Перейти к содержанию

Поэма о скрытом смысле. Четвертый дафтар

Автор:

Категория
стихи и поэзия
Год издания
Издательство
Посольство ИРИ в РФ
Возрастное ограничение
0+
Обновлено
25.09.2026

Аннотация

Маснави-йи ма'нави — суфийская поэма, созданная основателем суфийского братства Маулавийа шайхом Джалал ад-дином Руми, — по праву входит в число шедевров мировой литературы. Едва ли в поэзии за все время ее существования найдется что-либо подобное, другой такой художественный текст, в котором бы в огромном объеме, но органично и естественно присутствовали цитаты из священных писаний — так, как это сделал шайх Руми, включивший в свою поэму во множестве выдержки из Корана и пророческих преданий. Не случайно спустя почти два века другой суфийский поэт, 'Абд ар-Рахман Джами из братства Накшбандийа назвал Маснави «Кораном на персидском языке». Текст поэмы, написанный в XIII в. по Р. X., и поныне пользуется колоссальной популярностью во всем ираноязычном регионе — как в изустном бытовании, так и в письменной традиции, не говоря уже о последователях суфизма, которые черпают из него как из неиссякаемого кладезя мистического опыта. В 2007 г. в издательстве «Петербургское Востоковедение» вышел перевод первого из шести дафтаров (тетрадей) поэмы (под ред. А. А. Хисматулина), объемом в 4003 байта. Это издание стало победителем национального конкурса «Книга года» Исламской Республики Иран (2007). В 2009 г. издательство выпустило второй дафтар, объемом в 3810 байтов, в переводе профессора М.-Н. О. Османова. Настоящая книга продолжает издание филологического перевода Маснави на русский язык. В свет выходит четвертый дафтар, объемом в 3855 байтов (общий объем «Поэмы о скрытом смысле» составляет 25 632 байта). Перевод текста выполнен на основе Кунийского списка, отредактированного самим автором, сопровожден необходимыми комментариями, снабжен указателями, а также персидским текстом.

Читать «Поэма о скрытом смысле. Четвертый дафтар» — Джалал ад-Дин Руми онлайн

Страница 9 из 22

Если есть [в них] нетерпимость, она – Божественная[445].

О Сулайман, среди ворон и соколов

Стань кротостью Истинного, уживись со всеми птицами[446].

780 О, двести Билкис ничтожны для твоей кротости,

Ибо «наставь мой народ, воистину, они не ведают!»[447]

Как Сулайман (мир ему!) послал Билкис угрозу, мол, не помышляй [о том, чтобы] упорствовать в многобожии, и не медли!

Внемли, Билкис, приди, а не то будет плохо,

Твое войско станет тебе врагом, взбунтуется!

Твой привратник сокрушит твою дверь,

Твоя душа от [всей] души затеет с тобой вражду.

Все частицы земли и неба

В пору испытания – это войско Истины[448].

Ты видела, что сотворил ветер с ‘адитами?!

Ты видела, что сотворила вода во время потопа?![449]

785 Как то море отмщения сразило Фир‘ауна

И как эта земля показала себя с Каруном![450]

И что те стаи [птиц] сделали с тем слоном,

И как комар проел башку Намруду[451].

И как Да’уд метнул камень рукой —

Тот превратился в шестьсот кусков и разбил войско[452].

Камни сыпались на врагов Лута,

Так что они погрузились в черную воду[453].

Если я расскажу обо [всех] неодушевленных вещах мира,

С умом [приходивших] на помощь пророкам,

790 Поэма станет такой, что сорок верблюдов

Не осилят груз целиком, если понесут [ее].

Будет свидетельствовать против неверующего рука [его],

Станет войском Истинного, склонит голову[454].

О, делами подавшая пример противления Истинному,

Ты – посреди Его войска, остерегись!

Каждая частица тебя – войско, преданное Ему,

Ныне они послушны тебе из лицемерия.

Если Он скажет глазу, мол, терзай ее,

Боль в глазу причинит тебе сотни мучений.

795 А если Он скажет зубу: «Принеси невзгоды!»,

Тогда достанется тебе от зуба трепка.

Открой [книгу о] врачевании, прочти главу о недугах,

Чтобы увидеть действия войска тела.

Поскольку Он – душа души любой вещи,

Легко ли враждовать с Душой души?

Не говоря уже о войске дивов и пери,

Ведь они от всей души сокрушают для меня ряды [врагов].

Для начала, Билкис, оставь [свое] царство,

Когда же ты обретешь меня, все царство [мира] – твое!

800 Когда придешь ко мне, сама узнаешь,

Что без меня ты была изображением на [стене] бани[455].

Изображение, даже если изображен султан или богач –

Это форма, что не вкушает своей души.

Его красота – для других,

Вотще оно раскрыло глаза и рот!

О ты, проигравшая в битве саму себя,

Ты не отличила других от себя![456]

Ты останавливаешься пред каждой формой, к которой подходишь,

Мол, вот это я! Клянусь Аллахом, то – не ты!

805 На миг останешься одна, без людей –

Будешь по горло в тоске и печали.

Разве эта [форма] – ты? Ведь ты – та уникальная [сущность],

Что блага, красива и упоена собой[457].

Ты сама себе птица, сама – добыча, сама – силок,

Ты сама себе почетное место, сама – пол, сама – крыша.

Субстанция – то, что упрочено само собой,

Акциденция – то, что стало ее ответвлением.

Если ты родом от Адама, воссядь, как он,

Узри в себе все [его] потомство[458].

810 Что есть в кувшине, чего нет [также и] в реке?

Что есть в доме, чего нет в городе?

Этот мир – кувшин, а сердце – словно поток воды,

Этот мир – комната, а сердце – дивный город!

Сулайман (мир ему!) объясняет [Билкис]: я стараюсь обратить тебя к вере только лишь из-за веления Бога; нет во мне и крупицы интереса ни к тебе самой, ни к твоей красоте, ни к твоему царству. Когда глаза души прозреют от Божественного света – сама увидишь!

Скорей, иди, ибо я – посланник, приглашающий [к Богу],

Подобно смерти, я – убивающий страсти, а не сладострастный!

А если есть [во мне] страсть, я – повелитель страсти,

Я не пленник страсти к лику кумира!

Мы по самой сути – сокрушители кумиров,

Как Друг Истинного и все пророки[459].

815 О рабыня [страсти], если мы входим в кумирню,

Кумир, а не мы падает ниц в поклонении.

Ахмад и Бу Джахл ходили в кумирню,

Меж этим хожденьем и тем – большущая разница![460]

Тот входит – кумиры склоняют пред ним головы,

Этот входит – склоняет голову, как [прежние] общины.

Этот мир страстей – кумирня,

Гнездо [и] для пророков, и для язычников.

Но страсть – рабыня чистых [сердцем],

Золото не сгорает, потому что оно чистое, из рудника.

820 Язычники – подделка, а чистые [сердцем] – как золото,

В этом тигле – оба эти [вида] людей[461].

Когда [туда] попала подделка – сразу почернела,

Попало золото – выявилась его золотистость[462].

Золото радостно стало барахтаться в тигле,

Его природа смеется в лицо огню[463].

Наше тело стало нашим покровом в мире,

Мы, как река, спрятаны под этой соломой.

О невежда, не сочти шаха религии глиной,

Так посмотрел проклятый Иблис [на Адама][464].

825 Разве можно замазать это солнце

Пригоршней глины? Скажи-ка мне!

Сыпь землю и сотни [горстей] пепла

На его свет – он все равно поднимется над его головой!

Что такое солома, чтобы она укрыла лик воды?!

Что такое глина, чтобы она скрыла солнце?!

О Билкис, встань величаво, подобно Адхаму,

Обрати в дым это недолговечное царство![465]

Продолжение рассказа об Ибрахиме Адхаме (да благословит Аллах его могилу!)[466]

[Почивая] на троне, тот достойный муж услышал

Ночью топот и крики, [доносившиеся] с крыши,

830 Тяжелые шаги по крыше дворца.

Сказал себе: «Кто осмелился?!»

Закричал из окна дворца, мол, кто там?

То, верно, не человек, а пери?

Странные люди свесили головы [с крыши],

Мол, мы тут ночью бродим в поисках.

«Эй, а что вы ищете?» Они отвечали: «Верблюдов».

Он воскликнул: «Ну кто же ищет верблюда на крыше?!»

Тут они сказали ему, мол, ты – на троне,

Как же ты взыскуешь встреч с Богом?!

835 Вот и все, больше его никто не видел,

Он стал невидим для смертных, словно пери.

Суть его скрыта, а он – перед людьми,

Да что видят люди, кроме бороды и рубища?!

Когда он удалился от взоров своих и чужих,

То обрел в мире славу, как ‘Анка[467].

Душа всякой птицы, улетевшей к горе Каф –

Весь мир похваляется ею, похваляется!

Когда этот свет с востока достиг Сабы,

Волнение поднялось среди Билкис и ее народа[468].

840 Каждый мертвый дух обрел крылья,

Мертвецы подняли головы из могилы тел.

Передавали друг другу благую весть: «Слышите,

То нисходит глас с неба!»

От того гласа упрочается религия каждого,

Начинают зеленеть ветки и листья сердца.

То дыхание Сулаймана, словно трубный глас,

Высвободило мертвых из могил.

После этого пусть и ты обретешь счастье,

Это окончено, а всю правду знает Аллах![469]

Продолжение рассказа о жителях Сабы и о том, как Сулайман (мир ему!) поучал и наставлял на правый путь семейство Билкис, каждого – в свойственных ему религиозных и сердечных затруднениях, и как он ловил птицу сердца каждого вида на свист и приманку, [годную] для этого вида птицы

845 Я расскажу о [земле] Саба в манере влюбленных:

Когда ветер (саба) прилетел на тюльпановый луг[470],

Узрели тела день своей встречи [с ду́хами],

Вернулись сыны в свой дом[471].

Община тайной любви среди [прочих] общин

Подобна щедрости в окружении нападок недуга [скупости][472].

Низость ду́́хов – от их тел,

Благородство тел – от их ду́хов.

О влюбленные, вам [предназначено] питье

Вы – вечны, вам дали вечность!

850О забывчивые, поднимайтесь и любите!

То – запах Йусуфа, вдыхайте [его]![473]

О Сулайманов язык птиц, явись,

Песню каждой птицы, что прибывает, спой [вместе с ней]![474]

Раз Истинный послал тебя к птицам,

Он обучил тебя напеву каждой птицы.

С птицей принуждения говори на языке принуждения,

С птицей, сломавшей крыло, говори о терпении[475].

Терпеливую птицу обрадуй и приветь,

Птице ‘Анка огласи описания [горы] Каф[476].

855 Голубю вели опасаться сокола,

С соколом говори о кротости и осмотрительности[477].

А ту летучую мышь, что осталась без пищи,

Познакомь и подружи со светом[478].

Заставь воинственную куропатку научиться миру,

Покажи петухам приметы рассвета[479].

Вот так и иди – от удода до орла

[Каждому] указывай путь, а Аллах знает, как лучше!

Как Билкис освободилась от царства и опьянилась страстью к вере, и как в пору переселения ее душевная склонность ко всему царству, кроме трона, оборвалась[480]

Как только Сулайман птицам [страны] Саба

Свистнул один раз – он поймал их всех!

860 Кроме, может быть, птицы, что была лишена души и крыльев,

Или, как рыба, была немой, изначально глухой.

Нет, я ошибся, ибо если глухой склонит голову

Перед внушением Всевышнего, Он дарует ему слух[481].

Когда Билкис со всей душой двинулась в путь,

Она к тому же пожалела о прошлых временах[482].

Она рассталась со своим богатством и царством так,

Как влюбленные со своим добрым именем.

Те прелестные рабы и рабыни

В ее глазах [уподобились] гнилому луку.

865 Сады, дворцы и воды рек

Из-за любви показались банной топкой[483].

Любовь, когда охватывает и покоряет,

Превращает все прекрасное в противное взору.

Выставляет луком-пореем каждый изумруд

Ревность любви, таково значение нет[484].

[Смысл слов] «Нет Бога, кроме Него», о защитник,

В том, что [даже] луна кажется тебе черным [от копоти] котлом.

Ни богатств, ни сокровищ, ни [всякого] добра –

Ничего ей не было жаль, только лишь трона.

870 И вот Сулайман узнал о том, что у нее на сердце,

Ведь от его сердца к ее сердцу был проторен путь.

Тот, кто слышит голос муравьев,

Услышит и потайной стон находящихся вдали[485].

Тот, кто говорит о тайне «муравьиха сказала»,

Знает также и тайну этого ветхого свода[486].

Он увидел издалека, что той принявшей покорность

Горько было расстаться со своим троном.

Выйдет длинно, если стану говорить о причине того,

Мол, почему в ней была такая любовь и привязанность к трону?

875 Хотя эта писчая тростинка сама по себе бесчувственна,

Не сродни писцу, но она ему близкий друг.