Сборник стихотворений "«Жемчужного дерева ветви из яшмы…» Китайская поэзия в переводах Льва Меньшикова"

grade 4,0 - Рейтинг книги по мнению 10+ читателей Рунета

Поэзия в Китае существует по меньшей мере три тысячи лет (это одна из старейших поэтических традиций в мире). «Начинай образование с поэзии» – гласила известная мудрость Конфуция. На протяжении веков каждый грамотный человек в Китае, от императоров и чиновников до монахов и студентов, старался запечатлеть свои чувства, наблюдения и размышления в красивой стихотворной форме. В настоящем издании представлены замечательные образцы китайской поэзии разных эпох: от древнейшей «Книги песен» («Ши цзин») до эпохи Цин (1644–1911) в переводах выдающегося китаеведа, доктора наук, профессора Льва Николаевича Меньшикова (1926–2005). В подборке текстов нет заранее продуманной системы, однако стихи, вошедшие в книгу, представлялись составителю «важными, значительными и совершенными». Стихотворные переводы сопровождаются статьями, биографиями поэтов и подробными примечаниями.

date_range Год издания :

foundation Издательство :Азбука-Аттикус

person Автор :

workspaces ISBN :978-5-389-24705-5

child_care Возрастное ограничение : 16

update Дата обновления : 23.12.2023

Это лучше назвать —
вредным зельем, утробу гноящим.

И вот сегодня у вас, Наследник, цвет кожи почти лишился нежности.

Четыре конечности вялы и слабы,
а кости и жилы вконец размягчились;
Пульсация крови неясна и грязна,
а руки и ноги как перебиты;
Юэские девы впереди услужают,
а циские жены позади все подносят.
И здесь и там среди хлопот и суеты
предаетесь вы прихотям разным
по укромным покоям и тайным клетушкам;
Ваши сладкие яства и вредные зелья —
словно игры в когтях и клыках
у свирепого зверя.

То, что от этого происходит, зашло далеко и глубоко, утонуло-застряло, надолго-навеки, и неустранимо. – Пусть даже

Бянь Цяо целил бы все то, что внутри,
У Сянь бы лечила все то, что снаружи, —
чего бы они могли здесь добиться?

Такая хворь, как у вас, Наследник, присуща многим благородным мужам нашего века, немало видевшим и крепким в познаниях.

На себя принимая и дела, и сужденья,
При изменчивых мерках, при умах переменных,
Не отходят ни в чем от преподанных правил, —
А себя почитают – как крыла оперенье!

Радость для них – нырнуть в тайные глубины, но при сердце обширном и буйном замыслы их ущербны и робки. – Что они могут при таких основах?

Наследник молвил:

– Согласен, но прошу вас найти, где можно применить эти речи так, чтобы болезнь моя прошла.

Примечания: Владение Чу – древняя область в среднем течении Янцзы.

Владение У – древняя область в нижнем течении Янцзы, район нынешних Нанкина и Шанхая.

Пространство, где жилы да кости – т. е. тело человека.

Бянь Цяо – легендарный лекарь, излечивавший своими снадобьями все внутренние болезни.

У Сянь – колдунья и целительница, отгонявшая злых духов, носителей болезней, и тем охранявшая от внешней заразы.

(ПОДСТУП ПЕРВЫЙ)

Гость сказал:

– Сегодняшнюю болезнь Наследника можно полностью излечить без лекарств, снадобий, иголок, уколов и прижиганий; можно изгнать прочь должными словами и разъяснениями сокровенных путей.

Наследник ответил:

– Я, недостойный, хотел бы вас послушать.

Гость поведал ему:

– Вот дерево тунг в ущелье Лунмэнь:
ветвей лишено, хотя и в сто чи высотою.
Лишайник кругами обвил сердцевину,
и редкие корни не сходятся между собою.
Сверху над ним
вершины на целых сто жэнь вознеслись;
Снизу под ним
разверзлось ущелье в сто чжан глубиною,
А там непокорные волны,
они что угодно прочистят-промоют.
В зимнюю пору там ветры бушуют,
сыплется снег, на него налетая;
В летние дни грозовые раскаты
бьют и гремят, не давая покоя.

Утром увидишь, как иволга желтая
песню «гань-дань» распевает на нем;
Ночью увидишь усевшихся кур,
привязанных для ночлега на нем.
Одиноко кукушка
на рассвете тоскует с его высоты;
И желтая цапля
со скорбным напевом парит у корней.

Но вот осталась позади осень, пройдена зима, и даются искусному мастеру поручения:

Срубить и расколоть его ствол —
для изготовления циня;
Взять нити дикого шелкопряда —
для изготовления струн;
Взять пластину «одинокий ребенок» —
для изготовленья деки;
Взять кружочки «матушки девятерых» —
для изготовленья ладов.

И еще поручения: музыканту-наставнику все настроить-наладить, потом Бо Цзы-я – сочинить песню. – А песня такая:

Заколосится пшеница, – о, да! —
взмоют фазаны с зарей.
Путь им в глубокие пади, – о, да! —
прочь от софоры сухой,
В то недоступное место, – о, да! —
около речки лесной.
Летящие птицы, услыхав эту песню,
смежают крылья – не могут лететь;
Дикие звери, услыхав эту песню,
склоняют уши – не могут уйти;
Ползучие гады, муравьи и медведки, услыхав эту песню,
опускают жала – не могут напасть.

Потому что это самая жалостная песня во всей Поднебесной. Можете ли вы, Наследник, найти в себе силы подняться и послушать ее?

Наследник ответил:

– Ваш покорный слуга болен и не сможет этого.

Примечания: Тунг – китайская шелковица.

Лунмэнь (Ворота Драконов) – ущелье на юге большой излучины Хуанхэ. Вода в этом ущелье прорывается с такой силой, что – по легенде – рыба, поднявшаяся по стремнине вверх, становится драконом.

Чи – мера длины, около 32 см (китайский фут).

Жэнь – мера длины, около 25 м.

Чжан – мера длины, около 3,2 м.

Цинь – музыкальный инструмент, род цитры.

Пластина «одинокий ребенок» – образное название доски для изготовления деки цитры из особой породы дерева.

Кружочки «матушки девятерых» – образное название для нефритовых кружочков, использовавшихся для ладов музыкального инструмента, числом девять.

Бо Цзы-я – легендарный певец и музыкант, упоминаемый в философском сочинении «Ле-цзы».

(ПОДСТУП ВТОРОЙ)

Гость сказал:

– Тельца молодого молочное брюхо,
С добавкой из нежных побегов бамбука.
Собаки упитанной мягкое мясо,
Под легким покровом из горного лука.
Вот дикорастущее чуское просо,
Вот варваров западных аньские яства:
Не нужно их жесткую грызть оболочку,
Попробуешь – будут во рту рассыпаться.
И еще можно велеть приготовить:
Что И-Инь поджаривал-отваривал,
Что И-Я умел по вкусу выделить:
От медвежьих лап ладошки нежные,
Соус острый из пиона горного,
Мясо в тонких ломтиках прожаренных,
Карпов свежих мелко-мелко рубленных,
Подливу с «осенней поры желтизной»,
И «белые росы» – салат овощной.
Из цветов орхидеи пусть будет вино,
Когда пьешь его, рот освежает оно.
Кашу из горного проса,
Жирную барса утробу
Запивают обильно, понемножку вкушая, —
Так вода закипевшая снег растворяет.

Это все – изысканнейшие яства, какие только есть в Поднебесной. Можете ли вы, Наследник, найти в себе силы подняться и отведать их?

Наследник ответил:

– Ваш покорный слуга болен и не сможет этого.

Примечания: Чуское просо – просо из области Чу, где происходит беседа.

Аньские яства – яства из области Аньси на крайнем западе тогдашнего Китая.

И-Инь (XVIII в. до н. э.) – помощник Чэн Тана, основателя древнего государства Шан или Инь. Кроме других заслуг, легенда приписывает ему умение приготовить пищу, достойную государя.

И-Я – человек, упоминаемый в древних сочинениях, которому приписывается умение, пробуя пищу, определить, на какой воде она приготовлена.

«Осенней поры желтизна» – образное название хризантемы.

(ПОДСТУП ТРЕТИЙ)

Гость продолжал:

– Вот резвые кони из Чжун и из Дай
(В колесах повозок надежные спицы) —
Передний походит на птицу в полете,
Последний как будто по воздуху мчится.
Откормлены там, где луга из пшеницы.
Трепещут внутри, хотя сдержанны внешне,
Их крепкой уздой заставляют

Все книги на сайте предоставены для ознакомления и защищены авторским правом