925 Таковы были ваш совет, и просвещенность, и астрология!
Вы – дармоеды коварные, приносящие несчастье.
Я вас разорву и сожгу,
носы, уши и губы вам вырву!
Я вас топливом для огня сделаю,
для вас прежнюю привольную жизнь неприятной сделаю!»
Поклонились они и сказали: «О повелитель,
если один лишь раз над нами возобладал Див,
[То мы ведь] много лет напасти отвращали!
Воображение поражено тем, что мы сделали!
930 Постигла нас неудача, и зачатие его явилось,
семя его вышло наружу и проникло в лоно.
Однако в качестве извинения за это день рождения
мы проследим, о царь и повелитель!
День его рождения мы вычислим по светилам,
чтобы не пропустить и чтобы не осуществился Непреложный приговор.
Если мы не проследим это, убей нас,
о тот, рабом чьего совета являются и мысли, и разум!»
В течение девяти месяцев считал он день за днем,
чтобы не была пущена стрела [Божественного] решения, пронзающая врага.
935 Каждый, кто внезапно [попытается] напасть на Непреложный приговор,
будет опрокинут, вкусит собственной крови.
Если земля будет враждовать с небом,
то станет соленой, мертвой[134 - Досл.: «поднимет голову из состояния мертвости».].
[Если] рисунок схватится с художником,
то собственные усы и бороду вырвет.
[О том, как] Фир‘аун позвал только что родивших женщин на площадь также ради уловки
Через девять месяцев царь вынес наружу трон
на площадь, провозгласил строго:
«О женщины с младенцами, идите на площадь,
все израильтяне, выходите!
940 То же, что было дано в прошлом году мужам, —
жалованные одежды, и каждый из них унес золото;
О жены, в этом году это ваше счастье,
дабы обрела каждая то, что ей хочется».
Мол, он женам одежды и дары даст,
на детей к тому же золотые шапки наденет.
«Каждый, кто родился в этом месяце, смотрите:
получите вы богатства от царя могущественного!»
Те жены с младенцами вышли
весело, пришли к шатру царя.
945 Каждая недавно родившая женщина вышла из города,
[направившись] к площади, не ведая о хитрости и наказании.
Когда жены все собрались вокруг него,
всякого [младенца], который был мужского пола, отняли у матери,
Отрубили им головы, мол: «Это предосторожность,
чтобы не вырос враг и не увеличилось умопомрачение».
[О том, как] появился Муса, и стражники явились к дому ‘Имрана, и пришло Божье внушение матери Мусы: «Брось Мусу в огонь!»
Жена же ‘Имрана, которая выносила Мусу,
уклонилась[135 - Досл.: «подобрала подол».] [от выхода на площадь] из-за того волнения и дыма.
Повитух по домам
для соглядатайства послал тот обманщик.
950 Они ему донесли: «Здесь есть ребенок,
а она не пришла на площадь, ибо боится и сомневается.
На этой улице есть одна красивая женщина,
есть у нее ребенок, но она искусна».
Тогда стражники пришли, а она ребенка
бросила в печь по велению Господа.
Внушение пришло женщине от того Всеведающего,
что этот мальчик из рода Халила (Ибрахима).
Из-за защиты [слов] «Огонь, будь прохладой!»[136 - Коран, 21: 69 (69).]
не будет огонь жаром блуждающим.
955 Женщина по [Божественному] внушению бросила его в пламя,
но на теле Мусы огонь не оставил следа.
Тогда стражники ни с чем ушли,
и снова доносчики, которые знали об этом,
Со стражниками затеяли спор
перед Фир‘ауном ради нескольких мелких монет:
«О стражники, вернитесь туда,
хорошенько посмотрите в верхних комнатах!»
[О том, как] матери Мусы пришло Божье внушение: «Брось Мусу в воду!»
Снова пришло Божье внушение: «Брось его в воду,
обернись к надежде и волосы не рви!
960 Брось его в Нил и доверься,
Я тебя к нему доставлю безупречной»[137 - Аллюзия на айаты: «Вот внушили Мы твоей матери то, что внушается: „Брось его в ковчег и брось его в море, и пусть море выкинет его на берег; возьмет его враг Мой и враг его”» [Коран, 20: 38 (38)—39 (39)].].
Несть этим речам конца; уловки его (Фир‘ауна)
все скручивались вокруг его же ног и лодыжек.
Сто тысяч детей он убивал снаружи [своего дома],
а Муса – в верхней части дома, внутри.
Из-за помешательства убивал он повсюду, где были они, младенцев
при помощи ухищрений, тот зоркий слепец.
Драконом были козни упрямого Фир‘ауна,
козни всех царей в мире он съел.
965 Но появился тот, что был еще большим Фир‘ауном, чем он,
и его самого, и его козни он поглотил.
Был [это] дракон, и посох [также] стал драконом,
этот съел того с Божьей помощью.
Длань превзошла другую длань, доколе это [простирается]? —
Вплоть до Бога, у которого – конечный предел[138 - Отсылка к айатам: «[Разве ему не сообщено…] и что у Господа твоего – конечный предел» [Коран, 53: 43 (42)]; «К твоему Господу конечный предел его» [Коран, 79: 44 (44)].].
Ибо Он – море без дна и края,
все моря – как всего лишь один поток перед Ним.
Если ухищрения и средства – дракон,
то перед [словами] «кроме Аллаха» все они – [слово] «нет».
970 Когда дошло досюда мое разъяснение, оно склонило голову
