– Читать угодно. Вы мне говорили, что во дворце есть библиотека. Хочу взять оттуда книжку.
– Но вам запретили вставать, госпожа! Вам надо лежать! – воскликнула девушка.
– Так вы принесите. А читать можно вполне и лежа, – заявила Ядвига. – Идите, принесите вашу любимую книжку. Вас же здесь всех учат читать? Всеобщее, так сказать, дворцовое образование?
– Да, но учат по-разному. Тех, кто беднее, в основном учат счету. Родители обязаны нанимать учителей своим детям. Однако бедняки чаще обходятся малым, ведь дети должны помогать им в работе и по дому, а не учиться.
– Школ, значит, нет?
– Чего? Простите, госпожа, не поняла, чего нет, – девушка покраснела, потом побледнела в ужасе от того, что не может сразу ответить на вопрос.
Ядвига вздохнула и села на кровати, опершись на подушки, чтобы не смотреть на служанку из положения лежа.
– Школа – это учебное заведение… – начала она объяснять, но поняла, что слово «заведение» понимание только запутывает. – В школе учат разным предметам. Читать, считать, химия, там, физика… Туда дети ходят и учатся все вместе.
– А, как в гареме! – своеобразно поняла объяснение служанка. – Там тоже учат всех вместе, кроме некоторых жен и, вот как вас, госпожа, некоторых невольниц.
Несмотря на внутреннее неприятие сравнения школы с гаремом, Ядвига кивнула – если так понятнее, то и ладно.
– Значит, ты читать умеешь?
– Да, я попала во дворец девочкой и училась в гареме вместе с другими.
– Есть у тебя любимые книги? Про любовь, например? – не отставала Ядвига.
– Про любовь? – девушка явно опять попала в тупик. – Не знаю… Я могу принести про растения! – нашлась она. – Или про звезды.
– Давай про растения, – Ядвига решила, что, скорее всего, в книге будет написано про злосчастную птунию. А может и про каких других местных интересных представителей флоры – авось пригодится. Тем более, что учиться у премудрого Хамеда пока Ядвига толком не начинала.
Вскоре служанка вернулась из библиотеки с тяжеленным фолиантом. Ядвига положила книгу на колени и раскрыла ее на первой странице. И тут ей показалось, что последствия отравления опять дали о себе знать: буквы запрыгали перед глазами, а растение с картинки будто ожило: листочки затрепетали, как на ветру, бутон раскрылся, и Ядвига увидела цветок насыщенного бордового цвета с золотистыми прожилками. Она закрыла книгу, потом закрыла глаза и посидела некоторое время не шевелясь. Затем Ядвига снова открыла книгу и увидела все тоже самое: пляшущие буквы, трепещущий на ветру цветок и раскрывающийся бутон.
«Магия! – непроизвольно подумала она, но взяла себя в руки и сказала себе: – Магии не существует!»
– Лейла! – позвала она служанку. – Открой, пожалуйста, книгу и скажи, что ты видишь. А то у меня буквы перед глазами пляшут.
– Ой, госпожа! Вы же не местная! Говорим мы на общем языке, а вот для чтения книги нужно приспосабливать специально. Сейчас, погодите. – Девушка взяла фолиант, положила его на столик. – Какой ваш родной язык?
– Польский, – пролепетала Ядвига.
– Польский, – тихо повторила Лейла. – Нет, с этим я не справлюсь. Пойду позову премудрого Хамета, – с этими словами она вышла из комнаты.
Через некоторое время служанка вернулась с ближайшим советником Фарида Садриддина, сыном великого колдуна султаната. В их отсутствие, несмотря на порыв полистать книгу, Ядвига оставалась сидеть на кровати – мало ли тут чудес, куснет еще за палец какое-нибудь ожившее растение. Нет уж.
– Вы захотели почитать! Похвально! – Хамет постучал по фолианту указательным пальцем. – Но книгу вы, госпожа, выбрали сложную. Я бы советовал начать с истории султаната. Впрочем, воля ваша. Если вам интересны растения, начнем с них. Служанка не смогла выговорить название вашего родного языка, госпожа. Не затруднит ли вас повторить?
– Польский. Еще я знаю английский и французский. Не все книги переведены на польский, можно перевод и на более распространенные в мире языки.
Ядвиге показалось, что Хамет хочет позвать врача – так он смотрел на Ядвигу – как на сумасшедшую.
– Самый распространенный язык – это общий язык народов. Но если, как вы говорите, госпожа, буквы перед вашими глазами прыгают, значит, вас ему не обучали. Не волнуйтесь, я приведу книгу в удобный для вас вид.
Хамет положил руку на фолиант и зашептал какие-то странные слова. Минут через десять он замолчал.
– Да, наш султан говорил мне, что вы к нам попали из очень далекой страны. Так и есть! Вы сможете читать, госпожа, но мне это стоило больших усилий! Очень редкий у вас язык. Удивляюсь, что вы сразу заговорили на общем языке – переход должен был произойти куда более сложный! Но это лишь подтверждает ваше особое происхождение!
Если бы Ядвига хоть что-то поняла из этого набора фраз! Но факт оставался фактом: когда она открыла книгу, все буквы бодро сложились в слова на ее родном, польском. Некоторые фразы выглядели странновато, однако, в целом перевели неплохо. «Как перевели? – спросила себя Ядвига, никогда доселе не видевшая такого суперсинхронного перевода, да еще и в письменном виде. – Магия, чтоб ее!» В пользу пресловутой магии, в которую так не хотелось верить, говорили и цветы, продолжавшие шевелиться на ветру, распускаться и выдавать прочие видеоэффекты. «Нет, всякие там планшеты, компьютерная графика… – размышляла Ядвига, – но тут у них куда более продвинутая технология. Вот ведь – в чем-то совсем дремучие, а в чем-то передовики мировой научной мысли!»
– Приятного чтения, госпожа, – пожелал Хамет. – Только не переутомляйтесь! Вам следует много отдыхать, чтобы быстрее встать на ноги.
– Кстати, премудрый Хамет, если мне завтра придется приветствовать гостей вместе с султаном, существуют ли какие-то моменты, которые мне надо знать? Или просто стоять столбом? – вспомнила о своем статусе Ядвига. А так как она ни разу в жизни не то что с султаном вместе не принимала гостей, но вообще не видела, как это делают султаны в каком бы то ни было статусе, то знания этикета совсем не помешали бы.
– О, я не думаю, госпожа, что вас следует сегодня сильно напрягать! – воскликнул Хамет. – Для начала я бы вам посоветовал скромно улыбаться, кивать, не смотреть гостям прямо в глаза. За султаном следовать буквально в полушаге, позади: не сильно отставать, но и не идти вровень, уж подавно не опережать. А вот стоять следует рядом, но первой не заговаривать, отвечать гостям вежливо, но кратко.
«Похоже на то, как ведут себя первые леди. Ничего страшного», – успокоила себя Ядвига, видевшая первых леди только по телевизору, и в глубине души она совсем не была уверена, что сможет держаться как они.
Не успела она додумать свою мысль, как в комнату вошел Фарид Садриддин.
– Я решил устроить в честь тебя бал, – заявил он с порога. – Послезавтра будет уже достаточно гостей, чтобы провести его на высшем уровне. И ты успеешь встать на ноги. Платье у тебя есть, а возможно сошьют еще. В общем, для поднятия твоего настроения, испортившегося после сегодняшнего неудачного завтрака, я велел подготовить все к балу.
М-да, ради нее так стараются, но почему-то Ядвиге становилось страшнее. Во-первых, она на обычные танцульки с универа не ходила. Во-вторых, она умеет танцевать классические танцы, так как ходила на них в школе, но не уверена, что здесь танцуют какой-нибудь вальс или танго. В-третьих… бал это нечто из сказок, связанное с королевскими дворцами. В жизни Ядвиги доселе ни сказок, ни дворцов не случалось.
– Простите, а какие танцы у вас танцуют на балах? – севшим от волнения голосом спросила Ядвига.
– Ох, ты же у нас неуч, – хмыкнул султан. – Что это у тебя? – неожиданно спросил он, увидев книгу, лежавшую на коленях у Ядвиги. – А, растения! Полезная вещь. Читай, – позволил он. – Но позже. Сейчас пусть служанка сходит в библиотеку вместе с Премудрым и принесет книгу о танцах нашей страны. Хамет, ты помнишь, о какой речь – там, где со всеми движениями, подробно о том, как проходят балы. Уверен, нашей госпоже это будет полезнее.
Султан забрал с колен Ядвиги книгу о растениях, пролистал ее, опять хмыкнул и положил фолиант на столик возле кровати.
– Тебе готовят специальный отвар. Он быстро поставит на ноги. Вечером, полагаю, сможешь потанцевать с нашим распорядителем балов. Я пришлю его, и, если что-то останется непонятным после прочтения книги, спросишь распорядителя.
Ядвига печально посмотрела на книжку про растения. Теперь придется волноваться не только за завтрашнюю встречу, но и за бал. Вот ведь напасть!
Комната опустела. Только служанки сидели тихонько на своих низеньких банкетках, но с их постоянным молчаливым присутствием Ядвига успела свыкнуться и часто вообще не обращала на них внимание. Опять она подумала о своем странном приключении. Наверное, с работы уволили… Подруги волнуются. Интересно, кто-нибудь заявление о ее пропаже написал? Ее ищут? Странно, но Ядвигу все больше обволакивало необычное ощущение полного спокойствия. Найдут ее – не найдут, стало безразлично. Больше стали волновать местные проблемы. Ядвига вспомнила об отравлении. Все-таки хочется почитать про птунию. И она снова положила толстый фолиант себе на колени. Однако только Ядвига начала искать птунию, как в комнату вернулась служанка с книгой о танцах.
– Премудрый все для вас перевел, госпожа. Хотя в этой книге слов мало – в основном показывают, как танцевать, – прокомментировала она.
Не успела Ядвига осознать, что происходит, как перед кроватью возникла здоровенная деревянная подставка. С той же стороны служанки полностью подняли балдахин, чтобы Ядвиге было удобнее смотреть. На подставку водрузили… о, нет, это был даже не фолиант, а огромный, как сказала бы Ядвига, телевизор. Единственное, что его роднило с книгой – это большое количество страниц из плотной бумаги.
На обложке было написано название: «Танцы Аль Бахира». Буквы чуть подрагивали, но выглядели вполне по-польски. А вот картинка, как и в книге о растениях, оживала на глазах: девушка в шароварах, поверх которых была надета юбка, и топике танцевала в паре с молодым человеком, тоже в шароварах, но плотных – как уже поняла Ядвига, мужчины в султанате носили только плотные штаны – и в рубашке, расстегнутой на несколько верхних пуговиц. Из книги лилась завораживающая, энергичная музыка, а пара танцевала что-то похожее на индийский танец. Они не прикасались друг к другу, хотя двигались на очень маленьком расстоянии, почти вплотную.
Служанки открыли фолиант на первой странице. Действительно, слов там было написано мало: «Танец Саибия. Одиночный. Исполняют незамужние девушки низшего сословия». На иллюстрации танцевала целая толпа. «Как в “Лебедином озере”», – вспомнила Ядвига недавний поход на балет, когда в какой-то момент на сцену выпорхнула туча балерин в белых пачках. Нет, конечно, девушки Аль Бахира не походили на балерин, но танцевали слаженно, их наряды вполне годились для сцены, а музыка была даже задорнее чем у Чайковского. В целом танец напоминал известный восточный танец живота в странной смеси с индийскими мотивами. Красиво. Но Ядвигу беспокоило то, что она в школе учила классические европейские танцы и вот такие фортели выдавать не умела. Ее размышления прервал приход распорядителя балов – Ядвига сразу поняла, что это именно он. Мужчина был худощав, высок, в черных шароварах, отделанных сверху золотой нитью, как водится, в белой рубашке. На голове у него красовалась темно-бордовая феска.
– Госпожа, мне велели подготовить вас к балу! – провозгласил он с порога. – Я вижу, вы начали с танца, который вам не пригодится. Он не соответствует вашему статусу. Но так как вам нужно знать процедуру бала, я вам сразу скажу, что в этой весьма полезной книге танцы расположены в правильной последовательности. Сначала гости рассаживаются за столы, стоящие по периметру зала. Их развлекают невольницы, наложницы и девушки из сел и городов, которые хотят попасть во дворец. Во время танца их могут выбрать, поэтому они очень стараются. Порой, семьи тратят все свои сбережения для того, чтобы дочь или сестра выучилась танцам, а также на покупку красивого наряда. Гости смотрят на танцы и едят изысканные закуски.
Такой подход Ядвигу не удивил: в польских ресторанах тоже часто люди смотрели какое-то представление и ели.
– Вот, посмотрите, – распорядитель балов перевернул тяжелую страницу. – Следующий танец исполняют молодые люди. В нем тоже участвуют низшие сословия.
Теперь перед Ядвигой отплясывала толпа юношей. Их шаровары были очень широкими и, когда танцоры выполняли какое-нибудь движение, они становились похожими на юбки или паруса, эффектно взлетая в воздух. Ткань была хоть и плотной, но явно более легкой, чем обычно носили мужчины. В руках танцоры держали сабли, которыми размахивали так, что в воздухе слышался свист.
– Это не опасно? – спросила Ядвига.
Распорядитель понял правильно:
– Опасно, госпожа, ведь сабли заточены остро, как для смертельной схватки. Но если девушки стараются показать себя с выгодной стороны при помощи своей красоты, то юноши показывают свои навыки в использовании оружия. Смотрите, сейчас они будут танцевать уже не с саблями, а с кинжалами.
На странице снова сменилась картинка. Теперь, действительно, юноши танцевали с кинжалами, также яростно размахивая ими, как прежде саблями. Потом они вышли с луками. Ядвига смотрела во все глаза, ведь во все стороны реально полетели стрелы!
– Это точно опасно! – вскрикнула она. – Причем, и для гостей тоже!
– Вы правы, но отчасти. Танцоры оттачивают свое мастерство месяцами, а многие даже годами, готовясь к отбору. Берут на балы далеко не всех. Когда они тренируются, случаются жертвы. Не часто, госпожа, не расстраивайтесь! Однако всякое бывает, это правда. Но во время бала, скажу вам честно, в наши дни маги ставят защитное поле, чтобы уберечь гостей. Когда-то так не делали, но после гибели любимой жены султана много-много лет тому назад, решили более не рисковать.
Ядвига напряглась.
– Ее убили случайно? – спросила она с дрожью в голосе.
– Нет, – вздохнул распорядитель. – Это было убийство. Но вам нечего бояться, – спохватился он, правильно поняв испуг Ядвиги, которую утром пытались отравить. – Защитное поле более чем сильное. Оно и не такую угрозу, как стрелы, может отразить. Давайте перейдем к следующему танцу. Не будем расстраиваться впустую.
Хотела бы Ядвига не расстраиваться! Танцы с оружием, несмотря на защиту, созданную при помощи магии (а при помощи чего еще – она была уверена, что именно так ей объяснят и этот фокус), вызывали у нее не самые светлые чувства.
– …вы едите, – вещал распорядитель, – следующую подачу закусок. Обычно это жареные в вине дары моря, сдобренные приправами.
Хоть этот пункт был полностью понятен Ядвиге. Дары моря она любила, и с удовольствием съест, тем более, что почему-то данный прием пищи не сопровождался танцем. Распорядитель перевернул страницу.
– А вот то, что нужно вам. Танцы гостей и приближенных. Главное правило – мужчины и женщины не касаются друг друга. Но танцы парные. То есть, вы с партнером повторяете движения друг друга. Они лишь слегка отличаются: у женщин более плавные, у мужчин более резкие. И поворачиваетесь вы в противоположные стороны.
– Меня могут приглашать другие мужчины или только султан?
– Могут, но, конечно, сначала они должны спросить позволения у султана. Я записываю все пары в свой блокнот. Всего танцев на балу четыре. Потом опять выходят юноши и девушки, факиры развлекать гостей, а вы едите. Посмотрим первый танец.
Так как Ядвига в школе изучала не только сами танцы, но их названия и историю, она узнала в нем контрданс – танец семнадцатого-восемнадцатого веков, где пары стояли напротив друг друга и выполняли несколько фигур. Разница заключалась лишь в том, что в Аль Бахире ни женщины, ни мужчины не касались друг друга, а словно танцевали сами по себе. Хотя, если приглядеться, то становилось заметно, что пары все-таки существуют – казалось, они двигаются, словно больше вокруг никого нет. «Завораживающее зрелище», – призналась себе Ядвига. Контрданс она помнила не очень хорошо, но восстановить движения в памяти она надеялась быстро.
– Мне для бала обещали сшить платье или я надену то, которое уже готово. Значит, платья женщины здесь все-таки носят? – спросила Ядвига распорядителя.
– Да, – кивнул он, – гостьи и придворные, в отличие от низших сословий, надевают платья. Мужчины надевают, как видите, более узкие шаровары, которые мы называем брюками («какое совпадение!» – не без ехидства подумала Ядвига), туфли с задником и разноцветные рубашки. Танец номер два, – объявил он и перелистнул страницу.
Этот походил на полонез, который Ядвига особенно любила, ведь он имел польское происхождение. Пары шествовали по периметру бальной залы, а перед ними бодро отплясывал молодой человек, рассекавший саблей воздух – будто прокладывал им дорогу. Но и здесь пары не касались друг друга, а держались с двух концов за длинную шаль.
Третий танец точно воспроизводил вальс. Весьма странно было смотреть, как пары кружатся в вальсе на расстоянии: нет, и здесь они друг до друга не дотрагивались, но все движения выполняли словно перед ними стоял невидимый партнер. Но больше всего Ядвигу поразило танго! Отточенные движения, взлетающие в воздух юбки и топот синхронно отбивающих такт ног… Правда, под юбками оказались невидимые доселе шароварчики, но красоты танца это не отменяло. В руках у танцующих не было кастаньет, зато они громко щелкали пальцами.
«Неслабая смесь! – подумала Ядвига. – Причем, в исполнении европейских танцев я бы султана не заподозрила бы никогда!» Тем не менее, Ядвигу такой набор успокоил: она вполне могла, немного потренировавшись, освоить местные вариации.
В тот день вместо обеда Ядвиге пришлось выпить крайне противный отвар, однако, после она в самом деле почувствовала себя гораздо бодрее. Ей велели полежать еще некоторое время, потом принесли тоненьких блинчиков с начинкой, смахивающей на нежнейший сладкий творог, и вареньем из какого-то фиолетового цветка. Теперь всю еду и напитки пробовали служанки и только затем позволяли есть и пить Ядвиге.
Примерно через час после блинчиков к Ядвиге снова пришел распорядитель.
– Нам с вами надо хотя бы один танец разучить. После вы скажете, что неважно себя чувствуете и сможете пропустить остальные три, – объявил он.
Но к его вящему удивлению, Ядвига бодро усвоила все четыре танца, особенно поразив исполнением танго.
– Вот так вам! – удовлетворенно пробурчала она себе под нос. – Мы и без вашей магии вполне еще на что-то способны!
Для встречи гостей Ядвиге приготовили платье, которое она мерила утром, а для бала обещали принести на примерку наряд чуть позже. Давно забытое волнение охватило Ядвигу. Пожалуй, в последний раз она так волновалась перед выпускным. И категорически не хватало зеркала!
Глава 4. Ядвига играет роль первой леди
На следующее утро Ядвигу разбудили ужасно рано. Она уж и отвыкла так рано просыпаться: несмотря на ворчание, Фарид Садриддин не настаивал на том, чтобы ее будили к тому времени, когда он сам привык вставать. Поэтому на завтрак султан приходил, перекусив у себя, а с Ядвигой больше разговаривал, чем ел. Но из-за приезда важных гостей ей пришлось подчиниться общему дворцовому распорядку, пойти в сопровождении служанок в ванну-бассейн, где, не слушая ее протестов, Ядвигу тщательно потерли довольно жесткими мочалками (будто она не мылась сто лет, но видимо для гостей ее посчитали недостаточно чистой), сделали массаж, втирая в тело душистые масла, помыли ей голову ароматным шампунем, в который добавлялись эссенции местных цветов.
После приведения Ядвиги в порядок в ванной, ее растерли полотенцами, усадили на стул и начали расчесывать волосы гребенками, отчего они распушились, и даже без зеркал Ядвига чувствовала, как они ложатся красивыми волнами по плечам. Затем последовал завтрак, отличавшийся от предыдущих малым количеством блюд. Не успела Ядвига толком поесть, как к ней заявился Фарид Садриддин.
– Любишь же ты поспать! – воскликнул он, не соизволив пожелать доброго утра. – Тебе еще одеваться! Ох, какая ты небыстрая!
– Я быстрая, – буркнула Ядвига. – Чего там одеваться-то. Сейчас платье надену и все. И потом, если бы меня так тщательно не мыли, я была бы готова раньше.
– Таков ритуал, – немного смягчившись, произнес султан, – ты сегодня впервые выходишь к моим гостям в качестве любимой жены. Положено соблюсти все традиции.
Пока Фарид Садриддин говорил, с Ядвиги сняли шелковый, длинный халат, надели на нее тонкие шароварчики и плотный, белый топик, облачили в платье, которое она мерила накануне. На ноги Ядвига надела золотистые. матерчатые туфельки – на сей раз с задником. Ядвига бы их назвала балетками. После этого ее усадили на стул и снова принялись расчесывать ей волосы, в которые вплели золотистые ленты. Полной неожиданностью для Ядвиги стал макияж – вот уж чего она не ожидала! Но ей накрасили ресницы, чуть махнули кисточкой по скулам и даже едва прикоснулись мягкой розовой палочкой к губам.
«Зеркало! Как же тут плохо без зеркал!» – печально подумала Ядвига, страстно желавшая увидеть свое отражение. Зато вместо отражения она получила комплимент от султана:
– Прекрасно! – удовлетворенно произнес он. – Недаром я тебя выбрал. Таких белокурых красоток в ближайших землях не сыскать!
Надо отметить, сам Фарид Садриддин выглядел тоже совсем неплохо. Ядвига сразу заметила, что в отличие от европейских мужчин его возраста, султан выглядел весьма моложаво. У него не было ни грамма лишнего жира, а седина не портила общего вида. Никакой тебе лысины, никакого пивного живота. Острый взгляд и редкая, но обаятельная улыбка. Сегодня Фарид надел темно-синие брюки – не обычные шаровары, а именно брюки прямого покроя. На нем, как всегда, красовалась белоснежная рубашка и расшитая золотистыми нитями жилетка.
– Пойдем, скоро приедут гости. А пока я тебе расскажу о том, кто уже прибыл, и кого мы ждем.
Фарид Садриддин повел Ядвигу вниз, где возле так полюбившегося ей фонтана они сели за низкий столик. Служанки подали кофе и встали вместе с охраной султана чуть поодаль.
– Всего до конца недели нас посетит несколько сотен гостей. Я хотел поговорить с тобой вчера, но досадное происшествие не позволило мне рассказать тебе о всех тонкостях грядущего события. Итак, основная часть гостей приезжает в Аль Бахир принять участие в торжествах, которые проходят в стране всю эту неделю. Сегодня второй день недели, а мне докладывают, что практически все гостевые дома наших поселений заполнены. Жителям выгодно такое положение дел – они отлично зарабатывают во время подобных праздников…
– Извините, – перебила Ядвига, – а какие еще крупные праздники есть в стране, кроме вашего дня рождения?
– Сейчас рассказывать некогда, ведь мы многое празднуем – есть о чем поговорить. Наш народ любит увеселения, и они привлекают гостей, поэтому торжеств у нас хватает. Мы считаемся людьми, лучше всех умеющими веселиться и веселить других. Я попрошу Хамеда поведать тебе обо всех праздниках. Так вот. Сюда, на территорию дворца прибывает около ста человек, включая прислугу. Мои родственники живут здесь, а остальные располагаются в малых гостевых дворцах. Ты знаешь, что сын мой в отъезде, но завтра к балу он приедет. А сейчас мы будем встречать другую мою родню: отца Лиары, его любимую жену, невольницу и троих детей. Азиру исполнилось семьдесят. Первая любимая жена умерла почти тридцать лет назад, и он выбрал себе другую. У него два сына и дочь – они тоже приедут. Также приедет его любимая невольница. Азир везде возит этих двух женщин, но ты должна помнить о своем статусе: ты приветствуешь только жену. Невольнице только слегка киваешь.
Ядвига улыбнулась – ох уж эти дворцовые интриги.
– А с детьми здороваться? – спросила она, чтобы не попасть впросак.
– Да, хороший вопрос. Сначала мы с султаном приветствуем друг друга, потом вы с его женой обмениваетесь приветствиями. И только затем мы с тобой здороваемся с их детьми. В это время невольница присутствует, но стоит в стороне.
– Вы не сказали, сколько лет детям, – Ядвига никак не могла привыкнуть называть султана господином и всячески старалась этого слова избегать.
– Они все взрослые. Старшему сыну тридцать, младшему – двадцать пять. Дочери двадцать три, почти как тебе. Но ты задала правильный вопрос, потому что напомнила мне о важном обстоятельстве – на детей Азира наложено проклятие. Ты должна знать, что они по этому поводу очень переживают, и лучше данного вопроса не касаться. Короче говоря, Ядвига, сыновья никогда не смогут жениться, а дочь выйти замуж, и у них не будет детей.
– Почему так произошло? – Ядвига выпучила глаза на султана. В ее голове никак не хотели укладываться предрассудки, распространенные в Аль Бахире. Нет, конечно, и у них в Польше многие женщины верили в проклятия, предсказания и порчу. Но таковых было мало, среди мужчин вообще подобное считалось смешным, а уж глава государства вообще не рассуждал о проклятиях, хотя, учитывая историю страны, наверное, частенько хотелось.
– Видишь ли, когда Азир женился второй раз после смерти матери Лиары, на роль любимой жены претендовала другая женщина. Все так и думали – он выберет именно ее. Более того, старший сын Азира родился от той женщины. Но султан решил иначе. Думаю, увидев Кассандру, ты поймешь почему. Так вот, обиженная невольница тайно съездила в горы, где живет отверженный колдун Ибн Саид…
Ядвиге захотелось спросить, почему колдун оказался отвергнутым – информация валилась на нее, как из рога изобилия.
– …он и наложил проклятие на родившихся и не родившихся к тому моменту детей султана. На всех детей, какие у него есть и будут. Помнишь, я говорил тебе, что у нас с Лиарой родился всего один сын. Думаю, проклятие распространилось и на нее. До того она успела выйти замуж за меня, а вот после наложения проклятия она начала угасать, и детей у нас больше не родилось. Старший сын Азира хотел жениться несколько раз, но либо невесты умирали, либо отказывали ему. Второй сын и дочь даже не пытаются создать семью. Это их горе! Поэтому вопросы про их невест и женихов даже не задавай.
Ох, вот это Ядвига хорошо понимала. У нее была подруга детства, у которой не ладилось с кавалерами. А она так хотела выйти замуж, что любой вопрос на эту тему вызывал у нее бурю негативных эмоций. Непонятно оставалось другое. И, несмотря на всю нелепость вопроса, Ядвига его задала:
– А почему нельзя снять проклятие? Поехали бы к другому колдуну или, как вы здесь говорите, к магине – и дело сделано!
– О-о-о, дорогая моя! – воскликнул Фарид Садриддин. – Проклятие отверженного никто снять не может! Да и не посмеет!
Договорить султану не дали. К нему подбежал слуга.
– Господин! Великие гости приехали! Они идут сюда!
Фарид Садриддин встал, и Ядвига поднялась вслед за ним. Они вышли из дворца и встали у парадных дверей. Вдали уже виднелась процессия: носилки под балдахинами одни за другими – их несли слуги султана Азира. За ними шли невольницы, служанки и охрана. У Ядвиги подкосились ноги: она опять почувствовала себя первой леди государства, отчего аж тошнота покатила к горлу – так она волновалась. Казалось бы, чего от него требуют – кивнуть, поздороваться, никого не перепутать и не оказать лишней чести невольнице, каковой она сама являлась буквально несколько дней назад… Но ее обуревало странное чувство ответственности за страну, которая ей была чужой. Ответственности перед султаном и даже служанками, готовыми в любую минуту прийти на помощь.
Процессия подошла совсем близко. Носилки поставили на землю. Первым вышел сам султан – Ядвига сразу поняла, что это Азир. Как и Фарид Садриддин, он выглядел намного моложе своих лет, хотя шапка седых волос покрывала и его голову. Поверх красной рубахи у него был надет длинный, тонкий, расшитый плащ. На голове красовалась высокая, ярко-зеленая шапка с пером. Из-под следующего балдахина показалась удивительная женщина. Ядвига помнила, что ей было едва за сорок, но выглядела она лет на тридцать максимум. Эффектная блондинка с кудрями до самой попы двигалась весьма грациозно. Юбка ее темно-синего платья, точно в цвет глаз, развевалась на ветру, как флаг. Кассандра завораживала – на нее можно было смотреть бесконечно!
От разглядывания гостей пришлось отвлечься: к Фариду Садриддину и Ядвиге уже подошли Азир и Кассандра. Сначала друг друга поприветствовали султаны. Потом, как велели, Ядвига слегка наклонила голову и тоже поздоровалась с гостями. За ними стояла молодая, темноволосая женщина – видимо, та самая невольница, которую Азир повсюду возил с собой. С ней здороваться не следовало, и она, как предупреждал Фарид Садриддин, просто отошла в сторонку. Затем к султану и Ядвиге подошли дети Азира: двое сыновей и за ними – дочь. Старший сын был очень похож на отца, с одним лишь отличием: его волосы не тронула седина и на солнце они отливали густым черным цветом. А вот дети Кассандры были куда более светловолосыми, видимо, унаследовав эту черту от своей матери. Конечно, блондинами их не назовешь, но они заметно отличались от остальных людей.
Вокруг фонтана теперь стояли банкетки и низкие столики. Гостей пригласили присесть после долгого пути – хотя султанат Азира располагался по соседству, из-за размеров Аль Бахира дорога была неблизкой. Дети Азира сели отдельно по левую руку от султанов; невольница расположилась в стороне в полном одиночестве, и Ядвиге даже стало ее жаль. Два султана, Фарид и его тесть, сидели на небольшом возвышении в центре зала, а Ядвигу и Кассандру посадили вместе по их правую руку. Не очень пока поняв, о чем можно и о чем нельзя говорить с гостьей, Ядвига решила выбрать две нейтральные темы, которые, как ей казалось, годятся и в пир, и в мир: дорога и погода.
– Как вы доехали? – обратилась она к Кассандре. – Не утомила ли дорога?
Так как ее никто тут же на месте не четвертовал, Ядвига понадеялась, что не спросила ничего неположенного этикетом.
– Утомила, – ответила Кассандра. Голос у нее звучал мелодично и очень приятно, несмотря на то, что был довольно низким для женщины. – Вы еще не выезжали из Аль Бахира?
Ядвига отрицательно помотала головой.
– Значит, все впереди, – Кассандра улыбнулась. – У нас в стране, в Аль Гаоль, в основном пустынная местность. Мы находимся вдали от моря. Кода-то, в стародавние времена огромные земли, которые простирались до Великого моря, у Аль Гаоля отвоевали пирольцы. Пироль был маленьким, но крайне жестоким кочевым племенем. После войны с нами они осели и остались на том участке земли.
– Вы не пытались отвоевать свою территорию обратно? – спросила Ядвига, впервые почувствовала искренний интерес к тем местам, куда попала поневоле.
– Пытались. Но пирольцы не просто отбивали нападения. Они потом вырезали мирные деревушки Аль Гаоля, мстя за попытку отобрать обратно наши же собственные земли. Тогдашний султан принял решение больше с пирольцами не воевать. Более того, с ними заключили официальное мирное соглашение. Поэтому мы и остались в пустыне, без выхода к морю. Но аль гаольцы – люди трудолюбивые. У нас создано много оазисов. Дворец султана находится как раз в одном из самых больших. В оазисах не только зелень, но и искусственные озера. Однако, если нужно путешествовать к вам в гости, то приходится преодолевать большую пустынную территорию. Потом, уже в Аль Бахире, мы едем вдоль моря, но и здесь до дворца добираться долго.
Ядвига решила перейти к теме погоды, однако, в этот момент Фарид Садриддин встал со своего места и подошел к ним.
– Госпожи, я предлагаю вам прогуляться по парку. До торжественного ужина еще много времени. В дальней беседке вам накроют легкий обед, а мы с султаном Аль Гаоля побеседуем здесь о важных делах.
– Спасибо, господин, – поклонилась в ответ Кассанда, – тогда я только переоденусь с дороги и пошлю служанку к госпоже Ядвиге сказать, что я готова.
– Отличная идея! – согласилась Ядвига. – Я, пожалуй, тоже переоденусь.
Кассандру явно удивило такое обращение любимой жены к султану, но она мудро промолчала: в чужой монастырь со своим уставом не ходи. Служанки повели гостью в отведенные ей покои, а Ядвига шепнула Фариду Садриддину на ухо:
– Я ведь могу снять платье и надеть шаровары?
– Можешь, – также тихо ответил ей султан. – Но после обеда с Кассандрой, не забудь примерить новое платье к ужину и тебе еще принесли платье для завтрашнего бала. Я попросил шить в первую очередь для тебя.
– Спасибо, – сказала Ядвига спине Фарида Садриддина: произнеся последнюю фразу, он сразу повернулся и пошел к столу, за которым его ждал Азир.
В своих покоях Ядвига с удовольствием позволила снять с себя платье. Да, оно было чрезвычайно красивое, но она не привыкла ходить в длинном и постоянно думала о том, чтобы не запутаться в подоле юбки, чтобы не забыть приподнять его, поднимаясь или спускаясь по ступенькам, а широкие рукава мешали нормально есть и пить. Кроме того, оказалось, что она отвыкла от туфель! Кто б такое сказал хотя бы месяц назад: Ядвига привыкла к узким туфелькам без задника. Она бодро скинула новые «балетки» и, опередив служанок, быстро нацепила ставшие привычными шаровары и «шлепки». Девушки бегали вокруг своей госпожи, не понимая, за что хвататься – ее самодеятельность часто ставила их в тупик, ведь несмотря на постоянные попреки султана в медлительности, Ядвига частенько бывала весьма шустра.
Вскоре за ней пришла служанка Кассандры, и Ядвига пошла вниз, к выходу. Вокруг фонтана по-прежнему сидели приближенные султана Аль Гаоля, стояли слуги и охрана. Султаны беседовали о своем. «О своем, о девичьем», – пошутила про себя Ядвига и улыбнулась. Фарид Садриддин заметил ее улыбку и улыбнулся в ответ. У Ядвиги застучало быстрее сердце: когда он ей улыбался, всегда с телом происходило нечто странное. О влюбленности даже думать не хотелось! Ядвига слегка кивнула и гордо прошла к выходу. «Феминизм, права женщин, никакой магии! – думала она, проходя мимо кланявшихся ей людей. – Не позволим предрассудкам взять вверх над человеком с высшим образованием!»
Попытки мыслить здраво прервала Кассандра – она уже ждала Ядвигу на улице. Вместе они прошлись по большому парку, дошли до дальней беседки, где им подали обед. Кассандра оказалась очень интересной собеседницей – она говорила о своей стране и даже о дальних землях, откуда ее привезли в Аль Гаоль еще девочкой. Конечно, Ядвигу распирало любопытство: хотелось спросить о проклятии, наложенном на детей Кассандры. Но подобные вопросы и у нее в родной Польше считались признаком невоспитанности, а тут и Фарид Садриддин предупредил – приходилось сдерживаться. По большому счету, Ядвигу больше интересовало не само проклятие, а отношение Кассандры к предрассудкам. Она производила впечатление образованной, умной женщины. Вот чтобы она сказала в ответ? Что тоже верит в такие глупости? Однако на эту тему приходилось молчать. И тут Ядвига нашла другой вопрос, на который хотела бы получить ответ.
– Завтра будет бал. Я постаралась выучить нужные танцы, хотя у меня на родине их танцуют чуть иначе. Как о них здесь узнали? Почему такой большой выбор танцев?
– О, танцы! В наших краях весьма увлечены танцами! Считается, что таким образом мужчина и женщина могут выразить свои чувства друг к другу. А разнообразны они потому, что когда-то существовала традиция отправлять гонцов по всему свету – обучаться танцам и привозить сюда новые. В каждом султанате выбирали свои, любимые, но многие у нас совпадают или не сильно отличаются. Потому они тебе и знакомы. Значит, у вас танцуют тоже, только слегка видоизменив какие-то движения. Мне пришлось бы сложнее, если бы я приехала сюда в более взрослом возрасте – танцы моей родины и Аль Гаоля отличаются сильно…
После прогулки и обеда Ядвига, как обещала султану, пошла мерить новые наряды, а Кассандра отправилась к себе отдохнуть после долгой дороги. Платья Ядвиге понравились. Да что там понравились – они были шикарны! Но следовало чуть подправить то, что готовилось к торжественному ужину и окончательно доделать бальное. Служанки схватили их в охапку и побежали относить швеям.
Вечером Ядвигу облачили в подогнанное платье: тяжелая парчовая ткань бордового цвета плотно облегало грудь, широкий пояс стягивал талию, а юбка практически не колыхалась, застыв широкими складками, словно волны на море, которые, ниспадая, замерли на мгновение. На голове Ядвиге соорудили пышную прическу, подняв все волосы на макушку. Ее опять подкрасили и повели в зал, где гостям собирались подавать ужин. На нем должны были присутствовать все гости, которые на тот момент прибыли в Аль Бахир и жили на территории дворца. Столы расставили по кругу: в центре стоял стол для султана, Ядвиги и ближайшего родственника Фарида Садриддина – султана Аль Гаоля с женой. Вокруг этого стола стояло четыре других. За ними сидели дети Азира, Хамед – ближайший советник Фарида Садриддина, сын великого колдуна султаната со своей любимой женой и сыном. За двумя другими столами сидели гости, которых Ядвига еще не знала. Вокруг этих четырех расставили восемь столов – и так дальше, по периметру всего зала стояли столы, с каждым кругом увеличиваясь на четыре.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
