Не у всех же семейных пар так. Кто-то умудряется сохранять огонь в отношениях. И искать разнообразия в сексе. Кто из моих знакомых, например? Перебираю в голове мужские персоны, когда всплывает образ Тобиаса. Вот уж кто наверняка получает от секса удовольствие.
Марк всхрапывает, а я вздрагиваю. Только сейчас осознаю, что замерзла, а засохшая сперма стянула кожу. Встаю и иду в душ.
Глава 6
Аврора, прошлое
Заказываю круассан и капучино в кофейне внизу. Вито, пекарь, уже знает, что я часто просыпаю и заранее упаковывает для меня выпечку и кофе.
– Grazie, Vito! – Говорю и широко улыбаюсь. Я ему нравлюсь, я знаю. Он звал на свидания пару раз, но я отказываюсь. Вито очень милый, но я могу воспринимать его только как младшего брата, поэтому для Вито только улыбки.
Беру бумажный пакет и бегу в бюро. Времени в обрез. На прошлой неделе сдали первый проект, отпраздновали, а вчера вдруг позвонил заказчик и сообщил, что расчеты для фундамента неверны и хорошо, что он решил перепроверить, иначе бы здание рухнуло. Грозится подать в суд и требует вернуть оплату. Всю ночь проверяла расчеты, почти закончила, ошибок нет. Остался последний этап, доделаю на работе. Заодно и с Дарио обсудим дальнейшую стратегию.
Дарио – мой сокурсник, мы как-то сразу сдружились на основе любви к архитектуре, вместе мечтали открыть свое дело и в итоге решились. Вот уже полгода мы с ним владельцы архитектурного бюро в Италии. Этот проект – наш первый крупный заказ, визитная карточка, фундамент репутации, можно сказать. Ошибиться мы не могли. Это просто недоразумение какое-то. Хочу выяснить поскорее и решить вопрос. Тем более что расчет прочности здания был одной из моих задач. Мы с Дарио изначально разделили обязанности, потому что у каждого свои сильные стороны. Я хорошо считаю, он очень дотошен, когда дело касается документов.
Захожу в здание и застываю. На рецепции бумаги разбросаны по столу, никого нет, двери в ближайшие кабинеты открыты. Что за…?
Прохожу в свой офис и вижу Дарио. На столе и на полу разложены чертежи, несколько стаканчиков кофе и он сам, с карандашом за ухом хмурится над бумагами.
—Дарио, что происходит? Что за погром?
– Все уволились, спешно собирались, вот и результат, – друг не поднимает головы, но достает сигарету из-за уха и стукает себя по карманам в поисках зажигалки.
Мне кажется, волосы на моей голове начали шевелиться.
– Вот она, – бормочет он, глядя в чертеж и доставая, наконец, свою зажигалку.
– Кто она? Что значит уволились? Почему?
– Потому что мы все.
Он, наконец, отрывается от бумаг.
– Я не понимаю. Я всю ночь проверяла расчеты, почти закончила, ошибок нет. Осталось убедиться, что последний этап посчитан верно и можно смело вступать в спор с заказчиком. Почему все разбежались? Трудности у всех бывают. Они этого испугались?
Дарио отходит от стола, открывает окно, закуривает и, наконец, смотрит мне в глаза. И там нет привычного живого блеска, нет дружелюбия, нет тепла. Зато есть насмешка.
Я снова в ступоре. Не понимаю его поведение. Жду объяснений, но вместо этого слышу совсем другое.
– Я проверил.
– Что? Ты можешь разговаривать нормально, а не как сфинкс – загадками? Что, черт побери, происходит?
Ненавижу состояние неведения, непонимания и отсутствие контроля. И сейчас я испытываю на себе все три, поэтому начинаю нервничать.
– Ты ошиблась, Аврора. Я проверил твои расчеты. Тот самый последний этап, который ты, видимо, не успела проверить за ночь.
Что? Нет. Это невозможно. Я все пересчитывала несколько раз. Не верю. Подхожу к столу и смотрю в чертеж. В голове бегут цифры, я проверяю формулы, карандашом делаю отметки. Верно, тут все верно, и тут сходится и вдруг, как будто спотыкаюсь и с размаху падаю. Я вижу ее, вижу ошибку. Я перепутала цифры, вместо шестисот двадцати шести написала двести шестьдесят два.
Я смотрю на чертеж, словно надеюсь, что оплошность исправится сама. Мне хочется закричать, что это какая-то нелепейшая ошибка, что это смешно, исправить пара минут, но понимаю, что нет. Я это отдала, подписала и заверила как верное. Спорить с клиентом не получится. Он прав. Внутри растекается горечь.
Поднимаю голову и смотрю на друга. Дарио курит, наблюдая, как тлеет сигарета.
– Нашла?
– Да. Что будем делать?
– А что тут сделаешь. Ты похоронила нас заживо.
Молчу. Не знаю, что сказать. Я не хотела? Это случайность? Я больше так не буду?
– Это одна ошибка, я могу поехать к заказчику и объясниться.
– Это бесполезно.
– Почему?
Дарио вздыхает и смотрит на меня с сожалением.
– Аврора, это был наш дебют. Мы должны были показать себя с лучшей стороны. А вместо этого мы обосрались. Вышли на сцену перед серьезными дядями и просто сделали кучу. Ты можешь сейчас поехать туда, можешь разговаривать, можешь хоть сама на стройке работать, толку не будет. Мы – все.
Чувствую, как губы начинают дрожать и непроизвольно сглатываю. Сжимаю кулаки от напряжения. И только по хрусту понимаю, что карандаш в руках ломается. Наш фирменный, кстати. Треснул пополам на месте названия. Символично.
– Езжай банкротиться, – слышу голос Дарио и вздрагиваю.
– Почему я?
– А кто? Мы по чьей вине сейчас в этой заднице?
– Да, но ведь это наше общее дело, мы вместе работали над проектом.
– Работали вместе, накосячила ты одна. Ты и разгребай это дерьмо.
Дарио отталкивается от подоконника, берет какие-то бумаги со стола и кладет поверх чертежей.
– Тут добровольный отказ от партнерства в пользу второго. Все твое, в общем, дерзай. Я ухожу.
Вскидываю взгляд на Дарио. Нет, не может быть. Не верю. Но Дарио уходит, берет свой телефон и молча покидает здание. И только когда за ним захлопывается входная дверь, кладу голову на стол и начинаю плакать.
Здесь сейчас все: обида за нелепую ошибку, злость на Дарио, страх перед будущим, предстоящие финансовые потери и вероятные долги. Я понятия не имею, куда ехать и к кому обращаться за помощью.
Слезы текут из меня еще часа два, потом я просто сижу, уставившись в окно. Из транса выводит звонок. На экране мигает имя клиента. Смотрю и не отвечаю. Что мне ему сказать? Пока не знаю. Скидываю со стола всю теперь уже неважную макулатуру и ставлю ноут. Ищу информацию о банкротстве и деталях процесса. «Обратитесь к юристу, адвокату или финансовому консультанту с соответствующей специализацией», – первый шаг, который везде советуют, и чем быстрее, тем лучше.
Встаю, иду в туалет, привожу себя в порядок, насколько это возможно и еду в ближайший офис.
Раскисать больше не могу, пора решать проблемы.
Меня встречает милая администратор и выслушав мою просьбу, говорит, что лучше обратиться к консультанту, у них как раз один сейчас свободен.
Меня проводят в кабинет к строгому на вид мужчине, который тихо разговаривает по телефону, стоя к окну спиной. Кивает мне на кресло, прося тем самым подождать.
Высокий, с тонкими чертами лица, внимательным взглядом и спокойными жестами. Чувствую себя здесь напряженно. Наконец, он заканчивает разговор и садится напротив.
– Здравствуйте. Прошу прощения за задержку. Меня зовут Марк Дворжак, чем я могу вам помочь?
Глава 7
Аврора
С утра просыпаюсь и, как обычно, планирую полежать в кровати, но натыкаюсь взглядом на Марка. Странно, он обычно рано просыпается. Одеяло натянуто до шеи, глаза закрыты.
Тихо встаю, накидываю халат и иду в душ, а когда возвращаюсь, вижу, что он уже сидит в кровати.
– Черт. Я, кажется, подхватил простуду, – говорит муж и шмыгает носом.
Боже, он выглядит таким несчастным, когда заболевает. Словно превращается в ребенка и ждет, когда о нем позаботятся. Подхожу, трогаю лоб. Действительно очень горячий.
– Что беспокоит?
– Слабость, горло, голова болит.
Звоню на рецепцию и вызываю доктора, прошу принести в номер чай и мед. Открываю шторы и немного окно, чтобы проветрить помещение, потом иду в ванную и мочу полотенце, чтобы положить Марку на лоб. Минуты через три появляется официант. Наливаю чай, отношу в спальню. Чуть позже приходит врач. Осматривает Марка и говорит, что у него ОРВИ. Выписывает лекарства и рекомендует постельный режим.
Прогулка на сегодня отменяется. Марк уснул после того, как принял жаропонижающее. Решаю все же привести себя в порядок. Марк обычно быстро восстанавливается после болезни и, скорее всего, вечером сядет работать. А я пойду все же прогуляюсь по Риму. Не хочу упускать возможность, раз мы здесь. Интересно, он уже позвонил Тобиасу? Должен был. Муж в целом очень обязательный и ответственный человек.
Часа через два Марк просыпается и просит воды. Подаю ему стакан.
– Как себя чувствуешь?
– Лучше. А ты почему еще не готова?
– Куда не готова?
– На прогулку. Мы же вчера договаривались.
– Она все же состоится? Я думала, ты на сегодня все отменил?
– Нет, я уже в порядке. Собирайся. Тобиасу тоже подтвердил.
Марк встает с кровати и идет в ванную. Пока он принимает душ, я решаю, что для прогулки отлично подойдут шорты и боди. И сандалии, конечно. Сегодня тепло, да и вдруг Марку нужна будет помощь.
Через минут десять муж возвращается и снова падает на кровать.
– Ужасная слабость, Ара. Еле до спальни дошел. Боюсь, у меня сегодня побродить по городу не получится. Сможешь встретиться с датчанином сама? Он будет со своей подругой. Погуляете втроем?
Я смогу? Ну да, почему не смогу-то.
– Да, конечно. Давай так. Тебе хуже? Может еще раз вызвать врача?
– Нет, мне лежа нормально, просто ходить сложно. Позвоню Тобиасу, попрошу, чтобы они тебя забрали.
И пока Марк договаривается со своим партнером, я еще раз смотрюсь в зеркало. Возьму с собой кофту на всякий случай.
– Они будут через двадцать минут. Ты готова?
– Да.
– Хорошо. Я пока поработаю. Карточку возьми из моего кошелька, твоя, как обычно, справа.
Да, я не ношу с собой деньги. Как особа королевских кровей, усмехаюсь про себя. Марк заведует финансами, везде и за все платит он. А сама я редко куда-то выхожу, поэтому все карты хранятся у Марка.
Пока жду Тобиаса с девушкой, думаю над его вчерашним вопросом. Где еще можно открыть клинику? На самом деле мест интересных и исторических много. Покажу самые яркие, а дальше уже пусть сам решает, что из этого выгодно и прибыльно, а что – нет.
– Приехали. Можешь спускаться, – говорит Марк с кровати.
– Ладно. Я пошла. Не забудь выпить лекарство, – наклоняюсь к мужу и получаю традиционный поцелуй в щеку.
– Не забуду. Будь на связи, пожалуйста.
Киваю и выхожу из номера. В лобби сразу же замечаю Тобиаса. Светлые льняные брюки и поло. Похож на итальянца, если добавить загара, а он бледный по меркам местных. Пришел один. Ждал у бара и как только видит меня, сразу же идет навстречу.
– Привет, – здоровается он первым, – отлично выглядишь, Аврора.
– Привет, спасибо, – улыбаюсь, – а где твоя девушка?
Тобиас почему-то слегка морщится. Я спросила что-то не то?
– Энн не захотела пойти.
– О, жаль. А Марк приболел с утра.
– Сожалею, – говорит Тобиас так, словно ни капли не сожалеет, а слово это сказал по привычке, – значит, мы сегодня вдвоем?
– Видимо так.
Он жадно меня рассматривает. Еще пристальнее, чем вчера. Словно запоминает и смакует каждый кусочек, особенно шею и плечи. Мне на несколько секунд становится неуютно. Обычно я везде с Марком и с мужчинами наедине не остаюсь. С теми, что пытаются съесть меня глазами тем более. Но я стараюсь не обращать на это внимание. Что я как дикая какая-то в конце концов.
– Ну тогда пошли? Начнем с Ватиканских садов? – Он пропускает меня вперед, и мы выходим здания. Рядом с отелем есть метро, и только я хочу предложить поехать на нем, как Тобиас открывает переднюю дверцу припаркованной машины.
– Я помню, что ты говорила про метро. Давай доедем до садов на машине и уже оттуда на метро? – Опережает он мои возражения. – Так будет комфортнее.
Не спорю и, улыбнувшись, сажусь на переднее сиденье. Машина идеально чистая внутри и пахнет приятным освежителем. Через секунду на водительское кресло садится Тобиас.
– Дорогу подскажешь или лучше по навигатору?
– По навигатору, я за рулем не езжу, – отвечаю с улыбкой и Тобиас кивает.
Пока едем, я ловлю себя на том, что наблюдаю за ним.
– Вчера весь вечер читал про архитектуру Италии. Каждый находит, чем здесь восхититься. Ты, наверное, тоже выбрала что-то особенное для себя?
– Для меня это наслоение эпох и разных архитектурных стилей, материалов и деталей. Нигде я не видела так много зданий и элементов из камня.
– А что в этом особенного?
