сознание. «Вампиры создали купол и несут бремя печатей… Предположим, что так. Их всего восемь, и у каждого территория. При этом они никогда не встречаются. Тут всё сходится – печати должны быть равноудалены. Вампиры и драконы ненавидят друг друга. Именно из-за драконов клыкастые потеряли былое могущество. Он сказал… Купол возник после того, как на континенте появились Мерзость и Выродок…»

Кристофер опустил взгляд на небольшую деревеньку, над которой они сейчас пролетали. Миниатюрные домики, дым из труб, зелёные лужайки, пастбище для овец…

«Порталы… Вампиры пользуются древней технологией. Они не придумывали порталы… Поэтому не могут появляться в любом месте… Технологию построила… Кто?»

«Великие Господа называют ее Мерзость» – так сообщил пленник.

Начальника гвардии так резко осенило, что он потерял высоту. Видимо у Алиты перехватило дыхание, потому что принцесса испуганно подорвалась с места, хватаясь за костистые отростки. Это вызвало небольшой переполох среди сопровождающих гвардейцев, которые тут же сосредоточились, пытаясь рассмотреть в небе возможного врага.

– Всё нормально. Продолжаем лететь, – скомандовал Кристофер, а сам мысленно расплылся в улыбке. Сегодняшний вечер он проведёт за «приятной» беседой.

***

Арис внимательно изучал протокол первого допроса Себастьяна. Он потирал наморщенный лоб и вчитывался в строчки. Обдумывал. Потом положил бумаги и откинулся в кресле. Выпрямил ноги, и в колене тут же что-то громко щёлкнуло – так сломанный в детстве сустав давал о себе знать.

– Купол… Древние вампиры… Континенты… – озадаченно проговорил король, глядя в потолок. – Бредни какие-то. Клыкастый сказочник! Утро надо начинать с чего-то более лёгкого.

Обручальное кольцо, толстое золотое украшение, засветилось на его безымянном пальце. Тусклый свет озарил кусок чистого пергамент, над которым Арис держал руку. На душе стало легко. «Видимо, Малис наконец разрешил Вики взять малыша». Король улыбнулся. Как же ему хотелось каждый день просыпаться рядом с ней, касаться шёлковистых волос, знать, что она здорова. Наблюдать, как растёт сын. Их единственный сын.

Несмотря на благополучные и лёгкие роды, здоровье королевы пошатнулось. Вряд ли у них будут ещё дети…

Размышления о семье навели на мысли о заговоре, о попытке убить их всех в день похорон матери, покончить одним махом с королевским родом… Пальцы сами сжались в кулаки. Измена произошла прямо у них под носом. «Будь ты проклят, Хьюберт! Отец всегда доверял тебе. Я доверился тебе. Поручил перевести свитки, взял твоего сына на службу… А ты… Хуже грязной свиньи!»

Сейчас, в подвалах университета шёл допрос Гордона. Молодого дракона, который осмелился пойти на тяжкое преступление… Ради чего? Арис поднялся. Ему отчаянно захотелось посмотреть в глаза предателю. Самолично спросить у этого выродка, чего стоила измена? Что ему обещали взамен? «Наверняка, кто-то сулил ему несметные богатства. Вот только кто?»

На пороге король встретился с Алоном. Мальчишка всегда дежурил около кабинета, чтобы передать очередное послание короля.

– Сообщай всем, что я в подземельях. Если будет что-то срочное, найдёшь меня там.

Паж кивнул.

«Из него получится хороший лорд клана синих драконов, когда подрастёт. Преданный короне лорд. Как все уляжется, надо будет больше внимания уделять его обучению», – сделал пометку в уме Арис и в сопровождении двух гвардейцев отправился в подвальные помещения.

Пахло сыростью и затхлостью. Из дальних комнат доносился запах алхимической гари. В носу зачесалось, и король недовольно сморщился, пытаясь прогнать непрошеное чувство.

– Ваше Величество, – стоявшие у входа в допросную гвардейцы поклонились.

– Как продвигается?

– Он во всём сознался, – ответил один из служивых.

– Ага, – Арис указал на дверь. – А ну-ка открывайте.

Король вошёл в комнату, где тут же затих разговор. Допрос вёл Рэй. Последние события показали, что гвардейцу можно доверять. Да и Кристофер больше всего задействовал его в расследовании дела о взрыве тайного хода из дворца.

– Ваше Величество, – поприветствовал Рэй и поднялся с места.

Арис смерил брезгливым взглядом сидевшего за другим краем стола Гордона. Он был связан. К шее плотно прилегал ошейник с блокирующей магию печатью. Запачканное грязью лицо, слипшиеся волосы и голубые глаза – Ясные, с такой надеждой взирающие на правителя.

– Ваше Величество, умоляю… – выговорил Гордон одними губами.

– О чём? – разыграв удивление, спросил Арис. – Смотри-ка, тебя допрашивает сам король. Большей почести и желать не нужно. О чём ты можешь умолять ещё?

– О пощаде.

– Считаешь себя виноватым?

– Да.

Король подтянул к себе незаконченный протокол и бегло просмотрел его. Он приказал подать ещё один стул, чтобы Рэй продолжил работу над бумагами, а сам задал вопрос:

– В чём заключается твоя вина?

– Я… подорвал тайный ход. Из-за этого королевская семья не смогла безопасно эвакуироваться.

– Как ты это сделал?

– Сначала повредил барьерные печати в гроте. Затем рассыпал порох. Бочонок с порохом я заранее припрятал в ущелье, куда выходил тайный ход. Он находился в нише под выступом.

– Ты всё это умудрился сделать, пока длилась прощальная церемония с Её Величеством, королевой-матерью? – гневно спросил Арис. Его жутко раздражало, что пленник имеет наглость смотреть на него таким щенячьим взглядом.

– Да. Я специально поменялся сменами в карауле с Джеком. Тот хотел присутствовать на ритуале.

– Почему ты выбрал именно этот день? Почему не испортил тайный ход раньше?

– Так и планировалось. Я должен был заминировать ход за пару дней до назначенной даты. Их нужно было расставить заранее, но при этом исключить подрыв, если бы кто-нибудь случайно пошёл проверить ход. Также отец рассказал, какие печати нужно будет использовать. Они активируются, когда кто-то приближается, и порох воспламеняется. Изначально, я должен был поменяться сменами с Винсентом, но тот захотел посмотреть на свадьбу и уже поменялся с Хэнком. Хэнк плохо ко мне относился и не захотел меняться. Поэтому мне удалось поменяться сменами только в назначенный день. Отец к тому времени уже улетел из столицы. Он приказал мне покинуть город сразу после минирования и назначил встречу рядом с крепостью на Соколином клюве. Но… – нижняя губа Гордона задрожала, – когда я уже заканчивал с ловушками, землю тряхнуло. Я испугался, подумал, произошёл подрыв… Я побежал и сам нечаянно активировал все ловушки. Когда грот завалило, я оказался не с той стороны… – по щекам пленника потекли слёзы.

Арис заулыбался.

– Ты дурак… закрыл себя вместе со всеми с остальными в замке… Зачем же ты навёл на себя подозрения, попытавшись нарушить наш замысел?

– Отец сказал, что вы не должны пережить ночь… Я подумал, что хозяева отца будут недовольны, если их план не удастся. Могут обвинить и его, и меня. Ведь я тоже…

– А кому он служит?

– Я не знаю.

– Да неужели? – Арис переглянулся с Рэем. Гвардеец недовольно хмыкнул. – Прямо-таки не знаешь?

– Нет. Отец никогда не говорил о них. Он только упоминал, что после…

– Говори, не стесняйся. После моей смерти, верно?

Гордон пугливо кивнул, но так и не произнёс этих слов.

– Что мы получим богатства и почёт. Что вместе с вами падёт и все Арувийское Королевство. Отец грезил, что его сделают ректором университета. А мне больше не придётся служить.

– Заговор идёт от императрицы Рэйгальской империи? – зло спросил Арис.

– Я… Я… Я не знаю. Отец никогда не называл ни чьих имен. Ваше Величество, простите, пожалуйста, – взмолился Гордон. Он дёрнулся, но ошейник плотно обегал шею, вдавив кадык. – Прошу. Я был дураком. Я не совсем понимал, что делал. Отец вынуждал меня. Он говорил, что, если я не пойду на это. То, я ему больше не сын. Что его убьют… Поймите, я должен был выбирать между долгом перед отцом и долгом перед государством.

– Ты сделал неправильный выбор, – король прищурил глаза. Всё внутри кипело от ненависти, и король был готов спалить мерзавца прямо здесь и сейчас. – Ты знал, на что шёл, Гордон. Прекрасно знал и понимал. Не оправдывайся. Ты знал о нападении вампиров!

– Я… не хотел…

– Чего ты не хотел? Если бы ты не был мразью, ты бы пришёл и рассказал мне или своему командиру о том, какой зреет заговор. Ты вообще можешь себе представить, сколько жизней удалось бы спасти, поступи ты по-другому? Можешь?! – проревел Арис.

– Ваше Величество…

– Списки полнятся до сих пор. Люди умирают, твои бывшие сослуживцы умирают. Дети, женщины, старики, молодые юноши, бравые мужи. Сколько их погибло в ту ночь? Сколько же горя ты принёс своим поступком?!