Два сердца столицы

– Сука! Парни уходим! Не стреляем парни, нападение собак, они порвут наши костюмы. Не стреляем, – пёс отцепился от руки и скалился вслед.

– Цербер, прием, проверь мой костюм серийный номер 0795? – сказал охотник, на которого напал пёс.

– Жизненные показатели в норме, 0795-вторая кожа не пострадала. Что там у вас? Прием!

– Сбежали, эти суки приручили бродячих собак! Мы отходим. Твою мать! – ругался Брут.

– Где ламба? – спросил Егор, тяжело дыша от бега.

– В соседнем дворе, – ответила Юля, пытаясь отдышаться.

Он схватил её за руку и они побежали в обратную сторону, к его машине, она была ближе.

– Кидай ключи, я нас вывезу отсюда. Я знаю этот район, – сказал Юля, Егор кинул ей ключи и сел на переднее пассажирское.

Они покидали район дворами через Обручева.

– Уебаны конченные, всех убью, нехуй нам мешать жить. Пользы сука от нас нет, ускорю им встречу с их мумифицированными родными ахуенная польза будет, – ругался Егор.

Юля привезла их в аэропорт. Егор вышел и оглядевшись, последовал за девушкой.

– Ты здесь живешь? – спросил он.

– Да, в самолете, – сказала Юля.

– Стоило бы догадаться, – ответил он, следуя за девушкой, рассматривая аэропорт.

Выйдя на ВВП, Юля посмотрела на парня:

– Выбирай любой самолет и живи, прилипала, – сказала она. После таблетки атаракса и пережитых эмоций, её клонило в сон, но перед этим она очень хотела в душ, смыть с себя следы крысиных лапок, которые, как ей казалось, она чувствовала до сих пор.

– Я с тобой буду жить, – ответил Егор.

–Нет. Мы не будем жить вместе. Выбирай самолет и живи.

– Будем. Вот этот хочу, – он кивнул на Борхан.

– Это мой.

– Вот и будем вместе жить.

– Нет, я живу не одна, – сказала Юля и последовала к трапу.

– С кем ты, сука, живешь? – начал злиться Егор.

– Со своим песелем. Ты придурошный, знаешь об этом?

Девушка поднялась на свой борт, Стёпа весело вскочил и завывая побежал встречать хозяйку. Он будто чувствовал, что сегодня что-то случилось. Они вместе со Степой покинули самолет и прошли в здании аэропорта. Там, в одной из лаундж зон, она закрывшись на замок, набрала горячую ванну, налила огромное количество пены, скинула одежду и легла в ванну. Стёпа расположился рядом, на коврике…

Егор лежал на ВПП и смотрел в голубое небо.

– Всегда мечтал полежать на взлетке… – думал он про себя. Пролежав так час, он зашел в свободный самолет и включил кран с водой, воды нет.

– Сука, где блять вода! – он ударил по душу, швырнул его в душевую и направился к Борхану. Ему никто не открыл, он уже собирался пнуть по двери, когда заметил как из здания аэропорта вышла Юля, переодетая и с полотенцем на голове, она что-то ела, рядом с ней шагал Стёпа.

– Ты, сука, где была? – пронесся крик через все летное поле.

– Вот что ты орешь? Где я могу быть? Я лежала в ванне с пеной, а потом ела в duty free, – ответила Юля, засунув бутылку с водой подмышку, а бутерброд в зубы, она открыла дверь Борхана и зашла вовнутрь, откусывая сэндвич.

– У тебя вода в душе есть? В том ебанном самолете нихуя нет, – сказал он, садясь в кресло.

– Вода в аэропорту, в лаунджах. Иди там мойся. Не сиди в моем кресле, по тебе крысы бегали, – сказала девушка и поставив тарелку с сэндвичем, вытащила из рюкзака привезенные из кладовой вещи и убрала их в стол. Егор взял с тарелки сэндвич.

– У тебя все равно уже руки грязные, по этому рюкзаку крысы бегали. Вкусно малыш, где ты его взяла? – спросил он, удобно располагаясь в кресле.

– В дьютике сделала, там еды дохрена, – ответила Юля и кинув рюкзак на пол у двери села на кровать.

Стёпа в это время запрыгнул на колени к Егору и облизывал его лицо, затем поставил лапы ему на плечи и обнял парня, а потом и вовсе заснул на его коленях. Юля удивлённо посмотрела на своего песеля, затем на Егора:

– Степа меня любит, – сказал он.

– Он просто хотел слопать сэндвич, – ответила Юля, ещё раз удивлённо посмотрев на Степу. Он никогда не шел к чужим людям, тем более не лез к ним обниматься и не засыпал у них на руках.

– Нам надо ламбу вернуть, – Егор посмотрел на девушку.

– Надо. Она там во дворах хорошо спрятана. Придется сделать вылазку за ней. Иди к себе, я спать собираюсь, – ответила Юля.

–Можем вместе, – предложил Егор, продолжая гладить Степу.

– По тебе крысы бегали, ты всю грязь вентиляции собрал, спи отдельно, – девушка забрала с его колен собаку.

– Я в душ, но мы все равно скоро будем спать вместе, – он ей подмигнул и покинув самолет отправился в лаундж. Девушка упала на кровать, натянула на себя плед:

– Дурацкий день, – пробубнила она и провалилась в сон.

Глава 4

За пять лет до наступления Армагеддона’20 богатейшие люди страны вложились в постройку самого устойчивого к любым катаклизмам бункера, которому дали имя «Новый свет». Убежище, способное выдержать ядерный удар было оснащено модернизированной лабораторией, медицинским центром с высококлассным оборудованием, теплицами, морозильными камерами, собственной фермой, спортзалом, аквапарком, развлекательным клубом, СПА-салонами, ресторанами разной кухни и хранилищем продуктов питания. Главным условием убежища было то, чтобы образ жизни внутри был максимально приближен к их жизни снаружи. Поэтому жизнь «избранных»-так неофициально называли себя жители бункера ничуть не изменилась, не считая того, что теперь они не пользовались своими люксовыми автомобилями, а передвигались на гольф-карах, на 250 метрах под землей.

Внизу было все для обычной жизни, даже был зал, имитирующий улицу, с выбором категории «людная», «безлюдная». В зале можно было выбирать любую виртуальную реальность: лес, город, пляж, горы, море. Включать любую иллюстрацию гулять и посещать все, что хочешь: выставки, галереи, музеи, автосалоны, торговые центры, парки, и все это, не покидая бункер и не подвергая свою жизнь опасности.

Воздух в бункере имел пятиступенчатую защиту очистки как и вода. Все уровни «Нового света» были защищены мощными системами фильтрации от внешних воздействий.

Жилым уровнем для избранных был -5, обустроенный в комфортабельные квартиры, выполненные в современном дизайне. Весь этаж был оснащен тротуарами для прогулок, дорогами для гольф-каров и подъездной дорожкой к жилому кварталу. -5 уровень представлял из себя небольшой городок со всей инфраструктурой, перенесенный под землю.

С появлением в мире первых зараженных Армагеддоном’20, в бункер вошли около тысячи человек. Тысяча счастливчиков, но уязвимых, ведь они могут погибнуть, вдохнув отравленный воздух или выпить неочищенную воду. Сломайся хоть одна ступень очистки «Нового света» и их бункер станет их последним пристанищем. Среди них были дети, старики, все они хотели одного-жить как раньше. Для этого им нужен был противовирус, который ежедневно пытались создать ученые в лаборатории бункера.

Ученые-6 человек, отобранные владельцами бункера. Лучшие биологи и вирусологи круглые сутки работали над созданием вакцины в модернизированной лаборатории «Нового света», на -3 уровне.

Их жилая зона располагалась на -2 уровне восточного крыла. Это было 6 комнат, с личной уборной и просторной общей столовой на этаже. Там же, на -2 располагался и спортклуб с бассейном, для сотрудников с зелёной ступенью доступа, её имели ученые и охотники.

Лучшие доктора и медсестры были отобраны для поддержания здоровья жителей бункера. Они проживали на -5 этаже в восточном крыле, где и располагался медицинский центр, которым пользовались исключительно обитатели -5 уровня. Для персонала же имелся небольшой медпункт на -3 уровне, где посменно вели прием пару докторов.

Охотники, проживали на -1 уровне «Нового света». Их жилые комнаты представляли из себя небольшое помещение размером 2х2м, в котором помещался лишь стол, кровать и шкаф. На этаже для них была обустроена общая уборная и столовая. Охотники-13 человек, лучшие в своей профессии: дисциплинированные, физически подготовленные, прошедшие службу в элитных войсках. Это были военные, отобранные для высокоэффективной защиты бункера и их жителей.

Дезинфекцией костюмов и очисткой фильтров занимались специально-обученные люди или как их называли в бункере «очистители». Они занимали восточное крыло на -1 этаже, проживали они в помещении, казарменного типа. Для них была обустроена также отдельная обеденная зона и уборная.

Обслуживающий персонал, который работал в общественных местах -5 уровня проживал на -4, в помещении казарменного типа с общим санузлом и столовой.

Пересекаться между собой было невозможно, каждая категория персонала имела свою карту доступа с разрешенным для них уровнем, с помощью которой они перемещались по бункеру. У «очистителей» и обслуживающего персонала был самый низкий доступ-желтый. Самая высокая ступень доступа имелась лишь у главного инвестора -5 уровня-карта цвета рубина. С помощью этой карты в бункере не существует закрытых дверей и запрещенных зон.

Единственный человек, который мог проникать на все уровни, но кроме -5 был Цербер-главный ответственный за всю систему бункера. Он занимался ремонтом оборудования, настройками всех систем и обновлением программного обеспечения. Проживал Цербер на -3 уровне-это было единственное жилое помещение на этом этаже: комфортабельная комната 32 квадратных метра, с личным санузлом и небольшой кухней. Ему был выдан модернизированный планшет, который парень успешно взломал и фиксировал все системы бункера на нём. Он был способен видеть все сильные и слабые стороны системы, мог дистанционно перезапускать и обновлять любое оборудование. С помощью этого планшета Церберу не приходилось целыми сутками сидеть в серверной, расположенной на -4 уровне.

Год назад

У ученых бункера был универсальный доступ к результатам всенародного тестирования во время пандемии. Ежедневно они искали человека, который бы не был подвержен заражению вируса и был бы ключом к решению мировой проблемы…

Все население столицы еженедельно сдавали ПЦР-тесты. Для каждого жителя был выдан специальный уникальный номер (СУН), он закреплялся и по этому номеру все службы могли отслеживать течение болезни от заражения до смерти. В специальной программе, которую разработал программист «Нового света» по позывному «Цербер», заражённые были отмечены красным цветом.

С каждый днем красный цвет преобладал, а вскоре миллионы СУН горели «меткой смерти». В какой-то момент учёные бункера даже прекратили отслеживать результаты, зная, что это уже конец и зеленого огонька не будет. Теперь им приходилось полагаться на себя и искать другой способ создания вакцины…

250 метров под землей. Москва. Несколько недель назад

Брут, ранее он состоял в элитных войсках, он следил за тем как Цербер, сидя в своем кабинете, листает списки, перегоняя во рту зубочистку и поправляя очки.

– Стоп. Верни назад, – сказал он, выкидывая салфетку в мусорную корзину. Цербер прокрутил назад:

– Что такое? Знакомый СУНик увидел?

– Нет, еще крути, еще… Медленнее… Стоп, – Брут вглядывался в экран, убеждаясь, что ему не кажется. Цербер убрал ноги со стола и сел ровно, уставился, не моргая в экран.

– Зелёное?! Это предпоследнее тестирование было, – сказал Цербер, взглянул на дату, затем он выделил зелёный номер и открыл по датам. Каждый тест выбранного СУН был зелёным. Брут подвинул стул ближе к монитору и следил за движениями Цербера. Парень листал список за списком и обнаружил еще один зелёный огонёк, снова выбор по датам и снова все ПЦР зеленые.

– Сейчас напишу программу для поиска зеленого огонька, – сказал Цербер.

Через 15 минут программа была готова и она подтвердила, что есть два номера, которые имеют иммунитет к вирусу.

– Значит выжившие есть?! И они устойчивы к вирусу?! Можно узнать личности? – спросил Брут.

– Неа, когда вирус всех убил, прога полетела и личности привязанные к СУНику слетели.

– Понял. Без имен найдём, теперь мы точно знаем их двое! Охренеть, весь мир молчит, а у нас бегает два живчика, – Брут указал рукой на аппарат, с помощью которого они искали сигнал по всему миру, но аппарат молчал.

«Аппарат поиска жизни»– так Цербер назвал сделанное им наспех устройство, больше напоминающее старый домашний телефон, только со множеством кнопочек и лампочек. Иногда, по вечерам он переключал частоты и пытался поймать сигнал выживших, но все было безрезультатно…

Новый свет был обеспечен всем необходимым на продолжительный срок: лекарством, оружием, едой. Всё было устроено так, что за каждую сферу жизни был ответственный, строгая иерархия. Все должны были соблюдать законы подземного города, а те, кто их нарушал, отправился бы наверх без защитного костюма и фильтра. Обитатели бункера, начиная от «избранных» и заканчивая обслуживающим персоналом были уверены, всё это делается для поддержания цивилизованной жизни и для создания нового общества.

Наверху иерархической системы был житель -5 уровня, по имени Гидеон, человек, инвестирующий большую часть в строительство этого убежища. Ему 65, в этом бункере поселилась вся его семья, следом за ним шли остальные пять инвесторов, с равной долей вложений, со своими семьями…

После обнаружения незараженных, Брут взял распечатку и запросил встречу с -5 уровнем для того, чтобы доложить обновленную информацию. После переговоров охотники разрабатывали план как поймать выживших, ведь они в силу своего аппарата фильтрации воздуха могли ограниченное время находиться снаружи. Ученые, в свою очередь начали разрабатывать протокол изъятия костного мозга для дальнейшего изучения…

Наши дни:

– К вам Брут, – молодая девушка в светлом льняном костюме обратилась к седому мужчине, он сидел в кожаном кресле спиной к ней и смотрел на проекцию Москва-сити, которая отражалась на экране. По кабинету разносился звук, характерный шуму московского ритма до Армагеддона’20.

– Пусть войдет, – ответил мужчина басистым голосом и закурив сигару вновь уставился на экран. Брут вошел в кабинет, девушка покинула помещение и закрыла дверь до щелчка. В этот момент над дверью в коридоре загорелась надпись «не входить».

– Брут, Ворон погиб, выполняя задание. Ты уже несколько недель со своими парнями гоняешься за двумя необученными людьми. И заметь, одна из них то ли девчонка, то ли подросток, как докладывал Ворон. В чем сложность привезти их сюда, отправить в лабораторию, а затем взять их костный мозг? Для чего ты сидишь в этом бункере? На тебя тратятся наши ресурсы, а пользы от тебя нет, Брут. На -5 мой племянник уже готов присоединиться, создать свою команду и привезти их сюда. Тогда напрашивается вопрос зачем нам ты?… – говорил мужчина, так и продолжая сидеть спиной и смотреть на проекцию.

– Простите, мы изначально выбрали неправильную тактику. Сейчас мы все меняем и обязательно их схватим.

– Когда? Почему эти двое бегают и живут обычной жизнью снаружи, а я и моя семья сидим как кроты под землей? Ты плохо работаешь. Если ты в ближайшее время не доставишь их сюда, сам отправишься к ним без защиты. Ты понял? – монотонно говорил мужчина, делая паузы для сигары.

Для Гидеона было важно, чтобы его семья ни в чем не нуждалась, все знали, что этот бункер, в первую очередь, сделан для безопасности и для благополучия его семьи. Он заботился о каждом, начиная от своих детей и заканчивая дальними родственникам. Гидеон понимал, что запасы не безграничны и нужно торопиться.

– Понял. Могу идти? – спросил Брут.

– Как там погода снаружи? Наверно в городе все позеленело? – ответил мужчина, улыбнувшись своим мыслям.

– Да, весна вовсю, – ответил Брут.

– Люблю весну, все просыпается, оживает…Да, ты можешь идти, – мужчина сменил картинку проекции на весенний парк, а шум города на пение птиц…

Брут поднялся на свой уровень, зашел в свою комнату, захлопнул дверь и что есть сил заорал, затем скинул все со стола, сел на кровать, обхватив голову.

– Я совершаю много ошибок. Я должен поймать этих двоих. Как мне поймать этих двух живучих тараканов?! Я уязвим, у меня ограниченный запас воздуха, костюм, который ни при каких обстоятельствах не должен быть поврежден. Я в минусе…

Сегодня. 66 км МКАД

Коренастый мужчина с темными волосами, отпил виски из бутылки, икнул и пересек пустынный МКАД. Вдруг позади него раздалось мычание,

– Мне это кажется или действительно посреди МКАДа стоит корова? – сказал покачиваясь мужчина, вглядываясь в животное. Корова пересекла дорогу и направилась в сторону полей, мужчина покачал головой и скрылся за высокими воротами вертолетной площадки. Подойдя к вертолету, погладил его винт:

– Что же дружище, пора подлечить тебя, – напевая себе под нос, он начал заниматься ремонтом своего вертолета, перебирая инструменты, которые забрал в аэропорту, изредка отпивая из горла.

– Как так? Ни одного человека за 48 дней. Карантин был, но даже тогда МКАД не пустовал, а чтобы коровы по нему бродили-это вообще из мира фантастики. Я такое только в фильмах про апокалипсис видел… Всяко же должен кто-то где-то быть. Аэропорт нараспашку, заходи, бери что хочешь, никого нет, никто не охраняет, мусор на взлетке валяется… Нет… Что-то тут не то, не может быть аэропорт так брошен. Или все улетели в Гренландию прятаться от вируса. А может я умер и оказался в собственном раю? А что, мне для райского местечка много и не надо, вертолет, самолет и бутылок цать крепкого алкоголя… Но можно было место потеплее найти. Ночи дикие стали, не припомню такого, – размышлял вслух мужчина, будто разговаривая с вертолетом, умело обращаясь гаечным ключом, откручивая его детали и не прекращая отпивать из бутылки…

Внутри ангара вертолетной площадки стояла палатка, в ней лежал надувной матрас с чистым постельным бельём, несколько квадратных, твердых подушек и теплое, толстое одеяло. В этой палатке и жил вечно подвыпивший обитатель вертолетной площадки, ещё не осознавая масштабы произошедшей катастрофы…

Сегодня.

В бункере, в комнате для конференций работал прожектор. На экране были свежие фотографии вымершего города, поверх которых наложили карты. Брут напряженно смотрел на экран, что-то прокручивая в своей голове, то и дело листая карту, приближая и отдаляя некоторые районы. В помещении стояла тишина, были слышны лишь цоканья Цербера по клавиатуре, который пытался смоделировать 3Д карту города по имеющимся фотографиям.

– По нашим наблюдениям, живчики живут где-то в районе Ленинского. Сегодня парни, мы едем туда их караулить. Занимаем позиции на этих высотках, – он ткнул пальцем, – выезжаем втроем, три точки, полный обзор. Палим по ним снотворным, спускаемся, забираем, привозим сюда. Задача всем ясна? – спросил Брут, выводя на экран постройки, на которых они будут занимать позиции. Среди них были жилые высотки и недострои этажностью 25+ этажей. С этих строений действительно открывался хороший обзор на район, просматривались все дороги и дворы.

Остальная команда кивнула. Через несколько часов они уже заняли свои позиции на Ленинском и ждали ребят. Если бы они не пришли сегодня, они готовы были их ждать в другой день. На данный момент это был их единственный план, каждый день меняться и по три человека выезжать в этот район на охоту. Но охоту на выживших они могли вести только при свете дня, в связи с высокой опасностью нападения собак в темное время суток и отсутствием полного освещения в городе.

Сейчас в бункере велись работы по разработке внедрения в костюм «Вторая кожа•20» усовершенствованных очков ночного видения.