Жизнь/душу мою забери, Ты жизни моей источник,
ведь без Тебя от жизни я устал.
Влюблён я в искусство безумия,
пресыщен мудростью и благоразумием.
Когда разорвётся на части стыд, я тайну разглашу:
сколько ещё терпеть, стонать и дрожать?
575 В стыде я укрылся, как за занавеской,
вдруг выпрыгну я из-под изнанки покрывала:
O товарищи, Друг перекрыл пути,
мы – хромые газели, а Он – охотящийся лев.
Кроме покорности и согласия, каков выход
[у того, кто окажется] в лапах свирепого льва кровожадного?
Он не спит и не ест, как солнце,
Он духов создаёт[, что] без пищи и сна:
«Давай, стань Мною или одного нрава со Мною,
чтобы узреть в эманации Лик Мой.
580 И если бы ты не увидел [его], то как бы обезумел настолько?
Землёю ты был, [вдруг] стал искателем возрождения [в духе]?»
Если из [мира] без измерений не Он дал тебе корм,
то как глаза твоей души продолжают [смотреть] в Ту сторону?
Кошка от [мышиной] норы потому не отходит,
что [раньше] из той норы она кормилась.
Другая кошка всё бродит по крыше,
потому что [раньше] охотой на птиц находила себе пропитание.
Для одного киблой [= целью] стало ремесло ткача,
а другой – гвардеец ради [шахского] жалования.
585 А третий – безработный, обращён лицом к Беспространству,
потому что с Той стороны дал ему Ты пищу для души.
Дело есть у того, кто Истинного возжелал,
ради дела своего/Его со всеми [прочими] делами он порвал.
Остальные, как дети, эти несколько дней
до наступления ночи отъезда играют.
Сонлив тот, кто, бодрствуя, вскакивает,
кормилица искушениями с ним кокетничает:
«Ступай, поспи, душа моя, ведь не позволю я
кому-то от [беспечного] сна пробудить тебя».
590 Ты сам[, если мудр,] вырвешь с корнем сон,
как жаждущий, который услышит шум воды:
«Я – шум воды в ушах жаждущих,
как дождь, прихожу Я с неба.
Вскочи, о любящий, обнаружь смятение:
шум воды и жажду, а затем уж сон!»
История про то, как любовник, надеясь на свидание, обещанное [ему] возлюбленной, пришёл ночью в указанный дом. Он подождал [там] какую-то часть ночи, [затем] его сморил сон. Возлюбленная, придя исполнить обещание, нашла его спящим. Заполнив его карманы грецкими орехами, она оставила его спящим и вернулась [домой]
Был один любовник в минувшие дни,
он держал обещания[, исполняя их] своевременно.
Многие годы, озабоченный встречей со своею красавицей (букв.: луной),
он терпел неудачу и [получал] мат своему шахиншаху.
595 В конце концов ищущий – обрящет,
ведь радость/утешение рождается из терпения.
Сказала однажды его подруга: «Сегодня вечером приходи,
потому что я приготовила для тебя фасолевые бобы.
В такой-то комнате сиди до полуночи,
чтобы в полночь пришла я, не разыскивая [тебя]».
Человек жертвоприношение совершил и хлеба раздал,
поскольку явилась луна [удачи] ему из-под пыли [невезения].
Ночью в той комнате уселся он распалённый,
в надежде на свидание, обещанное его верной подругой.
600 Сразу после полуночи пришла подруга его,
как верные обещанию, [пришла] возлюбленная его.
Любовника своего уснувшим она увидала,
[затем] небольшой кусок от его рукава оторвала.
Несколько грецких орехов положила ему в карман[, мол]:
«Ты – дитя, возьми их, поиграй-ка в нарды».
На рассвете любовник, от сна воспрянув,
[разорванный] рукав и грецкие орехи увидел.
Он сказал: «Наш шах – это всецелая правда и верность.
То, что нам выпадает, от нас самих же и исходит».
[***]
605 О бессонное сердце, мы[, настоящие влюблённые,] от этого в безопасности,
как стражники, мы на крыше бьём колотушкой.
Наши грецкие орехи на этой мельнице раскололись:
всё, что мы расскажем о своей печали, того будет мало.
Коритель, сколько ещё приглашений к происходящему [в этом мире]?
Советов не давай отныне безумному.
Я не буду кокетство про разделение [с Возлюбленной] слушать.
Я пережил/испытал [это], сколь ещё мне переживать?
Всё, что кроме смятения и безумия есть,
на этом Пути [приводит к] удалённости и отчуждению [от Него].
610 Живее наложи на мои ноги те оковы,
ибо разорвал я цепь [разумного] рассуждения.
Кроме тех локонов моей приятной Красавицы
хоть двести оков принеси, я [их] разорву.
Любовь и честь, о брат, не поладят:
у дверей чести, о влюблённый, не стой!
Время пришло, чтобы мне обнажиться,
[телесную] форму оставив, полностью душою/духом (джан) стать.
О Враг стыда и боязни, приди,
так как я разорвал покрывало стыда и застенчивости.
615 О Ты, кто сковал [меня] сном души Своим чародейством,
о жестокосердный Друг, в этом мире [лишь] Ты.
Живее в горло терпения вцепись и придави,
чтобы стало легко на Любящем сердце, о Наездник!
Пока я не сгорю, как станет легче на сердце у Него?
Ведь наши сердца – это дом и жилище Его.
Дом Свой Ты постоянно сжигаешь. Сжигай!
Кто будет тем, кто скажет: «Это не разрешено»?
Хорошенько сожги этот дом, о Лев разъярённый!
Для дома влюблённого так предпочтительнее.
620 Отныне такой поджог киблой [= целью] сделаю я,
потому что я – [как] свеча, сгорая, свечусь я.
От сна откажись сегодня ночью, о отче,
одну ночку по улице бессонных пройдись.
Взгляни на тех, что стали одержимыми,
как мотыльки, союзом [с Возлюбленным] были убиты.
Взгляни на этот корабль творений, тонущий в Любви,
в Дракона будто бы превратилась глотка Любви:
в Дракона невидимого, похищающего сердцá,
для разума, подобного горе, Он – притягивающий магнит.
625 Каждый аптекарь, чей разум осознает Его,
лотки [со своими лекарствами] выбросит в воду канала.
Ступай, ибо ты не всплывёшь из этого канала [Любви] вовеки,
[ибо] не был Ему равным ни один[55].
О подложник, глаза открой и посмотри,
сколько ещё ты будешь говорить: «Я не знаю того и этого»?
Над чумой лицемерия и ограниченности поднимись,
в мир Жизни и Присносущности войди,
чтобы «я не вижу» стало «я вижу»,
а эти твои «я не знаю» могли бы быть «я знаю».
630 Пройди за [состояние] опьянения и дарующим опьянение будь,
от этой изменчивости пройди в Его постоянство.
Сколько ещё ты будешь кичиться этим опьянением? Хватит!
В начале каждой улицы так много пьяных[, как ты].
Если оба мира заполнятся опьянёнными Другом,
то все они будут единым [духом], и тот не будет презренным.
Он от множества ничуть не обретёт презренность.
Кто презрен? Поклонник тела [= сластолюбец] огненной природы.
Хотя этот мир полон солнечного света,
как может быть презренным то свечение от прекрасной вспышки [духа]?
635 Однако, несмотря на всё это, выше шествуй,
так как Земля Аллаха просторна и покорна.
Хотя такое опьянение [превосходно], как белый сокол,
есть [нечто] выше его на Земле Священной.
Ступай, Исрафилом [= ангелом Серафимом] стань по [своему] превосходству,
по вдохновлению духа, по опьянению и пьянению [других]
Когда сердце пьяного занято весёлыми мыслями,
то [говорить] «я этого не знаю» и «я не знаю того» становится привычным.
«Я этого не знаю» и «я не знаю того» – [говоришь ты] ради чего?
Чтобы сказать про Того, о ком мы знаем, кто Он?
640 Отрицание для утверждения [используется] при рассуждении,
отрицание оставь и с утверждения начни.
«Не это» и «не то» живее оставь,
Того, кто реально существует, вперёд выводи.
Отрицание оставь и Его бытию поклоняйся,
этому выучись, о отче, у того пьяного тюрка.
Как пьяный тюркский амир вызвал певца ко времени утреннего опохмела, и о толковании такого хадиса: «Воистину, у Всевышнего Аллаха есть питьё/вино, которое Он приготовил для своих приближённых: выпивая его, они пьянеют, а пьянея, они очищаются…» И до конца хадиса
Вино в кувшинах тайн бурлит для того,
чтобы любой обнажённый отведал его.
Сказал Всевышний Аллах: «Ведь праведники
напьются»[56].
Вино, что ты пьёшь, запрещено,
мы пьём лишь вино разрешённое.
Постарайся через нéбыть[57] бытью стать
и от Божьего напитка пьяным стать.
Некий тюрок-неараб на рассвете в себя пришёл
и [в страданиях] от винного похмелья певца запросил.
Певец души – закадычный друг пьяниц [= опьянённых Богом],
и сладости, и пища, и сила пьяницы – это он.
645 Певец их к опьянению приведёт,
вновь опьянение от дыхания/от слов певца он [= пьяница] вкусит.
Один – питьё Истинного благодаря певцу [души] извлечёт,
другой – питьё для тела от певца [чувственного] в себя на выпасе вберёт.
Хотя оба [певца] одинаково именуются в речи,
но какая же разница меж этим Хасаном («Прекрасным») и тем Хасаном!
Есть некое словесное сходство в высказывании,
но какое отношение имеют Небеса (асман) к верёвке (рисман)?
Соучастие слова [= омонимия] [в ряде значений] всегда сбивает с пути,
[это – как] соучастие габра [= неверного] с верующим в одном теле.
650 Тела – что кувшины с крышками сверху.
Посмотри, что в каждом кувшине, и на это взгляни.
Кувшин того тела наполнен Водою жизни [= живой водой],
кувшин этого тела наполнен ядом смерти.
Если на содержимом его задержишь взгляд, ты – [духовный] шах,
а если на сосуд его станешь глядеть, ты – заблудший.
Слова подобием такого тела считай,
их внутренний смысл похож на душу.
Око тела всегда видит тело,
око души видит искусную/хитрую [неуловимую] душу.
655 Поэтому начертания слов «Маснави»
приверженца формы вводят в заблуждение, а ведут прямо – духовного.
Он [= Бог] сказал в Возвещении: «Этот Коран от сердца
ведёт одних прямо, а других к заблуждению».
Аллах, Аллах – когда мистик скажет про «вино».
Как у мистика [материально] несуществующее может быть вещью?
Раз понимание твоё [о вине лишь как о] дьявольском зелье,
как тебе вообразить вино Милосердного [Бога]?
Эти двое – соучастники – певец и вино.
Этот к тому, а тот к этому быстро приведёт.
660 Сильно похмельные словами певца напитаются,
певцы их к таверне отведут.
Тот [= певец] – начало площадки, а эта [= таверна] – её конец.
Безумно влюблённый – словно мяч в его клюшке для поло.
К тому, что есть в голове, ухо устремится:
если в голове желчь, оно в страсть превратится.
После чего оба [= певец и влюблённый] в бессознательное перейдут:
родитель и рождённый станут там одним целым.
Когда заключили мир [друг с другом] радость и печаль,
певцов наш тюрок разбудил.
665 Певец начал [читать] двустишия сонливые:
«Дай-ка мне чашку, о Ты, кого я не вижу.
Ты – лицо моё. Неудивительно, что я не вижу его.
