– Хорошо.
– И тебя.
Она смотрит на меня, словно тоже пытается рассмотреть и запомнить. А потом говорит очень спокойно.
– Я рада, что ты выздоровел. Ты молодец. Встал на ноги. Я тоже встала на ноги. У меня все хорошо. Я очень счастлива Илик, и я никому не позволю разрушить свое счастье. Надеюсь, ты меня услышишь.
Я услышал. Вопрос в том, готов ли я с этим смириться.
Быстро поднимаюсь в номер, надеваю свежую белую льняную рубашку, белые же льняные брюки, смотрюсь в зеркало привожу в форму мокрые после бассейна и душа волосы – высушить я их точно не успею. Достаю одеколон. Смотрю на аккуратно подстриженную бороду, вспоминая, как Надя помогала мне бриться.
Чёрт.
Опираюсь о раковину в ванной комнате.
Смысл мне идти туда, в кафе? Любоваться на счастливое семейство? Видеть ее с другим? Думать о том, что хочу разрушить их счастье?
Снова влезать в чью-то жизнь, пытаясь сломать?
Смотрю на свое отражение…
Что же ты за человек такой, Ильяс Умаров? Почему тебе вечно нужно что-то портить?
Я не должен туда идти. Я должен сейчас же, сегодня же собрать вещи и уехать. Уехать обратно на Дальний Восток, или снова на Север, в Мурманск, или на Камчатку – туда меня тоже звали.
Я должен оставить ее в покое. Дать ей возможность жить дальше. Любить сына, мужа, рожать ему детей…
Почему же так больно?
И как же быть с этим парнишкой? С моим ребенком? Неужели я должен его бросить?
Что же мне делать?
Кадар. Может моя судьба в том, чтобы сейчас взять и отойти в сторону?
Закрываю глаза, и словно наяву вижу паренька, который похож и не похож на меня, он просил меня угостить его мороженым. Я же не могу его обмануть?
Встаю, выхожу из ванной, подхожу к двери вовремя – кто-то стучит.
Глава9
– Мам, ма! Ну… быстлее… молозеное…
– Милый, сейчас, я достану тебе маечку чистую, и шорты. И сразу пойдем.
Я копаюсь в чемодане, который еще не успела разобрать. Делаю вид, что выбираю одежду. На самом деле – беру небольшую паузу, тайм-аут.
Надо подумать.
Что мне сказать Ильясу? И должна ли я что-то говорить?
Он сам сделал выбор тогда? Нет?
Да, он меня искал, но не нашел.
Кира, мама Славы, как-то сказала мне, что если бы он очень хотел, то… Да я и сама знаю. Когда чего-то хочешь – горы сдвинешь!
Значит не хотел.
Значит это просто была блажь. Прогнал, когда надоела, потом узнал о беременности, решил вернуть, непонятно зачем, гордость горца что ли взыграла? Искал, не нашел, ну и ладно.
Миссия выполнена.
Но… почему же тогда сегодня он смотрел и на меня, и на нашего сына как на чудо? И в его голосе было столько нежности.
И он смог за какой-то час проведённый на море влюбить в себя нашего сына.
А мой Колясик не так-то прост, он с чужими очень строг. Он и Славу далеко не сразу принял, хотя Слава был с ним почти всю жизнь, с самого рождения, исключая несколько месяцев.
– Ты серьезно хочешь идти в кафе есть мороженое? – я вздрагиваю, испуганно. Голос жениха застает врасплох.
– Прости, напугал?
Слава садится рядом.
– Ну что ты, Надя?
– Что?
Мы смотрим друг на друга, вижу, как дёргается уголок его рта, словно он хочет ухмыльнуться, но не решается это сделать.
– Хочешь, я сам отведу Ника? Пусть поедят мороженого. Вдвоем. А мы побудем тут. Вдвоем?
Как он себе это представляет?
– Надя…
– Что?
– Ты же знаешь, что я тебя люблю?
– Знаю.
Я на самом деле знаю. Слава делал для меня столько, сколько ни один другой человек в жизни не сделал. Ну, может еще его мама. Кира.
Она, пожалуй, самый близкий мне человек. Они оба помогли мне вернуться к жизни.
– Надь…
– Что?
– Подумай насчет свадьбы.
– Зачем?
Он смотрит на меня непонимающе. Но я тоже его не понимаю.
– Ты так не уверен в наших отношениях? Во мне? Ты правда считаешь, что вот он появился и все? Я побежала за ним как собачонка? Считаешь, что я забыла, как он выгнал меня, беременную из своей жизни, сказав, что я ему не нужна?
– Тише… ты… зачем ты кричишь?
– Я не кричу. Прости. Просто что мне очень обидно, что ты вот так обо мне…
– Тише, тише… – он притягивает меня в объятия, укачивает как ребенка.
А мне и правда очень обидно. Потому что все так невовремя!
В дверном проеме появляется мой сынишка. Упрямо сводит бровки.
– Ма… молозеное…
– Да, милый идем.
Достаю первый попавшийся комплект одежды, подзываю Ника, Помогаю ему переодеться. Слава наблюдает за мной внимательно, потом у него звонит телефон, и он выходит из комнаты.
– Ма…
– Что милый?
– Иляс сказал, что он длуг.
– Он друг, да.
– Он холосий?
– Хороший.
– Ты пвачешь?
– Нет, ты что? Просто…немного устала. Пойдем?
Выхожу, вижу, что Славы нет в номере. Почему-то сердце начинает стучать быстрее, и руки дрожат.
Я не хочу, чтобы он шел к Ильясу и что-то выяснял.
Я сама должна все выяснить, должна поставить все точки над «и».
Это моя жизнь. Я хочу все решить сама.
Глава10
Выхожу из номера, веду Ника за руку.
Слава не мог пойти к Ильясу, просто не мог! Понимаю, что он так же как и я просто в шоке от факта внезапного появления Ильяса, но очень не хочу каки-то ссор, скандалов и разборок между ними.
Я должна сама решить все вопросы!
Слава Богу, мой жених стоит в коридоре. Разговаривает по телефону. Видит меня, улыбается виновато, быстро заканчивает разговор.
– Извини, малыш, по работе. Пойдем?
Мы спускаемся вниз.
Небольшое, уютное кафе с мороженым расположено прямо в отеле, напротив большого холла, где расположены стойки администрации и зона отдыха.
Ник вприпрыжку бежит к лотку с разноцветными контейнерами с мороженым. Каких вкусов тут только нет! У меня у самой глаза разбегаются. Неожиданно тоже очень хочется взять порцию.
Мятное с шоколадом. Или черносмородиновое. Или соленую карамель. Или сразу два или три на выбор.
– Какое тебе, милый? – быстро оглядываю зал в поисках Ильяса. Его нет.
Почему-то щемит сердце – неужели не придет?
– Погоди, ма. Иляс зе обесял угостить?
– А если я тебя угощу, не считается? – улыбается Слава.
– Неть, – категорично заявляет мой упрямец-сын.
– Тогда давай подождем Ильяса.
– Подоздем.
Почему-то я начинаю нервничать. Мне кажется он уже должен быть тут. Мы не так долго собирались. Почему его нет?
– Ты будешь мороженое, милая? Тебя-то я могу угостить?
– Меня можешь! – улыбаюсь Славе, чувствую, как его рука оказывается у меня на талии. – только я еще не знаю, чего я хочу.
– Не знаешь, чего хочешь? – он смотрит пристально, сначала в глаза, потом на мои губы, наклоняется ко мне. – Совсем не знаешь?
Целует сначала легко, невесомо, просто касается уголка губ, потом пытается углубить поцелуй, а мне становится неловко, хотя в кафе совсем нет посетителей, только скучающая девушка за стойкой, втыкающая в телефон.
– Слав…
– Что? Я не могу поцеловать невесту?
– Можешь… но…
– Но? Мы тут почти одни, никого нет, никто не видит.
– А Ник?
– Он смотрит за рыбками. – в кафе стоит огромный красиво подсвеченный аквариум и Ник, конечно же уже рядом с ним, смотрит завороженно. – Ему до нас дела нет.
– Слав…
– Один поцелуй за три шарика мороженого!
– Ты змей искуситель! – я смеюсь, и подставляю губы, вытягивая их уточкой, давая понять, что согласна только на поцелуй в шутку.
Но мой жених шутить не намерен. Он прижимает меня к себе. Крепко. Выглядывая что-то в моих глазах.
– Надя, я люблю тебя.
Почему-то мне становится страшно.
Он меня любит. И я ведь тоже его люблю?
– Извините, я опоздал, – голос Ильяса заставляет вздрогнуть. – не помешал?
Он иронично поднимает бровь, задирая свои «авиаторы».
– Помешал! – безапелляционно заявляет Слава, и целует меня, а я…
Мне хочется увернуться, но я понимаю, что если сделаю это, то поставлю моего будущего мужа в неловкое положение. Да и почему я должна уворачиваться? Еще вчера я бы и не подумала это сделать.
Мне нравятся его поцелуи. И он мне очень, очень нравится.
Я влюблена в него. Да. Поэтому и согласилась выйти за него замуж.
Господи, как все сложно!
Зачем мы приехали на Кипр?
– Иляс! П’ивет! – Ник видит своего нового «длуга», бежит к нему довольный, – Ты пишёл!
Я все-таки отрываюсь от Славы, глядя на моего любимого малыша.
– Конечно пришёл! Ну что, выбираем мороженое?
– Ага, давай! – и Ник протягивает Илику руки, чтобы тот поднял его.
Эта картина заставляет мое сердце дрогнуть.
Ильяс поднимает сына на руки, бросает взгляд на меня, замирает, как-то очень виновато улыбается.
– Сколько шариков можно этому чемпиону?
– Два, больше он не съест, – почему-то у меня голос хрипит, откашливаюсь.
– Тли! Я сем тли! – заявляет Ник, Ильяс усмехается.
– Если что, я тебе помогу, дружище, выбирай!
Он подносит Ника к витрине, Слава отодвигает меня, удерживая за талию.
– Так что, милая, ты сама какое будешь?
– Дай подумать, – изо всех сил стараюсь улыбаться и вести себя непринужденно, – соленую карамель, мятное с шоколадом и…и ванильное. И еще капучино.
– Хорошо. Девушка! – Слава подзывает официантку, делает заказ, а я исподтишка смотрю на Ильяса. Он внимательно случает Ника, который спрашивает какой вкус у синего мороженого, а какой у зеленого.
Илик поворачивает голову и ловит меня за подглядыванием. И снова я вижу его виноватую улыбку.
Наконец, мы все определяемся с заказами, занимаем большой столик.
Разговор, естественно, не клеится. Только наш Николай не замечает общей неловкости, увлеченно рассказывает Илику о том, что в нашем городе тоже есть кафе мороженое, которое называется «пигин».
– Пингвин, – перевожу я.
А Ник продолжает, замечая, что там не так много разноцветного, но очень вкусно.
Как я и предполагала сын клюет пару ложек синего, зеленого, и ест из моей розетки самое простое ванильное. А Ильяс давится остатками его порции.
– Вкусно? – спрашивает его Ник.
– Очень, – откровенно врет Илик усмехаясь.
– Может не есть, он не обидится, – тихо шепчу я, и вижу, как напрягается Слава, который не слышит, что я говорю.
– Нет уж. Я совершу этот подвиг. – Илик смотрит на меня и облизывает ложку, а я становлюсь красной как рак.
У Славы снова звонит телефон, он смотрит на экран, морщится.
– Я должен ответить.
– Да, конечно.
Моему великану приходится выйти из-за стола. Мы остаемся втроем.
Я, Ильяс и наш сын.
– Надя… я хотел…
– Ма, мне надо выйти.
Ник у меня давно приучен просится, если ему нужно, хотя я знаю, некоторые дети его возраста все еще в памперсах в людных местах. Но мой сынок молодец. Он и говорить стал очень рано, и его речь стремительно прогрессирует. Педиатр мне говорила, что обычно в таком возрасте речь лучше у девочек, мальчики молчуны, но у нас совсем не молчун, наоборот.
– Извини, Ильяс.
– Я могу его отвести.
– Нет, я сама.
– Тебе придется его поднимать? Тебе же это вредно в твоем положении? – Ильяс смотрит на меня вопросительно, а до меня не сразу доходит, о чем он.
А когда я понимаю, то опять краснею.
– Я справлюсь сама, спасибо.
– Позови мужа лучше, если мне не доверяешь. – он сжимает челюсти.
– Ильяс, я…
Хочу сказать, что я не беременна, и не замужем, но почему-то молчу.
– Мы сейчас вернемся.
Беру сына за ручку, мы идем к заветной двери. Ник довольно быстро делает свои дела, но когда я возвращаюсь Ильяса уже нет.
– А где длуг? – удивленно спрашивает Ник, а я вопросительно смотрю на Славу.
– Ему кто-то позвонил, и он вышел. – Слава пожимает плечами, – он просил его извинить. Если вы закончили, пойдем в номер? Есть еще время до обеда, хотя сомневаюсь, что кто-то тут хочет обедать.
Слава, поднимает Ника на руки, шутливо поддевает его носик своим, Ник улыбается.
– Хочу на моле.
– На море попозже, сначала обед, потом надо поспать, а потом уже море. Раньше нельзя, жарко.
Он прижимает к себе моего сына одной рукой, второй обнимает меня.
А у меня сердце колотится как сумасшедшее.
Я не могу понять куда пропал Илик и… мне почему-то очень обидно, что он вот так ушел.
Мы подходим к лифту, когда я слышу голос.
– Надя? Надя… подожди…
Глава11
Почему-то я был уверен, что в номер стучит это Слава. Но оказалось пришла горничная, насчет уборки.
Я пригласил ее в номер, а сам решил все-таки спуститься в кафе.
Я ведь обещал Нику, что угощу его мороженым? Нехорошо обманывать ребенка.
Ребенка. Сына!
В голове все еще не укладывается эта информация.
Смотрю как он уплетает мороженое, в глазах темно.
Я не знаю, что мне делать.
Умом понимаю, что, наверное, я должен просто отойти в сторону.
Воробушек сказала, что он счастлива, и не даст разрушить свое счастье.
Но мне нужно хотя бы поговорить с ней. Я…
Мне физически больно в присутствии этого ее викинга. Я словно снова заперт в немощном теле. Слеп. И встать не могу.
Связан по рукам и ногам.
Удачный момент для разговора наступает, когда мой соперник встаёт и выходит, чтобы ответить на звонок. Но Ник просится в туалет и Наде нужно его отвести.
Я как идиот задаю глупые вопросы, пытаясь развести её на ответ. Почему ей нельзя поднимать Ника? И… вообще, муж ли ей этот Слава? Кольца-то нет?
И чего я так циклюсь на этом кольце?
Тамерлан много лет носил кольцо, хотя был вдовцом. А некоторые женатые мужчины кольцо не надевают принципиально – проще девиц обманывать в статусе холостяков.
Муж Нади возвращается. Ее все еще нет.
– Ильяс, я хотел сказать тебе… По-хорошему. Оставь нас в покое, ладно?
– А по-плохому?
– Лучше не надо по-плохому. Давай так. Встретимся вдвоем, после обеда. Скажем, часа в четыре. Тут есть «тренажерка», приходи туда, поговорим.
– Хорошо.
Теперь телефон звонит у меня.
– Я отойду, но вернусь. Мне нужно попрощаться с сыном.
– Я скажу им, что у тебя дела.
– Так не пойдет. Я сам хочу попрощаться.
Он смотрит презрительно, но это его проблемы.
Отвечаю на звонок матери.
Она рассказывает мне, что собирается приехать в Москву, познакомиться с внучкой.
