Девушка только плечами пожала:
– Даже если нет – хуже все равно не будет: здесь даже присесть некуда.
Честно говоря, Элиаш не припоминал, чтобы Летисия раньше была настолько отважной (если, если конечно дело не касалось Мяу), но спорить с девушкой эльф почему- то не рискнул.
В коридоре дриада, недолго думая, шагнула к ближайшей двери: вряд ли слуа собирался предлагать гостям комнаты в разных краях дома.
Это была спальня. С точки зрения эльфа, самая обычная спальня, надо сказать: узкая кровать, небольшой шкаф, письменный стол. Ну, разве что мох на стенах делал эту комнату несколько необычной, но учитывая обстановку в гостиной, Элиаш решил, что это типично для слуа.
А вот Летти замерла на пороге, словно молнией пораженная. Взгляд метался по помещению, и девушка и сама не могла понять, что же так встревожило ее. Сердце вдруг пропустило удар, а потом вдруг заколотилось, как бешенное, во рту появился странный металлический привкус, и девушка, сама до конца не понимая, что она делает, шагнула к столу, медленно открыла один из ящиков, вытащила лежащего там сложенного из бумаги журавлика… Почему- то в этот момент она твердо знала, что он должен, нет, даже обязан лежать там.
– Что ты делаешь? – нахмурился эльф.
Летисия вздрогнула, словно просыпаясь, оглянулась на друга:
– Я… Я не знаю… Мне… Мне почему- то кажется, что я здесь уже когда- то была.
– Может, ваше племя имеет какие- то контакты со слуа, и вы сюда приходили?
– Нет, – мотнула головой девушка, – мне даже это название ничего не говорит, я бы запомнила…
– Что вы здесь делаете?! – в голосе невесть когда появившегося у входа Рэя звучало ничем неприкрытое раздражение, и Летти поспешно спрятала за спину руку с зажатым в ней журавликом.
– Я… Мы просто зашли! – поспешно принялась оправдываться дриада. Почему- то ей стало очень неуютно, словно ее застали за чем- то непристойным.
– Мы решили, что… – роль защитника досталась на этот раз Элиашу.
– Мне все равно, что вы решили, – оборвал его разъяренный Рэй – на миг Летисии показалось, что черные глаза мужчины даже полыхнули алым, – здесь вам делать нечего. Сидели в гостиной, вот там и сидите!
– Да, но… – попыталась оправдаться девушка. Она и сама не могла понять, почему ей вдруг стало так важно, чтоб слуа понял, что ничего плохого они не замышляли.
– Никаких «но»! В гостиную – живо!
Уже почти зайдя в комнату, где сидели Ноа с Эмили (кажется, увлеченные друг другом юварки даже не заметили, что Летти с Элиашем куда- то уходили), дриада все- таки решилась оглянуться и спросить:
– А почему нам нельзя туда заходить?! Можно подумать это какой- то музей!
– Это комната моего брата, – горько обронил слуа. – Он погиб семнадцать лет назад, – и захлопнул дверь с обратной стороны.
Лишь теперь Летти поняла, что она по- прежнему держит в руке бумажного журавлика… Осторожно поместив фигурку на столик, девушка хмыкнула:
– Я ж говорю, ненормальный он какой- то. То в гости приглашает, то запирает в четырех стенах. То молчит как партизан, то рассказывает, кто там где у него помер.
– Он не хотел рассказывать, – вдруг тихо обронил наконец отвлекшийся от своей Эмили Ноа. – Оно случайно получилось. Само вырвалось.
– Даже если само, – отмахнулась дриада. – Ну¸ подумаешь, погиб! Нет, я понимаю, это все очень печально, но мы все живем в лесу, тут каждый день кто- нибудь погибает! Лес сам по себе не предназначен для жизни любого разумного существа.
– Слуа другие, – опустил глаза юварка. – Ты ведь сама слышала, лес не причиняет им вреда. У Рэя другая проблема – он считает себя виновным в смерти брата.
– А что с ним случилось? – тут же заинтересовалась Летисия.
– Не знаю, – вздохнул мужчина, медленно проводя ладонью по плечу молчащей Эмили.
– А ты почему молчишь? – внимание Летисии переключилось на подругу Ноа. – Вы ведь все мысли читать умеете. Так что там у этого Рэя с братом случилось?
Девушка опустила глаза:
– Во время Рубежа все меняется: мысли и чувства воспринимают мужчины, а не женщины. Ноа и так сообщил тебе слишком много. Я бы не рассказала и половины.
– Почему?
Та вздохнула:
– Это слишком… личное.
На этом диалог заглох так толком и не начавшись. Впрочем, Летти особо не расстроилась, решив, что раз ей ничего не рассказали юварки, то она и сама может узнать все, что ее интересует.
Девушка отвернулась от влюбленной парочки и направилась к непонятной капле, возле которой как раз крутился невесть когда сползший с плеча Летисии и совершенно забытый дриадой Мяу. Пушистый клубок уже несколько раз пытался залезть на эту самую «каплю», но каждый раз скатывался с нее.
Путешественница опустилась на колени возле странного предмета и, не обращая внимания на нахмурившегося Элиаша, ковырнула диковинную вещь пальцем. Та оказалась мягкой, упругой и ковыряться совершенно отказалась. Тут бы как раз пригодился нож эльфа – проверить, так сказать, на прочность, но прежде чем девушка успела попросить спутника, как за спиной послышался мрачный голос:
– После того, как потыкаешь пальцем, можешь еще и подпалить. Это кресло мне никогда особо не нравилось.
Дриада оглянулась: стоявший на пороге Рэй удерживал на одной руке поднос, заставленный какими- то тарелками, а в другой руке зажал закупоренную бутылку.
Поставив принесенное на столик, мужчина, на миг поджав губы, подхватил оставленного журавлика, бросил короткий взгляд на Летисию и, проглотив незаданный вопрос (скорей всего это было «Какой идиот его сюда притащил?»), подтащил столик к дивану, на котором сидели юварки.
– Вино кто- нибудь пьет? Или я один алкоголик?
– Вино? А что такое «вино»? – заинтересовалась дриада.
Элиаш на миг представил, что будет с девушкой, если она еще и напьется, и решительно заявил:
– Ничего особенного, даже не пробуй!
– Нет, почему?! – в глазах Рэя запрыгали искорки. – Хорошая вещь, тебе стоит попробовать! – мужчина небрежно откупорил бутылку, плеснул ее содержимого в стакан и протянул дриаде.
– Не надо! – рявкнул Элиаш.
– Не стоит, – поддержали его юварки.
Вот тут Летисия обиделась. Нет, ну, в самом деле, почему они все так распоряжаются ее жизнью? И девушка, выхватив стакан из руки слуа, решительно выпила его до дна.
Что было потом, Летисия запомнила смутно. Кажется, она ужинала вместе со всеми, выпивала еще этого странного напитка, она что- то говорила, шутила, потом, кажется, вешалась на шею к Элиашу и плакала, спрятав лицо у него на груди, потом… А что было потом уже не известно…
…Проснувшись, Летисия некоторое время лежала, не шевелясь и пытаясь собраться с мыслями. Виски дико болели, и вообще дриаде было плохо. Хотелось прикинуться ветошью и спокойно лежать, надеясь, что все пройдет само собой. Из отрывистых воспоминаний в голове крутилась только одна фраза Рэя: «Ни в коем случае не выходите сами из дома». Хотя… Еще не известно, говоил ли слуа это на самом деле или девушка все это придумала.
Рядом зашевелилось что- то мягкое и пушистое, и дриада, наконец, рискнула открыть глаза. В комнате царила темнота, лишь легкий лунный свет проникал через окно, да горел небольшой ночник, стоящий на тумбочке возле кровати. Под боком у Летти примостился Мяу. Почувствовав, что девушка проснулась, заглот приоткрыл голубой глаз и, соскользнув с кровати на пол, покатился куда- то в темноту.
– Ты куда? – охнула Летисия и, с трудом встав с кровати, подхватила с тумбочки ночник и шагнула вслед за заглотом.
Пушистый шарик она обнаружила в потемках, у самой двери. Мяу крутился на месте и чуть ли не поскуливал: он уже и в тонкий блин пытался вытянуться, чтоб проскользнуть под дверью, но пока у него это не получалось.
Девушка нахмурилась и, не придумав ничего лучше, потянула за ручку. Зверек выскользнул в коридор, и дриада шагнула за заглотом, благо, она была одета.
В коридоре, в отличие от комнаты, было светло. Кажется, это мох на стенах фосфорецировал, но сейчас Летисии было не до того, чтобы размышлять. Девушка, с трудом пытаясь не обращать внимания на головную боль и подступающую к горлу тошноту, шла за заглотом. Новая дверь и заглот уверенно направился к ней. Летти ничего не оставалось, как вновь потянуть за ручку…
И лишь когда Мяу, соскользнув со ступенек, выскользнул на улицу и пропал где- то в темноте переулков, Летти поняла, как же она сглупила.
– Надо было его покормить, – мрачно буркнула дриада.
Первые несколько минут путешественница, памятуя о предупреждении Рэя, ждала, что заглот вернется, но, когда тот так и не появился, решительно шагнула со ступенек.
Глава четвертая
"Выбор с тавром священен. Выбор с тавром пожизнен.
Посягнувшего на выбор против воли выбирающей ждет смерть. Посягнувшего по ее воле – ждет арена. "
Негласный закон Неблагого Двора.
Прошедший кислотный дождь почти не изменил облик Неблагого Двора. Случись такой ливень в Лесу – родном поселении дриады – и деревья были бы полностью покрыты изъязвлениями, по земле было бы трудно пройти – все превращалось в грязь, – а здесь на ровных покрытых непонятным материалом улицах все осталось как было. Капли дождя совершенно не изуродовали ровное покрытие, лишь слегка потемнели стены срубов – домов.
Лишь теперь, в темноте, Летисия разглядела, что почти возле каждого дома стоят ровные высокие палки, светящиеся вверху. Света они давали не так уж много, но обойти кислотную лужу или, присмотревшись, увидеть мохнатую кляксу, шмыгнувшую за угол, можно было. Ну, еще и некоторые окна светились в темноте.
– Мяу! – отчаянно крикнула Летти, поспешив за заглотом, но тот даже не подумал вернуться.
Домашний зверек мелькал где- то впереди, петляя по темным улицам и плутая по переулкам. Дриада уже несколько раз звала его, но увы, безрезультатно. Заглот так и не остановился. Он словно игрался с Летисией: останавливался на несколько мгновений, подпуская ее поближе, и вновь устремлялся вперед, в темноту.
Внезапно впереди послышались голоса, и девушка, поняв, что она окончательно потеряла Мяу, замедлила шаг: сердце почему- то сбилось с ритма, а на душе вдруг стало неуютно. А еще через мгновение из- за угла вышла веселая компания, состоявшая из пяти- шести юношей, ровесников Элиаша.
Голоса мгновенно стихли, и на улице повисла какая- то вязкая, неприятная тишина. Но уже в следующий миг ее разорвал мужской голос:
– Какая милая крошка! Да еще и в одиночестве! – а еще через мгновение все эти парни окружили дриаду.
Девушка сама не могла понять, почему ей так неуютно. Вроде бы бояться нечего: перед ней слуа, одним из которых был Рэй. Это не кынсы, не лесные звери какие- то, но в душу ледяной змейкой закрался страх.
Один из парней вдруг схватил Летти за запястье, не обращая внимания на ее сопротивление, перевернул руку девушки ладонью кверху и удивленно фыркнул:
– Гляди- ка, она и выбора еще не сделала!
Чья- то ладонь коснулась плеча девушки, кто- то прикоснулся к спине…
– Не трогайте меня! – отшатнулась дриада.
– Надо же, какая недотрога! – глумливо протянул один из парней, медленно повел пальцами по щеке Летисии.
– Не прикасайтесь! – выкрикнула Летти. Казалось, сердце, отчаянно колотясь, застряло в горле.
– Да что ты говоришь!
Издевательский смешок:
– Такая милая девочка и такая злюка!
Летти шарахнулась в сторону, на миг вырвалась из кольца и прижалась спиной к стене, загнанным зверем озираясь по сторонам. Она не знала, чего от нее хотят, но даже в Улье у кынс ей не было так страшно…
Новое прикосновение к плечу, подленькое хихиканье:
– Надо было выбор делать, прежде чем ночью выходить…
– Так она его уже сделала! – знакомый голос заставил сжавшуюся в комок дриаду вскинуть голову и облегченно всхлипнуть.
В конце улицы стоял, покачиваясь с носка на пятку и спрятав руки в карманах брюк, Дин. А у его ног крутился Мяу…
И пусть Летти видела этого парня второй раз в жизни, но сейчас ей стало так спокойно…
– Вали отсюда, Шер, она наша! – хрипло обронил один из парней.
– С чего бы это? – фыркнул племянник Рэя, проталкиваясь между окруживших Летисию парней и подходя к ней.
– Она выбора не сделала!
– Мы первые ее увидели!
– Она? Выбора? – хмыкнул боец, подхватывая Летисию под локоток. – Мир, тебе, похоже, в последнем бою на ринге все мозги выбили. Вспомни, она сделала выбор еще прошлой весной. Ты же сам видел. Правда, дорогая? – сладко улыбнулся он Летти.
– Да! – выпалила дриада, не понимая, на что она сейчас соглашается, но при этом прекрасно осознавая, что другого выхода у нее нет.
– И кого она выбрала? Тебя, что ли? – вмешался в разговор второй парень.
По губам Дина скользнула ухмылка:
– Кер, я просто восхищаюсь твоей гениальности. Ну, не тебя же!
– Запястье покажи, – прищурился тот, кого назвали Миром. – У нее тавра нет. А у тебя?
– Мы еще не успели, правда, золотце? Завтра как раз собирались.
– Врешь, – хмыкнул Кер.
Вместо ответа Дин ударил. Коротко, без размаха, целясь говорившему в челюсть.
Но одного этого удара было достаточно для того, чтобы парень рухнул на землю, как подкошенный.
Дин хрустнул костяшками пальцев и обвел взглядом мгновенно замолчавшую компанию:
– Кто- нибудь еще хочет обвинить меня во лжи? Нет?.. Пошли, солнышко, у нас еще много дел до рассвета. Только своего кляксика забери, а то он так по тебе скучал, даже меня сюда привел…
Летти послушно шла за слуа, и, лишь когда подгулявшая компания осталась позади, девушка остановилась и, не обращая никакого внимания ни на грязь, ни на листья, без сил опустилась на землю:
– Мне плохо. Мне очень плохо.
– Понимаю, – хмыкнул Дин. – Но надо было думать головой, прежде чем из дома ночью выходить… – парень помолчал и добавил: – Вставай, пойдем выпьем чего- нибудь в каком- нибудь ближайшем кабаке, а потом я отведу тебя к дяде. Я так понимаю, он пообещал вам защиту.
– Вроде бы… – не стала спорить дриада. Напряжение спало, и сейчас девушка была в таком состоянии, что ей уже было все равно.
– Пошли, – потянул ее за руку слуа. – Мне самому надо выпить.
Поплутав некоторое время по улицам, парочка остановилась перед срубом, над входом в который висела вывеска с непонятной дриаде надписью. В доме горел свет и слышались веселые голоса. Дин толкнул дверь и, шагнув внутрь, потянул дриаду за собой.
В помещении было не протолкнуться, но Дин легко нашел пустующий столик (а может и не нашел, а выгнал из- за него кого- то, Летисия не обратила на это внимания) и махнул рукой дриаде:
– Присаживайся! – опустился на второй стул.
Девушка послушно присела рядом и оглянулась по сторонам.
Как и в доме у Рэя, стены здесь были покрыты зеленым мхом, но если дом приятеля Ноа явно был жилым, то это скорее было какое- то общественное место. Вокруг стояло множество столиков, за которыми, весело переговариваясь, сидели посетители. Почему- то, большей частью только мужчины. Летти разглядела во всей этой толпе всего лишь одну или две женщины.
К столу, за которым сидели вновь прибывшие, подошел, помахивая плохо сшитым блокнотом, парень с длинными волосами:
– Привет, Шер, тебе как обыч… – оборвав речь на полуслове, он замер, изучающе оглядывая Летисию.
Девушка поежилась: ей вновь стало неуютно под его хищным взглядом.
– Расслабься, Тир, – ухмыльнулся Дин. – Она уже сделала выбор.
– Хочешь сказать, что это ты? Руку покажи.
– Завтра пойдем ставить, – отмахнулся парень.
Его знакомый на миг прищурился, а потом кивнул:
– В любом случае, я бы посоветовал тебе не отпускать свою выбравшую дальше чем на шаг от себя: я тут видел Мира с его компанией, а они тебе на слово не поверят.
– Я их уже тоже видел!
– И?
– Они поверили мне на слово!
– Заказывать ты что будешь, Поверили? – скептически хмыкнули ему в ответ. – Как обычно?
– Да, и бокал какого- нибудь сладкого вина.
Минут через двадцать парочке принесли бокал вина, бокал с каким- то коричневатым, непонятно пахнущим, напитком и тарелку с нарезкой. Сосуд с коричневой жидкостью Дин подтянул к себе, а с вином – пододвинул Летисии:
– Это тебе.
– Не- не- не! Я не буду! –дриада отчаянно замахала руками: у нее и так болела голова, а связать между собой выпитое у Рэя вино и нынешние неприятные ощущения девушка смогла.
– Пей, от тебя ж перегаром свежим пахнет. Легче будет.
– В смысле? – подняла на него глаза девушка.
– Голова болит?
– Болит.
– Вечером вино, водку, коньяк пила? – кажется, слуа и так прекрасно знал, какой ответ он получит, но вопросы почему- то все равно задавал.
– Вино пила, – неуверенно протянула Летти. – А остальное это что?
– Не важно, – отмахнулся парень. – Пей, легче будет.
Девушка неуверенно отхлебнула из бокала. Напиток, которым вчера угощал Рэй, был намного кислее, так что этот понравился девушке больше. Отпив, Летти протянула руку, чтобы взять с тарелки чего- нибудь перекусить, но пальцы наткнулись на что- то мягкое и пушистое, а еще через мгновение с тарелки скатился сыто икающий Мяу.
Дин потыкал пальцем в зверя и кисло поинтересовался:
– У него заворота кишок от обжорства не будет?
– Нет, это же заглот…
– Понятно, значит, я остался без закуси… Тир, – махнул он рукой, – повтори закуску! – а потом повернулся к Летисии: – Раз уж я второй раз подряд признаюсь в том, что ты меня выбрала, пора мне, наконец, хоть имя твое узнать. Тебя как зовут, выбравшая?
– Летти… А что значит «выбравшая»? Как я могу тебя выбрать? И из кого?
Тир как раз принес новую тарелку с едой, забрал пустую, так что Дину пришлось некоторое время помолчать, ожидая, пока знакомый уйдет.
На этот раз девушка предусмотрительно посадила Мяу себе на колени, так что заглоту ничего не досталось, и приготовилась слушать ответ. Дин подцепил с тарелки кусок вяленого мяса и пожал плечами:
– Из остальных свободных мужчин племени. В Неблагом Дворе очень мало женщин, так что приходится либо полагаться на их выбор, либо искать в другом месте.
– Они приняли меня за жительницу Двора? Тогда, если выбор делаю я, почему они на меня так кидались? И что они вообще от меня хотели?
Тут Дин уже замялся с ответом.
Его спас Мяу. Пока парень подбирал подходящий ответ, заглот умудрился выпутаться из захвата Летисии и залезть на стол. Дин и оглянуться не успел, как тарелка с закуской была пуста.
– Похоже, я сегодня разорюсь! – выдохнул слуа, правда, особой печали в его голосе не прозвучало. – Тир, повтори!
Некоторое время за столиком царила тишина, Летти цедила вино из бокала, слуа задумчиво крутил в руке фужер со своим напитком, а к тому моменту, как заказ Дина был выполнен, дриада совершенно забыла о своем вопросе. Но вспомнила о кое- чем другом:
– А почему они тебя Шером называли? Тебя же Дин зовут.
Парень пожал плечами:
– Дин – личное имя. Шер – родовое. Дин- Шер. Рэй- Шер. Доль- Шер.
– Как? – не поняла дриада.
– Дольшер, – повторил парень. – Так моего отца зваали.
Уже успевшая выпить полбокала вина и захмелевшая от непривычного напитка дриада пьяненько захихикала:
– А у меня четвертую маму Дольшери зовут. И вроде бы она… – договорить Летисия не успела: в этот миг, оглушительно ударившись об стену, распахнулась дверь и, перекрывая гомон толпы, по помещению пронесся злой крик:
– Где этот Шер?! Он ведь каждый вечер тут торчит?!
Дин недоумевающее нахмурившись, обернулся к двери:
– Мир? В чем дело? Мало досталось?!
Глава банды, выловившей до этого Летисию, преодолел расстояние от двери до Дина в несколько прыжков, вцепился в ворот рубахи спутника Летти, выдергивая парня из- за стола:
– Не понимаешь, Шер?!
Юноша легко отбил в сторону руку взбешенного знакомого:
– Именно.
Но того было уже не остановить. Мир резко толкнул Дина в грудь, а потом прижав его локтем к стене прошипел:
– Совсем не понимаешь?! Это что?! – и он сунул под самый нос юноше кулак с зажатым в нем кинжалом. – Это твой нож, Шер, на нем еще не засохла кровь жряка!
– И что с того?!
Мир вновь резко ударил Дина спиной о стену:
– А то, что я только что нашел его в комнате у Майи!
Побледневший слуа медленно опустил взгляд на лезвие, застывшее перед самым его лицом и тихо выдохнул:
– Да твою ж…
– Скорей, твою, Шер, – хищно осклабился Мир. На миг приотпустив пленника, мужчина обвел взглядом притихшее помещение: – Все слышали?! Он признал. Кто отведет на арену?
В следующий миг со всех сторон послышались какие- то возгласы, выкрики, и, пока ничего не понимающая Летисия все еще пыталась сообразить, что же здесь творится, все присутствующие буквально вынесли на улицу Дина и отпустившего его, зло усмехающегося, Мира.
Уже через мгновение в заведении остались только стоящий за стойкой Тир и Летти. Да еще и сыто икающий Мяу, успевший за время переполоха доесть все на тарелке.
Официант, стоявший за стойкой, обвел взглядом пустое помещение и зло сплюнул на пол:
– Вот же Шер…Я теперь на весь вечер без получки…
– Что… Что здесь произошло? – растерянно спросила дриада, встретившись с парнем взглядом. – Куда они повели Дина?
– Глухая, что ли? На арену.
– Зачем?!
– Слушай, ты что, не местная? За супружескую измену только одно наказание. Майе, конечно, ничего не будет, а Дину не повезло… Кстати, а ты точно его выбирала? Он не врал? А то ты вопросы такие задаешь… – парень смерил девушку долгим расчетливым взглядом.
– Точно – точно! – Летисия уже уяснила, как надо отвечать на такой вопрос. – А зачем его на арену? – какая связь между наказанием и сражением она не поняла. – Или он сражался с жряком в наказание?
– Да при чем здесь жряк? – скривился официант, начиная медленно обходить залу и собирая со столов посуду. – То было развлечение. А сейчас он с нашим обиженным Миром сражаться будет.
Летти вспомнила, как легко Дин отключил Кера, и облегченно улыбнулась:
– Думаю, он с ним справится.
Тир только плечами равнодушно пожал:
– Только с Миром справился бы. Но я думаю, весь его род выйдет. С двумя десятками даже Дину не справиться. Если не забьют насмерть, изгнание ему точно светит.
Летти замерла, на миг закусив губу, а потом вскочив со стула, рванулась к парню, схватила его за руку:
– Ты знаешь, где живет Рэйшер?
– Ну, знаю, и что? – нахмурился Тир.
– Отведи меня к нему!
– Сама, что ли не знаешь?
– Отведи! – сама бы она до нужного дома вряд ли добралась.
Слуа на миг задумался, а потом поставил грязную посуду обратно на ближайший стол:
– Пошли. Все равно, до утра никто сюда не придет – все Дином заняты.
Как оказалось, идти пришлось не так уж далеко. Уже через несколько минут Тир остановился перед одним из срубов и ткнул пальцем в дверь:
– Тебе туда. Я не пойду – Рэй меня не любит.
Летти уже шагнула вперед, когда слуа перехватил ее за локоток:
– И еще одно. Тавро пока ни тебе, ни Дину не поставили, так что если что, можешь выбрать меня. Никто не скажет, что ты нарушила выбор. Особенно, если Шер погибнет.
– Обязательно! – фыркнула путешественница и, вырвавшись из цепкой хватки, поспешила к дому. – Пошли, Мяу!
