Страница 2 из 4
– Начинаем, – скомандовал главный жрец другим, вставшим по обе стороны от «брачующихся».
«Я выживу! Любым путём!» – решил для себя мужчина, а уже в следующее мгновение его решимость поколебалась с первой же вспышкой боли, прокатившейся магической волной от алтаря к троице.
Его словно рвало на части изнутри, разрывая магические потоки в теле, сжигая каждую клеточку медленным тлением. От кончиков пальцев на руках и ногах, до макушки головы и глубин души. Это заставляло сбиваться с мысли. Он не мог ни на чём сосредоточиться, кроме этой ужасной боли. Даже на себе, что уж говорить о брате.
Разве что дикий крик, раздавшийся где-то рядом и одновременно так далеко и резанувший по нервам не хуже жрущего саму его суть пламени. Он будил в нём ответное, которое начало стремится откуда-то из-под сердца. Оно рвалось наружу, стремилось помочь, окутывала собой бешено стучащий орган, чтобы дальше вырваться из тела, но тьма смерти оказалась быстрее.
***
Рондария, империя драконов, столица Орнор, главный Храм Богов
Анита
Голову я не могла повернуть из-за магии Аниарты, но насколько хватало поворота глаз смотрела на происходящее по бокам. С правой стороны рядом со мной встал мужчина в красивом одеянии и длинными волосами цвета платины, и чуть светлее одежд. Сам он тоже был красив, но деталей разглядеть без поворота головы было невозможно. Да и не смотрел он даже на меня, вглядываясь куда-то вперёд.
Это и есть жених? Один? Тогда почему девушка упоминала нескольких драконов? И если этот мужчина дракон есть ли в нём магия или только умение превращаться в огромного летающего ящера, как это описывают в наших книгах? Может ли он остановить это безумие или его тоже магией заставили встать рядом со мной?
Мысли и вопросы бегали в голове слишком быстрым потоком, пока резко не были остановлены глухим стуком слева. Глаза метнулись на звук насколько могли, но сбоку не было никого. Точнее стоящего. А вот к моим ногам что-то положили.
Вот и второй дракон. Он лежал на носилках головой к алтарю, поэтому я смогла немного рассмотреть похожие черты лица. Кажется, мужчины очень похожи, братья всё же, либо мне очень не хватает зрения для нахождения различий. Разве что у лежачего был мертвенно бледный цвет лица, из-за которого слишком ярким пятном проглядывали на коже тлеющие будто уголь ожоги.
В мозге набатом прозвенела мысль, что вот он – главный виновник происходящего, которого пощадила магия этого мира, чтобы получить ещё три жизни к отобранной ранее.
– Всё готово? – спросил мощный грудной голос мужчины, пришедшего в числе «гостей» женихов.
Почему же их всё же двое, а не только сам виновник, я уже знала из подсказок вложенной в меня информации: драконы не женятся по одному, минимум двое, если нет исключающего момента вроде истинности или наличие мужей или женихов других рас у невесты. Многомужество вообще что-то вроде основного правила для этого мира, чтобы защитить детей и самых женщин, более слабых и подверженных проблемам, болезням и уходу магии из тела.
Вот только для меня это сейчас в два раза хуже, если бы жених был бы один. Информация подсказывала, что я, обладай хоть какой-то магией, должна была разделить с ними пламя Единения во время ритуала бракосочетания. И чем больше мужчин, тем большая доля выделяется для невесты.
А у меня нет магии, что автоматически делает из меня смертницу.
– Да, господин, – ответил вопрошавшему один из монахов. – Мы можем начинать, если не возникло причин отказа от ритуала.
«Есть причины! Я не хочу! Услышьте меня! Хоть кто-нибудь!» – прокричала я, но рот так и остался безмолвным. Губы даже не дрогнули, заставляя слёзы политься с новой силой.
Рядом раздалось презрительное «нц» от стоящего жениха. Мне даже показалось, что я почувствовала на каком-то интуитивном уровне силу исходящую от него. И она была такой мощной, что угадывались эмоции: ярость, обречённость, недовольство и готовность стерпеть грядущее.
– Никаких, – подтвердил жрецу, видимо, глава драконьего семейства. Никого из них я тоже не могла видеть. Наверное, встали рядом с семьёй Аниарты и так, чтобы их не задело.
«Гады!» – заключила про себя, усиленно смаргивая слёзы отчаяния. Но их было всё больше.
– Начинаем, – призвал своих «братьев» один из жрецов, и большая часть из присутствующих встала по обе стороны от нас и алтаря.
Они вытянули руки ладонями в нашу сторону и сторону камня. Я видела, как от центра каждой отделился свет и стал словно стена, отделяющая нас с алтарём от всех присутствующих. Такая себе бара-камера. Нутро будущей печи.
Тихие молитвы срывались с губ жрецов, и чем больше слов было произнесено, тем ярче светился булыжник перед нами. В какой-то момент свет и вовсе словно взорвался яркой вспышкой. Она буквально ослепляла, заставляя прищурить глаза. Но я смогла увидеть, как с камень вдруг вспыхнул белым пламенем, а в следующую секунду оно кинулось на нас.
С боку послышался сдавленный хрип. Обоих мужчин явно жгло. Я же первые секунды ничего не чувствовала, только как с меня слетают оковы, удерживавшие до сих пор. И я смогла задышать самостоятельно, оглядеться. Стоявший до этого гордо мужчина скорчился и рухнул на колени с гримасой боли. Лежавший же с другой стороны от меня тоже корчился, метался головой по подушке, но вяло, словно сил у него и так не было.
Но это всё, что я успела. Даже отойти времени не хватило, не то, что убежать.
Следом за сгоревшими магическими оковами начал накаливаться браслет. Он всё набирал температуру, как и охватившее меня вместе с мужчинами пламя. Оно становилось всё горячее и горячее. Пока в какой-то момент резко не перешло в ту самую невыносимую, на грани безумия силу.
Крик ужаса и боли вырвался из меня, но я даже не сразу поняла, что кричу именно я. Мне было больше страшно и обидно за происходящее, за то, как со мной поступили. И всё же боль была ужасной. Казалось, кожа тлеет прямо на руках. Не плавится, а именно медленно тлеет, вырезая словно раскалённым ножом только этому пламени известные узоры.
Особенно сильно страдали руки, которые я старалась прижимать к груди, встряхивать и снова прижимать, но ничего не выходило. Ну и спина – где-то в районе лопаток, от чего то и дело выгибало меня в ней или заставляло сжиматься не хуже корчащегося жениха.
И всё же я не прекращала про себя молиться. Молить либо прикончить меня быстрее, либо спасти.
Кого я молила, я уже не знаю. Мне было всё равно. Но перед мысленным взором стояла та обезличенная статуя, которой явно было всё равно на наши страдания. Для них главное – равновесие, и не важно, что оно достигается невинными жизнями. Ещё и через такие страдания.
«Пожалуйста», – из последних сил проговорила я про себя, а может и прокричала вслух, сжимаясь в калачик и падая на колени, потом и вовсе заваливаясь на бок.
Всего на секунду мне показалось, что огонь отступил, а тело накрыло что-то тёплое, нежное и заботливое. Но, видимо, это была долгожданная Смерть и её милостивые объятья, потому что следом меня поглотила тьма.
Тьма так и не тронувшая моё сознание.
Бессилие
Эли-Арас, эрфат оазиса Арас где-то в центральной части пустыни Ноишири
Сарим Джури
Ночь была слишком тиха. Даже песок перестал тихо шептаться, замирая и словно прислушиваясь. Даже звуки ночной жизни города как-то резко смолкли, заставляя мужчину невольно напрячься и отложить просматриваемые документы.
Подойдя к террасе, он внимательно осмотрел её, затем свой кабинет, но ничего не заметил. Даже магические следы отсутствовали. Никто не проник к нему, ничто не заглушало уже ставшие такими привычными за годы службы звуки природы и жизни. Голоса людей, торговцев с базара или тех же животных в подворотнях – всё это то, чем наполняется мир вокруг него каждый день, каждый час или минуту.
Откуда же тогда эта зловещая – в этом мужчина сомневался всё меньше – тишина?
Взгляд серых глаз метнулся к лунам на небе. Всё те же на неизменном чистом небосводе. Даже звёзды мерцают по-прежнему ярко. А ощущение, окутывающее джина, было сродни надвигающейся бури, когда она уже виднеется на горизонте и грозит погрести за собой едва ли не весь мир.
Что же происходит? Нападение? Или на него вот-вот выпрыгнет из тени очередной наёмник?
Но чувства молчали. Магия тоже не бесновалась, как обычно бывало перед смертельной схваткой. Лишь неясная тревога, рождённая этой неестественной тишиной.
Сарим уже собирался позвать Коира, своего верного друга и защитника, даже рот открыл. Вот только и звука не вырвалось из напряжённых связок. А уже в следующий момент мужчина рухнул на колени, зажимая уши. Их пронзил такой звон, что перепонки, казалось, вот-вот полопаются. Тело от невыносимости этого звука стало мелко дрожать, а кожа стала нагреваться.
Когда мужчина уже был на грани позорного обморока, в кабинет ворвался друг, почувствовавший неладное. Он сразу рванул к Сариму, окутывая и его, и себя сферообразным барьером, а на друга кинул ещё и магию опознания, чтобы узнать наверняка, что на того навели: заклинание, заклятие, проклятье или всё разом, а там уже можно будет действовать.
Вот только магия ничего не выявила. Даже ран или яда.
Рухнув рядом с другом, он схватил его за плечи и попытался докричаться или привлечь к себе внимание, но ему казалось, что тот не видит и не слышит ничего. Даже крик не срывался с широко открытого рта. Только хрип боли.
– Вот барк, – рыкнул себе под нос Коир, бросаясь обратно к дверям и через одного из стражей дверей кабинета, приказал вызвать целителя. А потом рванул обратно, чтобы силой уложить друга на пол до прихода вызванного целители.
Тот не заставил себя ждать, ворвался почти минуту спустя, подбежал к пациенту и принялся водить над ним кристаллами, руками с начиткой заклинаний, вливать мужчине зелья через силу. Но ничего не брало неизвестную хворь.
– Что же это такое? – хмуро и даже испуганно спросил его Коир.
– Не могу знать, господин, – покачал головой целитель. – Организм фата Джури абсолютно здоров и цел. Ни магического, ни какого-либо иного вмешательства не выявлено. Даже отложенного действия, – заметил он, едва командир стражи решился об этом уточнить.
Их разговор Сарим не слышал. Он вообще ничего не слышал и не видел. Зрение пропало, едва друг оказался рядом. Он его уложил и, видимо, позвал целителя, ведь ему стали что-то вливать в рот. Пить пришлось через силу, тело отказывалось слушаться.
Мужчине казалось, что проходили часы в этой муке, пока в какой-то момент она просто не прекратилась. Так же мгновенно, как и появилась. И всё, что о ней напоминало, – дикая усталость в теле и звон в голове.
С помощью друга и целители он принял сидячее положение и осмотрелся. Найдя же этих двоих взглядом, пробежался им ещё раз по кабинету, и вернул к ним.
– Что это было? – спросил он.
– Это я у тебя хотел спросить? – хмуро отозвался Коир.
– Воирс? – Сарим посмотрел на целителя, но тот только пожал плечами и поджал губы, прежде чем ответить:
– Никакого воздействия, мой господин.
– У меня словно высосали всю силу, – честно признался джин. Кому-кому, а им он мог это поведать. – Звук, казалось, шёл отовсюду.
– Звук? Ничего не было, – опроверг сказанное Коир, но точно видел в глазах друга, что тот не придумывает. Он что-то слышал, настолько громкое или сильное, что оно почти ломало его, ещё и сил лишило. – Что ты слышал?
– Трудно это понять за столь сильным звоном, что накрыл меня с головой. Он словно шёл отовсюду, даже изнутри меня… – рассказывал Сарим, но вдруг замолчал и нахмурился.
Коир не мешал ему обдумывать произошедшее, ведь понимал он едва ли больше того, что увидел, в отличие от самого Сарима. А тот ещё не отошёл от случившегося. Тело то и дело мелко подрагивало, на сиреневой коже блестели крупные капли пота, а всегда уложенные иссиня-чёрные волосы сейчас были в ужасном беспорядке. Они словно стояли дыбом или вились прядями подобно змеям.
Рассматривая последствия, глава безопасности не сразу заметил изменения на лице друга, а когда увидел, то напрягся всем телом. Ведь скорее не увидел, а почувствовал всей своей сутью силу сейчас скорее своего господина и, по совместительству, фата – правителя – этого оазиса, чья сила и власть была неоспорима во всех ближайших барханах.
– Немедленно отправляйся к подземным камерам и проверь источник, – приказал Сарим своему защитнику.
Видимо, это была очередная версия происходящего. И не маловажная. Всё же источник поддерживал жизнь в оазисе, будучи… Коир не совсем понимал природу этого явления. Его до конца никто не понимал, даже род Сарима, правящий в этих песках вот уже не одну сотню лет. Сам же Сарим знал лишь то, что это часть сил самого Мира, вышедшая на поверхность небольшим камнем, источающим силу и благодать вокруг себя.
Его предки нашли его, обустроились а оазисе, защищающим пещеру с чудом, и над самой пещерой, защищали и поклонялись частичке мира. И в каком-то поколении их сила стала частью источника, как источник частью их сути, накрепко связав судьбу друг с другом.
Целый отряд защищал сие священное место. Те, в ком никто и никогда не посмеет сомневаться, ведь они давали клятву жизни самому источнику. Их-то и проверял Коир вместе с ценным сокровищем, чтобы вернуться к правителю и сообщить, что с тем всё хорошо.
– Хорошо? – удивился Сарим, ведь тогда версий происходящего у него совсем не оставалось. И сам, отнекиваясь от помощи, прошёл в заветное место.
В пещере ничего не изменилось. Стены были по-прежнему оплавлены магией источника, а сам он словно на постаменте, созданным самой природой, сиял огромной синей сферой. Сила его была спокойна и нежна. Никаких отклонений. Сарим мог почувствовать даже, как Он пытается исцелить его терзания, как проникает силой всё глубже и глубже в тело, доставая самой души.
И едва сила проникла достаточно глубоко, сфера вдруг сверкнула ярче, а потом потускнела и стала красной, испугав всех, кто это видел. Никто не понимал происходящее на их глазах, испытывая едва ли не священный ужас, а фат Джури услышал то, что так пытался распознать и понять укрытое за тем ужасным звоном.
Сфера разразилась человеческим криком, полным боли и отчаяния, что скрывали за собой мольбы о помощи без каких-либо слов.
***
Сейшират, юго-восточные земли княжества, селение Араштарс
Где-то на другом краю мира, в мирном поселении среди непролазных джунглей, от женского крика проснулся юный воин, тут же бросившийся на женскую половину дома. Но какого было его удивление, когда он увидел, что все женщины – бабушка, мать и сёстры, – его дома спят.
Поднятые же им мужчины сообщили, что ничего не слышали ни в доме, ни на улице. А если бы услышали, то поспешили бы на помощь или разборки вместе с ним.
– Тебе просто приснилось, – усмехнулся младший брат воина, хлопнув того меж лопаток. – Не знал, что тебя ещё преследуют кошмары. В футон хоть не наделал дел? – и подленько похихикал.
– Я сейчас твой проверю! – рыкнул молодой мужчина.
– А ну, тихо, – шикнул на них отец. – Ноаш, не приставай к брату, не дорос ещё так шутить. Иди в комнату и досыпай, ночь только наступила.
Перечить отцу юноша не стал, лишь перед тем, как скрыться за поворотом коридора, обернулся и показал брату раздвоенный язык, быстро ускользнув после.
– Ах ты, – хотел было броситься тот следом, но был задержан отцом за плечо.
– Тебе бы тоже отправиться спать. После обряда взросления сложно вообще передвигаться, а ты носишься по дому. Успокой свой нрав, Наэш. Ты просто слишком устал. Кошмары в первую ночь после обряда случаются, – вздохнул тяжело отец, нервно потрясывая кончиком своего мощного хвоста. – Ты слишком переволновался, да и сил затратил, доказывая, что вырос и достоин своих палашей. Так что, возвращайся в свою комнату и отдыхай, ничего не принимая.
– Хорошо, отец, – только и мог согласиться теперь уже взрослый наг, проявляя тем самым уважение к старшему. Хотя самого его не отпускала тревога, поселившаяся в груди. Вот только сил он действительно потратил сегодня слишком много. А сейчас, когда опасности не оказалось рядом, и вовсе чувствовал, как его трясёт от накрывающей всё сильнее слабости.
Вот только перед отцом было стыдно её показывать, поэтому он молча развернулся и направился к себе, где, едва оказался рядом с футоном, рухнул без сил и сознания.
***
Ворота форта Ровэль, дальневосточная граница пустыни Ноишири
Тоже самое случилось с ещё одним мужчиной, ноги которого вдруг подкосились, и он рухнул лицом прямо в молодую, но пожухлую от уже немилосердного жара утреннего солнца траву.
К нему тут же поспешили все, кто это видел. Караван даже пришлось приостановить, хотя они едва-едва начали путь, и он был не малым – несколько месяцев от дальневосточного порта Эль-Илляс до самого западного форта Ровэль, стоящего на границе с вечнозелёным царством эльфов. Именно туда держали путь часть из собравшихся, как например упавший в обморок юный целитель.
– Может, оставить его в порте. Оклемается и ещё сил наберёт уже на следующий поход? – спросил один из купцов, пошедших с караваном, которому эльф, что на вид был как совсем ещё зелёный мальчишка, очень приглянулся.
– Не говори чепухи, через пустыню не пройти без хорошего лекаря или ещё лучше целителя! – рявкнула на него жена и одновременно с этим негласная глава собравшихся. – Отнесите его в одну из кибиток, приложите льда к голове и груди, а под ноги мешок с чем-нибудь. Мы продолжаем путь!
И никто не смел ослушаться, спеша исполнить приказы.
– Что с ним? – поинтересовалась молодая беременная невестка главы у женщины.
– Переволновался небось, молодо-зелено, – хмыкнула та и помогла молодушке забраться обратно в её укрытие, нечего беременной быть столько на немилосердном солнце.
Вот только женщина умолчала, что заметила признаки магического истощения на лице эльфа. Видимо, перестарался в ночном лечении и укреплении её дорогой невестки перед походом. И молодому целителю за это ещё прилетит по шее, чтоб больше не перенапрягался. Но это уже будет после, когда очнётся и придёт в себя.
***
Рондария, империя драконов, столица Орнор, главный Храм Богов
Генерал напряжённо следил за тем, как медленно, но всё же вздымается грудь девушки, лежащей на полу. Он всё никак не мог поверить в то, что видел. Казалось, стоит ему моргнуть или отвернуться, чтобы начать раздавать приказы, как наваждение исчезнет.
Но нет, девушка действительно дышала. И это была не игра дыма от опалённого местами платья или кожи.
Мужчина рванул к ней, чтобы удостовериться наверняка. Даже рухнул на пол рядом для проверки пульса. Тот был слабым, но всё же был.
«Выжила! Она выжила!» – билось у него в голове, но даже так медлить было нельзя.
Схватив её на руки, он рявкнул сначала на одного зятя, потом на второго, чтобы утаскивали сыновей прямо отсюда порталом домой, где им помогут целители рода.
– Вы что творите? – раздалось ему в спину от матери девушки. И это был не взволнованный голос или наполненный надежды. Нет, это было негодование пополам с яростью и даже ненавистью.
Чем же её собственная дочь не угодила ей? Или всё дело в том, что она всё же выжила, а следовательно, и его внуки? На их смерть были её чаяния?
Свою ноту протеста он ещё выкажет, ведь теперь невестка принадлежит его роду, и никто не смеет желать ей подобного. Генерал даже поблагодарил Богов, что это теперь так. Уж лучше его семья, чем её прежняя. А прощения и уважения у девушки он найдёт как добиться, и внукам мозги на место вправит. Поэтому мужчина лишь через плечо взглянул на разгневанную леди и рыкнул со всем презрением, что в нём к ней было:
– Защищаю семью, – при этом так свернул глазами, что женщина отшатнулась и рухнула на пол в ужасе и оскорблении.
И поспешил в портал. Медлить сейчас было нельзя. Больше ни он, ни его семья – а девушка уже была её частью – ничем им не обязаны и не будут впредь. Уж генерал об этом позаботится.
А сейчас нет ничего важнее, чем ноша на его руках и совести.
Чаяния
Рондария, империя драконов, столица Орнор, дом Рэдери
Целители семьи без отдыха следили за состоянием своих пациентов. Сначала старались стабилизировать, затем постепенно улучшать. Но даже доведя до минимального уровня с благоприятными прогнозами, добиться прихода в сознания хотя бы одного из троицы у них так и не вышло.
Стоит ли говорить, что для семьи это было самое тяжёлое время, когда казалось, что в любой момент их детей просто заберёт Смерть, решив передумать. Но шли дни, и даже спустя неделю с явными улучшениями они всё также выглядели как просто спящие.
Как поделился с главой семьи главный целитель, прошлое проклятье было снято с его младшего внука священным огнём, и последствий никаких он не нашёл. А то, что сейчас происходило, это тот уровень магического вмешательства, который никто не в силах понять. Всё, что было известно, – оно связало троицу очень крепко, но немного односторонне.
– Как это? – не до конца понял генерал, хотя об ответе уже догадывался.
– Если девушка не выдержит или с ней что-то случится, то ваши внуки уйдут следом. Но этого не случится с ней, если несчастье настигнет их, – подтвердил его мысли целитель. – Если не этот факт, я бы решил, что это парность. Но позвольте заметить, её отсутствие я так же не смог приметить.
– Они парны? – вот уж чего-чего, а такого поворота старый дракон точно не ожидал.
– Как я и сказал, это вне моей компетенции. Магия, соединившая их, очень древняя и совершенно неизучена. И видимо такой вид связи – это решение и деяние самого Мира.
– Сколько ещё они будут в таком состоянии? – решил сменить тему генерал, раз уж тут начала прослеживаться цикличность информации.
– Всё зависит от девушки. Драконы… они словно в спячке и отдают все свои внутренние силы ей, что задерживает их пробуждение. И мы тоже стараемся уследить за тем, чтобы этот момент произошёл как можно быстрее, – это всё, что смог ответить целитель.
И генерал это хорошо понимал. Понимал, что от них теперь мало, что зависит. Пока что. А как только девочка проснётся, там уже и будет его выход.
Слава Миру и Магии этот момент не затянулся на недели или месяцы. Всего через пару дней после разговора, к генералу прибежал один из учеников главного целители со срочной просьбой прибыть к покоями, что были выделены для молодой семьи.
Ничего не ожидая и никого не оповещая, мужчины сразу бросился туда, бросив все дела. В комнате собрались все целители семьи и окружили постель главной пациентки. На его внуков, лежащих на кроватях по бокам от её, не обращали внимания. Да что греха таить, за них и сам генерал волновался сейчас куда меньше: выживет девочка – и они следом поправятся, а нет, то и утянет за собой в последний полёт.
Главный целитель поприветствовал генерала и дал команду ученикам и коллегам отойти подальше, чтобы дать тому больше места и обзора. И то, что предстало перед ним, давало ему понять сразу – работы предстоит много и благородности ждать не придётся, её просто не будет.
На кровати спокойно лежала пришедшая в себя невестка. С ней было всё хорошо, разве что слабость одолевала и сонливость, но это последствия ритуала и восстановительных процессов. Но вот её глаза. Такого безразличия и холода он не видел ни у кого за всю жизнь. Дай ей в руки кто оружие и укажи на его внуков, она, он не сомневался, убила бы их не задумываясь, чтобы избавиться от угрозы, что видела в них до сих пор, и проблем.
– Оставьте нас, – скомандовал дракон, и все повиновались без лишних слов.
Заметив это, девушка тоже напряглась, теперь внимательно следя за каждым движением дракона, заставляя его тяжело вздохнуть. Да, работы непочатый край. Магия не сколько благословила его внуков, сколько наказала за всё содеянное… Ну и поделом им. Его забота теперь – это холодный и колючий ребёнок, преданный самыми близкими – семьёй.
– Тебе больше не нужно боятся, Анира, – начал было мужчина, но девушка дрогнула от собственного имени, а потом посмотрела на руку, где раньше он примечал украшение. Сейчас там ничего не было, даже ожога не осталось. Дрянь, а по-другому он тот артефакт назвать не мог, смело священным огнём.
– Анита, – тихо донеслось до него, заставляя прислушиваться сильнее. – Моё имя Анита.
– Анита. Тебе больше ничто не угрожает, всё позади. Я даю тебе слово, что ты в безопасности, – проговорить-то генерал проговорил, вот только на него так посмотрели, что стало понятно – не верит и не поверит ни единому слову.
Ещё и стрельнула глазами сначала в одного его внука, потом в другого, как бы безмолвно указывая на главную проблему и заботу. Свою или его – вот что важно. Над этим ещё предстояло подумать.
– Хорошо, – вновь тяжелый выдох вырвался из лёгкий мужчины, а затем он уселся на край её кровати, попутно отмечая, что она совершенно от него не шарахается – это хорошо. Только напряглась, словно готова бежать – а вот это плохо. – Давай на чистоту. Теперь и навсегда ты – часть нашей семьи, жена моих внуков. И развода быть не может, – прервал он ещё неозвученную девушкой фразу, хотя та уже открыла рот. – Ты умная девочка и должна понимать, что это значит. Вас связало магически и на очень глубоком уровне. Умрёшь ты – умрут они. Хотя изначально никто из вас не должен был выжить, это мы понимаем оба. Но Мир распорядился иначе. Он дал шанс тебе, шанс им и нашей семье. Я, как глава рода, буду помогать тебе освоиться на новом месте, жить так, как ты захочешь. А ещё помогу с внуками. Ты сама понимаешь, что их отдали на сожжение не за малые проступки, и хорошими мужьями им явно не быть. Уж первое время точно. Но эту заботу я возьму на себя. Твоя задача просто жить и постараться сблизиться с ними, дать им шанс в обмен на тот, что дала тебе Магия. Взамен я буду исполнять любые твои капризы: деньги, слава, богатства, знания и признание – всё, что только твоей душе угодно. Я готов на всё, знай это прежде, чем дать мне свой ответ.
И Анита молчала, обдумывая услышанное. Вот только предлагаемое ей было совершенно не нужно. Всё, чего она хотела, – это вернуться домой. Но учитывая условия и пояснения мужчины, она теперь была неразрывно связанна с это парочкой драконов, а значит, ей дорога в её прежний мир теперь закрыта навсегда.
Что же ей желать в таком случае, тем более после всего пережитого? То, на что мужчина готов будет пойти, лишь бы сложилась, в его понимании, новая семья. В то, что он приложит к появлению взаимоотношений между ней и своими внуками, Анита даже не сомневалась. Мужчина производил впечатление че… дракона слова и чести. И если он говорит, что с его мальчиками будут проблемы, значит, так оно и есть. Главное, что он готов решать эти самые проблемы, а не бросить на её плечи, закрыв троицу в этих покоях по их полного взаимопонимания.
Так можно ли даже в таком случае надеяться, что её услышат, даже сейчас, когда она уже может сама говорить, делать то, что пожелает, ещё и с таким карт-бланшем? Она не была глупой и понимала, дракон действительно даст ей всё, лишь бы и она сделала всё так, как хочет он. Слишком уверен в себе и своих силах, слишком хорошо понимает, что у неё нет ничего и даже сил идти против, но при этом предлагает выгодный им обоим выход.
А сейчас ещё и терпеливо ждёт, пока она всё обдумает и примет его предложение. В ином исходе не было резона. И всё же, сжав покрепче зубы и кулаки, Анита ответила:
– Вы не способны мне дать того, что я хочу.
– Что же это? – удивлённо поднял генерал брови. Что есть такого, что он не мог бы дать молодой и явно перспективной девице? Ещё и той, у которой за спиной никого не осталось, да и, судя по всему, не было изначально. Но она смогла его удивить вновь.
– Свобода. И вы не правы, я не понимаю, что же за связь между мной и вашими… внуками. Мне она совершенно ни о чём не говорит, я её даже не чувствую. Может её и нет. Я выполнила то, ради чего меня сюда притащили, и хочу лишь свободы.
– Притащили? – из всего этого мужчина смог выделить главную мысль, явно объединяющую все остальные, произнесённые ею только что.
Анита молчала ещё какое-то время, думая, стоит ли ему говорить правду. Да и что в ней такого, что стоит её вообще утаивать? Верно, ничего. Просто факт, о котором, похоже, эту семью решили не уведомлять изначально. Да и зачем, когда её роль была жертвенной ради убийства парочки драконов, выживших следом за ней, со слов этого же старика.
– Моё настоящее имя – Анита Везина, меня вырвали из моего мира, потому что я очень похожа на Аниарту и могла заменить её на том ритуале, – честно всё же ответила она.
Дракон нахмурился, переваривая полученную информацию. Слишком невероятна она была, но все факты на лицо. Хотя, девочка могла и просто повредится рассудком от случившегося. Вроде последствия болевого шока. И всё же он уточнил:
– Аниарта единственный ребёнок их семьи?
– Судя по всему да. Поэтому и подвергать её такому они не хотели. Ещё и не пожалели потратится на моё перемещение. А чтобы не проболталась и не позвала на помощь, ломая их планы, нацепили браслет, – девушка снова посмотрела на руку, где было украшение. Но сейчас его не было, сгорел. Вроде и хорошо, но как доказательство он бы очень подошёл. Сейчас же ей если и могли поверить, то делать это на слово станет не каждый – это она понимала весьма хорошо. Поэтому, видимо, понадеявшись на прочитанные когда-то книжки, и предложила следующее: – Если есть магическим способ подтвердить мои слова на правдивость, я готова свидетельствовать.
«Умная девочка», – в который раз отметил про себя дракон, внутренне сожалея, что ей достались такие глупцы из его семьи. Вот появись она куда позже, когда он вырастил бы достойного представителя как семьи, так и расы, то он с удовольствием свёл бы её и Тирелиса. – «Золото, а не дитя. Но досталась таким… Неисповедимы задумки Миры. Может всё и к лучшему».
Мужчина сделал пас рукой и в его ладонях оказалась небольшая сфера, едва светящаяся и переливающаяся. Про себя он тут же отметил, что девочка смотрит на неё как на обычную безделушку, даже, кажется, не понимая значения столь неоднозначного артефакта, что только ещё больше подтверждало её слова. А может просто была слишком хорошей актрисой.
Держа магическое ядро – древнейший артефакт защиты его рода, дракон попросил Аниту ещё раз произнести своё полное имя, возраст, расу и то, как она тут оказалась. И, что и следовало ожидать, ни словам она ни соврала.
Плохо это или хорошо, ещё предстояло понять. Одно лишь можно было сказать наверняка – дело усложнилось. Зато желание девушки стало куда понятнее дракону. И, учитывая обстоятельства связи её и его внуков, так же понимал, недостижимость сей просьбы.
Как Анита ему и сказала.
Но что ему тогда делать? Как найти то равновесие, что сделает их договор выполнимым. Чтобы и ей достигнуть желаемого, и им не остаться в накладе.
– Я понимаю, что желания своего ты не изменишь, возможно, никогда, – начал дракон, хорошо обдумывая едва ли не каждое слово. – Как и понимаешь те условия ситуации, что озвучил я, что идёт в разрез с твоим желанием. Найти то самое равновесное решение, что устроило бы нас с тобой, будет очень сложно. На внуков моих не смотри, от них уже ничего не зависит, – заметил он её взгляды в сторону соседних кроватей. – Их слова для меня теперь будут иметь гораздо меньший вес, чем твои, учти это и пользуйся, как вздумается, даже им во вред. Они заслужили, поверь. Но и ты меня пойми, я сделаю всё, чтобы они жили, раз уж так решила Магия, вас объединившая.
– Тогда… мне нечего просить, – прикрыла устало глаза Анита.
– Есть что. Я озвучил. А также любой вид защиты и пожеланий, даже если это всё против моих внуков, – усмехнулся невесело генерал. – В любом случае, время подумать у нас есть.
– Есть? – удивилась девушка.
– Ты пока не до конца выздоровела. Они тоже не пришли в себя, отдавая все свои силы тебе. Да, такова наша суть, для семьи, а тем более женщины и детей, мы делаем даже то, что сами от себя не ожидаем. Сейчас их драконы, что приняли тебя как часть своего гнезда, своего рода, отдают тебе все их силы на выздоровление. Когда ты поправишься, то тогда уже и они придут в себя. До этого момента у нас есть время найти компромисс, – и это было очень верное замечание. И поднявшись с кровати, мужчина добавил, направляясь к выходу: – Так что, пока отдыхай, наслаждайся новой жизнью в новом мире. Я сделаю всё, чтобы тебе было комфортно как дома. Проси, не стесняйся. А пока думай, и как придёт время, мы поговорим ещё раз. Отдыхай.
Анита и правда чувствовала, что этот разговор забрал все едва накопленные силы. Спать хотелось неимоверно, да и слабость одолевала пуще прежнего. Но слова старого дракона она не игнорировала, отмечая их справедливость. Она хорошо понимала его позицию заботливого, но справедливого главы рода, но и рада была, что он услышал её, что готов идти навстречу.
А компромисс с таким че… драконом найти будет куда проще. И она попробует. Отдохнёт, придёт в себя, попутно надумывая решения и их варианты, и таких, чтобы было больше плюсов для неё. В этом она уступать не будет даже ему. Он, по сути, ей совершенно никто. Нет, по, видимо, магическим законам этого мира, теперь кто-то важный, с кем стоит считаться. Но они для неё мало значат. Она не часть этой системы, она – погрешность. И будет грешить с выгодой для себя.
Девушка посмотрела сначала на одного лежащего неподалёку дракона, потом на второго. Мужья – так обозначил этот мир, связывая их какими-то непонятными ей связями. Они тоже никто. И судя по словам их старого родственника, на них вообще нет надежд и чаяний. Значит, в расчёт их брать не стоит. Разве что в такой, где их жизни ничто не будет угрожать.
«Тогда я найду решение. Время, действительно, пока есть», – выделила эту истину Анита, для себя же ещё отметив, что добьётся именно своего настоящего желания. Просто будет погрешность, которую придётся потерпеть. Но жертва стоит того.
И с этим дала себе, наконец, относительно спокойно уснуть.
Глава 7.
Компромисс
Анита
Восстановление шло медленно, но верно. Меня каждый день внимательно проверял личный целитель семьи, мониторил состояние как моё, так и драконов. Но у тех изменений не было. Мне же из-за этого доставалось больше внимания.
На вопрос о медлительности процесса исцеления целитель объяснил тем, что один из братьев уже был истощён. Магия, присутствовавшая при нашем бракосочетании, тоже взяла себе немного от него. Нет, конечно, она его хорошенько почистила от всего плохого, что на нём было, и ему бы уже во всю приходить в себя, вот только в этом уравнении появилась я, и дракон отдаёт всё мне по нашей связи.
– Таков закон Магии, – пожал целитель плечами. – С тем исключением, что у вас есть, но это всё же он.
– Исключением? – переспросила, прохаживаясь по комнате по его просьбе и под строгим наблюдением. Проверяет координацию или двигательные системы – этого я не знала, но доверилась врачу этого мира.
– Ваша связь односторонняя, не знаю, сказали ли вам до этого, – нахмурился целитель, я же остановилась и внимательнее посмотрела на него, кивнув. – Принцип вашего исцеления такой же, а не только брак с юными господами. Вас объединили, связали узами очень крепкими, но с тем лишь условием, что от вас ничего не требуется взамен: ни любви, ни понимания, ни магии. Лишь здоровье и защищённость, иначе драконы умрут, отдавая вам затраченное.
– Да, генерал старался объяснить, что у нас всё не совсем равно в мою пользу, – кивнула ещё раз, вспоминая наш недавний разговор.
Генерал вообще наведывался ко мне каждый день во время завтрака, предпочитая и свой проводить со мной. Во время трапез мы и обменивались новыми знаниями друг о друге, семье, мире вокруг и за пределами этого дома. Так же по его велению мне приносили из личной семейной библиотеки все книжки, что я попрошу или мне требуется узнать. Так что после утренней еды и до обеда, после него и вне вот таких вот проверок, я отдаюсь книгам, с оговоркой генералу: «Не переусердствовать».
Не скажу, что очень хорошо успела понять этот мир. Мне хватало базовых знаний, глубоко уходить не решилась, предпочтя постепенное погружение, ведь, со слов того же главы семьи, жить мне теперь долго за счёт мужей и их продолжительности жизни. А драконы, как выяснилось, довольно живучи и стареют о-о-очень поздно. Годам так к трёхстам по людским меркам.
Люди здесь тоже есть, но, как и ещё пара рас, живут полторы сотни лет. А маги так и вовсе все двести или даже двести пятьдесят, в зависимости от силы своей магии. Столько же живут и оборотни всех разновидностей животной ипостаси, разве что альфы стай так же из-за силы живут дольше остальных членов стаи.
Есть в Атаалиасе – так называется этот мир – и более сказочные для меня существа. В лесах живут эльфы трёх видов, дриады и полузмеи называемые нагами, в горах же – гномы и пещерные эльфы, каменные драконы. Драконы тут вообще довольно распространены, живут почти везде, как и люди с оборотнями, за тем исключением, что последних пускают не во все страны, считая больше дикарями, чем цивилизованными представителями ещё одной расы – такое себе выделение, как будто раса третьего мира, говоря земным языком.
Наги тоже меня удивили тем, что хоть и имеют свою высокую культуру, очень похожую на нашу восточную и азиатскую, предпочитают своих княжеств не покидать и нигде, кроме них, не селиться.
Но больше всего моё внимание привлекла глава о ведьмах! Она была маленькой, но содержательной по фактам. Ими всегда были женщины. У них был целый город, где они селятся семьями и живут поколениями. Предпочитают в мужья брать простых мужчин из числа людей немагов или тех же оборотней. С силой у них рождаются только девочки, а мальчики идут в отцов. Очень специфичны и обособлены от мира, хотя среди них часто встречаются путешественницы.
Встретить ведьму считается большой удачей у многих народов, ведь в них таится чистая сила, сродни той, что течёт в самых чистейших источниках этого мира. Иными словами – они дочери природы и несут её слово. Некоторые ведьмы-странницы так и говорят, что сам Мир зовёт их на новые места.
И, к сожалению, это была вся информация о них во всех тех книгах, что мне выдали или я просила принести. В остальных же затрагивались жизнь и быт других рас. Больше, конечно, говорилось о драконах и тех, с кем они активнее всего ведут политику, торги и даже конфронтации.
Но меня это мало интересовало. Даже то, что здесь есть школы, академии и университеты, преподающие магические и не только науки и помогающие в приручении своей магии. Как сказал целитель, во мне магия не появилась даже после бракосочетания, что, по его словам, невозможно. Хотя сам наш брак с драконами выходил за рамки реальности даже этого удивительного мира. И он предполагал, что у меня всё же есть источник магии, просто спящий, либо он мог зародиться после свадьбы.
Вот только ничего не произошло. Магии во мне всё так же не было. И как я при этом выжила – это самый большой секрет для всех. Правда, мужчина заметил, что всё же во мне что-то ощущает. Что – непонятно и неизвестно. И есть шанс, что именно поэтому всё так, как есть на данный момент.
– Снова ты за этими книжками, – по-доброму усмехнулся генерал, решивший, видимо, навестить меня ещё и перед ужином. – Тебе следует больше отдыхать.
– Я уже вполне сносно себя чувствую. Силы возвращаются с каждым днём всё больше, – отложила я фолиант с семейным кодексом, правилами формирования ячейки и поведения, если расы брачующихся отличны друг от друга. Эту книгу мне подсунули явно специально, хотя я ни намёка в эту сторону не давала. Но других новых так же не принесли, завуалированно давая понять, что именно мне следует изучить ещё.
– Это хорошие новости, – кивнул мужчина и присел за стол, где мне удобнее было изучать книги. Вообще стол сюда я попросила принести, для удобства приёма пищи, а то делать это, полулёжа на кровати, мне очень надоело уже на третий день. – Интересный выбор чтива.
– Его выбирала не я, – призналась на его замечание, чем вызвала удивлённо приподнятые брови. – Мне больше пока интересен сам ваш мир, его устройство, население, законы и традиции, нежели особенности брака с мужчинами драконами, когда как я – женщина-человек.
– Не скажу, что тебе не следует этого знать, но и сейчас не совсем то время для подобной литературы, – хмыкнул генерал, бросив взгляд на всё ещё «спящих» внуков. – Не удивлюсь, если тебе это принесли по велению моей дочери, матери этих оболтусов, – честно признался старик.
– Вот как, тогда всё понятно. Она надеется на наше понимание и быстрое нахождение взаимопонимания, – не могла не заметить я, на что дракон кивнул. – Но этого не будет. Вы сами это прекрасно понимаете. Даже если я постараюсь, то эффекта сие не возымеет. Не на них.
Такими простыми фразами я лишь подтвердила, что уже знаю о его внуках чуть больше, чем ему бы хотелось. Но только правду. И о надменности, жестокости, дурости, и о женских гаремах, которые везде считаются незаконными, но почему-то драконы решили последовать модному веянию от солнечных эльфов, считающих себя венцом творения.
Минуту между нами висела тяжёлая пауза, которую мужчина прервал тяжелым вздохом с прикрытыми глазами, а потом очень серьёзно посмотрел на меня и сказал:
– Что же тогда ты намерена делать? Ты ведь уже обдумала те аргументы, что выставишь со своей стороны, когда мы будем искать более приятный нам обоим компромисс.
О том, что я часто размышляю и иногда даже вслух, когда никого нет, главе семьи явно докладывали. А может он просто такой проницательный, что тоже не исключено, и всё видел по моему лицу и взгляду на своих внуков – я смотрела на них как на пустое место или простых незнакомцев- проходимцев, коими они для меня в сути своей и были.
– Вы знаете, чего я больше всего хочу. С погрешностью того, что полностью свободной я стать не могу, не убив при этом ваших внуков, а убийцей я быть не хочу и не могу… я хочу покинуть вашу семью и уйти, – немного спутанно, но донесла свою конечную мысль. – Дайте мне денег на первое время, как компенсацию, помогите с документами, если у вас в мире так удостоверяют свою личность, и я покину вас. Вашим парням я вряд ли нужна. У них и своих женщин хватает. Пусть живут дальше, как жили. Я на них не претендую, и ни на что, чем они владеют.
В комнате вновь повисла тишина. Я спокойна ждала ответа, когда как старый дракон хмуро размышлял над услышанным. То, что ему не нравились мои решения и слова, это было ясно как день. Но и абсолютно несогласен он не был, потому и обдумывал то, что скажет дальше, а не спешил меня разуверить или заставить передумать.
Через несколько минут, когда я уже подумывала вернуться к чтению, глава семьи откинулся на спинку своего стула и более осознанно посмотрел в мою сторону. Значит, обдумал сказанное и готов выдать свой вердикт. Так и оказалось:
– Я не могу дать тебе уйти, – сказал дракон словно отрезал. Жёстко и чётко. – Неизвестно, что повлечёт за собой твой уход. Как это отразиться на жизни мальчиков. А вдруг ты попадёшь в опасность и с тобой что-то сделается, они ведь тут же свалялся, отдавая тебе силы, а может даже сразу мёртвыми, не выживи ты.
– Дайте защитный артефакт или такой, что сразу унесёт меня в безопасное место. Я не хочу прозябать в четырёх стенах комнат, где они запрут меня «во избежание». А они это сделают, давайте будем честны. Чтобы не мешала или вам не донесла. А если попробую, кто знает, что они предпримут ради моего молчания. Я слабый человек, а они – драконы. Да, весь ваш мир опасен для почти ничего не знающей меня. Но я хочу его узнать. Увидеть своими глазами, а не страницами книг, – указала взмахом на все два подоконника этой комнаты, заставленных этими самыми книгами. – Дайте мне это, вы в состоянии. И вы прекрасно понимаете, что я и сама не дам себя запереть. Даже сейчас я сижу в этой комнате только потому, что не до конца выздоровела, что это нужно им, со слов целителя. И как только они очнуться, я попрошу найти мне другую комнату. А если запрёте, то это будет во вред. Вы прекрасно просчитали и эти моменты, верно? Вы тоже ищете выход из этой непростой ситуации. Но его нет. Признайте это.
От дракона снова последовал тяжёлый вздох. А потом он просто поднялся со своего места и направился к выходу. И лишь у кровати старшего внука, который на свадьбе был на своих ногах, остановился, и сказал:
– Я признаю твою правоту, – при этом голос его звучал глухо и как бы через силу, словно ему совсем не хотелось этого. Вот только правда есть правда, от неё никуда не деться. – И обдумаю твои слова. Хотя хотел предложить тебе целое поместье, еженедельные выплаты, штат слуг и исполнение любых прихотей, – и тут же «честно» покаялся.
