285 Дал Истинный сабеям много благоденствия,
сотню тысяч дворцов, беседок и садов.
Не возблагодарили [Его] за это те неблагородные —
в верности они были ничтожнее собак.
Собаке кусок хлеба из какой-нибудь двери
достанется, и она тут же подпоясывается [служить] этой двери,
Становится стражем и хранителем этой двери,
даже если постигают ее обиды и лишения.
У той двери она постоянно находится, живет,
считает неверием предпочесть [ей] кого-нибудь другого.
290 Если же придет чужая собака [куда-либо], днем ли, ночью ли,
те собаки в тот же миг ее проучат,
Мол: «Ступай туда, где [твой] первый дом,
долг благодарности за ту милость – залог сердца!»
Кусают они ее, мол: «Ступай на свое место,
долгом благодарности за ту милость больше не пренебрегай!»
У дверей сердца и людей сердца (т. е. суфиев) живой воды
сколько ты испил! И открылись твои глаза.
Много пищи из опьянения, восторга, беспамятства,
[полученных] у двери людей сердца, ты своей душе скормил.
295 И вот ты покинул эту дверь из-за жадности,
вертелся вокруг каждой лавки из-за жадности.
К двери тех благодетелей, чьи котлы полны пищи[57],
ты бежишь ради ни на что не годного накрошенного хлеба!
Жирным считай место, где тучной становится душа,
безнадежное дело здесь исправляется.
[О том, как] собирались подвергшиеся напастям люди каждое утро у дверей кельи ‘Исы (мир ему!), ища исцеления его молитвой
Кельей ‘Исы является скатерть владыки сердец.
Смотри же, о несчастный, смотри! Не покидай эту дверь!
Собирались со всех сторон люди –
слепцы, хромые, покалеченные, оборванцы –
300 У дверей той кельи ‘Исы поутру,
чтобы [своим] дуновением он избавил их от греха.
Закончив свои молитвы,
утром выходил [из кельи] тот благоверный,
Сбившихся в стаю несчастных он видел и слабых,
сидящих возле двери с надеждой и ожиданием.
Говорил он: «О друзья напастей, Господом
все ваши нужды были исполнены.
Давайте же, отправляйтесь без страдания и печали
к великодушию и щедротам Господа».
305 Все, подобно стреноженным верблюдам,
когда развяжешь ты им колени благоразумно,
Радостно и весело пускались бежать в сторону дома,
его молитвой начав бегать [своими] ногами.
Ты испытал много собственных напастей
и обрел исцеление у таких царей веры.
Сколько раз эта твоя хромота становилась плавной походкой?
Сколько раз душа твоя становилась беспечальной и не испытывающей обид?
Невежда, нитку привяжи к ноге,
чтобы не заплутать из-за себя же, о проходимец!
310 Твои неблагодарность и забывчивость
не вспоминают о том, как ты вкушал мед!
Неизбежно тот путь был перед тобой закрыт,
раз были тобою обижены сердца людей сердца (т. е. суфиев).
Поскорее обрети их и прощения испроси,
подобно облаку, жалостливые слезы пролей,
Чтобы цветник их навстречу тебе расцвел,
созревшие плоды сами по себе стали бы раскалываться.
И ходи вокруг этой двери, не будь хуже собаки,
раз уж ты стал служить тому же хозяину, что и собака пещеры,
315 Ведь и собаки собакам дают наставления,
мол: «Привяжись сердцем к [своему] первому дому,
Ту первую дверь, где ты съел кость,
считай своей обязанностью и исполняй свой долг перед ней, не бросай ее!»
Кусают ее, чтобы учтиво отправилась она туда
и в первом [своем] жилище обрела счастье.
Кусают ее, мол: «Эй, мятежная собака, уходи,
против властителя твоего блага не восставай!
К той двери, как дверное кольцо, привяжись,
будь сторожем, расторопным и проворным.
320 Примером того, как нарушается наша преданность, не будь,
понапрасну известий о [нашей] неверности не распространяй.
Если уж собаки стали символом преданности,
ты ступай и на собак стыда и позора не навлекай!»
Если уж для собак неверность – бесчестье,
то как же ты допускаешь проявление неверности?
Истинный Всевышний прославил преданность,
сказал: «Кто же более верен в завете, кроме Нас?»[58]
Неверностью считай верность, [сопряженную] с отречением от Истинного;
перед долгом по отношению к Истинному никто не имеет преимущества.
325 Долг в отношении матери возник после того, как тот Щедрый
сделал ее должницей, [дав ей] твой плод,
Облек тебя в форму внутри ее тела[59],
даровал ей в тяжести ее покой и привычку.
Она видела тебя как часть, соединенную [с собой],
а Его мудрость это соединенное разделила.
Истинный сотворил тысячи промыслов и хитростей,
чтобы мать на тебя свою любовь направила.
Поэтому долг перед Истинным – прежде матери;
тот, кто не признает этот долг, осел.
330 То же, что он сотворил мать, и грудь, и молоко,
сблизил ее с отцом, – это даже не бери в расчет!
О Господь, древни Твои благодеяния,
и те, что я знаю, и те, о которых я не знаю, – они тоже Твои.
Ты повелел: «Помни об Истинном,
ибо долг передо Мной не устаревает!
Вспоминай ту милость, которую Я оказал в то утро
вам, спасши вас на корабле Нуха!
Кокону ваших отцов в тот миг
Я даровал от потопа и его волн спасение.
335 Вода с нравом, подобным огню, покрыла землю,
волны ее даже вершины гор похищали.
Но Я сохранил, не отверг вас
в существе вашего прапрапрадеда.
Когда же ты стал главой, как же Я стану бить тебя по пяткам?
Как загублю свою мастерскую?
Как же ты становишься предан неверным,
из-за дурных сомнений в их сторону идешь?
Я в ошибках и неверности неповинен;
ты же идешь ко Мне и дурное думаешь [про Меня]!
340 Эти дурные мысли ты обращай к тому месту, где ты
перед себе подобным склоняешься».
Много ты себе выбирал попутчиков тучных,
но если спрошу тебя, где они, ты скажешь: «Ушли!»
Твой добрый друг отправился на вышний небосвод,
твой грешный друг отправился в глубь земли.
Ты же остался посередине таким образом,
беспомощный, как костер, [покинутый] караваном.
Ухватись за подол того, о храбрый друг,
кто чист от низкого и высокого,
345 Ни как ‘Иса, не возносится на небо,
ни как Карун[60], не проваливается в землю,
Остается с тобой и в пространстве, и в беспространстве,
когда лишишься ты и дома, и лавки.
Извлечет Он из обид чистоту,
твои притеснения будет принимать за верность.
Если ты затеешь притеснения, Он задаст тебе трепку,
чтобы ты от ущербности направился к совершенству.
Если ты пренебрежешь одной молитвой,
постигнет тебя стеснение [духа] из-за страданий и жара.
350 Это будет для тебя уроком: не допускай
никакого изменения в этом древнем завете,
Прежде чем это стеснение станет цепью
и то, что стесняет [тебе] сердце, свяжет [твои] ноги.
Твое умственное страдание станет чувственным и явным,
дабы ты эти указания не воспринимал как нечто ничтожное.
В прегрешениях стеснения схватывают сердце,
а после смерти стеснения становятся цепями.
«Кто отвратится от воспоминания обо Мне,
тому – тесная жизнь, и Мы накажем [его] слепотой!»[61]
355 Вор, когда он похищает имущество людей,
огорчение и стеснение жалят его сердце.
Он говорит: «Удивительно, что это за стеснение?» –
а это стеснение угнетенного, что плачет от твоего зла.
Если он не позаботится об этом стеснении,
ветер настойчивости раздует его огонь.
Стеснение сердца превратилось в хватку стражника неизбежно;
эти смыслы ощутились, подняли стяг.
Печали превратились в тюрьму и орудие пытки,
печаль – это корень, и прорастут ветви из корня.
360 Корень был сокрыт, и вот проявился;
считай внутреннее стеснение и расширение [духа] корнем.
Раз корень плох, поскорей его вырви,
чтобы не выросла уродливая колючка на лужайке.
Почувствовав стеснение [духа], найди выход из него,
ибо все вершки растут из корешков.
Почувствовав расширение [духа], ороси его водой,
а когда появятся плоды, то их сподвижникам раздай.
Остаток сказания о сабеях
Те [жители] Сабы были ребячливы и незрелы,
образ действий их – неблагодарность по отношению к щедрым.
365 Такая неблагодарность проявляется, например,
когда ты со своим благодетелем затеешь ссору,
Мол: «Не нужно мне такого блага,
обижусь я из-за него, зачем ты обижаешь меня?
Смилуйся, это благо убери подальше,
не нужны мне глаза, поскорей меня ослепи!»
Так и [жители] Сабы говорили: «Увеличь расстояние между нами,
позор наш – благо для нас, забери наше украшение[62].
Не нужны нам эти беседки и сады,
ни хорошие женщины, ни безопасность и благоденствие.
370 Города, лежащие близ друг друга, плохи;
хороша та степь, где дикие звери».
Просит человек летом зиму,
а если приходит зима, отрекается от этого.
И никогда не бывает он доволен обстоятельствами,
ни стеснением, ни благополучной жизнью.
«Убит будь человек, как он неверен»![63]
Все, что дарует ему водительство, он отрицает.
Плотская душа такова и поэтому подлежит убиению;
«Убейте самих себя!» – сказал тот возвышенный[64].
375 Это трехсторонняя колючка, как ее ни положи —
она вопьется, и как ты избежишь ее ран?
Разожги в колючках пламя отказа от страстей,
рукой за друга добродетельного возьмись.
Когда превысили меру владыки Сабы,
мол: «Для нас холера лучше, чем утренний ветерок!» —
Увещеватели их стали увещевать,
распутству и неверию стали препятствовать.
Они же покушались на жизнь увещевателей,
сеяли семена распутства и неверия.
380 Когда грянет Непреложный приговор, этот мир окажется тесен,
из-за Непреложного приговора сладость окажется мучением для уст.
Сказал [Пророк]: «Когда придет Непреложный приговор, тесным станет
пространство[65];
покроются завесой глаза, когда придет Непреложный приговор!»[66]
Глаза будут закрыты во время Непреложного приговора,
чтобы не видели глаза сурьмы для глаз[67].
Когда уловкой того всадника поднимется пыль,
