Страница 4 из 5
Бить из положения «на корточках» было неудобно. Быстро осмотревшись и не заметив больше никакой опасности, она встала и нанесла удар наискось топором в шею.
Старик молча ткнулся лицом вниз, на ноги людоедки.
«Вот и нет больше людоеда». Девушка опять опустилась на корточки и еще раз осмотрела округу. После последнего раза, когда она видела эту часть города, произошли изменения, естественно не в лучшую сторону. Еще сильнее был разрушен фасад магазина. Трехэтажный дом за магазином стоял полностью сгоревшим и еще слегка дымил. Всюду легкий ветерок разносил мусор: пакеты, обрывки бумаг и материи. И повсюду виднелись кости. Огромное количество обглоданных костей.
Только сейчас Юля ощутила, что после пробуждения так и не справила нужду, а кишечник все сильнее и сильнее напоминал ей об этом.
«Где же ты теперь цивилизация? Осталась ли вообще где-нибудь или весь мир погрузился в такой хаос? Три дня назад я даже не представляла, как можно нормально жить, не имея под рукой обычной туалетной бумаги!».
Усевшись на корточки рядом с трупом, она протянула руку к листу бумаги розового цвета и размером чуть более ее ладони, который прибило ветром к обломку стены. Он привлек внимание не только своим необычным цветом, но и чистотой. – Вспомним, чему бабушка учила. Отсутствие туалетной бумаги совсем не повод для трагедии. Она то и появилась в повсеместном обиходе в семидесятые года прошлого века. Ведь раньше обходились обычной газетой, которую надо было немного размягчить, потерев между кулаками. «Чтобы буковки попку не царапали», – вспомнились шутливые слова деда, комментировавшего учебу бабкой внучки. А дед застал время, когда (о, ужас!) для гигиены использовали обычный лист лопуха. Правда он не уточнял, чем этот самый лопух замещали в снежные зимы.
А вот потерев найденный листок, Юля расстроилась. Он совершенно не хотел комкаться и не мялся. Да и при более подробном рассмотрении на бумагу листок не очень и походил. Обе стороны были с маленькими, хорошо читаемыми черными буквами. А начало текста ее шокировало: «Внимание! Вы попали в иной мир. Здесь размещена инструкция для выживших».
Быстро отложив листок и придавив его, чтобы не унесло вдруг ветром, куском кирпича, она оторвала накладной карман у покойника и им заменила предмет гигиены.
Подняв листовку, привстала и вновь осмотрела округу, чтобы не быть застигнутой врасплох непрошенными гостями, типа прибитого ею деда.
Усевшись на камни за выступом стены, начала сначала вчитываться в текст.
«Внимание!
Вы попали в иной мир. Здесь размещена инструкция для выживших. Возврата назад нет. Смиритесь с этим фактом, ищите других выживших, выживайте вместе.
Большинство людей и плотоядных животных обратились в мутантов, которые постоянно находятся в поисках пищи. Они развиваются и достигают больших размеров. Чутки к запахам и шуму, поэтому следите за чистотой и учитесь перемещаться тихо.
Этот мир состоит из участков разных миров, которые время от времени вновь загружаются. Первый признак перезагрузки – туман со специфическим запахом. Важно! При его появлении обязательно необходимо максимально быстро покинуть границы участка. Попавшие под такую перезагрузку однозначно погибают. Лучше находится вблизи границ.
Важно! Для выживания необходимо периодическое употребление специального раствора, который изготавливается из алкоголя и спорана.
Споран – шарик, размером с виноградину, находящийся в специальном мешке-наросте, расположенном на затылочной части головы мутантов. Это самое уязвимое место мутантов. Его повреждение влечет смерть.
Изготовление раствора: один споран растворить в полу литре любого алкоголя. Важно! После растворения спорана в растворе появляется взвесь в виде хлопьев, которую надо отфильтровать через ткань. Важно! Хлопья смертельно ядовиты.
Раствор разбавить водой 1х1. Употреблять при появлении слабости или головной боли по нескольку глотков».
Все слова «Важно» были выделены в тексте жирным шрифтом.
В самом низу листка, более мелким шрифтом, была коротка строчка: «Розыск Ирме Малоффа, пропавшего на этой территории».
– Так, листик в карман и будем думать. Теперь все становится более-менее понятно. Все получило свое объяснение. И исчезнувший мир, и зомби-людоеды, и головная боль. Что там еще важное? Спораны в затылке у мутантов. Как они их толерантно называют. Тьфу. Интересно, они хоть видели сами, как они выглядят и как человечину жрут или только в книжках читали. Хотя, если все четко описывают, значит видели. В любом случае большое им мерси за информацию. Найти бы еще этих самых информаторов, ведь если у них есть возможность печатать, да еще и на такой интересной бумаге, да и доставить сюда смогли, значит, неплохо они выживают. Сами объединились и другим помогают. Теперь спораны.
Юля склонилась над телом деда. Удар топором пришелся как раз по странному шарообразному образованию, напоминающему дольки мандарина, только пепельного цвета. Мешок был разрублен наискось и лезвие частично повредило и позвоночник. Крови натекло мало и, нарост остался чистым.
Залезать пальцами внутрь она как-то не хотела и подняв крупную щепку начала ею раздвигать края раны. – И где тут этот споран? Одна серая паутина. Хотя, что это я миндальничаю? Вчера трупы ножовкой пилила, почти подруге морду кирпичом изуродовала, сегодня, вот первое убийство совершила.
Она опустилась на колени. «Вот, уже и не реагирую на порезы и ссадины». Пальцами развела в стороны дольки мандарина и просунула два внутрь. Паутина была сухая, а в глубине, у самого нижнего края нароста, нащупала что-то округлой формы и, зажав это пальцами, извлекла наружу.
– Так вот ты какой, северный олень, – она подняла к небу виноградинку, зеленоватого оттенка и рассматривала ее. – Теперь бы водки достать.
Вариантов было два. Или идти в магазин, или пытаться обойти квартиры соседних подъездов. В обоих случаях были и положительные, и отрицательные моменты.
В магазине алкоголь есть точно и его очень много. Там же, разнообразие еды, воды, но путь туда пролегал через открытый участок местности, что было чревато обнаружением.
В квартирах его также можно найти, но тут ключевым являлось слово «найти». Не в каждой квартире он есть. А сколько квартир будет открыто, еще тот вопрос. Ломать двери она не сможет, да и если бы смогла, шума при этом будет жутко много. Плюсом было то, что в квартирах можно найти подходящую одежду для себя.
Решила начать с осмотра квартир. – Подруга, ты пока полежи тут. Я скоро вернусь и займусь тобой. Думаю, что в твоей башке тоже будет такой шарик.
Прихватив топорик, она, сильно пригнувшись, направилась к соседнему с развалинами подъезду. Площадка перед входом в подъезд вся была усеяна костями. Судя по наличию черепов, здесь погибло минимум четверо. «Наверно всевидящих бабулек «заточили» соседи, за то, что их проститутками и наркоманами называли». На лестнице также хватало костей и пятен высохшей крови. Все три двери первого этажа были заперты. На втором этаже повезло больше. Входная дверь трехкомнатной квартиры была открыта настежь.
Быстро по заглядывав во все комнаты и убедившись, что они пусты, Юля вернулась в прихожую и заперла двери.
Вот тут ее чуть-чуть напряжение отпустило. Она опустилась на пол и вытянула ноги. Наконец-то рядом не было кровожадной твари, которая ежесекундно буравит тебя голодным взглядом. Тут должна быть вода, еда, одежда. Но вначале предстоял поиск алкоголя.
Поднявшись, девушка направилась на кухню.
Если вы когда-нибудь попадете в незнакомую квартиру и увидите, что в шкафу, в баре, в холодильнике и возле него, а также на подоконнике, находится много бутылок и банок с алкоголем, знайте, что тут живут непьющие люди. У пьющих всего этого в квартире быть не может.
Это квартира принадлежала именно непьющим. Сразу в глаза бросились три трехлитровых банки, которые выстроились на подоконнике. В одной на четверть была засыпана малина. Во второй банке плавали корки апельсина. А в третьей, самой темной, были видны разбухшие листья вероятно, что чая и еще каких-то трав.
В баре углового кухонного дивана было еще шесть бутылок разного объема и наполненности. В дверце холодильника стояло три бутылки домашнего вина, а рядом с холодильником банка с самогоном, но запах у него был не тошнотворно-отталкивающий, чему способствовали дольки груши, плотно улегшиеся на дне сосуда.
– Да тут эстеты и алкогольные гурманы проживали. Ну что, пожалуй, буду микстуру готовить.
Взяв литровую мерную кружку, Юля выбрала на подоконнике самую светлую настойку, на апельсиновых корках и отлила пол литра жидкости. Виноградина, опустившись на дно, тут же начала таять на глазах, а Юля уже мастерила фильтр из нескольких слоев бумажных полотенец, которые она всунула в лейку. Когда шарик полностью исчез, в жидкости остались плавать белые лохмотья, напоминающие молоко, которое засохло на стенках посуды и его отмачивают водой. Понюхав получившийся раствор, она поморщила носик: – Такое дерьмо надо будет в себя вливать!
Жидкость тонкой струйкой потекла в лейку. Белесые лохмотья хорошо оседали на самодельном фильтре. Подождав, когда из бумаги упадут последние капли, Юля повторила фильтрацию, заменив бумагу новыми кусками.
Из чайника, стоящего на плите, она добавила еще пол литра воды. Запах оставался мерзким и тошнотворным.
– Живы будем – не помрем, – сказала она сама себе и сделала глоток. Вкус был такой же дрянной, как и запах. Порывшись в стенном кухонном шкафу, девушка нашла несколько упаковок с пряностями и перебрав их выбрала молотую корицу и ванилин, которые щедро, по чайной ложке, добавила в раствор. – Ну, хоть так не сильно противно, – прокомментировала она свое добавление к рецепту из найденной памятки.
Тем временем появились изменения в самочувствии. Мгновенно исчезла головная пульсирующая боль, перестали ныть суставы, а низ живота наполнился теплом. Вспомнились слова мамы: «Лекарство вкусным не бывает».
Покончив с раствором, было решено привести себя в человеческий вид. Лохмотья, украшавшие ее в последние дни, отправились в угол коридора. Нагишом обойдя квартиру, она нашла и чистое нижнее белье, и верхнюю, пусть слегка великоватую, но удобную одежду. Все отобранное было разложено на диване.
В ванной комнате и в туалете нашлись несколько пластиковых двух литровых бутылок, которые запасливые хозяева приготовили на случай отключения водоснабжения. Все бутылки были перенесены в ванну. – Эх, жалко не тепленькая. Но, тут опять же, не до жиру.
Первым делом помыла голову, которая жутко чесалась. Ей пришлось трижды щедро заливать волосы шампунем и выполаскивать волосы. Из-за смытой грязи, вода в тазу была радикального черного цвета. Доведя волосы до удовлетворившего ее состояния, забралась в ванну и оторвалась в мытье по полной программе, которую ей позволило имеющееся количество воды. Прохлада воды не играла никакой роли. Удовольствие от ощущения мытого тела перекрывало такой незначительный недостаток.
Пара банных полотенец отправились на пол ванной комнаты. Шлепая босыми ногами Юля прошла в спальню, где в шкафу нашла еще одно полотенце и намотала большим султаном на голову, чтобы высушить волосы.
А потом растянулась на большой двуспальной кровати. «Хорошо-то как!». Людоеды, дни в страхе и голоде отодвинулись на дальний план. «Все потом. Даже еда. Сейчас только удовольствие от чистого тела и постели». Усталость от напряжения последних дней и постоянного недосыпания, сделали свое дело. Глаза закрылись, и она провалилась в глубокий сон.
Пробуждение произошло резко от какой-то вспышки эмоций, возникшей в мозгу. Она проснулась от чувства паники. Что-то было нехорошее рядом с ней. Ее измучила мысль о чем-то незавершенном, что могло в дальнейшем сыграть роковую роль в ее жизни. «Дверь! Не закрыла дверь за собой!».
Она помчалась в коридор, споткнувшись о сваленную кучу одежды, но дверь была заперта.
Зайдя в кухню, Юля сделала небольшой глоток лекарства и очень осторожно выглянула в окно. Никакого движения, все вымерло. Только мусор и остатки трапез людоедов. Их самих нигде не было видно. Новая вспышка боли пронзила ее голову. «Может мало лекарства я приняла? А сколько его принимать и как часто? Там написано, что при появлении признаков слабости и головной боли, но у меня сейчас все нормально».
Ее посетила мысль, что раствор закончится и уже надо думать о добыче нового спорана. Единственный возможный вариант – застрявшая соседка-людоедка. День был в самом разгаре, судя по всему проспала она не очень долго. Приняла решение идти за спораном прямо сейчас.
Быстро одевшись, вернулась на кухню. Холодильник был хороший и за прошедшие дни сносно сохранил продукты. Морозильная камера ее не интересовала, а в основном отделении нашла кусок сыра, банку рыбных консервов в томатном соусе и кусочек сухой колбасы, которые в течение пяти минут переместились в бурчащий от голода живот. Кастрюли решено было даже не открывать.
Чувство тревоги, злым и надоедливым червячком, теребило ее сознание. Подъезд никак не изменился, пока она была в квартире и Юля осторожно ступая и держа наготове топорик, спустилась вниз.
Быстро перебежав открытое пространство, она обогнула развалины своего подъезда, стала пробираться к гроту и тут натолкнулась на двух тварей, которые, подобно предыдущему старичку-интеллигенту, жрали ноги подруги-людоедки. Только на этот раз, это были бывшие женщины. Кстати, труп дедули эти дамы уже успели частично объесть, но затем переключились на более свежее мясо.
Червячок вопил в голове благим матом.
Бежать назад не было никакого смысла, твари догнали бы ее в считанные секунды. Сразу бросились в глаза их мощные, мускулистые ноги. А вот то, что они увлеклись трапезой и не обратили внимание на появление за их спинами девушки с топором, сыграло роковую роль в их дальнейшей судьбе. Всего два шага сделала Юля, чтобы приблизиться к ним, и всего два быстрых удара в те самые бугры-наросты, которые считались в памятке самыми уязвимыми местами. Оба мутанта даже не успели понять, что их убивают. Они ткнулись мордами в щебень, а их тела еще несколько секунд подергивали конечностями в агонии.
Вонь стояла вокруг просто страшная, ибо во время трапезы обе твари навалили неслабые кучи. Несколько раз хотелось вырвать. «Вот, что значит, приняла ванну. Тут же забыла запах, в котором постоянно пребывала эти дни».
Отойдя назад, девушка глубоко продышалась и закрыв нос пальцами одной руки, направилась к трупам.
Покопавшись в наростах, девушка стала обладательницей четырех споранов, которые тут же отправились в глубокий карман джинсов.
А червячок, наверняка свернувшись клубочком, притих где-то в складках головного мозга.
Протиснувшись в щель, поприветствовала монстра: – Ну, что подруга, тебя вообще нельзя оставить? Сразу становишься чьей-то пищей. Чем же ты их так привлекаешь? Наверняка на вонищу, которую ты тут развела, гости собираются.
– Ур, – коротко уркнула та ей в ответ, а червячок ласково пошевелил хвостиком.
– Пусть мне теперь кто-нибудь расскажет о женской дружбе. Я им сразу этих двух твоих коллег в пример приведу, как они, воспользовавшись беспомощностью, погрызли тебе ноги и часть задницы. Хорошо, что ходить тебе теперь не придется.
Юля приподняла топорик и прицелилась, чтобы по удобнее было нанести один сильный удар, а это было неудобно при низком потолке.
Тварь пристально всматривалась в ее глаза. У самой людоедки они были полностью черными, но девушке показалось, что смотрит она на нее не плотоядно, а с каким-то осуждением. Острие топора чиркнуло по потолочной плите, а в голове заорал, вновь выскочивший из недр сознания, червяк. Рука была слабая. – Да что ж это такое? Мне не может быть тебя жалко! Ни капельки! Ты меня хотела сожрать все эти дни и не смогла, только по тому, что в твою спину воткнулись гребаные куски арматуры, а мозгов, чтобы отползти назад, у тебя не хватало.
Опустив топор, Юля задумалась: – Хотя я тебя тоже хорошо изуродовала. Вон вся голова в ранах. И рожа такая же. Нос сломала.
– Урр.
Червяк орать перестал, но не спрятался.
– Но, все равно надо тебя кончать. Мне спораны нужны про запас. А у тебя такой нарост аппетитный вымахал. Может там их три штуки будет!
Опять попыталась замахнуться, но червяк, выпучив глаза, заорал, заполнив всю голову.
– Черт с тобой, подруга. Живи. Пока живи. Будешь тут для меня спораны вынашивать.
Аккуратно пригибаясь и стараясь несильно испачкать свою новую одежду, девушка пробралась к своей лежке. Ей ничего не надо было из найденных ранее здесь вещей. Кроме плюшевого мишки, который так озорно ей улыбался.
– Урррр, – за спиной протяжно подала знак о себе людоедка. Опять эти просящие глаза и сгибающиеся пальцы, просящие еды.
– Жрать хочешь? Ладно. Для отращивания споранов тебе пища все-таки нужна. Спрятав игрушку под одежду, она выбралась на поверхность. При этом, монстр не предпринял попытки атаковать ее. Первым отправился вглубь грота дедушка с козьей бородкой. Ухватив его за лодыжки, Юля втащила труп внутрь, тварь при этом, хоть и имела возможность до нее дотянуться, сохраняла спокойствие, тихо урча.
Также, одну за одной, она перетащила тела обеих людоедок, пропихнув их ногами в лаз под плитой к телу старикашки, которое зомби-баба уже начала очень быстро обкусывать. Юля, поймала себя на мысли, что ей уже не так противно видеть такое зрелище.
– Ну, чем смогла, тем помогла. Кушай, нагуливай жирок, расти виноградинки для меня. А я все-таки хочу отоспаться. Очень надеюсь, что пока сплю, хороший ливень тебя обмоет, а то совсем жуткий смрад от тебя несет. Как тебя потрошить без противогаза, я даже не представляю.
Осмотрев округу, она отправилась назад в квартиру, отсыпаться. Планы на будущее в виде поиска других людей и поиск запасов пищи, отодвинуты на потом. Пункт первый – спать.
Глава № 14.
– Итак, подведем итоги беседы с нашим гостем. Кхм, ТмихарБар, хрен выговоришь, прибыл в составе Картеля на нашу планету. Цель Картеля – колонизации Земли, так как она представляет огромный интерес для их расы. Интерес, прежде всего в сходстве с их исходными планетами по атмосфере, давлению, растительности. Колонизация проходит уже около года, судя по сменам времен года. Земляне, судя по рассказу, проигрывают.
Наш гость за какое-то нарушение был приговорен к смертной казни, которая была прервана туманом и переносом кластера в Улей. Воспользовавшись этим, он скрылся и во время бегства вышел на группу Костыля с преследователем «на хвосте». Преследователь в этот момент отвлекся на него и это дало возможность нашим парням его завалить. Если бы не это, то в прямом боестолкновении у наших шансов, против даже одного такого противника, не было вообще.
– Что мы имеем? – продолжил Ахрип, в своей любимой манере, расставляя все по пунктам. – Первое. Мы имеем попаданцев из другого мира и мир этот высокотехнологичный. Будем продолжать называть их «нолды». Единственное отличие у них, только, что эти не сами сюда путь проложили, а волей Стикса попали. Второе. Их в том месте было около двух сотен, но большинство только с личным оружием. В такой снаряге, как его преследователь, были только охранники их руководителя. Их там было четверо. Но мы не знаем, насколько большую площадь занимает перенесенный кластер. Возможно, что после тумана вся эта толпа побежала довооружаться и только потом у них началось перерождение. Если у них примерно такой же процент иммунных, то имеем до десятка противников.
– Плюсы для нас следующие: высокотехнологичное оружие в совокупности с наличием мастера-оружейника, который, условно, ближе к нам, чем к своим соплеменникам. А в минусах то, что их все-таки много.
– Но у нас преимущество в знании реалий этого мира, а они сейчас офигевают от обращения товарищей, – Костыль вскочил со своего места. – А дары? Подберем тактику в соответствии с имеющимися дарами. Пусть они у многих недостаточно развиты, но они есть. А у них даже нет понимания этого. Плюс, фактор внезапности.
– Согласен, согласен. Есть хорошие шансы на успех. Жаль, что целая дюжина бойцов ушла в рейды, причем самых опытных. Вы хоть его покормили? Не думаю, что его перед казнью кормили.
Матрос бросился в палатку и тут же появился с банкой тушенки и ножом.
– Слышь, Дед Ахрип, имя у него очень мудреное. Может ты окрестишь пришельца?
– Не, не хочу. Сам сделай. За одно и нянькой при нем будешь первое время.
– Слушай, ТмихарБар, – Матрос присел на корточки возле него и открывал консервную банку. – Тут принято отказаться от всего, что связывает с прошлым миром. В том числе и от имени. А имечко у тебя очень сложное для нашего языка и уха. Буду твоим крестным, то есть имя новое тебе дам. Будешь Тимуром. На вот, поешь тушенки. Держи банку и вилку. Хлеб только черствый, но есть можно.
– Я принимаю имя Тимур. Благодарю тебя за честь, – механический голос звучал с еле заметными разрывами между словами. Тимур, подцепив кусок тушенки принюхался и начал рассматривать кусок мяса. – Это… мясо?
Видимо, что коммуникатор иногда притормаживал, подбирая подходящие слова.
– Свинина. Высший сорт. Ты же не иудей и не мусульманин по вере. Рубай, давай.
– Мы не едим животную пищу.
– Буддист? – Матрос с сочувствием всматривался в глаза Тимура. – Бедняжка. Тяжело тебе у нас будет.
– Нашей расе нельзя принимать пищу животного происхождения. Это заложено тысячелетиями развития нашей цивилизации. Все хищники или всеядные на планетах, заселенных расой, были давно уничтожены. Они же в приоритете на уничтожение при колонизации планеты. Попадание животной пищи даже в небольшом количестве в организм вызывает расстройство в работе внутренних органов, рвоту, недомогание. При увеличении такого количества наступает паралич и, если своевременно не ввести антидоты, заболевший погибнет.
Матрос подскочил как на пружине и заорал вслед уходившим: – Дед Ахрип, ребята, быстрее сюда! Быстрее! – и бросился к ним навстречу. – Ребята! Они травоядные! Понимаете, что мясо вообще не употребляют? Ни в каком виде. Это для них вообще опасно.
Новость вызвала шок у присутствующих.
Когда Тимур повторил Ахрипу ранее сказанное Матросу, Ахрип надолго замолчал, обдумывая услышанное.
– А вот это, парни, полная жопа. Причем, все буквы, в этом нехорошем слове, большие.
Все и так поняли, что данная информация коренным образом поменяла все расклады в предстоящем противостоянии стаба и «нолдов».
– Стикс нам улыбнулся, когда одновременно создал эту территорию, где иммунные и обратившиеся попали в почти одинаковые условия. Но он не любит таких, можно сказать, парниковых условий. И вот мы столкнулись с настоящим характером Стикса. Его оскалом. Эти «нолды» станут для нас настоящим бичом. Их, в любом случае, надо изводить. Они ничем не ограничены, как мы. Им не нужен живчик, и они в полном составе сразу вступают в строй. При следующей перезагрузке кластера к ним придет новое подкрепление, оружие, техника. Уже сейчас их столько же примерно сколько и нас. Только у них большинство – это воины, которые прибыли для захвата планеты. И воины опытные.
Металлический голос коммуникатора раздался за спинами собравшихся: – Вам нельзя никого оставлять в живых. Их цель – полное завоевание территорий для расы. Жалости они к вам испытывать не могут. Они очень быстро разберутся, что оказались в другом мире или измерении, и для них это не будет неожиданностью. У нашей расы есть опыт проникновения в параллельные миры. И он очень успешный. Я мало знаю об этом, но такие события уже были.
– Значит так. Опять на первом плане разведка. Потом начинаем партизанскую войну.
Глава № 15.
– Слышь, Летун, ты не замерз? Вода совсем нелетняя в реке, – держа в одной руке, оперев на плечо автомат, а второй, придерживая автоматный подсумок на втором плече, Белый брел по пояс в воде, позади напарника.
У Летуна подсумок был на спине, а ремень он перекинул через плечо. Автомат, уперев магазином в локтевой сгиб левой руки, ладонью этой же руки удерживал за пистолетную рукоятку. Таким образом, правая рука у него была свободная и всегда готовая перехватить автомат в боевое положение.
Уже час они шли против течения реки по отмели, которая была намыта метрах в тридцати от пологого берега. Противоположный берег был одним сплошным обрывом высотой трехэтажного дома. Красная отвесная глиняная стена не давала шансов подняться по ней наверх. Кроме того, под обрывистым берегом проходило русло реки, где глубина была очень большая и скорость течения в разы превышало ту, с которой вода текла по мелководью. Время от времени на вершине обрыва показывалась голова Зеленого, который знаками показывал, что надо идти дальше. На обрыв они смотрели редко. Все внимание было на дно реки, идти по которому мешали длинные водоросли, постоянно обвивающие ноги, и многочисленные затопленные ветки. А на пологом берегу, всего в тридцати метрах от них, бесновалась огромная толпа тварей. Их только в видимом ракурсе были сотни. Гул, от их многоголосого урчания, уже начинал давить на психику и сводить с ума. Они все хотели есть. И есть именно их. Вода-спасительница. Твари ее боятся. То ли не умеют плавать, то ли по какой-то другой неведомой людям причине, но попав в воду по неосторожности или столкнутые другими тварями, они тут же бросались назад, забыв об идущей рядом с ними пище.
Первые два дня их рейда прошли спокойно, если сравнивать с первым днем, после попадания в Улей. Ехали, согласно инструктажу, вдоль границ двух кластеров. Зеленый был за водителя. Капот осматривал местность справа, а Белый слева. Летун, вооружившись карандашом и бумагами, рисовал схему по маршруту движения. Иногда подъезжали к заинтересовавшим их объектам для более детального изучения и описания.
Так и прошли два дня. Зеленый рулит и когда надо говорит данные согласно показаниям спидометра, Капот и Белый диктуют увиденное: «Кластер номер четыре слева от маршрута. Показания спидометра 18390. Кукурузное поле. Справа начало кластера номер шесть. Спидометр 18410. Поле. Разнотравье. Примерное расстояние до дальнего конца поля – около километра. Параллельно маршрута видна лесополоса и линия электропередач. Столбы бетонные. Кластер номер пять слева. Спидометр 18418. Поле. Имеется полевая дорога на удалении пятьсот метров от маршрута. Направление от лиственного леса – удаление около двух километров в сторону маршрута и изгибом параллельно ему. Населенный пункт. Сход с маршрута – спидометр 18430. Село Павловское (знак). Центральная улица «Восьмого марта», асфальт. Четыре перпендикулярные улицы. Названий не замечено. Асфальт. По центральной последний дом под номером пятьдесят три. В центре два магазина, один киоск. Еще киоск в конце улицы. Зараженных – четыре, все зеленые. Возвращение на точку маршрута».
Так и ехали. Листы со схемами, тетрадь с комментариями.
Ночевать останавливались заранее, чтобы осмотреть прилегающую местность. Оба раза на найденных АЗС. Там же пополняли запасы горючего. На первой АЗС Летун нашел смартфон и предложил использовать его для фиксации объектов на видео. Там же нашли адаптер для зарядки смартфона в автомобиле. На второй заправке убили две твари. Оба «бегуны». Один был пустой, второй подарил два спорана, один из которых пустили на пополнения живца.
Третий день был таким же однообразным. Маршрут, спидометр, описания, но, когда счет описанных кластеров достиг сорока, впереди появилась река, пересекавшая их маршрут и тянувшаяся в обе стороны на всю даль обзора. Их, правый по течению берег, был обрывистым, но рассмотреть противоположный низкий берег не получалось. На небольшом расстоянии от реки местность резко начинала подниматься примерно до такой же высоты, на которой они остановились. Дороги для машины на ту сторону не было. Единственный вариант попасть туда, это газовый мост, перекинутый от берега к берегу. Толстая труба, окрашенная в желтый цвет, выныривала из земли и, удерживаемая металлической конструкцией, державшейся над водой на четырех бетонных опорах, вновь скрывалась под землей.
– Ну что, сходим на ту сторону, глянем за холм, а потом решим уже как дальше маршрут прокладывать. Или налево, или направо свернем.
– Капот, давай я с Зеленым по-молодецки смотаемся, – предложил Белый.
– Нет. Давай ты и Летун. Мы с Зеленым направо проедемся. А вы только до вершины холма и назад к трубе. Ясно? Тогда погнали.
С высоты моста, особенно в его средней части, было хорошо видно, что Улей ниже по теченью состыковал с широкой рекой узкую речушку. Огромный поток воды естественно не вмещался в новую артерию и разлился во все стороны, затопив низкорасположенный кластер. На огромном пространстве раскинулась водная гладь с небольшими зелеными островками.
Они неспешно поднимались на пригорок, экономя силы. И они им тут же понадобились. С этого небольшого холмика открылась грандиозная и ужасная для них картина. Тысячи тварей, хаотично бредя, заполнили все видимое пространство. Вдали, примерно в пяти километрах, возвышались десятки огромных высотных зданий города, почти полностью поглощённые туманом.
Летун успел достать телефон и сделать панорамную съемку, засняв и толпу монстров, и город, который накрывала перезагрузка.
Сильный порыв ветра со стороны реки ударил им в спины.
– Ходу, Летун, ходу. Они нас заметили, – уже разворачиваясь сдавленным голосом крикнул Белый. – Унюхали, гады.
Добежать до моста они могли и успеть, но забраться по скобам бетонной опоры точно не успевали. Огромная толпа, заметив убегавших, тут же возбудилась и бросилась в преследование.
Рейдеры влетели в воду, когда до передовых преследователей оставалось десяток шагов. Парни, ругая реку за ее мелководье и водоросли, брели по грудь в воде, держа над водой оружие и телефон. Отмель дала возможность стоять в воде по пояс.
Людоеды, развив огромную скорость, взлетели на вершину холма и также быстро понеслись за убегавшей добычей. Бегущие первыми, не захотели лезть в воду, остановились на ее кромке. Но это их не спасло. Вот только что они были передовыми преследователями, которые почти догнали двух человечешек, а всего спустя несколько мгновений сами стали жертвами огромной массы себе подобных существ, по призыву собратьев, мчащихся за едой, но не видящих водной преграды. Массовое стремление утолить голод иммунными сыграло злую шутку с передовыми рядами преследователей. Их попросту спихнули в воду, опрокинули и растоптали застопорившихся на кромке воды. Огромное количество мутантов, которым не повезло споткнуться и упасть, было растоптано. Множество свалившихся в реку, просто не смогло подняться из-за падающих на них тел и захлебнулись.
Рейдеры остановились на дальнем от тварей краю отмели. Дальше была глубина и быстрое течение.
Отдышавшись, Летун достал из накладного кармана на рукаве куртки пластиковый пакет, в котором хранился один споран из запасов группы.
– Спрятать хочешь телефон? Возьми еще мой пакет, брал на всякий случай. Только еще сними ролик «Монстры на водопое». Пусть в стабе заценят в какой гонке мы были лидерами.
Летун медленно провел камерой вдоль всего берега, все больше и больше заполняемого тварями. Гул, от все нарастающего урчания, казалось заполонил весь мир.
– Назад, по течению, идти смысла нет. Там все затоплено. Вариант только один – против течения, пока правый берег не понизится. Но сколько эта отмель будет тянуться непонятно.
– А что нам еще делать, Летун? Не стоять же тут до посинения? Пошли вверх.
Они медленно брели против течения, а справа от них текла река из тварей, не сводивших с них глаз. Твари временами срывались в воду, падали под ноги напиравших сзади, иногда дрались между собой. Кто-то, особо голодный, упав на колени начинал жрать упавших перед ними и тут же подминался идущими сзади.
Им очень повезло, так как отмель тянулась до места, где в реку впадала небольшая речка как раз со стороны берега, занятого тварями. Сразу за ней была видна граница нового кластера, вновь пересекающая основную реку. Русло в том кластере было такое же полноводное, но правый берег был низкий и там их уже дожидались товарищи.
Еще час они потратили на переправу на берег.
– Давайте от берега отойдем, чтобы с их глаз скрыться. А то эти твари своим воем сюда и с нашей стороны даже «ползунов» скличут, – предложил Капот, когда парни стянули с себя всю мокрую одежду.
– Это орда, Капот, о которой Ахрип рассказывал? Их же там тысячи.
– Не думаю, – ответил тот, рассматривая видео, снятое с холма. – Видите, там два очень больших города. Дома громадные и их очень много. Все эта братия там и обратилась. А сегодня в правой половине этого мегаполиса, перезагрузка. Вот твари ее сюда и пришли переждать. Не знаю, как там стой стороны городов, а с этой – мешок получился. Тут река, слева река, а справа большой затопленный кластер. Вот эта биомасса здесь и собралась. Если сразу на пятый день город перегрузился и такой ритм будет и дальше, то тут такой рассадник монстров будет, что мало не покажется. Отожрутся до таких размеров, что мы с таким оружием с ними не справимся.
– Так в стабе есть крупнокалиберный пулемет!
– Белый, я о нем и говорю. Если тут такая кормовая база, то твари очень быстро массу наберут, а не каждую сильно развитую твари и крупная пуля возьмет. А такой пулемет у нас пока один. И, рано или поздно, тут места им будет мало. Или, не дай Стикс, река исчезнет. Вот тогда и можно будет это ордой назвать, если она мигрировать начнет. А пока им и тут хорошо. Сейчас перезагрузка закончится, и они в город ломануться также быстро, как и за вами гнались.
– Я на схеме отметил, что мы на том берегу рассмотрели, но перезагрузку на пятый день поставил под вопросом, – Летун, встряхнув свои брюки от травы, на которой они сушились, начал одеваться.
– Думаешь, что могли еще раньше загрузиться?
Летун пожал плечами: – Сам же сказал, чем Стикс не шутит. Может они через день или через два грузятся.
– Согласен. Давайте, перекусите и будем назад маршрут прокладывать.
Они проехали полтора кластера, когда Летун крикнул: – Стойте. Разворачивайте. Капот, там же столько споранов на берегу осталось. В стабе скоро голодуха настанет без них.
– Ты что, кукушкой поехал? Там тварей тысячи. Или тебе холодная водица чувство страха притупила?
– Ребята, там твари, когда мы на них за бугром нарвались, перезагрузку города пережидали. Мы для них внезапным бонусом выскочили. Если город уже перезагрузился, то они на всех парах уже бегут туда на свежее мясо. На берегу одни трупики со споровыми мешками остались. А там было много довольно крупных экземпляров.
– Все, Летун, согласен, – Капот поднял примирительно руки. – Не агитируй. Ты прав, сто процентов. Как-то не очень хорошо из рейда, пусть и картографического, пустыми возвращаться. Какой твой план?
– Мы сейчас село проскочили. От него до реки метров четыреста, и они на одном кластере. Осматриваем крайние дома, в них должны быть лодки. Или деревянные, или резиновые. Лодку на берег. Один на этом берегу, один на том на холм в наблюдение, двое хабар ищут.
– Принимается, если остальные не против такого плана.
Все были не против.
– Только дополняю. Надо еще веревок набрать, чтобы, если шухер начнется, лодку назад оставшийся тащил. Так стартануть получится быстрее, чем на веслах. Зеленый, разворачивай и давай к селу вернемся. Мы с Летуном соскочим, а вы с Белым по улицам погоняйте, чтобы на шум твари ушли и нам по дворам шастать не мешали.
Лодку нашли в первом же дворе. Хорошая, железная, вместительная посудина, зеленого цвета, стояла во дворе на прицепе. Весла стояли рядом под навесом. А вот в поисках веревок пришлось обойти три домовладения, срезая бельевые веревки и связывая их между собой. Обошлось почти без приключений. Только в одном из дворов в летней кухне обнаружился еле шевелящийся, полудохлый ползун – бывший дедушка, который так и не смог выбраться из дома. Пришлось его прибить, чтобы, чем Улей не шутит, он своим урчанием других не привлек. Оно то у него хоть и не слышное, но есть вероятность, что они в каком-то не слышимом для человеческого уха, диапазоне общаются.
В лодку закинули топор и пару молотков, найденных в сарае.
Осторожно выглянув на улицу, Летун подал знак Капоту и стал открывать ворота: – Наши уже в конце улицы показались. Возвращаются.
Вдвоем они вытолкали прицеп с лодкой за двор как раз, когда машина подъехала и прицепили его на фаркоп.
Противоположный берег хорошо просматривался с высокого обрыва. Действительно берег был устлан сотнями тел, между которых виднелось около десятка живых тварей из числа ослабших, раненных и помятых толпой собратьев, либо просто решивших откормиться на покойниках, а не бежать «на свежину» в новый кластер, где будет огромная конкуренция.
– Да, Летун, вот это тут залежи. Хорошо твоя чуйка сработала. А, прикинь, сколько их утонуло и унесло вниз по течению? Лодку спускать будем там, где вы из реки выбирались.
– Кто тут останется?
– Зеленый, ты ж у нас с претензией на снайпера, что-то такое Ахрип говорил, после осмотра знахарем. Ты тут остаешься. Задача – этот берег мониторишь. Это не сложно, местность вся как на ладони. Если у нас тревога, то готовишься веревку тянуть. Я на холм, а Летун и Белый на потрошение тварей.
Переправлялись на другой берег быстро. Лодку на треть вытащили на берег, после чего Капот, продрался через камыши и осмотрелся. Весь берег был устлан трупами, многие из которых были раздавлены или объедены. Вонь была жуткая.
Он вернулся к лодке: – На берегу два десятка живых. Из них только парочка более-менее крепких, остальные «пустыши» на падали отъедаются. Но зачистить надо быстро, вдруг за пригорком есть кто, а эти, увидев нас, урчать начнут. Пошли на сушу, там распределимся, кто и кого валить будет. У меня есть клевец, а вы берите молотки.
– Может я по воде вверх пройду, чтобы одновременно начать в разных местах? – предложил Белый.
– Принимается. Тогда давай я с тобой пройду. Метров через двести я буду, а ты дальше пройдешь. Живые в основном в этом междуречье собрались. Дальше их совсем мало. Как тут зачистим, я наверх побегу, а вы добивайте живых тварей дальше. Как зачистите, в обратном порядке потрошите трупы. Я буду по гребню параллельно вам передвигаться.
Зачистка берега от тварей прошла быстро. Основную часть они перебили втроем. Дальше Белый и Летун подчищали в основном «ползунов», на бегу разбивая им черепа.
Капот поднялся на гребень и осмотрел округу. От реки до городов было ровное поле, на котором также виднелись трупы затоптанных людоедов, но идти к ним совсем не хотелось. Вдалеке начиналась агония перегрузившегося города: несколько высотных домов горели, была слышна какая-то сирена, возможно используемая для подачи сигналов по «гражданской обороне». Изредка до его слуха доносились звуки стрельбы из чего-то крупного и автоматического. – Да уж, это совсем не условия нашего Табора, – сам себе прокомментировал Капот. – Тут мутанты быстро отъедаются.
Теперь, в более спокойной обстановке, он снял на телефон еще один ролик с видами города. Вернее, городов все-таки было два, так как границу кластеров можно было отличить по четкой разнице в архитектуре строений по условной линии.
Сбор хабара занял два долгих часа. За это время Капот прибил еще две твари низкого ранга, которые по очереди вышли на него из кустарника.
Наконец ребята дошли до лодки и махнули призывно ему, показывая, что они закончили.
Капот уже собрался бежать к ним, но остановился, боковым зрением увидев, что что-то поменялось. Всмотревшись в городской ландшафт, он увидел столб тумана, который быстро поднимался в небо, но дальше левого городского кластера, скрывая дальние небоскребы.
– Да тут не два, а несколько городских кластеров.
Пришлось снять на видео и это событие.
Переправившись на свой берег, они, бросив лодку, но прихватив веревку, направились к машине, где пересчитали собранный хабар.
– Итого, сто восемнадцать споранов. Хорошо сходили.
– В пятерых было по два спорана. Мрачные рожи у этих тварей.
– Это или «матерые бегуны», или уже начинающие «жрачи». Все, возвращаемся на маршрут. Хоть и не даром, но время потратили много. Зеленый, ты показания спидометра запомнил, когда решили назад возвращаться.
– Нет. Лучше плохая запись, чем хорошая память. Я записал.
– Тогда вперед.
Машина рванула вперед, выбросив колесами мелкий щебень и кусочки старого асфальта.
– Стой! – истошно заорал Летун, сидевший на переднем пассажирском сиденье. Зеленый, который отвлекшись от дороги, что-то говорил Белому, не глядя на дорогу, резко вдавил педаль тормоза. Машина резко встала, от чего Белый и Капот, которые не были готовы к такому маневру, стукнулись головами о спинки передних сидений и салон наполнился ором, состоящим из слов, которые используют грузчики, поймавшие на ногу тяжелую батарею.
– Я, конечно, догадывался, что на наших дорогах бывают ямы, но не размером же с большой кластер! – выскочив из машины, Летун, стоя на краю обрыва, вертел головой, рассматривая аномалию.
Машина феерично, как в крутом остросюжетном боевике, замерла над самым краешком пропасти. Колеса находились в полуметре от кромки асфальтового покрытия.
– Ни фига себе ямочка! Капот, как такое вообще может быть? Это же нелогично! – Зеленый, наклонившись вниз, бросил камень.
– Это Улей, детка. Тут все может быть. Может это какой-то сбой, а может и специально так было задумано. Давай, сделай панорамную съёмочку этого явления.
Посмотреть действительно было на что. Четко поперек дороги проходила граница кластера, уходя влево стороны очень далеко, а в правую сторону на пол километра. На самом кластере продолжалась такая же асфальтированная дорога, но уровень кластера был на двадцать метров ниже общего уровня соседних кластеров. Справа было хорошо видно строение земли: метровый слой чернозема переходил в узкую полоску желтого песка, за которым следовал пласт коричневой глины.
В середине кластера виднелся поселок городского типа, судя по всему прилетевший целиком. Четыре пятиэтажки стояли вперемешку с двухэтажными зданиями и окруженные домами частного сектора.
– Тут должно быть, тысяч пять народа проживать. Кстати, вот и аборигены нас заметили, – Капот указал на бегущих в их сторону крупных тварей. – Актив сельский пожаловал. Наверняка самые отъевшиеся и глазастые.
– Стрелять будем, – уточнил Белый.
– А смысл? Только патроны жечь. Они сюда забраться не смогут. Если бы могли, уже бы тут представители бродили. Нам с этого обрыва для их потрошения еще спуститься как-то надо, а потом назад выбираться. А сколько их из поселка еще прибежит на выстрелы. Угробим только время.
– Но кластер перспективный.
– Согласен. Твари в этом анклаве собраны в большом количестве, но разбежаться не смогут. То есть, им тут только отъедаться сильным на более слабых особях. А вот дальше есть варианты. Или мы позже приедем и отъевшихся разделаем, или самая развитая тварь, быстренько сожрав всех и набрав нужную кондицию, выберется оттуда наверх и пойдет гулять.
– Или все пропадут под следующей перезагрузкой кластера, – вставил Зеленый.
– Поехали отсюда, – отдал команду Капот. – Давай, Зеленый, аккуратно сдавай назад и вправо поворачивай. С той стороны попробуем обогнуть эту ямку.
При объезде ничего нового они на кластере не обнаружили. Провал был почти правильным прямоугольником, из которого все так же, как и на въезде, продолжалась дорога, правда значительно худшего качества. В этом месте было видно, что несколько легковых и большегрузных автомобилей сорвались с обрыва, вероятно в момент переноса.
Выехав на нормальную дорогу, с довольно хорошим покрытием, которая тянулась практически параллельно границе кластера, всего в четырехстах метрах левее нее, разведчики продолжили свой путь, делая отметки об обнаруженных объектах. Но путь продолжался недолго. Всего в пяти километрах от кластера-провала Капот велел остановить машину.
– На холме военная машина стоит, – он рукой указал ориентир, – вон, под деревьями. Людей с такого расстояния не могу рассмотреть даже в бинокль.
– Будем подъезжать? – Летун, приняв бинокль от Капота, всматривался в лесопосадку.
– Думаю, что нас уже должны были заметить, если там есть кто-то живой. Автомобиль могли давно бросить, когда перерождение началось. Думаю, что стоит рассмотреть. Зеленый, давай на проселок съезжай, к кустикам. Я с Белым к машине, Летун и Зеленый на прикрытии, но за тылами смотрите тоже.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
