Страница 2 из 5
Я засмеялась. Какой он всё-таки необычный. Вытерла кисть, чтобы занять себя чем-то и не смотреть на него слишком явно.
– Это когда будет, – протянула с ноткой сожаления.
– Не важно, когда. Главное, что будет.
– А Вы умеете вдохновлять на подвиги, – не осталась в долгу и я.
Теперь удивился он – так по-детски, по-настоящему:
– Правда? Это отрадно слышать, я как раз учусь такой специальности, на которой вдохновлять очень важно.
– Это что же за специальность? – заинтересовалась я.
– Юрист. Хочу быть адвокатом, а чтобы отстаивать чьи-то интересы – речь должна быть вдохновенной.
Мы синхронно этому засмеялись, и, видимо, оба сочли это добрым знаком.
– А Вы когда заканчиваете? Не хотите выпить чай или кофе? Здесь неподалеку есть отличное место…
– Да я, в принципе, почти закончила, остальное могу сделать дома, – и с этими словами принялась собирать художественные принадлежности.
– Давайте помогу, – тут же вызвался он, принимая этюдник. – Вот так не сломаю здесь ничего?
– Нет, там всё надежно, – улыбнулась в ответ его предусмотрительности.
– Погода сегодня какая, да? Сказка! Было бы всегда лето! Вы любите лето?
Какой-то он был необычный. На «Вы», да ещё с шоколадкой… Как будто рыцарь из прошлых веков. А говорят, парни перевелись. И ещё говорят, в Москве люди злые.
– Люблю. И осень люблю. И зиму. И весну.
– Я понял, – засмеялся он. – Кстати… – остановился вдруг и поставил этюдник на землю. – Мы же не познакомились толком. Денис, – и протянул руку.
– Маргарита. Можно Рита, – ответила тем же.
– Можно Денис, – и опять стало весело. – В смысле, можно на «ты», если не против.
– Не против. А куда мы идем?
– Вон туда, за угол сейчас завернем. Очень милая кофейня, я там был пару раз. Там самый вкусный кофе. Или ты больше любишь чай?
– Кофе. Капучино.
– И я тоже. Здорово! Так ты, значит, приехала в Москву поступать?
– Угу.
– И когда же экзамены?
– Частично уже идут.
– А ты в один вуз или несколько?
– Один. Я только там мечтаю учиться с восьмого класса. Там педагоги крутые, сам курс мне нравится. Надеюсь, что всё получится.
– Получится, конечно. У тебя талант.
– Многие говорят, если честно. Но и талантливых предостаточно, сюда же со всей страны едут.
– Ну и что, что едут? Твоё место всё равно твоим будет. Вот мы, кстати, и пришли. Тебе какой столик нравится?
– Вон тот, у окна, – не раздумывая, ответила я.
– Очень живописно, – мы опять рассмеялись. – Пойдём, оставлю вас с другом там, а сам схожу к бару за капучино. Эта штука как, кстати, называется?
– Этюдник.
– Буду знать. Он, я так понимаю, кофе не пьет?
Я отрицательно качнула головой и подыграла:
– Только краски жуёт.
– Ну я понял. А тебе десерт взять?
– Если есть «Наполеон», то бери.
– Договорились.
Я смотрела Денису вслед, иногда отводя взгляд в окно. Было как-то внутри… хорошо. Даже слова такого не знаю. Вот красками я описала бы своё состояние лучше. Что-то золотое с примесью теплого розового оттенка. Обычно я трудно схожусь с людьми, но парень располагает к себе. И общего у нас много – невооруженным взглядом видно. А еще он доброжелательный – это так подкупает.
Денис вернулся сначала с напитками, но тут же ушёл вновь за сладким. Мне принёс «Наполеон», а себе «Тирамису». Пирожное оказалось таким воздушным и свежим, что я даже закрыла глаза от блаженства. Кофе тоже не подвел.
– Ты прав, тут замечательно, – призналась, делая счастливый выдох. – Кстати, у нас же есть кое-что еще, – с этими словами я достала из сумки подаренную десять минут назад шоколадку.
– Не открывай, это же тебе, дома съешь, – тут же запротестовал Денис.
– Ты уверен?
– Конечно. Нам хватит сладкого. А если нет – ещё купим.
– Кстати, сколько я должна за эту вкусноту?
– Простого «спасибо» будет достаточно.
– Тогда – большое спасибо, ты сделал мой день счастливее.
– И ты мой тоже. Не каждый день увидишь такую красоту.
Конечно, он говорил о картине, но в этот момент мне остро захотелось, чтобы и обо мне тоже.
– А ты сказал, что моя работал похожа на раннего Клода Моне… – перевела я разговор, стараясь скрыть свое смущение. – Почему?
– Угу, – кивнул он, дожевывая. – Надеюсь, что угадал и это приятное сравнение. Потому что, прости, но я совершенно не знаю, как он рисовал в начале своего творческого пути…
– Писал, – автоматически поправила я. – Картины не рисуют, а «пишут».
– Прости, – тут же исправился он. – Я запомню. Уверен, наше общение мне точно пойдет на пользу, я за одну чашку кофе столько нового и интересного узнал! В общем, это первая фамилия, которая пришла мне в голову, когда я увидел тебя и твою картину. Просто очень хотелось с тобой познакомиться. Ну и как-то удивить что ли.
– У тебя это получилось, – засмеялась я, совершенно не обижаясь за этот невинный обман.
Мы дошли до метро и поехали вместе. Денису было в другую сторону, но он сказал, что не спешит и проедется вместе со мной. Даже хотел выйти на моей станции и проводить до дома, но я отказалась, ссылаясь на то, что это лишняя трата денег – я живу совсем близко, пешком пять минут (это если не блуждать кругами, сворачивая не туда, как было со мной в первый раз).
Мы обменялись номерами телефонов и нашли друг друга в социальных сетях. Я ещё раза три сказала «спасибо» за шоколадку и кофе, на что Денис всякий раз отвечал, что это он мне должен сказать «спасибо»:
– Не каждый день встретишь талантливого художника, да ещё и столь приятного в общении.
Да, Москва, определенно, умеет удивлять. И пока её сюрпризы мне очень нравятся.
***
Мне надо было готовиться к экзамену: оттачивать мастерство и академический рисунок, тренироваться в передаче перспективы и светотени. Но я пошла на встречу с Денисом. Ругала себя по дороге, что приехала в Москву с серьезной целью, а сейчас, когда половина пути уже пройдена, отвлекаюсь на постороннее. Но как только увидела его улыбающимся, сразу забыла об этих упреках.
Мы встретились там же, как в первый раз, на Патриарших прудах, и планировали просто пройтись и поболтать. Погода была отличной, взяли по лимонаду в пластиковых стаканчиках, но тут в разговоре всплыло, что у меня дома остались две кошки, которых я принесла домой с улицы с разницей в несколько месяцев. Я училась тогда в восьмом классе и не смогла пройти мимо плачущего у подъезда комочка. А второго спасла от ребят, которые несли его топить, а по дороге дергали то за хвост, то за уши. Серо-белый малыш лишь жалобно пищал в ответ на такую несправедливость – только родился, а уже так страдает. «Мне мамка сказала утопить. Нужен – забирай», – небрежно бросил главарь этой банды, которая была на пару лет младше меня. Что оставалось делать? Хорошо, что мама у меня понимающая. Конечно, был серьезный разговор, особенно после второго раза, и я пообещала, что больше новоселов в нашей скромной квартире не будет, а эти две кошки стали нашими любимицами. Обе были с характером, но быстро меняли гнев на милость, и устоять перед их мурчанием никто не мог. По кошкам я, если честно, уже так соскучилась… Да и по маме тоже.
И вот, когда я рассказала эту историю, Денис загорелся идеей:
– А давай в зоопарк пойдем? Тут недалеко.
Я, если честно, давно не была в зоопарке, а в московском – ни разу в жизни, но сама бы вряд ли предложила такую идею: не хотелось казаться ребенком.
– Правда? Пойдем в зоопарк? – повторила за ним, не веря своим ушам.
Денис закивал с улыбкой, и я воодушевленно захлопала в ладоши. Оказывается, можно и так – и никому не покажется это странным.
Допив лимонад, мы купили мороженое. Ходили от вольера к вольеру, обмениваясь мнениями, и много смеялись. Особенно мне понравились капуцины и тамарины – маленькие обезьянки, которые носили на спинах детенышей.
Когда мы покидали островок дикой природы в центре Москвы, уже начинало темнеть. У выхода синхронно остановились и взглянули друг на друга.
Денис вздохнул:
– Так быстро день прошел.
Я лишь кивнула, не сводя с него глаз. Мне не хотелось расставаться, но признаться в этом было так страшно. Я еще никогда – жутко сказать! – никогда не ходила на свидание с парнем. А как вести себя, если парень еще и нравится – не знала тем более.
– У меня завтра творческий экзамен, – выпалила в ответ.
Надо же было что-то сказать?
Парень понимающе покачал головой и подбодрил:
– У тебя всё получится.
– Не знаю. Я вот вместо того, чтобы готовиться, сегодня прогуляла с тобой весь день.
– Ты запоминала образы. Завтра как выдашь на бумаге всё то, что мы видели.
Я улыбнулась, хоть и немножко натянуто. Тревога подступила с новой силой.
– Результаты вам сразу скажут?
– Не знаю. Вряд ли. Будут считать всё вместе: баллы экзаменов, оценку за творческий конкурс, и ещё в пятницу собеседование – будут смотреть наши работы, что-нибудь спрашивать…
– Я когда поступал, тоже переживал. Но, как видишь, всё удалось. И у тебя получится, вот увидишь! Отметим тогда как следует, если не против.
Как я могла возражать? Жаль, что нельзя было сразу вот с этой точки перемотать туда, где мы отмечаем.
– Пойдем к метро?
По дороге мы мало общались. Денису, наверное, передалось моё волнительное состояние, и он не хотел будоражить меня еще сильнее. В переходе играл небольшой ансамбль. Мы прошли мимо, не останавливаясь, но я заметила, что парень успел на ходу бросить им пару монет, и мысленно это отметила. Добрые люди всегда вызывают внутри чувство дома и теплоты.
Он вышел со мной на моей станции и теперь уже – никуда не деться – нужно было прощаться.
– Не буду тебя беспокоить на этой неделе, сдавай всё как следует, а после – ты помнишь? – отметим успех.
Я вздохнула и покорно качнула головой. Потом засмеялась.
– Всё, иди. И спасибо!
– Тебе спасибо. Ты классная, Рита, не сомневайся в себе, – вот что он сказал на прощание, убирая за ухо прядь моих волос.
И до самого дома я шла с улыбкой, не в силах сдержать внутри себя эти эмоции. Никто, кроме мамы, никогда не верил в меня так сильно. А сейчас, когда я вдалеке от дома, когда меня ждет еще две ступени наверх, к поступлению, это было особенно важно.
Через пять минут после того, как я закрыла за собой дверь и собралась идти в душ, пришло сообщение: «Ты добралась?».
Хорошо, что Женя еще не вернулась и не видела меня в этот момент – точно решила бы, что я блаженная: улыбаюсь телефону и чуть не пляшу на месте от счастья. Электронные буквы в ответ были гораздо сдержаннее моей пылкой натуры: «Добралась, спасибо! Спокойной ночи!»
Хотела перед сном всё же сделать пару карандашных набросков, но передумала. Сил и желания не было, ноги и спина поднывали от долгой прогулки, поэтому я просто легла спать, позволив завтрашнему дню самому решить мою участь.
***
– А вы где учились? – придирчиво оглядывая мои рисунки через очки, поинтересовался профессор.
Сердце в груди скакало галопом, но я сжала руки под столом и не позволяла эмоциям пробиваться наружу.
– В художественной школе.
– Я понимаю. А город? Где-то в провинции? Понимаете, обычная художественная школа не является средним профессиональным образованием – это образование дополнительное. Как кружок. А чем отличается кружок, знаете? Там преподавание ведется с ориентацией на досуг и общее творческое развитие, не на будущую профессию. Вам бы найти преподавателя, который поможет освоить нюансы академического рисунка, анализировать форму в пространстве. Есть же большая разница между тем, когда нравится рисовать и учебой в вузе, тем более вузе с таким большим именем.
