– Приветствую тебя, Несравненная Лилит, Богиня-Праматерь, Владычица Всех Асуров, Защитница Людей, Покровительница Великих Городов! Приветствую и вас, смертные!
– Натанаил, ты в своем уме? Что ты вообще творишь? Зачем ты притащил сюда эти штуковины?
– Как неучтиво, Лилит! Я ведь поприветствовал тебя по всем правилам дипломатии! А ты с ходу набрасываешься на меня с гневными речами. Я бы попросил толику уважения!
– А я бы попросила тебя немедленно остановиться и убрать все это отсюда! Ты губишь наши прекрасные леса, убиваешь животных, селишь на моих землях своих людей! Что это, если не вторжение?
– Это расширение полезных территорий Атлантиды. И это не твои земли. Мы договаривались о том, что Атлантида остается за мной, Владычество Асуров отходит тебе и твоим детям, как и было с самого начала. А вот Вольные Земли – это ничьи территории. И ты не имеешь над ними власти
– Вольные Земли принадлежат Вольным Народам. На этом все. Точка!
– Ты уверена? Я хочу возразить. Поскольку наш договор предусматривает мое невмешательство только в дела асуров, запрет на проповедование моей Истины и строительство моих городов распространяется только на Владычество. Вольные Земли потому так и называются. Они именно что ничьи. Значит, они будут принадлежать тому, кто первый заявит на них свое право!
– Это наши земли! В частности мои и моего народа! – Вступилась Келла. – Прародительница и великие боги дали нам нерушимую клятву, что наши границы будут соблюдены, а наш образ жизни останется нетронутым!
– Но я вам никакой клятвы не давал. К тому же, Лилит и её прославленные дети сами частенько к вам захаживают. Или я не прав?
– Прародительница и великие боги действительно посещают наши земли, но вовсе не для того, чтобы их захватывать или навязывать свою волю. Но тебе сложно будет объяснить. Вряд ли ты знаком с понятием дружбы….
– Почему вряд ли? Это понятие вполне входит в фокус моего внимания
– А мы не хотим, чтобы ты нам тут свои фокусы показывал!
Предводительница снова потянулась за оружием, но Лилит опять остановила её жестом руки.
– Да он над нами издевается! Про фокусы тут рассказывает!
– Келла, спокойно! Это он просто выражается так. Для людей странно звучит. Но у богов это такой способ восприятия мира
– Благодарю тебя, Лилит, что постаралась объяснить этому неразумному созданию то, что ей никогда не дано понять в силу ограниченности природы плоти. Было забавно за этим наблюдать
– Тебе не может быть забавно. Так же, как и дружбу ты не способен почувствовать. Ты просто знаешь значение этих терминов, не более того
– Тоже верно. А чувствовать мне и не нужно. Чувства – враги разума. Только мешают сосредоточиться!
– У живых существ чувства – это друзья разума. Они придают жизни вкус, цвет и смысл
– Не буду спорить. К счастью, у меня нет плоти, и я прекрасно обхожусь без этого вашего вкуса и цвета. Давай все же вернемся к сути твоих претензий
– Суть за эти минуты никак не изменилась: я требую, чтобы ты не распространялся за пределы своего континента. И не уничтожал нашу природу. Забирай свои машины и впредь соблюдай наш договор!
– Хорошо, я понял чего ты хочешь. Предлагаю переместиться в мою временную резиденцию и там продолжить дискуссию. Предлагаю тебе и твоей подруге. А ваши сопровождающие пусть здесь подождут. Если они захотят насытиться или выпить воды – пусть обратятся к любому из моих граждан, им выделят необходимое продовольствие
– Что ж, пойдем в твою пирамиду! – Лилит переглянулась с дикаркой и заметила некоторую неуверенность в её взгляде. – Келла, ничего не бойся! Вспомни, о чем мы недавно говорили!
Предводительница в ответ утвердительно кивнула. Владыка Атлантиды развернулся и поплыл обратно в пирамиду. Переговорщицы последовали за ним.
Внутреннее убранство резиденции полностью соответствовало холодности и отрешенности своего хозяина. За толстыми металлическими стенами расположились несколько лабораторий и огромный зал на последнем этаже. Посреди этого зала стоял стальной трон, на поверхностях которого была вытравлена сеть геометрических узоров. В стену напротив трона был встроен огромный экран, занимающий большую её часть. С его помощью можно было наблюдать за ходом работ снаружи пирамиды. Ничего другого в зале даже не предполагалось. Натанаил явно любил одиночество:
– Вот все вы зовете меня Забытым Богом. – Владыка взмыл на трон, скрестил ноги под собой, и в таком положении завис над толстым листом металла, который служил сиденьем. – Но я предпочитаю совершенно иной титул. Мои люди зовут меня Бог Разума….
– Я помню. Ты настолько этим гордишься, что будешь повторять это при каждой встрече?
– Гордость мне чужда ровно так же, как и любая другая сложная эмоция. Да и простая тоже. Я лишь делюсь своими реальными достижениями
– И в чем же твои достижения? Почему ты считаешь себя достойным этого титула?
– Вот вы обе, взгляните на экран! И скажите, как долго строится город в ваших краях?
– Вольные Народы не строят городов. Мы считаем городскую жизнь слишком утомительной и осложненной кучей ненужных дел, мы живем поселениями
– Пусть так. Тогда скажи мне ты, Лилит. Хотя, я сам скажу. Даже с твоей магией, магией твоих детей и доступными вам технологиями это занимает годы. И значительная часть этого времени расходуется на абсолютно бесполезные вещи. Например, эта ваша резьба по стенам. А мои люди, с помощью совершенных машин Атлантиды, могут возводить города за дни и даже часы. Я избавился от всего лишнего, и заложил в строительство принцип простых геометрических фигур. Результат ты видишь сама. Вот один из примеров того, чего я добился с помощью чистого разума
– И каково людям жить в металлических коробках вместо домов?
– Вполне комфортно. Внутри приборы поддерживают оптимальные для человека температурные условия, равно как и атмосферу, и освещение
– Я не про это. Ты говоришь, что наша «резьба по стенам» бесполезная. И этим самым ты лишил людей искусства!
– Все верно! Только не лишил, а освободил. Я освободил людей от искусства. Искусство – просто еще одно из проявлений плоти. Всего лишь тяга к воспроизведению образов из материального мира и из собственного воображения. Я перенаправил силу воображения на более разумную задачу – разработку новых технологий и материалов, которые могут быть использованы во благо Атлантиды
– Искусство – это часть человечности. Отнимать его – не благо!
– Я же сказал, не отнимать, а освобождать людей от него
– И от чего же еще ты хочешь нас освободить?
– От всех пороков плоти. От ненужных переживаний. От пустых метаний. От любой суеты, что то и дело проявляется в каждом аспекте жизни каждого человека, который еще не познал моей истины
– Лично я бы предпочла, чтобы меня убили, чем вот это вот, что ты сейчас описал!
– Зря! Ты просто еще не открыла глаза и не узрела свет. Все люди – слепцы. По крайней мере все по эту сторону океана!
– А я подозреваю, что это ты слеп, раз не видишь совсем уж простых вещей, которые понимает даже ребенок
– Вот как? Бросаешь мне вызов, смертная? Смелое решение!
– Натанаил, не забывай, эта женщина со мной! Пока наша делегация здесь, она пользуется моим покровительством
– Что ты, Лилит. Я не собирался делать ей ничего плохого. Но мне стало очень любопытно. Люди в городах асуров, Гиперборее и Лемурии шли за мной довольно легко. Видать, городская жизнь на самом деле утомительна. А ты какая-то другая. Не могу понять, какая именно. Быть может, ты сама захочешь мне помочь, Келла?
– С какой стати я должна помогать тому, кто вырубает наш лес?
Возмутилась предводительница, но Лилит тут же положила руку ей на плечо и тихо сказала:
– Повторяю: ничего не бойся и доверься мне!
Келла вмиг расслабилась и почувствовала небывалое спокойствие и умиротворение. Натанаил подозвал женщину к себе:
– Подойди ближе. Я хочу навести фокус своего внимания на твой разум. А для этого мне нужно коснуться тебя. Встань напротив моего трона
Предводительница послушала Бога Разума и подошла к нему на расстояние вытянутой руки. Лилит приблизилась к трону вместе с подругой и взяла её за руку. Натанаил не увидел этот жест, или же просто не обратил внимание. Он вытянул руку вперед и коснулся пальцем точки на лбу предводительницы, аккурат между глаз. Между его пальцем и этой точкой возник очаг голубоватого сияния. Келла впала в подобие транса и замерла на месте, задрав голову вверх. Всё это действо продолжалось не больше минуты. Как только Владыка убрал палец, женщина громко выдохнула и несколько раз мотнула головой из стороны в сторону.
– Да чтоб тебя! Больно то как! И шумно! И в голове мелькает сразу все, что было в моей жизни. Что за фокусы?
– Да не фокусы, а фокус! Фокус! Концентрация внимания на реализованных волнах вероятности твоей жизни!
– Чего?
– Я предупреждал, что ты не поймешь!
– А почему не предупредил, что это так больно и противно!?
– Я не обладаю плотью, потому мне не всегда понятна её реакция. Но когда я читаю чужой разум своим фокусом внимания, то возможны ощущения, которые людской мозг интерпретирует, как неприятные
– Но ты хоть добился, чего хотел? Увидел, почему мы так дорожим нашими чувствами и нашим искусством?
– Да. Потому что определенные наборы переживаний вызывают выброс различных веществ в вашу кровь, и мозг интерпретирует это, как пространное ощущение счастья
– Ты мог просто сказать: «Потому что это делает нас счастливыми». А не вот это вот, что ты сейчас нагородил!
– Я не виноват в том, что примитивный разум человека не в состоянии понять точной терминологии, которой пользуюсь я
– Это ты меня сейчас таким витиеватым образом дурой обозвал?
– Келла, не горячись. Давай дальше я с ним поговорю. Натанаил!
– Да, Лилит. Тебе есть, что добавить?
– Я, признаться, даже не надеялась, что ты сможешь понять. Хотя нет, надеялась. Самую малость. Но ты остался себе верен и ничего не понял. Ладно, это твое дело. А мое дело – защищать мои земли
– Так они же не твои. Они вольные. Раз так, кто угодно волен делать на них что угодно, в том числе и я. Если уж мне запрещено нести мои истину в твои города – что ж, я буду соблюдать договор, и буду нести её дикарям. Ты ведь сама провозгласила принцип свободы выбора своей главной ценностью. Вот пусть дикари и выбирают, как им поступить: бегать дальше по лесам, рискуя быть растерзанными зверьми, или же принять блага и безопасность моих совершенных городов
– Где же им бегать, если ты лишаешь их такого выбора, когда уничтожаешь природу своими железяками?
– Я и природу тоже освобождаю от всего лишнего. Оставляю только то, что полезно людям. Видишь, получается, я забочусь о людях даже больше, чем ты. Я устраняю так называемую «дикую природу» и все связанные с ней риски, и взамен создаю организованную и безопасную среду
– И забываешь при этом спросить мнение тех, кто здесь живет?
– Отнюдь. Прибрежные земли – обиталище Народов Океана. В частности, территории, по поводу которых идет спор – это владения племени Омуакуа и его достопочтенного вождя Омуа-Имма. Вождь и старейшины племени согласились принять свет моей истины и все преобразования, что ему сопутствуют
– Да неужели! Ты же знаешь, что лгать мне – плохая идея!
– Я и не лгу. Можешь сама спросить достопочтенного вождя!
Натанаил простер руку вперед. В одной из стен поднялась треугольная дверь, и в нее вошел будто бы уже давно ожидающий вождь. Крепкий загорелый атлет в повязке из пальмовых листьев, чье тело почти полностью покрывали татуировки, образующие одно большое повествование, бодро пересек больше половины зала и встал по правую руку от Владыки:
– Приветствуем тебя, вождь Омуа-Имма, Разгоняющий Волны, предводитель народа Омуакуа!
– Приветствую, великая Богиня, Несравненная Лилит, Защитница Людей. Приветствую, Келла Охотница, предводительница лесного народа Кел-Хельве. Не ожидал тебя здесь увидеть! Какими судьбами?
– Несравненная Лилит, Богиня-Праматерь, избрала меня представительницей Вольных Народов для переговоров с Владыкой Атлантиды
– Поздравляю! Высокая честь оказана тебе, вольная сестра! Подобная той, что оказал мне Владыка Натанаил
– Скажи нам, ты действительно добровольно перешел под его командование и отдал земли Омуакуа Атлантиде?
– Великая Богиня и её достопочтенная представительница! Я понимаю, что вам сложно в это поверить. Но я действительно принял великую истину Бога Разума, Владыки Натанаила. Я созвал совет старейшин, и мы обсудили, как поступить дальше. Владыка абсолютно прав: дикая природа небезопасна, добыча пропитания в ней связана с огромными трудностями. В ней мы не защищены от хищников и стихий. Небезопасны и города асуров и лемурийцев. Даже Три Великих Града не защищены. Не защищены от бунтов, произвола и войн. А сделал их такими опасными как раз провозглашенный великой Богиней принцип свободы выбора и свободы воли!
– Омуа, я не верю своим ушам! Ты же сам мне говорил, что тебе по душе только свобода, и городские стены для тебя – тюрьма!
– Говорил. Ровно до тех пор, пока не явился Владыка и не открыл мне Истину. А истина состоит в том, что не все делают правильный выбор. Если пустить все на самотек, многие делают просто ужасный выбор. А Владыка делает выбор на основе своей точной науки. Нам остается лишь принять его и наслаждаться бесконечной мудростью его чистого разума. Что мы и сделали, когда проголосовали и направили Владыке прошение принять наши земли в состав могучей Атлантиды
– У меня просто нет слов….
– Слова пусты. Не стоит ими разбрасываться. Лилит, ты желала убедиться, что я не захватывал эти земли, и ты в этом убедилась. Вождь и его племя решили даровать свои земли Атлантиде, чтобы я в свою очередь даровал им процветание и безопасность. А раз вольный народ сам пожелал это сделать, тебе остается лишь принять его волеизъявление. Или ты будешь оспаривать их свободу выбора только потому, что моя истина тебе не по нраву?
– Ладно Натанаил, ты победил. В этот раз победил. Келла, пойдем отсюда
– Но великая….
– Пойдем Келла! Мы получили ответы на наши вопросы
Лилит развернулась и неспешно направилась к двери. Предводительница хотела было еще что-то возразить, но вовремя спохватилась и последовала за Богиней. Выйдя из строения, они быстро нашли своих людей: те так и стояли на том самом месте, где их оставили. Вскоре делегация покинула новоявленный город Натанаила и возвращалась в свои владения той же дорогой, что и пришла:
– Бедный Омуа! Ты видела это? Что он с ним сделал?
– Если ты про магию, то боюсь, что ничего. Сожалею, но вождь действительно принял сторону нашего врага. Он сам сказал, что порой люди делают неудачный выбор. Вот он и сделал
– Это очень больно, Лилит! Мое сердце разрывается. Я только что потеряла вольного брата. Хотя он даже не умер, я все равно буду скорбеть по нему!
– Понимаю тебя. Это действительно невыразимо больно. Могу надеяться всего на две вещи: что он все-таки одумается, а если нет, что тебе не придется лично убить его в бою….
– Несравненная, ты говорила, что мы получили ответы. А у меня вот наоборот чувство, что вопросов стало только больше
– Келла, признаюсь, все это я примерно представила себе заранее. И то, что вместо армии прибудут обычные граждане Атлантиды, и то, что он заморочит людям головы так, что они сами ему отпишут свои земли. Но вся эта встреча была ради одного момента: того, когда он решил заглянуть в твой разум
– Не поняла? Как это нам помогло?
– А так, что «наводить фокус», как он любит говорить, умеет не он один. Я ведь не зря держала тебя за руку, когда он это делал. Кончено, я и тебя таким образом поддерживала. Но не только. Я сумела частично заглянуть в разум Натанаила!
– Так ты, получается, его на живца ловила? А живцом я была?
– Келла, я бы не стала так выражаться….
– А я бы стала. Я же охотница, мне все приемы с детства знакомы. Ты не подумай, я не обижаюсь. Ты наоборот очень правильно сделала, что его так приманила. Только почему сразу мне не сказала? Вот из-за этого ощущение, что в темную меня использовала….
– Так если бы сразу сказала, он бы это тоже увидел. Он же всю твою жизнь считывал
– Блин, точно! Как я сразу то не догадалась! Это же очевидно! Ну и что там у него в голове?
– Ничего хорошего. Да и большая часть рассеяна
– Это как? Он вроде не похож на рассеянного….
– Да не он рассеянный. Мы можем закрывать свой разум от считывания. Ставим такую магию, которая рассеивает фокус внимания другого, того, кто пытается в него проникнуть. Тогда мы говорим, что этот разум рассеян. Для этого ты и была нужна. Пока он читал тебя, он и часть собственного ума открыл. Ты стала как бы точкой нашего взаимодействия. И я подглядела, что творится в его сознании
– Рассказывай уже!
– Пока новости только плохие и ужасные
– Тогда начинай с плохих
– Асмодей. Он у него. Этот негодяй тайком переманил Асмодея на свою сторону. Не могу понять, что он с ним сделал. Он слишком сильно рассеял этот фрагмент. Но их союз очень прочен. Пока он это скрывает, но вот-вот объявит публично
– Когда объявит?
– А вот это уже ужасная новость. Тогда же, когда доделает нечто…. Я даже не поняла что…. Он изобретает что-то неслыханное. Что-то, способное изменить весь баланс. Такое, что никто из нас, даже Бессмертных, вообще никогда не видел. И даже представить не мог
– Ого! Ужасная новость, иначе и не скажешь! Но хоть догадки есть?
– Нет. Но есть одна нить. Человек по имени Митрис. Ученый, один из его любимчиков. Условно любимчиков, конечно. Любить и даже просто проявить симпатию это существо не может. Этот человек вскоре здесь появится. А именно тогда, когда Натанаил продолжит свою экспансию и пойдет к Народам Леса
– Что? Я ему не позволю! Мое копье быстро найдет сердце этого Митриса
–Нет. Митриса мы убивать не будем. Все с точностью до наоборот: нам жизненно необходимо с ним подружиться!
___
Натанаил смотрел на экран и провожал взглядом переговорщиков, покидаюших его новую территорию. Вождь Омуа-Имма вместе с Владыкой подождал, когда делегация скроется из виду, встал возле экрана напротив трона и смешно встряхнул головой. Подобно тому, как это делают животные, когда стряхивают с себя воду. Только вот Омуа стряхнул с себя облик вождя, под которым скрывался Асмодей:
– Владыка, как ты оцениваешь мою игру?
– Весьма посредственно. Слишком переигрываешь. Да и внешность получилась не очень похожей. Можно даже осмотреть труп и внимательно сравнить…. Я же учил тебя влиять на восприятие, а не вносить изменения в Сферу Материала
– Это была сама Лилит! Она любую мою попытку запрыгнуть на её восприятие на раз-два раскусит! И тогда пиши пропало! Специально для этого я и научился менять свой физический облик. Чтобы это было именно её восприятие, её собственными глазами. Так она никогда не поймет обмана
– Что ж, вот это уже разумно! Ты способный ученик. Так или иначе, ты прошел мое испытание и сумел её обмануть. С этого момента я назначаю тебя своим Министром Порядка. Скоро, очень скоро, начнется настоящая игра. Мое великое детище почти готово. Мы с Митрисом на пороге открытия. И как только мы завершим наши труды, мы заявим о себе во весь голос!
– Жду не дождусь, Владыка!
Неумирающий
Натанаил стоял за металлическим чертежным столом и что-то аккуратно вырисовывал на гладком листе бумаги. Обстановка его металлического дворца-пирамиды соответствовала характеру своего владельца: повсюду были точные приборы, система лестниц и коридоров была организованна в виде правильных геометрических фигур, а окна представляли собой узкие прямоугольные полосы, закрытые толстым прозрачным стеклом. Бог Разума, как всегда, работал над какой-то новой технологией. В это время в его обитель прокрался Азазель. С помощью своего тонкого звериного слуха он точно определил положение противника в помещении. Долго раздумывать Первенец не стал. Мощным ударом он выбил дверь и тут же наполнил зал тьмой. Он ринулся в сторону Натанаила, но его остановил удар яркой фиолетовой молнии в грудь. Энергия отбросила Азазеля к стене, и тьма рассеялась. Владыка Вечной Ночи довольно быстро вернулся в сознание, но его тело все еще пронизывала жгучая боль, так что он с трудом мог пошевелиться.
– А Лилит даже проворнее, чем я думал! Решила подослать ко мне убийцу, едва я заявил свои права на земли, прилежащие к территориям её любимых людишек! Дай угадаю: хотела уладить дело «малой кровью», чтобы избежать больших жертв на предстоящей войне. Трогательно. И глупо. Кстати, а что ты такое? Я первый раз вижу подобного тебе. Получеловек-полузверь. Видимо, чтобы родить тебя, ей пришлось соблазнить медведя….
– Не смей оскорблять мою мать!
– Да мне как раз больше интересно, кто твой отец!
– Мой отец – Каин, а мать – Несравненная Лилит. Я – Азазель, Первенец Богини, Владыка Вечной Ночи. И тебе никогда не покорить нас и наши народы, как бы ты этого не желал!
– Азазель? Вот так новость. Очень странно видеть тебя…. Таким. Я тщательно изучал всю историю богов и людей, пока готовил свой план. В этой истории ты совсем другой. Твоей красотой и статью восхищались и боги, и люди. Что же с тобой приключилось? Хотя нет, не отвечай! Я сам сейчас все узнаю
Натанаил подошел к Азазелю. Нет, не подошел, просто оказался возле него, мгновенно переместившись в пространстве. Бог Разума положил прозрачную ладонь на голову Бессмертного. Боль стала еще сильнее, будто тысячи раскаленных игл одновременно пронзали его тело. К ней добавилось еще одно жуткое, необъяснимое чувство: Азазель ощутил, что в собственном сознании он был не один! Странное присутствие, наполнившее разум Владыки Вечной Ночи, заставляло мозг прокручивать в памяти практически все сцены жизни, начиная с самого рождения. Очень быстро чужак добрался и до воспоминаний о силе тьмы, о том, как он полюбил несчастную Эвиет. А потом возгордился, решил, что может обладать ее душой, и выпил кровь девушки. Владыке Ночи заново пришлось переживать болезненное превращение в полуволка, солнечные лучи, едва не спалившие его дотла, и спасительный мрак подземелий. Вот и то, что было нужно Натанаилу – зачем Азазель явился к нему и пытался убить. Когда Бог Разума закончил, Азазель валялся почти без чувств, оперевшись спиной о холодную металлическую стену пирамиды. Его тело билось мелкой дрожью, а голова болела так, что, казалось, вот-вот взорвется.
– Какая трогательная жизненная история! – Насмешливо заметил Натанаил. – Как же мне жаль бедняжку Эвиет…. Вру! Жалость мне неведома. Как и другие эмоции. Это просто бесполезный груз, который мне посчастливилось не нести. Ты погряз в собственной нелогичности, Азазель! Даже больше, чем твоя мать! Ты правда думал, что если убьешь меня, то искупишь свою вину за убийство этой девушки и вернешь свою красоту? Глупо, очень глупо!
– Прикончи меня, и все тут! – Сквозь боль рявкнул Азазель! – Поделом мне! Ты меня победил. Я все равно не хочу жить чудовищем. Внешность и солнце – это полбеды. Вместе с этим появилась еще и жажда. Одной Эвиет оказалось не достаточно. Я теперь жажду человечьей крови постоянно. Это невыразимая пытка….
– Которая заканчивается, когда ты опять вкушаешь крови? А когда ты насыщаешься ею, ты чувствуешь себя самым счастливым существом из всех живущих? Скажи, что я не прав….
– Я скажу вот что: пропади ты пропадом!
– Знаешь, как я узнал? Нет, не во время наведения фокуса на твой разум. Я отлично изучил все аспекты и свойства магии. Я тоже способен на подобный трюк – при желании я могу поглотить человеческую душу. И не таким примитивным способом, как ты, а напрямую. Но я этого не делаю. Именно по той причине, от которой сейчас страдаешь ты. Зависимость. Ты теряешь связь с собственным источником силы, и подпитываешься только за счет других. На такое может подтолкнуть лишь самая крайняя необходимость. Но ты так глуп, что сделал это добровольно. Сдается мне, я нашел самого нелогичного и опрометчивого обитателя этой планеты. Азазель, как ты был красив, горд, переполнен чувствами! И как это все подвело тебя на край пропасти, в которую ты пал. Не правда ли, символично – живешь сначала в сияющей красотой Обители, на самой вершине Златого Града, и вдруг – падаешь в темные мрачные подземелья, в самый его низ
– Заткнись и убей меня! Хватит играть в свои безумные игры! – Злобно выцедил Владыка Вечной Ночи. Боль постепенно отступала, и к Азазелю возвращался контроль над собственным телом.
– И как именно тебя убить? Вот тебе несколько вариантов на выбор. Я могу полностью овладеть каждой клеткой твоего тела и заставить их все разом просто лопнуть! А могу остановить твое сердце, забрать всю воду из твоего тела, даже заставить тебя отгрызть себе по очереди руки, ноги и крылья. Как бы ты сам хотел умереть?
– Полно тебе надо мной издеваться. Просто голову оторви. Ты ведь знаешь наш закон – высокородных казнят усекновением главы!
– Я не стану этого делать. Это было бы слишком просто. Слишком, я бы сказал, по человечески. Зачем мне убивать тебя? Раз уж ты пришел, мы можем сперва поговорить. Ты ведь не согласовывал свое покушение с Лилит. Она не знает что ты здесь. Это на руку нам обоим. Побеседуем. И уже по результатам беседы я решу, что с тобой делать
Боль прошла уже практически полностью. Азазель смог подняться с пола и встать во весь рост
– Ты мне лучше сразу скажи, что ты хочешь со мной сделать, если не убить!
– Спасти! От всей нелогичности, которая переполнила твою бедную голову! Несчастное создание! Сколько страданий принесла тебе та самая чувственность, которую превозносит Лилит! Но стоит тебе перейти на сторону Разума, и ты избавишься от боли и разочарований. То, что произошло с тобой – ужасная ошибка! К счастью, я здесь как раз для того, чтобы исправлять ошибки! Ошибки, источником которых является твоя мать….
– Красиво ты говоришь, демагог! На деле докажи! Хочешь спасти – начнем с того, чтобы вернуть мою красоту и избавить меня от жажды! – Грубо прервал речь Натанаила Владыка Вечной Ночи.
– Я бы с радостью, но тут не все так просто!
– Хватит заливать! Сам же говорил, что можешь сделать с моим телом все, что взбредет в твою больную голову!
– Понимаешь, тебя преобразовала не моя сила, а твоя. В свою очередь, источник твоей силы – это ее сила. А на то, что сотворено её силой, я могу влиять лишь ограниченно. Да, убить тебя мне несложно. Но вот обратить вспять эту метаморфозу…. Почти невозможно. Таким тебя сделала ваша хваленая Несравненная Богиня
– Ты говоришь, Лилит сделала меня таким? – Удивился Азазель.
– А кто же еще? От кого ты унаследовал бессмертие и магию? Кто внушил тебе бредни о любви и красоте? Кто, наконец, обучил тебя магии тьмы? Все она, безумная Лилит!
– Она ведь не заставляла меня выпить кровь! Я делал выбор сам!
– Не заставляла, но это было неизбежно! Погружаясь во тьму, ты каждый раз хотел нырнуть все глубже и глубже. И вот ты коснулся дна. Испугался. Захотел всплыть обратно. Но увы. Толща тьмы над тобой оказалась слишком тяжела. Такую ношу тебе уже не поднять. Стоило остановиться раньше, до того, как бремя стало непосильным. Но ведь остановиться – это не твое. Тебе было очень любопытно узнать, что там, в самом конце….
– «Тьма сама может поглотить тебя. И будет вести теми тропами, в которых ты заплутаешь и уже не выберешься»
– А ты все гадал, что это значит. Думал «что же плохого может со мной произойти, я ведь Бессмертный, еще и первенец».Теперь ты и сам понял, что с тобой может произойти. Понял, как горько ты ошибался. А для меня ты вполне смертный. И, кстати, вовсе не первенец!
– На этом ты меня не подловишь. Могу специально для тебя уточнить: единственный живой первенец! Я все знаю про Троицу и про того мертвого малыша
– Всё? Ты уверен в этом? Или ты уверен в этом так же, как был уверен, что сможешь справиться с любым уровнем тьмы? А что, если я скажу тебе, что тот малыш вовсе не мертв? Как ты тогда отреагируешь?
– Да просто посмеюсь тебе в лицо, вот как!
– Хорошо. Тогда готовься посмеяться вместе со старшим братом!
Натанаил щелкнул пальцами. Комнату озарила яркая вспышка, раздался удар грома, и рядом с Богом Разума появился человек, закованный в блестящие стальные доспехи, лицо которого скрывал пластинчатый шлем в форме головы шакала. На его поясе висели два боевых серпа – хопесы. Оба были выкованы из цельных брусков металла матово-серого цвета, от вершины острия до основания рукояти. Воин встал рядом с Натанаилом и поднял забрало. Он повернул голову в сторону Азазеля. На Владыку Вечной Ночи уставились два жутких, потухших, совершенно пустых глаза мертвеца. Первенец ужаснулся и попятился назад.
– Что случилось, Азазель? Ты ведь хотел посмеяться мне в лицо. Где же твое веселье? Или не оценил моей шутки?
– Что это за создание? Почему я не чувствую в нем искры жизни? Это не мой брат. Это…. Это…. Я не знаю, что это. Где ты это взял?
– Да, собственной искры жизни в нем нет. Так Троица прокляла твою мать за неповиновение. Все её дети должны были рождаться мертвыми, не способными вместить живую душу. Но благодаря мне не стало Троицы, а значит, не стало и проклятия. Лилит долго оплакивала первенца после того, как похоронила. Я нашел его могилу и оживил, вложив часть своей собственной искры. Я назвал его Сет. Сет – идеальное создание. Он не подвержен эмоциям и переживаниям, ему неведома нелогичность! К несчастью, ему вообще ничего не ведомо! Он начисто лишен разума. Моя энергия поддерживает в нем жизнь, но фактически он мертвец. У него нет собственного сознания. Скажу иначе – в каком-то смысле Сет – мое второе тело. Я потратил много сил и времени, пытаясь наделить его хоть каплей разума. Тогда он мог бы стать первым в моей расе идеальных существ. Я делал бесчисленное количество попыток. Но тщетно! Он был и остается вот таким, ни живым, ни мертвым. Зато он абсолютно неуязвим. Потому я дал ему и второе имя – Неумирающий.
– Да уж…. Старший брат… – Недоумевая, будто сам себе, сказал Азазель. – И к чему ты клонишь?
– Проклятие можно разрушить разными способами. Большинство из них – долгие, мучительные и приносящие весьма сомнительный результат. Лишь один способ верен и гарантирует полную победу. Поэтому я показал тебе Сета. Сравни себя и его. Лилит была проклята силой Троицы. Пока они были живы, она могла родить только мертвеца. Но стоило им исчезнуть – исчезла и эта сила. Проклятие разрушилось полностью, и на свет появился ты. А твоя исходит из одного источника. И чтобы я смог помочь тебе снять твое проклятие, нужно будет….
– Нет! – Тут же отрезал Азазель. – Не бывать этому!
– Да, именно так. Будь разумен, другого пути нет
– Ты лжешь!
– Ты прекрасно знаешь, что я не лгу. Просто не хочешь себе признаться. Так просто. И так сложно. Ты предал свою девушку, чтобы стать чудовищем. Предашь ли ты мать, чтобы вернуть все обратно?
Азазель не знал, что ответить. Натанаил говорил убедительно, доказательства его слов были вескими, но что-то все же заставляло сомневаться:
– Я не уверен, что одним предательством можно исправить другое. Должен быть иной способ….
– Я говорю истину. Какой бы неприятной для тебя она не была. Принять её или нет – выбор за тобой. Но если моих слов недостаточно, можешь спросить у того, кто уже сделал верный выбор, встал на мою сторону и обрел великую силу!
Натанаил подошел к своему трону, нажал клавишу на его рукояти, и произнес: «Министр Порядка. Срочно поднимись ко мне. Только что появились очень интересные новости!». После этого мелькнула еще одна вспышка, из которой появился Асмодей. Только вместо свойственных ему роскошных и вычурных нарядов на нем был серебристый комзол без всяких излишеств, украшенный лишь крупной брошью с государственным гербом Атлантиды. Едва оглядевшись, Асмодей уставился на брата. Азазель точно так же вытаращился на него в ответ. Оба явно не могли понять, что каждый из них здесь делает:
– Асмодей! Так вот ты где был, негодяй мелкий!
– Вот черт! Оно еще и разговаривает! Владыка, что это за тварь такая? Это продукт твоих опытов? Или ты опять проверяешь мое восприятие?
– Мой верный министр, это – твой старший брат. Он немного преобразился, но ты все равно узнаешь его, стоит тебе присмотреться внимательно. Вы же одной крови. Почувствуй его!
Асмодей сосредоточил внимание на косматом чудовище, и едва понял, что перед ним действительно Азазель, выкрикнул:
– Да ладно! Вот это новость! Быть того не может! Азазель, что с тобой? Ты как-то изменился…. Долго не брился что ли?
– Ты как специально ждал этот момент, чтобы обрушить на меня свои колкости!
– Ну ты же помнишь мою репутацию? Все говорили, что я остер на язык. А тут такой повод. Невозможно удержаться. Владыка, как он тут оказался? Это ты его таким сделал?
– Полагаю, Азазель тебе расскажет сам…..
По окончании рассказа Асмодей рассмеялся и едва было не разразился долгим, заливистым хохотом, но Бог Разума поднял ладонь, и министр тут же задавил смех:
– Ну ты даешь, брат! А еще меня называешь остолопом! Это же надо было вообще до такого додуматься! Такую хорошую певичку загубил. Она мне даже нравилась. Не как девушка, не в моем вкусе. Жирненькая, да и лицо какой-то простушки. Я предпочитаю костлявых аристократок, сам помнишь! А вот концерты вполне годные давала. – Асмодей едва заметно покосился на своего Владыку. – Ну это пока всемогущий Натанаил мне не объяснил, что музыка – пустая трата времени, мне её пение нравилось. А ты конечно удивил…. Что блин в твоей лохматой башке происходит….
– Хватит! Вы мне уже надоели! Теперь постоянно будете меня этим тыкать?
– Почему бы и нет? Повод же есть!
– А вы чем лучше? Натанаил сам убийца. А ты ему потакаешь. Скольких вы уже отправили на тот свет без всяких причин? Небось даже не считаете? Вы точно такие же злодеи. Зато меня упрекаете!
– Азазель, мы не просто убийцы. Мы вершим судьбы мира. Мы – таран эпохи. А уж если кто ненароком будет смят колесом эпох – что ж, не стоило стоять на дороге! А ты девицу прикончил, еще и свою так называемую «любовь». Это как-то не по-злодейски, а просто мерзко. Мы мыслим масштабно, а то, что делаешь ты – это как конфеты у детей забирать….
– Асмодей, хватит! Твои упреки справедливы, но неэффективны. Так твой брат не поймет, причины, толкнувшей его на этот путь. Азазель! Раньше ты думал, что мир – твоя большая игрушка по праву наследия. Ты ведь думал, что это её мир. А значит и твой, раз ты её первенец. Потому ты легкомысленно полагал, что и Эвиет – твоя игрушка, можно относиться к ней, как к своей кукле. Без всяких последствий. Но последствия пришли, и ты сразу растерялся. К счастью, это не только её мир. И в нем есть я. Теперь посмотри на своего брата. Помнишь, каким он был с ней? Гуляка, мот, прожигатель жизни. Бедняга не понимал, чего он хочет. Не понимал свой настоящий потенциал, не хотел искать свое призвание и свою силу. И посмотри, каким он стал со мной! За то недолгое время, что я его обучаю, он обрел гораздо больше, что за целые эпохи с ней. А все из-за этой дурацкой идеи свободы, которую она пропагандирует везде и всегда. Да, свобода пьянит. Но как ты уже понял, похмелье зачастую бывает очень болезненным. Свобода лишает цели. Ты вроде бы можешь все, но не понимаешь, чего именно хочешь. И когда ты идешь ложным путем, некому тебя направить. Ведь согласно её принципам, вмешиваться – значит посягнуть на свободу воли. Но невмешательство сродни преступному бездействию. Она никак не остановила тебя от того, чтобы сорваться в пропасть. И никак не способствовала тому, чтобы Асмодей нашел и развил свой талант. Она спокойно позволяла ему просто прогуливать богатства и ни о чем не думать. А тебе позволила превратиться в чудовище. Хоть и могла это предотвратить….
Азазель призадумался.
– Знаешь, в твоих словах что-то есть. Но мне все равно сложно поверить, что она нарочно позволила мне совершить этот ужасный поступок. Она бы никогда не одобрила убийство!
– Я ведь сам все уже увидел. Вспомни ту ночь. И вспомни, что произошло чуть раньше. Последний концерт Эвиет. Она ведь там была. Она смотрела на твою будущую жертву. И не сделала вообще ничего. Что мешало ей, например, собрать вас после концерта и поговорить всем вместе? Один простой разговор спас бы как минимум две жизни: твою и Эвиет. А еще жизни все тех, следующих, кто был после певицы. Но она предпочла невмешательство. Невмешательство, равное соучастию
– Азазель, братец! Мы оба пострадали от нашей матери. Ты превратился в зверя. Меня просто эпоху за эпохой не замечали, и я вынужден был заполнять эту пустоту внешним лоском и наносным высокомерием. Я был слеп. Великий Натанаил открыл мне глаза. Свобода развращает. Она приводит лишь к беспокойству, страданиям и бесславному концу. Владыка научил меня, что только порядок ведет к силе и могуществу. Порядок придает смысл, все расставляет по своим местам
– Но ведь другие боги, наши братья и сестры. Они ведь добились успеха и обрели и силу, и могущество, и смысл
– Но не благодаря Лилит, а скорее вопреки. Она всегда бездействовала. Просто сидела и ждала, что же получится, что же будет дальше. Лилит вовсе не заботливая мать. Она – тоже игрок, и мы для нее – еще одни фигуры на игровом поле! Вспомни, скольких людей она сначала возносила, а потом, когда они отыгрывали свои роли, бросала на произвол судьбы! Скольких царей, полководцев и магов она низвергла, когда те смели играть не по её правилам
– Насколько помню я, она низвергала только тиранов
– Да да да. Она нам всем так говорила. Но кто в её понимании тиран? Тот, кто посягает на её принципы. А раз она карала тех, кто был с ней не согласен, кто же тогда тиран?
– Я сейчас совсем запутался….
– Ничего. Если останешься с нами, то разберешься. Но можешь и к ней вернуться. Держать тебя не станем. Просто помни, что когда все начнется, ты будешь для нас в лагере врага. Таковы будут последствия этого выбора. Любой выбор влечет последствия. Только порядок помогает сделать их благоприятными. А так называемая свобода ведет к пропасти, в которую тебе уже не посчастливилось упасть. Сейчас лишь тебе решать, что будет дальше
– Если я верно все понял, вы предлагаете убить Лилит?
– Азазель, ты ведь уже знаешь, что будет, когда она умрет. С ней ничего плохого не случится. Она вернется в Сферу Эонов и просто все забудет. А мы освободим этот мир от её бредовых идей и наполним его порядком. Мы исправим все, что она тут натворила за эти эпохи. А ты опять станешь самим собой. Если ты хочешь искупить свою вину, помоги мне освободить этот мир от Лилит. Повторяю снова: решать тебе. Можешь улетать отсюда и дальше помогать этой обманщице, а можешь остаться и быть посвященным во все мои тайны. Как видишь, твой брат Асмодей уже отрекся от лживых напутствий Лилит и стал моим учеником. Теперь он – Министр Порядка Атлантиды. Но если тебя и это не убедило – давай, улетай!
Натанаил взглянул на металлическую стену, и огромная стальная плита начала подниматься вверх. Когда окно полностью открылось, Азазель почувствовал свежее дуновение ночного ветерка и увидел в небе огромную желтую Луну. Первенец подошел к краю и посмотрел вниз. Азазель постоял еще немного, и обернулся. Сперва он взглянул на облаченного в сияющие доспехи Сета, потом – на Владыку Атлантиды. Лучистая энергия, игравшая в стеклянном теле Натанаила, будто гипнотизировала его.
– Хорошо, будь по-твоему! До конца ты меня не убедил, но задуматься заставил!
– Знал, что можно рассчитывать на твою сознательность, Азазель! Будь моим гостем. Походи тут где хочешь, осмотрись. Уверен, ты сможешь постигнуть мою истину!
Повелитель мух
