Так и не дослушав мать, Владыка Ночи расправил крылья и взмыл в небо. Богиня долго провожала сына взглядом. Что-то подсказывало Лилит, что таким, как прежде, он уже не вернется.
___
Возможно, думал Азазель, следует внять совету Лилит и отпустить Эвиет, оставив о ней лишь несколько приятных воспоминаний. Было предчувствие, что сила, о которой предупреждала Богиня, и в самом деле может обернуться против своего хозяина. С другой стороны, как именно это может произойти? Лилит говорила об этом весьма абстрактно, что «тьма поглотит», «станет тобой управлять». Невозможно было понять, что же случится, если Азазель перешагнет черту и подчинит Эвиет с помощью своей магии. И если так разобраться, боевое применение этой силы, равно как и применение на животных, никак особо не меняло Владыку Ночи. Что плохого может случиться, если он воспользуется ей еще один раз на еще одном человеке? Тем более, Эвиет сама напросилась, чересчур упряма! Конечно, ей слава вскружила голову, вот и строит из себя чуть ли не богиню! Пора показать ей истинное могущество Бессмертных. Все, хватит раздумывать! Пора действовать!
С этими мыслями Азазель сидел на небольшой площадке одного из высотных зданий города. Как только Владыка Ночи договорился с самим собой, он встал в полный рост, распростер руки и отправился в полет. На эту судьбоносную встречу с Эвиет Первенец даже надел церемониальные золотые доспехи, которые было положено носить лишь на нескольких главных торжествах в течение года. Он уже заранее приметил, где Эвиет живет, где выступает, и каков ее приблизительный распорядок дня. Певица часто любила погулять в городском парке где-то под вечер, пока солнце еще не зашло, но уже надвигались сумерки. Пару дней шел дождь, потом было слишком многолюдно, потом мешал напарник-бард. Наконец, Владыка Ночи выждал, когда певица гуляла в парке одна. Людей было действительно на редкость мало. Кроме Эвиет, была пара-тройка влюбленных парочек, да еще старушка, которая кормила здесь птиц почти каждый день. Вот она, милая Эвиет! Когда девушка завернула за угол зеленых насаждений, служивших в парке стенами, Азазель, будто коршун, бросился вниз и преградил ей путь. Блеск заката отразился в золотых латах и ослепил Эвиет. Девушка вскрикнула, но быстро поняла, что произошло и отошла от испуга.
– Азазель! – Выпалила певица, не скрывая раздражения. – Ну, сколько уже можно! Хватит! Так и будешь везде за мной летать? Пойми, бесполезно это! Побереги крылья!
– Погоди Эвиет! У меня есть для тебя один последний, прощальный подарок!
– Ну если действительно последний…. Тогда давай быстрее! И покончим с этим раз и навсегда!
– Смотри мне в глаза, милая Эвиет! Смотри внимательно! – Азазель ухватил девушку за плечи и уставился на нее сверлящим душу взглядом. Эвиет будто молния ударила: девушка тут же поняла, что случится дальше, но уже не могла сопротивляться. Даже отвернуться или закрыть глаза не успела. Азазель всматривался все глубже и глубже, и испустил глубокий вздох. Вокруг стало быстро темнеть, тьма начала сгущаться, а потом собралась в одну точку и вошла в глаза певицы. Черный туман проваливался глубже, прямо в душу Эвиет. Азазель отпустил ее. Певица почувствовала, что с трудом держится на ногах и, попятившись назад, оперлась о стену зеленых насаждений. Ей казалось, что она задыхается, и она пыталась ловить каждый глоток воздуха, но вскоре певица задышала, как обычно. Тьма, сплошной пеленой заполнившая ее глазницы, исчезла, вновь открыв ее необычайно красивые глаза. Эвиет толком не поняла, что произошло, но первое, что она почувствовала, придя в себя – это непреодолимое влечение к Азазелю.
– Что ты теперь скажешь, любовь моя! – Победоносно заявил Владыка Ночи
– Возможно, я действительно была не права! – голос девушки дрожал, и она даже немного откашлялась, так как ей вдруг показалось, что тьма опять ее душит. – Я просто плохо тебя понимала. Да что там плохо, мне и близко не дано понять, как это – быть богом, Первенцем нашей Прародительницы, защитником городов…. Видимо, я сама боялась твоей любви. Решила убежать. Это было глупо, прости….
Победа! Сила действует, и даже лучше, чем Азазель предполагал: Эвиет даже не чувствовала, что ей управляет его магия! Зато Азазель четко ощущал тьму, заполнившую душу Эвиет, и чувствовал власть над ней. Не стоило ей испытывать терпение Бессмертного и заставлять его явить свое могущество. Теперь милая Эвиет останется с Владыкой Ночи навсегда:
– Хорошо, я не привык держать зло. Считай что я тебя уже простил. И ты прости, если тебя чем-то обидел
– Да ладно, это все мелочи. Я сама погорячилась. – С грустью ответила Эвиет. Вместе с тьмой к ней пришло и чувство вины за то, что она недавно бросила Владыку Ночи. – Главное, что мы снова вместе. И теперь нас никто и ничто не разлучит!
– А совсем недавно ты говорила, что нам никогда не быть вместе, и что больше нет никаких «нас»….
– Я была неправа. Просто сама тогда не разобралась, что хочу. А теперь я точно знаю, что люблю тебя. И хочу быть твоей всегда!
– Вот так лучше! Намного лучше! – Азазель улыбнулся и произнес эту фразу каким-то мрачным, зловещим, отнюдь не свойственным ему голосом. Сам он этого, конечно же, не заметил. – Значит, скоро увидимся! А пока я полетел. До скорой встречи, моя возлюбленная!
Владыка Ночи одним прыжком взмыл в воздух. Эвиет хотела подбежать к нему и хотела поцеловать, но не успела. Он улетел слишком быстро….
___
Верный друг – бард заметил, что на все последующие концерты Эвиет надевала подаренный Азазелем медальон с цепью. Девушка не торопилась разглашать возобновление романа с Владыкой Ночи, но Орсис и сам все прекрасно понял:
– Эвиет! Ты не надевала эту штуку с того самого дня, как мы уезжали, а я бы даже сказал бежали из города. И хочу напомнить, бежали как раз от Азазеля! Что произошло? Вы опять вместе?
– Вот это уже совсем не твое дело, но ладно. Мы снова вместе. Только не болтай об этом, он и сам просил никому не говорить
– Почему? Раньше он не скрывал ваших отношений. А теперь что, ему стало стыдно встречаться со смертной?
– Нет, что ты! Говорит, так больше романтики, есть какая-то интрига….
– Я никак не могу понять ни тебя, ни его! И я начинаю опасаться, что произошло как раз то, чего опасалась ты….
– Ты сейчас сам язык не сломал, пока это выговорил? Можешь попроще выразиться?
– Я думаю, он тебя околдовал!
– Я бы почувствовала. Ну или хотя бы запомнила момент, когда он это сделал. Но я ничего такого не помню. Мы просто встретились, поговорили по душам, и поняли друг друга лучше. И вот в итоге решили попробовать еще раз
– Эвиет, я бы очень хотел, чтобы это было правдой. Но я не доверяю Азазелю. Ты слишком плохо его знаешь. Он способен на…. На что-то такое….
– Опять ты страха нагоняешь! Знаешь, раньше я и сама побаивалась. Но, как видишь, он нас не убил. И вообще ничего плохого нам не сделал. Он сейчас стал ко мне внимательнее, да и мои чувства заиграли с новой силой!
– Потому я и подозреваю, что здесь что-то нечисто….
– Ну хватит! Я же сама решила дать ему второй шанс, если меня что-то опять начнет беспокоить, мы просто расстанемся снова
– Просто? Ох, не думаю я, что это будет просто!
Бард даже не подозревал, что все это время Азазель следил и за ним, и за Эвиет. А следующим утром он исчез. Эвиет вполне могла бы заподозрить, что Азазель его убил. Но девушка словно и не заметила пропажи друга. Даже не обращала внимание на оставшиеся без присмотра вещи барда. На самом деле, он был жив, но тоже испытал на себе темную силу Владыки Ночи. Азазель внушил ему мысль забыть все бежать, куда глаза глядят. И больше Орсиса во Владычестве Асуров не видели. Владыка Ночи начал меняться и сам. Он заметил, что стал получать наслаждение не столько от чувств, испытываемых к Эвиет, сколько от власти над ней, которую ему давала тьма. Первенец и раньше не отличался особой учтивостью и следованием формальной вежливости, но с новым уровнем тьмы он стал еще грубее и резче. В один из вечеров, который он проводил с возлюбленной, его вдруг посетила мысль, что певица начала ему наскучивать. Об этом как раз и предупреждала Лилит: Эвиет стала слишком предсказуема, покладиста, и неинтересна. Возможно, теперь было самое время её отпустить. Азазель уже получил все, что хотел. Можно было развеять чары и отпустить девчонку восвояси.
Но что-то в его душе этому сопротивлялось. То самое новое и темное, что появилось еще тогда, когда он применил против Эвиет пелену тьмы. Эта довольно новая, но стремительно растущая часть его личности, требовала совершенно другого: полного обладания, абсолютной власти над несчастной девушкой. Глубоко поразмыслив, Азазель понял, чего именно хотела его «темная половина»: поглотить душу возлюбленной. Не как-то иносказательно, а в буквальном смысле. А что? Мысль дикая, но вполне осуществимая! Почему бы и впрямь не забрать у Эвиет душу, поглотить, растворить в себе без остатка? Она ведь и так ему принадлежит, осталось лишь перешагнуть последнюю грань…. Только вот как это сделать? Какой способ подойдет наилучшим образом? Азазель нашел ответ и на этот вопрос. Оставалось выбрать, где и когда привести в жизнь страшное решение.
Эвиет ликовала. Сбылась ее мечта! Несравненная Лилит собирала в Златом Граде большой фестиваль. Официально этот фестиваль значился, как торжественная церемония в честь начала дипломатических коммуникаций с Натанаилом и его новоявленной империей – Атлантидой. Богиня распорядилась позвать на торжество самых известных деятелей искусств. Конечно же, яркая новая певица попала в их число. Было, конечно, подозрение, что это Азазель так подстроил. Но сам Владыка Ночи сказал, что он здесь не при чем. Да и Лилит, по его словам, тоже не составляла списки приглашенных артистов лично, а доверила это дело своим концертмейстерам. В день церемонии Эвиет готовилась к выступлению с самого утра. Для этого торжества певица сшила себе новое платье. На этот раз девушка использовала минимальное количество кожи дракона, уступив ее место нежной, полупрозрачной ткани. Сегодня она должна быть на высоте! А потом, когда все закончится, она уйдет под аплодисменты публики прямо в объятия Азазеля. Они полетят в его Обитель, где проведут чудесную ночь! Что ни говори, Владыка Ночи был превосходным любовником. Одни лишь мысли о его объятиях уже не на шутку будоражили фантазию Эвиет. Такого страстного желания они не испытывала еще ни к одному своему любовнику. Лишь изредка появлялось едва заметное ощущение, словно это желание не ее собственное, навеянное откуда-то извне. Появлялось – и тут же пропадало, ловко проскакивая мимо внимания певицы.
К назначенному времени начала собираться публика, а вскоре появились и главные виновники торжества: властители городов и Бессмертные. Среди них выделялась дама среднего роста в черно-красном одеянии. Удивительно, но ее наряд был, может, даже более вызывающим, чем платье Эвиет. Неужели это и была сама Прародительница? Но где, в таком случае, её крылья? Так или иначе, именно эта дама практически с первого взгляда приковала интерес певицы. Владыки и боги прошли за главный стол, поприветствовали гостей и торжественно объявили вечер открытым. Они по очереди произносили свои речи, между которыми как раз и выступали артисты. Пришла очередь Эвиет. В зале настала тишина, свет приглушили, и девушка появилась из-за кулис под взрыв аплодисментов. Эвиет начала петь. Кажется, все было подобрано просто идеально: одежда, прическа, косметика, манера исполнения. Певица заворожила публику с первых мелодий. Эвиет позволила себе вольность: сошла со сцены, прошла меж столами, и остановилась возле того места, где сидели боги и правители. Девушка таким образом хотела не только сделать свой номер более запоминающимся, но и рассмотреть необычную гостью подробнее. Эвиет нарочно остановилась прямо перед этой дамой, слегка оперлась на стол, и пела, казалось, только ей. Дама оценила старания: улыбнулась, одобрительно кивнула головой и прямо посередине песни слегка похлопала в ладоши. Эвиет почему-то думала, что Богиня – теперь она почти не сомневалась, что это была именно она, хотя непонятно было, куда она спрятала крылья – с ней заговорит, но этого не произошло. А еще певица заметила, что гостья как-то странно глядела на ее медальон. Эвиет почти сразу поняла, почему: шею Несравненной украшал почти такой же, только с большим количеством узоров и драгоценных камней. Когда время, отведенное на её выступление, подошло к концу, девушка попрощалась со зрителями и под шквал аплодисментов удалилась. Прямо перед тем, как исчезнуть за кулисами, она еще раз встретилась глазами с дамой, похожей на Богиню. И в этот раз молодой певице показалось, что взгляд дамы был полон грусти, будто бы она что-то про нее знала, но либо не могла, либо не хотела говорить.
Бессмертные и властители вновь встали, высказали благодарности всем выступавшим артистам и гостям фестиваля, и объявили, что официальная часть торжества окончена. Сами они начали расходиться, люди также могли идти по домам, а могли и продолжать гулять хоть всю ночь. Эвиет вышла из Обители Богов в отличном настроении. Снаружи ее уже ждал Азазель. Эвиет, увидев его, первым делом бросилась ему на шею и горячо поцеловала в губы. Владыка Ночи улыбнулся, подхватил девушку на руки, и отправился в полет. Вопреки ожиданиям Эвиет, они полетели не в Обитель Азазеля, а в комнаты, которые певица снимала в гостином доме.
Когда они подлетели к окну, Азазель велел Эвиет держаться за него крепче. Девушка ухватилась за шею Бессмертного, который теперь держал ее только одной рукой. Другой рукой Азазель обнажил свой стилет и вставил острие в замок на оконной раме. Несколько ловких движений, замок характерно щелкнул, и Владыка Ночи отворил ставни. Влетев в окно, любовники тут же начали страстно целоваться. Но вдруг Азазель отстранил Эвиет от себя. Девушка в недоумении посмотрела на него. Бессмертный помолчал, и каким-то не своим, мрачным, по-звериному хриплым голосом произнес:
–Спой для меня, Эвиет! Ты собираешь толпы людей на концертах, но сегодня я хочу, чтобы ты подарила свой голос мне одному!
Эта фраза прозвучала, будто приговор или приказ. Но ослепленная темным чарами певица не заметила ни зловещего голоса, ни угрожающей интонации. Она лишь ответила «С радостью», улыбнулась, заключила Азазеля в объятия, и начала петь медленную песню и одновременно танцевать с Владыкой Ночи. Первенец наслаждался её чудесным голосом. А во взгляде появилась недобрая уверенность. Когда их танец закончился, Азазель, подхватил девушку на руки и повалил на широкое ложе, прямо на сиреневый матрас, набитый перьями малых драконов. Бессмертный привычным движением ослабил крепления, скинул доспехи и забросил их в угол комнаты. Эвиет расстегнула бронзовый пояс-застежку, и ее необычное платье тут же сползло вниз, обнажив уже разгоряченное вожделением тело. Бессмертный и певица занялись любовью. Эвиет извивалась и кричала от удовольствия в объятиях Азазеля. Он ласкал ее нежное тело, целовал губы, шею, грудь, покусывал соски, гладил бедра, слегка царапал их ногтями. Но даже от удовольствия можно устать. После, как показалось Эвиет, невероятно долгого соития девушка, отдышавшись, нежно поцеловала Азазеля в губы, что-то невнятно прошептала и тут же уснула.
Какое-то время Первенец удерживал спящую певицу в объятиях, поглаживал пальцами её волосы и вдыхал её запах. Такое случилось с Азазелем впервые: неизвестно, по какой причине, все его внимание переключилось на обоняние. До этого он никогда и не задумывался, как много на свете разных запахов, и что каждый человек тоже имеет свой собственный, особенный. Еще более странным показалась ему то, что Эвиет пахла вкусно. И отнюдь не в переносном смысле. Спустя некоторое время он встал с кровати, обошел комнату, изучая разные мелочи быта, а потом подошел к собственным доспехам и достал свой верный кинжал. Бессмертный посмотрелся в лезвие, словно в зеркало. Отражение на клинке словно еще рад подтвердило правильность его ужасной задумки. Вооруженный Азазель медленно подошел к кровати, где спала Эвиет, наклонился над ней и еще раз, полной грудью вдохнул её запах. Певица слегка пошевелилась, но не проснулась. Владыка Ночи полюбовался на ее обнаженный стан. Какая восхитительные, волнующие линии тела! Настал час, когда она будет принадлежать ему полностью, без остатка! Азазель лег на кровать рядом с певицей и провел кончиком клинка по шее девушки. Она снова вздрогнула, и снова осталась спящей. Владыка Ночи в последний раз полюбовался на нее живую, приставил лезвие туда, где под кожей девушки бился пульс, и вонзил лезвие в тело жертвы. Выдернув нож, Бессмертный припал губами к брызнувшей из раны на шее алой крови. Он пил ее жадно, большими глотками. Девушка открыла глаза и с ужасом поняла, что жизнь ее покидает. Она попыталась пошевелиться, в отчаянье схватилась рукой за простыню, но оказать сколь либо серьезного сопротивления уже не могла. С каждой каплей вытекавшей из раны крови Эвиет стремительно теряла сознание. Вскоре ее глаза заволокло туманом, а разум погрузился куда-то во тьму…..
Азазель не останавливался, пока не понял, что девушка уже мертва. Завершив свою страшную трапезу, Первенец откинулся навзничь и прикрыл глаза. Во рту Бессмертного играл солоноватый вкус крови, а по телу разлилось приятное, теплое, слегка жгучее чувство. Сила тьмы наполняла каждую клеточку его организма и чувствовалась иначе. Её стало больше, и она стала еще опаснее и непредсказуемее, чем когда-либо. Но в то же время, вся эта мощь безоговорочно подчинилась Азазелю. Бессмертный почувствовал прилив бодрости, вместе с которым пришло и чувство превосходства над всем остальным миром. Он не просто нарушил запрет. Одним этим поступком он вообще перечеркнул для себя любые запреты. «Получилось! – Ликовал Владыка Ночи. – Душа Эвиет теперь принадлежит мне! Спи спокойно, милая! Теперь ты навеки будешь со мной! Навеки, дорогая Эвиет!!! Этот союз крепче любых обещаний и надежнее любых обязательств!»
С такими мыслями Азазель провалился в собственную тьму и уснул. Уснул спокойно, без всякого сожаления, раскаяния или угрызений совести. Только лишь с чувством невероятной власти, которую он только что возымел над чужой душой. Разбудили его не первые лучи рассвета, и не шум утренней городской суеты, а обжигающая боль во всем теле. Открыв глаза, Азазель с ужасом заметил, что из его тела струится беловатый дымок. Боль к этому моменту стала такой, будто его живьем жарили на сковороде. Азазель закричал, и крик его походил на рык дикого зверя. Сам он этого не услышал, единственное, о чем он сейчас думал – как избавиться от боли. Тут он понял, что виной всему солнечный свет. Тьма тут же наполнила комнату и распространялась все дальше и дальше, пока не окутала большую часть города. Жуткое жжение прекратилось. Конечно, вечно держать вуаль тьмы над городом он не мог. Нужно было бежать, и как можно скорее. Он уже приметил себе убежище, где ни один лучик солнца его не достанет….
___
Уборщица, как обычно, шла с утра из номера в номер и делала свою привычную работу. Неожиданное утреннее затмение выглядело несколько странно. Слишком резко тьма упала на город. Женщина подошла к окну, но ничего не увидела. Мрак был густой, как в самой глубокой яме, и даже казался плотным и вполне осязаемым. Стихия отступила так же внезапно, как и появилась. Уборщица пожала плечами и продолжила заниматься своим делом. Настал черед номера Эвиет…
Страшно испуганная женщина тут же побежала вниз и обо всем доложила охране. Охранники бегом поднялись на верхний этаж. Было ясно, что происшествие серьезное. Тут же решили вызвать городскую стражу. Спустя какое-то время прибыло несколько вооруженных людей в доспехах с городским гербом на груди, пара лекарей с чемоданчиками для инструментов в руках, и серьезный чиновник в матерчатом камзоле, так же украшенном гербом. Прошло несколько часов. Стража осматривала место преступления, лекари внимательно изучали тело, а чиновник, детально расспросив всех возможных свидетелей, велел посторонним удалиться и начал делать выводы. Голос его был ровным и лаконичным. Налицо был немалый опыт подобной работы.
– Господа, это, несомненно, убийство, причем, весьма жестокое. Убита певица Эвиет, очень известная личность. Как говорят лекари, преступник нанес единственный колющий удар ножом или подобным острым орудием в шею. Девушка умерла от потери крови. Убийца действовал хладнокровно и безжалостно. А вот дальше все очень странно. – Расследователь обратился к писарю, который прибыл вместе с ним и аккуратно фиксировал ход событий. – Прекратить запись! – Писарь тут же перестал чиркать стилусом по бумаге, а чиновник продолжил. – Как отметили лекари, убийца проколол крупные кровеносные сосуды на шее жертвы. Но крови вокруг тела очень мало, всего несколько капель. А ведь в подобном случае ею должна быть залита вся постель! Создается впечатление, что преступник забрал кровь девушки с собой….
Стража начала бурные переговоры, а чиновник, нисколько не удивленный реакцией собравшихся, слегка откашлялся, тем самым заставив остальных создать тишину, и продолжил.
– Да, я прекрасно понимаю, как странно все это выглядит. Но не более странно, чем церемониальные доспехи Бессмертного, которые он бросил прямо здесь, на месте преступления! – Чиновник указал на сложенные в углу комнаты золотые латы. – Шею убитой девушки украшает медальон Бессмертного. И, самое убедительное, это сегодняшнее внезапное затмение. По мне, так это был всплеск магических способностей одного из Бессмертных, вызванный, возможно, сильными эмоциями после убийства.
– И что же мне писать? – Недоумевая, поинтересовался писарь.
– Ничего. Доложите о происшествии Несравненной Лилит. Богиня должна узнать об этом первой. Если кто-то из Бессмертных начал убивать людей, такое неприглядное дело подорвет основы веры всех наших граждан, а возможно и основы государства. Бессмертные – защитники, герои, великие боги. А никак не убийцы, похищающие человеческую кровь!
– Кстати, а зачем ему кровь? Первый раз такое вижу!
– Я тоже. Возможно, для каких-то магических действий. Но я о подобной магии тоже не слышал. Ждем Лилит, она точно поможет разобраться! Не впускайте посторонних, и проследите, чтобы никто не распускал лишних слухов!
___
У Азазеля было немного времени, чтобы скрыться. Он так торопился, что даже забыл надеть доспехи, вылетел из окна практически нагишом. Бессмертный успел забрать с собой лишь любимое оружие да пояс с ножнами. Дневной свет теперь почему-то причинял боль, и нужно было найти надежное укрытие от солнечных лучей. Когда-то, очень и очень давно, Азазель узнал о системе тайных ходов прямо под городом, которые должны были использоваться в качестве убежищ в случае внезапной атаки врага. Шли годы, а потом и века. Времена становились все спокойнее, тайными путями пользовались все реже, а потом и вовсе о них забыли. Все, кроме Азазеля, который запомнил почти каждый вход в эти тоннели. Теперь эти знания пришлись как никогда кстати. Найдя один такой вход возле здания библиотеки Владычества, замаскированный под крупный камень в кладке мостовой, Азазель открыл люк и нырнул внутрь. Тьма над городом тут же рассеялась, а Владыка Ночи теперь смог вздохнуть спокойно. Ожоги на теле Бессмертного зажили невероятно быстро, едва он сумел спастись от дневного света. Оправившись от боли, Азазель заметил одну странность: он мог отчетливо, в мельчайших подробностях, ощущать все окружавшие его запахи. Причем гораздо более четко, чем любой человек или даже Бессмертный. Таким чутьем обладали лишь звери, и то не все. Азазель брел во мраке подземелий и вдруг увидел впереди приглушенный свет и отчетливо почувствовал запах людей и какой-то еды. Интересно, кто это успел поселиться в старых катакомбах? Азазель ускорил шаг, и спустя немного времени вышел из тени прямо на свет примитивных светильников и факелов. Там, в одном из больших помещений, в которое сходились несколько тоннелей, сидели человек двадцать бродяг, одетых во что попало, сильно поношенное и порой даже не по размеру. Собравшиеся были разных возрастов, от довольно пожилых и до пареньков лет четырнадцати-шестнадцати. У многих на лицах имелись шрамы, у одного даже отсутствовало ухо. Люди были вооружены, кто чем: кому достался весьма хороший меч, кому булава, топор или кинжал попроще, а кто и вовсе носил при себе самодельные заточки и переделки садовых инструментов. Люди сидели в кругу на чем-то, что и мебелью назвать трудно – так, груда трухлявых досок, сбитых вместе на манер стульев и скамей. В центре круга, в мешках и деревянных коробках, были свалены в кучу драгоценности, предметы одежды, деньги, посуда и безделушки. Неподалеку горел костер, на котором, в большом чугунном казане, варилось нечто, по запаху мясное. В этой разношерстной компании Азазель приметил также и немолодого, худого мужчину, одетого в униформу, которую выдавали узникам и каторжникам. Одни люди пили самодельное вино и громко смеялись, другие о чем-то оживленно разговаривали и спорили, кто-то делил сокровища, а кто и вовсе сидел молча. Азазель вышел на свет и своим появлением шокировал сидящих: кто в ужасе отпрянул назад, кто выхватил оружие или его подобие, а двое парнишек, что уже набивали животы мясной похлебкой, даже уронили на пол свои деревянные ложки. Видать, эта компания явно не хотела быть обнаруженной, недаром ведь они жили в тоннелях. Но тут было что-то еще! Уж слишком большой страх читался в глазах этих людей. Наконец, кто-то из собравшихся заговорил. Голос его был хриплым, с постоянным кашлем. Сказывалось длительное пребывание в сырых катакомбах.
– Слышь, Козырный Принц, ты ведь нам чесал, что тут чудищ не водится! А тут такой красавчик нарисовался! Зачем я только из тюряги бежал?!
– Заткни пасть, Прыгунок! – Командным голосом, еще грубее первого, отозвался тот, к кому относились сказанные слова. – И сиди тихо! Шут его знает, что это такое!
Козырный принц?! Интересная встреча! Неужели так называемый «Владыка Воров», которого все ратует изловить доблестная стража? Неудивительно, что он неуловим, а добыча его столь велика! Если хорошо изучить это место, тут можно найти выход практически в любой район города. И никто, кроме Азазеля и этих разбойников, и понятия не имеет о забытых подземельях!
– Да ряженый это! Распахните зенки! Пугнуть нас пришел, да добычу захапать! – выкрикнул парнишка, только что уронивший ложку. – Ни хрена это не чудище! Братва, давайте его завалим, чтоб шороху потом не навел!
Ну это уж слишком! Если и обсуждать Владыку Ночи, то хотя бы на понятном языке!
– Заткнитесь все, если жизнь дорога! – Рявкнул Азазель, пригрозив кинжалом. Он только сейчас заметил, что его голос стал груб, свиреп, даже несколько напоминал волчий рык.
– Ты кто? – неуверенно спросил кто-то из воров.
– Азазель, Бессмертный, Первенец Лилит! – Гордо ответил Владыка Ночи.
– Азазель?! – На этот раз вопрос Азазелю задал сам Король Воров. – Тот самый Азазель? Который еще и Первенец что ли? Ну ни фига себе! А тут че забыл?
– Не твое собачье дело! Бессмертному не пристало отчитываться перед ворьем!
– Да ты гонишь! Какой ты Азазель? Даже мы знаем, что Азазель – первый красавец Владычества Асуров! А ты…. Тебя и человеком-то сложно назвать. Не то, чтобы богом….
– Что ты болтаешь, презренный! Я и есть первый красавец Владычества Асуров!
Разбойники непроизвольно рассмеялись, а потом дружно переглянулись, после чего отправили к Азазелю, видать, самого смелого, с небольшим металлическим зеркалом в руках.
– На, зырь! – Бросил с безопасного расстояния Козырный Принц. – Уж мы тут не красавцы, и то посимпатичней тебя будем!
Азазель взглянул в зеркало, и сразу же сам отшатнулся назад. В отражении на него глядела морда страшного косматого чудовища. Описать его можно было так, будто человек хотел превратиться в волка, но застрял где-то на середине. Внимательно осмотрев свое тело, Азазель увидел, что оно покрыто густой черной шерстью, на руках и ногах вместо ногтей росли звериные когти, а его красивые черные крылья превратились в две безобразные кожаные перепонки, как у летучих мышей или воздушных змеев. От вида собственного отражения Азазель резко впал в ярость. Его глаза начали наливаться кровью, а в катакомбах становилось все темнее и темнее, и свет факелов уже никак не помогал. Подземелья заволокло мраком. То там, то здесь слышалась возня, брань и приглушенные крики разбойников. А когда завеса рассеялась, на полу лежало несколько окровавленных тел с глубокими ранами от когтей. Никто из воров не сумел сбежать. Азазель подошел к телу Козырного Принца, в которого метнул кинжал, пронзивший его сердце, выдернул оружие из тела, вытер об его же тряпье, и скинул труп с древнего каменного трона, на котором любил сидеть вор. Взобравшись на его место, Азазель по привычке развалился в кресле, положил кинжал рядом с собой, и принялся размышлять. Он был обнажен, но теперь ему вовсе не хотелось прикрыть свое тело. Так он чувствовал себя более свободным и диким. Вкус крови Эвиет, казалось, до сих пор играл у него во рту. Так вот о чем говорила Лилит! Вот что значили эти доселе туманные фразы: «тьма овладеет тобой», «тьма изменить тебя». И за ужасное деяние, совершенное в отношении Эвиет, горделивый Первенец понес свое наказание….
Нет, будто подсказывало что-то в душе Азазеля, вовсе это не наказание! Просто сила перешла на другой уровень, привела внешность своего владельца в соответствие с новым статусом. К чему быть защитником, следовать старинным традициям, к чему теперь советы Лилит, когда он, Азазель, обрел и свою сущность, и свое предназначение. Теперь он Владыка Ночи по праву. И ночь для него будет вечной! Приняв тьму, он отказался от света, потому и солнце теперь не греет, а причиняет боль. Это так, мелкая неприятность! Несравнимая с удовольствием править тьмой. Душа Эвиет – только начало. Теперь, когда он знает верный способ, он может напитаться сотнями и тысячами душ, ему не будет равных! Азазель родился заново, свирепым ночным охотником. И пусть враги дрогнут перед его именем, а смертные станут его бояться и уважать! Да здравствует Азазель, Владыка Вечной Ночи!!!
Бог Разума
В разгар битвы, в десятке шагов от поля сражения, внезапно появилась она. Великая Богиня, Несравненная Лилит наблюдала за побоищем, и особенно пристально следила за одним воином, который крушил огромным мечом двух-трех противников за один удар. Богиня что-то едва заметно прошептала. Воин тут же повернулся в её сторону, и она поманила его легким движением руки. Он вмиг забыл о битве, отбросил меч в сторону и пошел к Лилит, как завороженный. Богиня взяла воителя за руку и повела сквозь лес к лагерю, где завела его в ближайший шатер. Её красно-черное одеяние начало превращаться в пару крыльев, попутно обнажая тело. Воин тут же принялся скидывать с себя доспехи, а когда он остался совсем голый, Богиня шагнула к нему, вытянула руку вперед и схватила за горло. Её ладонь превратилась в чешуйчатую когтистую лапу, да и всё остальное тело начало обрастать черной чешуей с красным рисунком. Когти впились в шею воителя. Лилит улыбалась и продолжала медленно удушать жертву. Но когда исход был уже почти предопределен, воин внезапно воспрял духом:
– Нет! Изыди! Ты не она! Ты не настоящая! Все это обман!
Закричал он и ударил кулаком в грудь чудовища. От этого фурия начала распадаться на множество отдельных фрагментов, так, как если бы она была стеклянной. А вслед за ней подобным образом рассыпалось на части все окружающее пространство. Не осталось ничего: ни Лилит в весьма странном и пугающем облике, ни битвы, ни лагеря, ни леса. Воин почувствовал холод металлических оков, открыл глаза и понял, что все еще находится в плену, пристегнутый стальными кандалами к креслу, напоминающему медицинское, в комнате, служившей то ли пыточной, то ли лабораторией. Напротив стоял Асмодей, который грязно выругался, как только его подопытный вырвался из иллюзии. Позади, прямо у изголовья, находился Натанаил. Когда воин пришел в себя, Бог Разума тут же возложил ладонь на его голову. Пленник снова потерял сознание, а Владыка Атлантиды обратился к своему ученику:
– Асмодей, ты понял свою ошибку?
– Владыка Натанаил, как по мне, так этот ублюдок просто слишком крепким оказался! Это же тренированный шпион! И он прекрасно понимал, к чему стоит готовиться, если попадет в плен!
– То есть, ты хочешь сказать мне, что не справился, потому что твой объект хорошо тренирован и научен сопротивляться внушению?
– Именно так! Предыдущие объекты давались мне гораздо легче!
– Да. Поэтому сегодня я дал тебе его. Мастер стремиться повысить свой уровень. А посредственность топчется на месте. Скажи, в чем была трудность с этим материалом?
– С ним вообще была одна большая трудность. С самого начала, едва я только начал лезть к нему в голову, он принялся сопротивляться. Орал сперва, что Богиня его защитит, что я не возымею над ним власть. Только чтобы его заткнуть столько сил ушло! Его даже в сон завалить непросто было! А когда я его все-таки уложил и начал накидывать образы, он и тут проявился: разбивал мои иллюзии одну за другой, пока я вот этот сюжет не придумал. В него он вроде бы сначала поверил, но в тот момент, когда я ему подсунул Лилит-полудраконшу, он опять все понял и будто пинком вышиб меня из своей головы!
– Так ты понял, в чем твоя ошибка?
– Полагаю, следовало его предварительно пытать, чтобы сломить эту его железную волю еще до вторжения в разум!
– Ты слишком примитивно мыслишь, мой ученик. Ты ведь сам только что говорил, что это – тренированный шпион. Он как раз и ожидает пытки, угрозы и побои. Ожидает и магическое воздействие. Его готовили, в том числе, и к тому, что мы будем вторгаться в его разум. И он очень хорошо себя проявил. Раскусил все твои иллюзии. А как только жертва понимает, что ты водишь её за нос, обман перестает работать. На протяжении всего воздействия, от начала до конца, жертва не должна терять ощущение реальности происходящего…. Твой подопытный должен переживать всё на самом деле, в своей собственной жизни. А ты именно что заталкивал в его голову собственные образы. Он их опознал, как чужеродные, и сразу же разбил вдребезги
– Я немного запутался. Как так – переживать всё на самом деле? То есть, я должен преобразовывать саму реальность вокруг своих объектов? Или заставлять их верить в то, что реальность изменилась?
– А в чем, собственно, разница?
– Владыка, я не всегда тебя понимаю. Разница же вполне очевидна: в первом случае придется перестраивать окружающий мир, а во втором – только то, как его воспримет мой подопытный
– Допустим, перестроил ты окружающий мир, а для чего?
– Ну понятно для чего, чтобы подопытный не сомневался в реальности происходящего!
– Вот видишь! В итоге все сводится к восприятию: ты перестроишь окружающий мир для того, чтобы органы чувств подопытного считали информацию и преподнесли её мозгу, как новую реальность. Я же тебе еще с самой первой нашей встречи говорил, что нет никакой реальности, есть только её восприятие тем или иным способом. Если ты влияешь на восприятие – ты создаешь своему объекту реальность. Любую, которую только сам захочешь!
– Тогда получается, что это иллюзия. Но очень хорошего качества
– Нет, это именно реальность. Для подопытного точно реальность. И его разум, и его тело будут вести себя так, как если бы любое твое наваждение на самом деле с ними происходило. Вот даже сейчас, если бы твоя картинка чудовищной Лилит сумела придушить этого шпиона, он и впрямь умер бы от нехватки воздуха. Хотя никто его за горло не держал. Но его разум, до определенного момента, не сомневался что его действительно душат. И его тело отозвалось соответствующим образом: оно просто перестало дышать. Потому что не существует какой-то определенной реальности. Существуют лишь варианты её восприятия. Каждый видит мир вокруг по разному. У кого-то эти картины совпадают почти полностью. И когда группа с более-менее одинаковым восприятием собирается вместе, они говорят уже о некой «объективной реальности». Для них она объективна, поскольку они видят мир одним и тем же образом. А вот, например, как вижу этот мир я….
Натанаил протянул сжатую в кулак ладонь Асмодею. Когда он разжал пальцы, ученик увидел знакомый уже сапфировый «глаз», и из-за этого несколько одернулся назад.
– Бери, не бойся! Просто возьми и взгляни. Расширь свою картину мира!
Асмодей несмело потянулся к камню. Натанаил кивнул в знак того, что в этот раз все будет безопасно. Ученик взял в руки камень, поднес к глазу и тут же замер в изумлении. Привычный и знакомый мир вмиг распался на множество тонких линий света, которые где-то становились плотнее, а где-то, наоборот, расходились на более широкие полосы. В каждом таком уплотнении или расхождении, сконцентрировав внимание, можно было разглядеть различные события, которые тоже выглядели очень необычно: каждое действующее лицо в них будто бы совершало все возможные действия одновременно. Через несколько секунд подобного зрелища Асмодея начало трясти. Он захотел убрать камень от лица, но уже не мог контролировать свои движения. Натанаил заметил это и тут же забрал камень обратно. Асмодей громко откашлялся и утер с лица крупные градины пота:
– Что это на хрен такое было?
– То, как вижу этот мир я. Ты что, не слушал, когда я только что тебе объяснял про разность восприятия?
– Я…. Как бы тебе сказать…. Не думал, что оно настолько разное!
– А я, наоборот, полагал что ты-то как раз быстро все поймешь. Ведь твоя мать видит мир примерно так же, как я
– Я даже не понял, что именно я увидел…. Белиберда какая-то. И свет очень яркий, глаза слепит!
– Ты увидел саму суть мироздания – чистый белый свет. И все его проявления в Сфере Материала. Мы, эоны, называем эти проявления волнами вероятности. Те, что поплотнее – это более вероятные события. А те, где линии света отстоят друг от друга больше всего – наименее вероятные. Когда я рассредоточен, я вижу все эти варианты одновременно. А когда я навожу фокус внимания на один из секторов, которые я только что тебе показал, я могу подробно рассмотреть каждый вариант на интересующих меня линиях. По сути, люди воспринимают мир так же. Но из-за ограничений их тел они четко видят лишь один вариант, который и называют «реальностью». Другие варианты они видят лишь как бледные тени в своем воображении. Это они называют «будущим». Хотя на самом деле это – всего лишь их попытка угадать следующее событие. Иногда они угадывают, а иногда волны вероятности преподносят весьма интересные сюрпризы. И они называют это «роковыми событиями» или «поворотом судьбы». Неужели она тебе раньше никогда об этом не рассказывала?
– Да может и рассказывала, я не помню уже. Да и вообще, невнимательно слушал. Мать одно время всем нам докучала своими умными речами, а потом отвалила наконец….
– Видимо, «отвалила», как ты выразился, когда поняла, что ты не хочешь ничему учиться, и тебе приятнее роль «богатого наследника»: слава сына Богини, легендарного Бессмертного, при этом не обремененная обязанностями
– Владыка, ты как будто Азазеля описал!
– А ты сам недалеко от него ушел. Вы словно соревнуетесь, кто дальше убежит от ответственности. Хотите привилегий и почестей, а вот учиться не хотите. Мать от вас, конечно же, отстала. Всему виной её дурацкое убеждение насчет свободы выбора. Но тебе повезло – я разглядел твой потенциал и решил лично за тебя взяться
– Я благодарен тебе, учитель! Но все равно никак пока не лезет в голову, как Лилит все время видит…. Ну, вот эти твои варианты…. Она обычно ведет себя так, словно видит мир как и все остальные люди
– Потому что она и видит его так, как все остальные люди
– Опять твои загадки! Ты ведь сейчас показал, что эоны видят мир абсолютно иначе! Вот так, как ты
– Верно, я вижу мир так, и только так. Но у меня и человеческого тела нет. А Лилит создала себе материальное тело. Поэтому ей доступны, можно сказать, два зрения: одно обычное, человеческое, а второе – такое, как у меня. Ты тоже можешь такое натренировать, это тебе сильно пригодится в наведении иллюзий
– А это как мне пригодится?
– Ты сможешь уплотнять или, наоборот, разжижать те или иные волны в восприятии своей жертвы. Таким образом, ты станешь управлять тем, как жертва видит мир. Обратимся к тому же примеру: скажи, почему твою мать называют Несравненной?
– Ну это совсем простой вопрос: потому что она – самая прекрасная женщина в глазах любого, кто на нее посмотрит. И сравнивать её с человеческими красавицами просто не имеет смысла!
– Асмодей, не разочаровывай меня, думай лучше! Ты сейчас не ответил, а просто процитировал типичные человеческие легенды. Поразмысли о не о том, что видят люди, а почему они видят её именно такой!
Бессмертный еще раз прокрутил в голове слова учителя, и тут его осенило:
– Она им тоже иллюзии в бошки закидывает! Вот эти твои волны как-то меняет, и она им кажется самой красивой женщиной в мире! А на самом деле получается, что она обманщица!
– Уже лучше. Ты почти догадался. Только дело не в красоте, а в восприятии. И она не обманщица. Хотя в нашей государственной идее Лилит называют именно так. Но это, опять же, ширма для людей. А мой ученик должен знать правду. Лилит никого не обманывает. Видишь ли, в каждом из нас, хоть в боге, хоть в человеке, есть весь спектр личностных качеств. Но в разных пропорциях. В ком-то преобладает, скажем, доброта. А в другом – наоборот, гневливость и злоба. Но я тебе скажу даже больше: на самом деле, это самое преобладание мы тоже внушаем себе, согласовываясь с картиной своего мира. Если человек видит мир дружелюбным и полным чудесных даров, он и сам будет склонен к доброте и щедрости. А тот, кто видит мир полем боя, в любую секунду будет готов сжать кулаки. Лилит способна распознать картину мира человека очень быстро, смертный и глазом моргнуть не успеет. А дальше уже работает её магия. Она как бы «подсвечивает» те её черты, которые наилучшим образом вписываются в картину мира её собеседника. Бунтарь видит в ней бунтарку, паинька – заботливую маму, умник – мудрую мастерицу….
– И как тогда выходит, что она никого не обманывает?
– А так, что все эти качества в ней действительно есть. Люди тоже играют в эту игру. Но они, как правило, выпячивают пару-тройку своих черт, которые считают в себе наилучшими и самыми привлекательным. Кончено, одним они действительно покажутся привлекательными. А вот другие сочтут те же черты отвратительными. Лилит вместо этого примитивного подхода притягивает человеку тот свой образ, который он сочтет самым привлекательным. В этом искусстве она действительно несравненна
– А что значит «притягивает образ»?
– Вот тут мы снова вернемся к волнам вероятности. Когда ты видишь весь океан вариантов событий целиком, для тебя это просто линии белого света, которые где-то уплотняются, а где-то расходятся. Собственно, так ты и понимаешь, какие события произойдут почти точно, а какие так и останутся просто одной из возможностей в этом безбрежном океане. Но если образ встанет прямо у тебя перед глазами, просчитать его вероятность будет уже невозможно. Ты будешь видеть его как свою единственную реальность. Возьмем твой сегодняшний опыт. Видишь ли, действительно существует вероятность, в которой Лилит становится тем чудовищем из твоей фантазии. Но она очень мала, всего одна тонкая линия света. Но если ты притянешь эту тонкую линию прямо в точку восприятия своего объекта, эта линия и покажется ему единственно возможным вариантом событий. И он начнет вести себя так, как если бы Лилит в самом деле превратилась в монстра и душила его когтистой лапой. Теперь ты понял?
– Владыка, твои уроки порой очень сложны для моего понимания. Мне нужно время и больше тренировок, чтобы постигнуть суть всего, чему ты меня учишь.
– Да, они сложны. И требуют времени. Гораздо проще и быстрее проматывать богатства матери, кичиться своим происхождением и не делать вообще ничего. Разве что иногда посещать собрания богов и властителей и с важным видом кивать головой. Но мой сложный путь приведет тебя к настоящей силе. Той, которая никуда не исчезнет, когда падет Лилит и все о ней забудут. Пока ты стоишь ровно столько, сколько она. Ты ничем не примечателен кроме того, что являешься её сыном. Разве что не стареешь. Даже твое долгожительство – не твоя сила, а её наследство. Но у меня на тебя большие виды. Поэтому я советую тебе не избегать сложностей и тщательно вникать в обучение
– Владыка, если бы я и дальше хотел избегать сложностей, я бы вообще никуда с тобой не пошел. Я буду усерден и освою твои науки!
– Отлично. Ведь скоро мы будем проверять твои новые навыки в деле. С первой частью своего плана я справился отлично, начинаем переходить ко второй
– А почему бы нам просто не дождаться, когда твое величайшее оружие, или как ты там правильно его называешь, будет готово? Ведь тогда мы сможем нанести удар, не встретив заметного сопротивления. Зачем все эти части и прочие хитрости?
– Затем, что просто так, даже моим оружием, Богиню не убить. Мы выбьем всю почву у нее из под ног. Сделаем так, что она потеряет смысл своего существования на этой планете. А когда она потеряет все, чем она тут дорожит, она сама захочет уйти….
___
Появление Прародительницы в стане кочевников тут же стало поводом для празднества. Несмотря на то, что Лилит заранее предупреждала, что она прилетит только чтобы уладить важные дела и ненадолго, люди все равно решили встретить Богиню яркими кострами и веселой музыкой. Эти люди сильно отличались от городских жителей. Когда-то давно они отказались от каменных стен, и выбрали вольную жизнь вместо городской круговерти. Они считали себя счастливее и свободнее любого городского жителя. Такие племена расселились по всем территориям, которые не заняли асуры: от влажных лесов до широких степей, от пустынь до прибрежных земель. Цивилизация Асуров называла их Вольные Народы.
Лилит была рада столь теплому приему, и с удовольствием приняла активное участие в этих гуляниях. Конечно, она вовсе не забыла о надвигающейся катастрофе в виде Натанаила и его пока неизвестных, но, в любом случае, зловещих замыслах. Но вполне могла позволить себе немного расслабиться, пока ждала прибытия в стан всех вождей Вольных Народов, что обитали поблизости. Вокруг Лилит постоянно собирались люди, особенно дети. Она играла с ними, отвечала на разные вопросы вроде «Сможешь ли ты взлететь так высоко, чтобы потрогать солнце?», и рассказывала разные истории и байки. Еще Несравненная очень много смеялась и шутила. Благодаря этому она, несмотря на титул Богини-Прародительницы, ощущалась людьми очень близкой и человечной. На исходе третьего дня наконец прибыли вожди, для которых тут же развернули давно приготовленный шатер, раза в два больший, чем обычный. Лилит пожелала всем веселого празднества, станцевала завораживающий танец и удалилась на переговоры:
– Приветствуем тебя, Несравненная Лилит, великая Богиня-Прародительница, Защитница Человечества! – Как только Богиня вошла в шатер, вожди встали и исполнили традиционный приветственный жест, скрестив ладони в области сердца. Лилит ответила тем же:
– Приветствую вас, вожди и предводительницы Народа Океана, Народа Лесов, Народа Пустынь и Народа Кочевников! Рада вновь посетить Вольные Земли! Но хотелось бы мне, чтобы причина моего визита была не столь мрачной….
– Несравненная, за нас можешь быть спокойна. У населения Вольных Земель есть смелые, искусные и отчаянные воины, которые сумеют отразить любые посягательства этого нового мрачного бога, о котором ты предупреждала!
– Достопочтенные вожди! Я нисколько не сомневаюсь в самоотверженности и отваге воинов Вольных Народов, которые готовы защищать свою свободу, свою землю и своих людей от посягательств любого врага. Я знаю, что вы с честью будете сражаться до последней капли крови. Но у этого врага нет чести, а ваша кровь мне дорога. Левиафан, наши глаза и уши в океане, поведал, что со стороны Атлантиды к нам плывет огромный флот. Сотни кораблей, которые везут сюда огромное войско!
– Великая Богиня! Можешь быть уверена, когда это войско ступит на наши земли, оно уже не будет таким огромным!
Вожди засмеялись и закивали головами. Лилит улыбнулась, и тут же её лицо вновь стало серьезным. Собравшиеся замолчали:
– Еще раз подчеркну вашу уверенность в своих силах и желание сражаться. Но в этот раз мы избежим битвы. Я сама его встречу. И возьму от вас одного человека, который будет представителем всех Вольных Народов
– Ты хочешь идти против огромного войска вдвоем? Великая, скажи лишь слово, и каждый из нас предоставит тебе лучших солдат! Пусть он увидит, что наша армия не меньше!
– Эффектным появлением мы его не впечатлим. И только зря потеряем людей. Он высадится на открытой местности, где его боевые машины и летучее войско расстреляют нас без существенных потерь для себя. Мы не станем делать ему такой подарок. Укрепляйтесь здесь, каждый на своих землях. Ведь вы знаете собственные леса, степи и долины гораздо лучше нашего врага. Я поеду с представителем от вас и небольшим отрядом охраны. Натанаил ищет формальный повод напасть. Мы не будем давать такого повода. Он отнюдь не настолько глуп, чтобы приказать своей армии нападать на группу переговорщиков
– А вдруг все же настолько?
– Он же прекрасно понимает, что я любую его атаку переживу, и тут же сообщу об этом и вам, и асурам. А я уверена, что он хочет нас застать врасплох. Но сюрприза у него уже не получилось. Поэтому ему придется остановиться. Хотя бы на то время, пока он будет придумывать новую тактику
– Звучит разумно, великая Богиня!
– Да, я тоже согласна!
– И я согласен!
– Получается, нам осталось только выбрать представителя, что поедет с тобой навстречу флоту этого…. Как его там называют? Бог Разума?
– Да. Только я не называю его так. Что ж, давайте приступим. Предлагайте свои кандидатуры….
Лилит покинула шатер и спокойным шагом пошла обратно на праздник, вдоль рядов костров и толп веселящихся людей. За ней, примерно полчаса спустя, последовала жилистая смуглая женщина, коротко стриженная, с множеством племенных татуировок, одетая всего в несколько лоскутов коричневато-зеленой кожи. Она застала Богиню, когда та уже успела войти во всеобщее ликование и танцевала импровизированный танец с людьми Вольных Народов возле костра. Женщина потрогала её за плечо. Лилит обернулась и прекратила танцевать. Её крылья тут же сложились и превратились в тонкую красно-черную накидку. Богиня что-то сказала женщине на ухо, та ответила, и они обе отошли подальше от веселья, чтобы громкая музыка и крики празднующих не мешали разговору:
– Великая Лилит! Для меня большая честь, что твой выбор пал именно на меня. Но я очень переживаю. Когда я еще только узнала про этого Натанаила, я была очень встревожена. А сейчас и вовсе такое чувство, что мир вокруг нас рушится. Как только тебе удается?
– Что мне удается?
– Сохранять такое спокойствие, невозмутимость и даже успевать веселиться. Ты вот только что провела встречу вождей, а теперь пляшешь вокруг костра, смеешься, как маленький ребенок, поешь песни, заигрываешь с красивыми воинами….
– Ты все верно говоришь, я так и делаю…. А что?
– Вот именно что как ты это делаешь! Я бы и вовсе уснуть не смогла….
– Думаю, и мне не дадут уснуть красивые воины. Или я им….
– Да я не об этом. Я о том, что у меня сейчас такая буря в голове. А по тебе даже незаметно, что ты волнуешься. Хотя у нас впереди, возможно, самая большая война из всех, что есть в наших летописях и преданиях!
– Я оставила войну на встрече вождей. И сейчас я вместе с Вольными Народами праздную…. Ну, получается что свое собственное прибытие. Видимо, мое настроение и им передается. Видишь, как они веселятся?
Предводительница посмотрела на гуляющую вокруг костров толпу:
– Да. И меня это даже настораживает….
– Почему же? Ты хочешь, чтобы они все время точили мечи и думали о войне? Я уверена, что лучше пусть думают о мире. Нельзя постоянно жить одной лишь войной. Натанаил пройдет – а люди все равно останутся. Пусть сохранят в своих сердцах любовь и чувство праздника
– Да я просто сама очень волнуюсь по поводу этой встречи с Забытым Богом. Не уверена, что справлюсь. Почему ты не выбрала вождя Народов Океана, или царицу Народов Пустынь? По одному их виду понятно, что им палец в рот не клади! А Народы Лесов всегда были мирными. Запугивать врагов – совсем не в нашем духе
– Вот поэтому я тебя и выбрала. Остальные вожди и предводители чрезмерно воинственны. Они бы как раз и начали именно запугивать Натанаила
– Разве это не логично? Он ведь тоже сюда плывет, чтобы нас запугивать!
– Логично, и исход тоже предсказуем. Натанаил тут же воспользуется случаем и начнет вторжение. А если переговоры пройдут спокойно, мы выиграем время
– Так ты сама не знаешь, на что он способен?
– Если честно, то да. За то время, что мы не виделись, он изменился. Стал опаснее и…. Безумнее, я бы сказала. Я это поняла уже во время его визита в Златой Град
– И чего же он хочет? Зачем ему нужно завоевывать нас? Он желает чтобы ему поклонялись?
– Нет. Мне сложно это объяснить, потому что самой сложно понять, но он видит наш мир, как бы правильно выразиться, «недоделанным». И теперь решил его «доработать». Еще данным давно, на заре человечества, мы вдвоем сошли на Землю из мира, известного вам как Мир Богов. И еще в те первые часы и минуты, что мы здесь провели, он начал подмечать недостатки этого мира. С тех пор его не покидает идея все эти недостатки «исправить». Не знаю, что он имеет под этим в виду. Но чувствую, что должна этому помешать!
– О, кажется я поняла! Ты хочешь, чтобы я ему рассказала, что мир прекрасен и ни в каких доработках не нуждается? Ну значит ты действительно сделала правильный выбор! Народы Леса глубоко познали законы природы. Думаю, как раз я и смогу его убедить в красоте этого мира!
– Келла, если бы все было так просто! Но шанс действительно есть. Правда, очень маленький, ведь Натанаил посчитает все твои доводы ошибочными еще до того, как ты успеешь открыть рот. Мы скорее должны убедить его принять не наше «несовершенство», а наше право быть такими, какие мы есть. Проблема не в том, какие выводы сделал Натанаил, пока целыми эпохами сидел и размышлял в одиночестве о сущности бытия. Проблема в том, что он хочет навязать свои выводы нам. Это примерно так же, как у асуров и Вольных Народов. Вот скажи, почему вы не захотели переселяться в их города?
– Делать нам больше нечего! По мне, так асуры в этих городах настолько утонули в своих делах и безделушках, что уже и забыли во всем этом хламе, какая она, настоящая вольная жизнь. И чем город больше, тем он хуже. Они вообще, интересно, замечают, когда они живут?
– Знаешь, ты прямо в точку попала! Продолжай
– Люди в городах проживают всю жизнь, как один день. Какая-то вечная бессмысленная беготня по кругу, где бегуны толкаются локтями и ставят подножки в надежде первыми получить приз, но в итоге получается, с одной стороны, толпа запыхавшихся бегунов, а с другой – куча несчастных с переломанными ногами. А ты ведь сама учила, что свобода – это наш главный дар и основная ценность. Так зачем же менять свободу на каменные стены?
– Затем, что многим каменные стены кажутся безопаснее. За ними тебя уже не съест хищник, например. Стены защищают от холодов, ветров и дождей. Свобода – это право выбирать. Образ жизни города и Вольных Народов кому-то может показаться настолько разным, что конфликт неизбежен. Тем более, что городские жители частенько говорят о вас, как о дикарях. Но при этом они уважают ваш образ жизни и не лезут делать из вас горожан силой. Потому что их я тоже научила тому же самому
– Что свобода – это право выбора?
– Именно!
– И ты хочешь убедить в этом Натанаила? Что человечество имеет право выбирать те пути, которые он считает неправильными, и нас не надо спасать силой?
– Я хотела бы верить, что Натанаила можно в этом убедить. Но слов тут недостаточно. Поэтому пускай он тебя увидит
– Это как так?
– Он умеет заглядывать в чужой разум. Уверена, что захочет посмотреть и тебя. Не возражай, покажи ему. Покажи, что люди действительно любят свободу. Покажи что люди любят свою жизнь. Возможно, он поймет, и примет наши аргументы
– Это и есть твой план?
– Это мой ход. Посмотрим, как он отреагирует
– Звучит опасно. Но я охотница, и к опасностям мне не привыкать. Хоть я и не бессмертная, и жизнь моя хрупка. Кстати, всегда было интересно, как это вообще: быть бессмертной. Ты существуешь такое количество лет, которое я даже представить себе не могу. И тебе это до сих пор не надоело?
– В том-то и дело, что я не существую такое-то количество лет, а живу каждый момент. Так, будто он и есть вся моя жизнь. Поэтому считать число лет для меня просто бессмысленно. Каждый мой миг дышит жизнью, я живу миллионы мгновений каждый день. Мало кто из людей так умеет. Многие просто ждут, когда кончится день, чтобы поскорее лечь спать. От такой жизни действительно устанешь, ведь это очень-очень скучно
– Но ведь ты сама постоянно чем-нибудь занята, разве не так?
– Так. Но в своих делах я тоже живу. Я присутствую в каждом моменте. Даже когда приходится заниматься такими не слишком приятными мне вещами, как вот это противостояние, которое навязывает Натанаил. Моменты моей жизни слишком ценны, чтобы их терять. А когда люди занимаются своими делами, они постоянно ждут, что их дела поскорее закончатся, чтобы «осталось время пожить». В итоге, как я сейчас сказала, по завершении дел они просто ложатся спать. Ты ведь видишь жизни в городе примерно такой?
– Вот это ты прямо очень верно заметила! Примерно так я и представляю себе асуров и их жизнь. Какой-то бесконечный поток самых разных дел, в котором они теряют бесценные мгновения жизни, и под вечер усталые ложатся спать. У Вольных Народов все по другому. Мы живем примерно так, как сейчас описала ты – каждым отдельным моментом. Потому у нас гораздо больше времени, чем у горожан. Хотя, казалось бы, дни и ночи для всех одинаковые. Как им не скучно то, в этих огромных городах?
– Открою секрет, который и не секрет вовсе: городские жители скажут «как этим дикарям не скучно то, в этих лесах? Там же совсем заняться нечем, только за зверями бегать да под кустами спать»
Собеседницы переглянулись и по-дружески рассмеялись.
– Ну а ты сама как думаешь? Что в конечном счете лучше?
– Лучше всего возможность выбирать. Я устроила мир так, чтобы и мои дети, и их дети, и все люди имели возможность выбрать свою дорогу и проявить себя так, как им самим захочется
– Поняла. Поэтому твое противостояние с Натанаилом настолько острое и непримиримое?
– Да. Он считает себя носителем единственной истины, а тех, кому его так называемая истина не нравится – просто глупцами, которые не понимают его высшей мудрости. Натанаил хочет отнять у всех свободу выбора. Я не позволю ему сделать это. Мы все не позволим, и боги, и люди!
– Знаешь, твои разговоры такие…. Ободряющие…. Вдохновляющие…. Я даже перестала волноваться. С тобой сразу становится спокойно, ты внушаешь уверенность и силу. И мысли тоже ясными становятся. Я ведь еще час назад так сильно волновалась. А теперь даже не сомневаюсь, что мы одолеем любого врага!
– Ты только что познала одну из моих способностей, которую люди обычно называют «божественное очарование». И я не делаю этого специально. Это мое, можно сказать, врожденное качество. Если бы я, конечно, была рожденной. Ты ведь слышала, что в моем присутствии люди чувствуют подъем сил и настроения, вдохновляться на подвиги, начинают делать то, о чем давно мечтали?
– Конечно, Богиня! Но я не думала, что посчастливится испытать это на себе. Благодарю за твои дары!
– Есть и люди с похожим даром. Вы таких называете «харизматичными». Своим задором, жизненной силой и целеустремленностью они вдохновляют практически каждого, с кем соприкасаются. Помни главное – ты не берешь эту силу и вдохновение у меня. На самом деле, это все – твои дары. Я лишь помогаю поверить, что это все у тебя есть: и сила, и воля, и вдохновение, и уверенность. А сейчас предлагаю пройтись чуть дальше, прилечь и насладиться единением с природой посреди этого прекрасного леса!
– С удовольствием, великая Богиня!
Лилит весело улыбнулась и зашагала в сторону леса. Несравненная хорошо знала эти места, и легко находила себе путь среди густых зарослей. Предводительница последовала за ней. Стоило им выйти из зарослей на поросшую густой травой поляну, Лилит просто плюхнулась на ковер из мягких зеленых стеблей, распростерла руки и направила взгляд высоко в небо. Келла, не раздумывая, поступила точно так же. Некоторое время спустя предводительница прилегла на бок и слегка приподнялась, чтобы взглянуть на лежащую на траве Лилит. Она была свежа и наполнена каким-то мистическим внутренним сиянием, которое волнами расходилось в окружающее пространство и озаряло всего, чего касалось. Нахождение в этом сиянии будило такие неимоверно теплые и глубокие чувства, для описания которых даже сложно было подобрать слова.
___
Всадники скакали вдоль берега верхом на среднего размера драконах к месту, где должен был причалить флот Владыки Атлантиды. Слегка их опережая, по песку неслась большая крылатая тень. Делегация ехала очень быстро, и животные уже изрядно устали. Но вскоре они поняли, что все равно опоздали. Вдали, в лучах яркого солнца забрезжили серебристые отблески. Лилит с высоты своего полета первая увидела, что это было. А вскоре пугающая картина открылась и сопровождающим её людям: исполинские, невиданные механизмы, похожие на цилиндрические валы, усеянные толстыми крючковатыми шипами, вгрызались в землю перед собой и косили вековые деревья, как простую траву. Как только машина отвоевывала у густых тропических лесов очередной клок земли, из нее выкатывалось несколько десятков металлических шаров, каждый размером примерно с трехэтажный дом. Сферы располагались в геометрическом порядке, и раскрывались на несколько лепестков. В недрах этих стальных цветов скрывались отряды рабочих и строительные механизмы, отдаленно напоминающие длинноногих пауков. Захватчики тут же приступали к работе и начинали возводить на зачищенной территории стальные каркасы для своих строений.
Делегация приблизилась к огромным цилиндрам почти вплотную. Лилит приземлилась, и её крылья сразу же превратились в строгое одеяние, в котором Богиня всегда занималась делами государства. Всадники заметно сбросили скорость, и переговорщики вошли на распаханные машинами территории. Люди Натанаила будто не обращали на гостей ни малейшего внимания, продолжая заниматься строительством и вырубкой тех деревьев, что каким-то чудом уцелели при первичной атаке цилиндров. Богиня и её люди с неподдельным изумлением наблюдали, как прямо на их глазах, в считанные часы, воздвигается небольшой город. А в центре этого города уже стояла стальная пирамида. Гораздо меньше той, что прилетала во Владычество Асуров, но все равно выше большинства асурских строений. Кроме, конечно же, Обители Богов. Несравненная и её люди сразу поняли, что Забытый Бог разместился именно там. Когда они приблизились к пирамиде на расстояние примерно в три десятка шагов, к ним навстречу выкатились четыре сферы. Поравнявшись с визитерами, они остановились и тоже раскрылись, превратившись в некое подобие гигантских неуклюжих цыплят. Переговорщики сразу обратили внимание, что «крылышки» этих цыплят обвешаны разного рода оружием. Келла и её воины тут же потянулись за своим, но Лилит велела ничего не делать и ждать хозяина этих машин.
Ждать пришлось совсем недолго. Натанаил, по всей видимости, незамедлительно получил сигнал от своего цыплячьего воинства. Уже через насколько минут треугольная дверь его пирамиды поднялась вверх, и Забытый Бог поплыл над землей навстречу своим гостям. Как только он оказался рядом с делегацией, его забавные, но опасные машины снова свернулись в шары:
