– Ссзначит так! Доарт, сс тобой я договорю позжше. И ссоветую приструнить ссвою наглую деффку, иначше я займусь ей ссам. А вы вы вссе- вон отссюда! немедленно!
Наконец, придя в себя и бросив короткий яростный взгляд на самим же вызванных членов команды своего корабля, которые сразу же поспешили скрыться, младший Правитель злобно уставился уже на меня. Несколько невероятно долгих мгновений тишины, во время которых меня прожигали просто-таки убийственным взглядом, и Тварь прошипел сквозь зубы:
– И чшто это ты сссейчас такое усстроила?
– То, что Вы и хотели.
Безразлично пожимаю плечами и усаживаюсь на кровати, небрежно набросив себе на бедра край покрывала. Как бы там ни было, но провоцировать инопланетника своим абсолютно голым внешним видом на то, чтобы он снова решил меня трахнуть, не хотелось совершенно. Тем более, что мои манипуляции с покрывалом все равно остались незамеченными, так как Твари было несколько не до этого. Поскольку эта высокородная мразь изволили злиться. И, судя по всему, именно на меня.
– Я ЭТОГО хотел?! Не помню, чтобы я пожелал ссмотреть на то, как ты ссвоей голой задницей перед всеми жшшелающими ссверкаешь!
Молчу. И при этом заинтересованно рассматриваю возмущенное лицо так и пылающего гневом инопланетника. Нет, все-таки он совершенно ненормальный. Даже сам не знает, чего хочет. Неужели его так сильно рассердило, что еще кто-то кроме него видел меня голой? С чего бы это вдруг? Если он только что сам хотел отдать меня этим троим для развлечений. Или же все-таки не хотел? Возможно ли, что все это было лишь пустой угрозой? Только вот зачем ему это было делать, если он и так уже добился моего полного подчинения? Не понимаю… Столько много вопросов и ни одного на них ответа.
– Зссапомни, ты только моя! Ссс этим вссе понятно?!
Согласно киваю в ответ и скромно прикрываю ресницами глаза, чтобы инопланетник не увидел вспыхнувшего в них облегчения. Значит он все-таки собственник. И это хорошо, так как это означает, что делиться мной с остальными не собирается. Уже хоть что-то приятное…
– И чтобы ты даже и думать не ссмела о том, чтобы ешшще хоть сс кем-то, кроме меня… Поняла?
Снова киваю и из-под полуопущенных ресниц безразлично наблюдаю за бешено мечущимся по комнате виорийцем, который готов был вот–вот взорваться. И, кажется, я догадываюсь, на кого именно он готовится выплеснуть всю свою так, и бушующую в нем ярость. На меня. Только вот за что? За то,что я сделала именно так, как он и хотел? Очень глупо с его стороны. И абсолютно никакой логики во всех его поступках. А если бы он все же разрешил тем трем меня… Умммм… Не могу. Да даже только лишь одна мысль об этом вызывает во мне волну омерзения и дикого ужаса. И самое тошное было осознание того, что я даже не посмела бы им хоть каке-то сопротивляться. Прекрасно зная, что именно может предпринять Тварь в ответ на мое непослушание.
Довольно четко представив, что со мной сделала бы эта троица, если бы их хозяин все же дал им на это разрешение, зябко передергиваю плечами и еще сильнее натягиваю на себя тонкую ткань покрывала. Странно, почему же во всегда теплой каюте так резко похолодало? Может быть это из-за неполадок в климат-контроле апартаментов моего врага? Тогда почему он не обращает на это абсолютно никакого внимания? Ведь, как я уже заметила, Тварь, любит тепло, и поэтому в его комнатах обычно весьма высокая температура. Как для меня, так даже слишком жаркая. А теперь все мое тело сотрясает крупная дрожь, и я подтягиваю колени к груди и обхватываю их руками, чтобы хоть немного согреться. Зубы выбивают мелкую дробь, и я крепко сжимаю их вместе, лишь бы не привлечь к себе совершенно не нужное мне внимание Твари. А тот, видимо, даже не замечает того, что в спальне так сильно и быстро упала температура.
– Зато передо мной как выделываласссь, недотрогу из ссебя сссстроила. А ссама перед любым ноги раздвинуть готова! Дикарка блудливая!
Злобные, совершенно несправедливые слова, неожиданно нависшего надо мной инопланетника, гудели в голове, отдаваясь невнятным эхом, что вызывало просто нестерпимую боль и желание заорать… Чтобы больше не слышать ничего из того безумного бреда, что он мне высказывал.
– Шшшлюха! А может тебе и ссамоц хотелоссь, чтобы те трое тебя… Может быть, ты еще и расстроиласссь, что я отправил их отссюда вон? Хочешшшь, чтобы я их вернул? Прямо сейчассс?!
Все же, не выдержав этих диких обвинений, я отчаянно взвыла, практически рухнула боком на кровать и зарылась лицом в подушку. Со всей силы зажимаю ладонями уши, только бы не слышать…
Резкий рывок за плечо и меня быстро развернули обратно. Встревоженное лицо Твари, низко склонившегося надо мной, и его неуверенное: «малышшшка, ты что?» стало последней каплей. Это было уже чересчур для того, что я могла все это молча и безответно выдержать, и я все-таки сорвалась.
Удар кулаком по лицу не ожидающему от меня ничего подобного инопланетника и я, легко вырываясь из его рук, соскакиваю с кровати. Бегу. К выходу из каюты и в отчаянье вожу ладонями по скользкой зеркальной поверхности входной панели. Тварь же постоянно действовал точно так же! Когда входил и выходил из своих апартаментов. Тогда почему передо мной эта проклятая перегородка отказывается открываться?!
Не могу так больше! Видеть, слышать, быть рядом с ним… Убить его готова, и плевать уже на все. Со всей силы бью по панели раскрытой ладонью. Больно… Плевать. Лишь бы вырваться, сбежать отсюда… Бью еще, второй рукой, стучу кулаками, вымещая на ней бессильную злобу и отчаянье. Сбиваю костяшки рук в кровь. Кричу, срывая горло и падаю на колени перед даже не шелохнувшейся от моего бешеного напора дверью. Прислонившись лбом к прохладной металлической поверхности и крепко-накрепко закрыв глаза, ощущаю, как по щекам бегут неожиданно горячие слезы. Смешно, а ведь раньше я никогда не плакала, даже в детстве. А теперь… Постоянно, только и делаю, что…
Легшие мне на плечи руки заставили нервно вздрогнуть и попытаться опять рвануть в сторону. Не дали. Перехватили покрепче и вздернули вверх, заставляя встать на на совершенно непослушные, противно дрожащие в коленях ноги. Поднимаю глаза вверх и вижу над собой слегка склонившееся холодное лицо Твари, который, не отводит от меня изучающего, пристального взгляда. Несколько невероятно долгих мгновений таращимся друг на друга, после чего он с шумным вздохом хватает меня за запястье и тащит за собой. Легко скользнувшая в сторону дверная панель, после всего лишь одного легкого к ней прикосновения коричневых пальцев… Ванная. Душевая кабинка, в которую Тварь меня грубо впихивает, после чего заходит туда и сам. С полнейшим безразличием наблюдаю за тем, как он буквально срывает с себя одежду и с угрожающим видом подходит ко мне. Разделся. Полностью. Значит опять будет трахать… Плевать. Пускай делает, что хочет. Мне уже все равно.
– И только попробуй хотя бы дернутьсся, – не больно ударив меня раскрытой ладонью в грудь, заявляет Тварь подталкивая к центру кабинки. Резко хлынувшие на голову мощные струи обжигающе горячей воды, немного привели меня в чувство и я все же попыталась отпрянуть из-под льющегося на меня потока. Но мне не дали этого сделать. Инопланетник схватил меня за предплечье и, больно его сжав, швырнул обратно.
– Я же сссказал тебе не дергатьсся. Неужшшели так сссильно хочется, чтобы я тебя наказал, как ты того засслуживаешшшь?
Тварь легко провел пальцами по своей скуле, которая уже начала темнеть после моего удара, тем самым давая понять, за что именно он разозлился. Так ему и надо, нужно было бить сильнее, и… И тут меня накрыло пониманием того, что я только что натворила. Ведь он же говорил мне про наказание… Если я посмею ему сопротивляться и, тем более, поднять на него руку. А что именно он грозился исполнить в случае моего неповиновения, я помнила великолепно. Умммм…. Зачем я это сделала?! Теперь из-за меня, из-за моей глупой слабости пострадают другие… Что же я натворила?! Тело, несмотря на то, что по нему били горячие водяные струи, мгновенно пробило ледяным ознобом и меня опять затрясло крупной дрожью. Ухватив себя скрещенными руками за предплечья, я во все глаза уставилась на не сводящего с меня настырного угрюмого взгляда инопланетника.
Он, так же как и я, неподвижно стоял под льющейся на нас сверху водой всего лишь на расстоянии вытянутой руки. Поэтому его лицо я имела «удовольствие» рассмотреть в малейших деталях. Сжатые в тонкую линию губы, прищуренные, так и полыхающие холодным серебристым огнем глаза… Я его разозлила. Сильно. Лицо как каменное, ладони в кулаки сжаты и такое ощущение появляется, что он едва сдерживается от того, чтобы не избить меня до полусмерти. Ну и пусть бьет! Лучше уж так, чем он отыграется за мою ошибку на моих соотечественниках. Как я могла так глупо сорваться? Да даже если бы те трое… Меня… Все равно! Я просто не имела никакого права из-за этого подставлять под удар столько жизней. Пережила бы… Как-то… Наверное. А теперь? Нужно срочно что-то придумать для того, чтобы отвлечь Тварь от желания отыграться за мой срыв на других.
Не отрываясь от холодных, изучающих меня глаз инопланетника, подхожу к нему вплотную и медленно опускаюсь на колени. Перед ним. Перед Тварью. Сама. Ладонями судорожно скольжу по его бедрам вверх, лаская горячую мокрую кожу моего ненавистного врага, которого мне теперь нужно попытаться хоть как-то задобрить, отвлечь… Ловлю его слегка ошарашенный и при этом настороженный взгляд и, прикрыв глаза, легко провожу губами по его вяло свисающему члену. Абсолютно никакой реакции. СтоИт неподвижно и смотрит на меня с таким нечитаемым выражением лица, что мне совершенно непонятно, стОит ли продолжать дальше, без того, чтобы не разозлить его еще сильнее. Но делать ведь что-то нужно…
Осторожно охватываю его член ладонью и веду уже по всей его длине языком… потом обратно. Торопливо, чтобы не успеть передумать, накрываю головку его члена губами и, закрыв глаза, пытаюсь заглотнуть его как можно глубже. Отвратительно… До тошноты. Не могу… Совсем не могу себя пересилить… Заставить. Если продолжу делать…ЭТО, то меня просто вырвет. Поэтому, отпрянув от все так же спокойно стоявшего инопланетника в сторону, смотрю на него снизу вверх во все глаза, с отчаянием ожидая его ответных действий.
Дождалась. Меня, жестко схватив пальцами за предплечье, буквально вздернули на ноги и потащили за собой в спальню. Понятно. Будет вымещать на мне злость уже ставшим вполне привычным способом. Трахать. Тварь! Ненавижу. Но это именно то, что хотя бы немного сможет остудить его ярость. Дотащив меня до кровати и швырнув на нее спиной, инопланетник, холодно на меня посмотрев, чуть ли не сквозь зубы процедил:
– Ложшиссь сспать. И ессли только попытаешшься сслезь с кровати, то очень ссильно об этом пожалеешшь. Врач сказал, что тебе нужно большше отдыхать и это значит, что ты будешшь отдыхать. С этим все понятно?
Ошарашено киваю в ответ и с недоумением наблюдаю за тем, как Тварь, выдернув из-под меня одеяло, небрежно накинул его на меня сверху. После чего резко развернулся и широкими шагами покинул комнату.
Недоверчиво проследив за тем, как дверная панель, отделяющая спальню от остальной каюты, закрылась за его спиной, я обессилено откинулась на подушки и устало прикрыла глаза. Да что же это твориться такое? С этим? Ведет себя так, что… Да совершенно непонятно как! Псих… Буйно помешанный! То орет ни за что, то сразу же после этого вроде бы как… Заботится что ли. Не понимаю! Тем более, что когда он покидал спальню, я заметила то, что он уже был в полной боевой готовности. Неужели моя совершенно неумелая попытка сделать ему минет все же оказалась вполне удачной? Тогда почему же он оставил меня в покое?
Отстранено рассматривая потолок над кроватью, имитирующий собой карту звездного неба с абсолютно незнакомыми мне созвездиями, я лежала и с горькой усмешкой размышляла о том, что вот так, несколько извращенно и сбываются иногда мечты. Я ведь всегда, с самого раннего детства, бредила дальним космосом. Надеялась на то, что с отличием закончив учебу, напишу рапорт с просьбой о моем зачислении в войска Наружного Контроля. Пусть наше правительство не особо и стремилось отправлять экспедиции к дальним звёздным системам, но о безопасности своей родной планеты все же беспокоилось. Не то, чтобы слишком, но так, на всякий случай. Ведь никто и никогда всерьез и не задумывался о том, что кроме нас в космосе еще может быть разумная и при этом очень враждебно настроенная к нам жизнь.
Теория о том, что мы не единственная разумная раса во Вселенной, была весьма популярной и особого опротестования в научных кругах никогда не вызывала. Некоторые из моих знакомых из Академии так вообще, просто мечтали о том, что когда-нибудь мы вступим в контакт с представителями других цивилизаций. С благородными пришельцами с далеких звезд, которые принесут нам новые знания и откроют технологии, при помощи которых мы могли бы строить корабли, имеющие возможность быстро рассекать бескрайние просторы космоса. Стыдно вспоминать, но некоторое время я тоже была точно такой же наивной мечтательницей, как и они.
И вот теперь мы столкнулись с этими «разумными» и «благородными» нос к носу. Да так столкнулись, что от этого столкновения моя родина еще не скоро в себя придет, если придет вообще. Ведь, как сообщил мне Тварь, вопрос о будущем моей планеты еще не решен окончательно. Так что этого самого будущего у нее вполне может и не быть. А у меня? Какое может быть будущее лично у меня? Как ни прискорбно было это осознавать, но от меня в этой ситуации совершенно ничего не зависело. А все зависело от ненавистного коричневого инопланетника, который мог сделать со мной все, что ему захочется. И сегодня он достаточно ясно и наглядно продемонстрировал мне то, что я всего лишь жалкая игрушка, полностью находящаяся в его власти.
Только вот Тварь не учел одного момента. Я не собиралась быть чьей-то безропотной куклой, которая с ужасом ожидает того момента, когда надоест своему хозяину и тот о ней позабудет. Или даже вообще сломает и выбросит за ненадобностью. Хватит уже жалеть себя и рыдать над своей исковерканной судьбой. Нужно вспомнить о том, кем я была до вторжения инопланетников и кем, не смотря ни на что, все же остаюсь сейчас.
Вейтара сил Коу. Наследница одного из благороднейших кланов Калвиреи, одна из лучших учениц Первого Гвардейского Лицея. И я не позволю себе забыть все это только лишь потому, что так захотелось моему ХОЗЯИНУ. Даже хорошо, что он видит во мне всего лишь смазливую экзотическую зверушку, весьма пришедшуюся ему по вкусу для постельных забав. И то, что он так удачно позабыл о том, что я вообще-то боевой офицер, должно сыграть мне на руку в моем самом горячем желании…
Месть. Это именно то, что даст мне силы, чтобы не сломаться окончательно и сделать все для того, чтобы заставить Тварь прочувствовать на своей шкуре то же самое, что он сделал со мной. Хочу видеть, как он страдает, унижается, корчится от бессильной ярости и боли… И я положу всю свою жизнь и все силы на то, чтобы добиться этого. Клянусь…
Глава 16 Миалтэр Бойрэни (третий)
ВИОРИЯ.
Наконец-то я уже почти что дома. Занимающая чуть ли не половину обзорного экрана в командной рубке корабля бледно-голубая планета, приятно грела оба моих сердца своим родным мерцающим светом. Еще несколько часов – и я буду дома, посажу свой лайнер в столице. Прямо на правительственном здании, на личном космодроме отца. Там, где судя по всему, мне предстоит весьма нелегкий разговор с явно разозленным родителем. Об этом он намекнул мне сам лично, всего лишь несколько минут назад в коротком разговоре, которым меня удостоил. И я даже догадываюсь, о чем именно будет идти речь.
Точнее, о ком. О моей строптивой пленнице. О той самой, которую я совсем недавно оставил мирно спящей в своей кровати. Нда, утром во сне Вейта выглядела такой расслабленной и необычайно милой, что я еле смог удержаться от того, чтобы тут же не поиметь ее. Пока она не пришла в себя окончательно, и в ее глазах не вспыхнул тот нескрываемый огонь ненависти, который всегда появлялся в моем присутствии. А я отчаянно хотел ее именно такую! Сонную, расслабленную, с едва заметной улыбкой на просто неприлично пухлых губах и рассыпанными по подушкам длинными волосами… Поэтому я и сбежал. Осторожно скатившись с края кровати, большую часть которой заняла вольготно раскинувшаяся на ней калвиреанка, я, практически не дыша, выскользнул из спальни.
Смешно! Потревожить боялся свою собственную рабыню. Военный трофей! Ведь доктор ясно дал понять, что моей пленнице просто жизненно необходим отдых. Вот теперь Вейта и отдыхает в свое удовольствие… В отличие от меня. Да я почти полночи проворочался, пытаясь уснуть рядом с этой… Которую просто до ужаса хотелось разбудить и заставить выполнять ее прямые и настолько для меня приятные обязанности наложницы. Проскользнувшая было мысль о том, что можно было бы прогуляться в каюту к кому-нибудь из безотказной прислуги я откинул сразу же, боясь, что во время моего, даже недолгого отсутствия, Вейта опять решится на какую-нибудь глупость. Мне и прошлого раза хватило, когда эту строптивицу едва удалось вернуть к жизни. И еще раз сидеть под дверями медблока и трястись в ожидании непонятно чего, меня совершенно не прельщало.
Сейчас, днем, за ней при помощи напичканных по всем комнатам моих апартаментов камер, следило несколько специально приставленных мной военных, из моей личной охраны, так что я не особенно и беспокоился. А вот ночью я категорически запретил им наблюдать за моей спальней, прекрасно понимая, что могу не выдержать и накинуться на девчонку в любой момент. Не то, чтобы я сильно стеснялся чужих глаз, но мысль о том, что кто-то еще кроме меня сможет видеть извивающуюся и сладко стонущую подо мной пленницу, была весьма неприятной. Нет, все-таки отец в действительности был прав – эта дикарка стала слишком уж для меня… Важной. Но отказываться от нее я не собирался ни в коем случае. О чем прямо и заявлю отцу в сегодняшнем, скорее всего, весьма тяжелом для меня разговоре.
И если Правитель посмеет хоть что-либо предпринять для того, чтобы избавить меня от ненужной для него привязанности, то я дам ему ясно понять, чем все это может закончиться. Все мои предыдущие выходки покажутся родителю просто детскими забавами по сравнении с тем, что я ему устрою, если он хоть как-то посмеет навредить Вейте. Девчонка-моя собственность! И я никому не позволю причинить ей хоть какой-нибудь вред… Даже отцу.
– Младший Правитель, – настороженный голос капитана вывел меня из не радостных размышлений, и я нехотя отвернулся от обзорного экрана. Подошедший ко мне мужчина, коротко поклонившись, торопливо проговорил:
– Корабль готов к посадке и нам пришло указание направляться к центральному порту Кайрана.
– Я уже знаю об этом, – спокойно ответил я явно нервничающему капитану. – Правитель сообщил мне, что отдал распоряжение о том, что для нас готово посадочное место в его личном порту. Так что следуйте полученным инструкциям и сажайте корабль там, где вам укажут навигаторы.
Капитан, опять коротко мне кивнув, немедленно отправился к панелям управления, руководить сразу же засуетившимися пилотами. Его неуверенность была мне очень хорошо понятна. Ведь до этого я собирался направить лайнер к одному из своих личных дворцов, находящихся далеко за пределами Кайрана. Я планировал оставить Вейту там, под надежной защитой личной стражи, не желая тащить пленницу за собой в столицу. И вот теперь отец опередил меня, ясно дав понять, что “желает видеть своего сына и наследника в самое ближайшее время”, да еще и, как он ехидно выразился, «с моей занятной зверушкой» в придачу. И ведь никак уже не получится отвертеться. Придется тащить с собой на высочайшую аудиенцию и мою строптивую и совершенно непредсказуемую пленницу. А это уже опасно. В первую очередь для самого Вейты.
Девчонка, из-за своего вспыльчивого нрава, может наделать или наговорить кучу глупостей. И тогда отец на вполне законных основаниях сможет отобрать у меня настолько проблемную пленницу, и сделать с ней все, что посчитает нужным. Значит придется поговорить с Вейтой заранее и объяснить ей сложившуюся ситуацию. И дать понять, что от ее поведения будет зависеть не только его дальнейшая судьба, но и судьбы всех его соотечественников. И на этот раз без какого-либо снисхождения. Откладывать этот разговор не стоит. Думаю, отец пожелает видеть нас сразу же после посадки, значит девчонку нужно подготовить к этому прямо сейчас.
Быстро вернувшись в свои апартаменты и войдя в спальню, истуканом застыл в дверях. А всему виной был этот несносная дикарка, которая, видимо, только что выбралась из душевой и теперь безуспешно пыталась высушить свои длиннющие волосы при помощи только лишь одного полотенца. Совершенно обнаженная она стояла повернувшись ко мне спиной, и негромко бурчала что-то возмущенное себе под нос, даже не заметив моего появления. Довольно ухмыльнувшись, тихонько подкрадываюсь сзади и, обхватив ее руками за талию, шепчу в самое ухо нервно вздрогнувшего пленницы:
– Знаешь, а воспользовавшись сушилкой, ты справилась бы со своей шевелюрой гораздо быстрее.
Замерла. Ее спина как будто сразу же окаменела. Но даже попытки вырваться из моих объятий не делает. И это странно. Разворачиваю свою рабыню к себе лицом и скидываю с волос напряженно замершей под моим взглядом девушки совершенно мокрое полотенце. Отводит глаза. Боится. Не меня, а того, что я смогу там увидеть. Ненавидит. Зло, яростно… Знаю об этом. Все прекрасно понимаю. Но… Плевать! Все равно моя! Пальцами хватаю ее подбородок и опять поворачиваю лицом к себе. Целую. Сминаю ее губы, врываюсь в рот своим языком, со всей силы прижимаю мокрое тело к себе и слышу негромкий болезненный стон. Отшвыриваю на кровать и, с усилием взяв себя в руки, отхожу на несколько шагов назад. Нет, как ни жаль, но на… ЭТО у нас сейчас совершенно нет времени. Ну, ничего страшного, сразу же после аудиенции отправлюсь с пленницей в свой дворец, где уже можно будет заняться ее приручением основательно и в спокойной обстановке. Только главным будет не сорваться от чересчур длительного для меня воздержания и опять не замучить строптивицу до полусмерти.
– Значит так… Слушай меня очень внимательно.
Сурово смотря на настороженно замершую на кровати девчонку, я глубоко и обреченно вздохнул. Все-таки она- это просто нечто невероятное. Да что бы я раньше хоть с кем-нибудь еще точно так же, как с этой пленницей носился? Не было никогда такого и, надеюсь, что больше не будет. Мне и этой головной боли вполне хватает для того, чтобы иногда уже начинать сомневаться в собственной адекватности.
– Сейчас придут слуги, они помогут нам одеться. Через несколько часов мы прибудем в столицу, где меня ожидает Правитель Империи… Который при этом является моим отцом. Он очень сильно желает тебя увидеть, и я просто не посмею ему в этом отказать. Так что на встречу с ним ты отправляешься вместе со мной. Надеюсь, что тебе не стоит объяснять, что во время аудиенции ты должна вести себя тихо и незаметно, как и подобает хорошо вышколенной наложнице? Отец, в отличие от меня, не столь терпелив к непокорным рабам. А так как дальнейшая судьба твоей родины итак находится под большим вопросом, то малейшая твоя оплошность…
– Я все поняла.
Конечно, поняла. Девчонка мне досталась на редкость понятливая… Только. при этом, и совершенно невыносимая. СтоИт, смотрит на меня с ненавистью, плохо замаскированной под маску полнейшего безразличия, и наивно думает, что я ничего не замечу. Что ж, мне остается только надеяться на ее благоразумие, которое не позволит этой дикарке проявить свою истинную бунтарскую сущность перед моим отцом.
Тихо скользнувшая в сторону дверная перегородка, из-за которой в комнату скользнули две гибкие фигурки, заставили Вейту отвести от меня взгляд и отвлечься на посетителей. Близняшки-рииланки. Весьма удачное приобретение, сделанное мной около полугода назад на самых элитных торжищах Виории. Эти сестры влетели мне в довольно большую сумму кредиток, о потере которых я еще ни разу не пожалел. Покорные, умелые во всех отношениях девочки, вымуштрованные, как и идеальные служанки, так и просто шикарные постельные игрушки. И даже то обстоятельство, что по моим достоверным сведениям эта парочка регулярно докладывала о каждом моем шаге родителю, не слишком меня и огорчало. Ведь я превосходно знал о том, что этим же занималось и бОльшая часть моего самого ближайшего окружения. И если я даже все-таки избавлюсь от этих двоих шпионок, по большему счету все равно ничего не изменится. Просто взамен этих мне подсунут каких-нибудь других. А к этим я уже вроде бы как привык…
Молча кивнув близняшкам на Вейту, обозначая кем именно им следует заняться в первую очередь, торопливо прохожу в ванную комнату. Быстро скинув одежду и врубив на всю мощность довольно прохладную воду, задумчиво уставился на свой член, который, несмотря на холодный душ, так и не думал успокаиваться и все так же гордо задирал голову вверх. И это было уже совсем не смешно! Подумать только! В моем полном распоряжении находится толпа на все готовых рабынь, а я, как влюбленный мальчишка, не могу думать ни о ком, кроме одной определенной синеглазой пленницы. Которая, дай ей только волю, убила бы меня голыми руками, да еще и с особой жестокостью.
А может быть я и вправду…? Да нет… Не может такого быть! Чтобы я, да и влюбился?! Ерунда полнейшая! Это все просто легкий недотрах. Видимо я все еще не наигрался своим недавним приобретением, поэтому на других не особо и засматриваюсь. А поскольку доступ к телу пленницы по причине излишней хрупкости ее здоровья для меня временно ограничен, то и лезут мне в голову такие глупые мысли. Вейта красива просто до невероятного… Ее идеально сложенное тело, длинные стройные ноги, упругая попка и небольшая, но весьма аппетитная грудь так и напрашивались на то, чтобы эту своенравную деточку вообще не выпускали из кровати и использовали по прямому ее назначению. А именно для ублажения меня любимого… Ведь как бы сильно Вейтара меня не ненавидела, в постели со мной она тоже получает свою долю удовольствия. Пусть и совершенно ей нежеланного, но, тем не менее…
Ее затуманенные страстью глаза, слегка приоткрытые, припухшие от моих жестких поцелуев губы, просто сводили с ума. Ее тяжелое, прерывистое дыхание, еле слышные стоны, которые она совершенно безуспешно пыталась сдерживать в себе… Извивающееся под моей тяжестью тело, которое хотелось изо всех сил, до синяков, сжать в своих руках и не выпускать уже никогда… Хмм… Безумие. Самое настоящее мое личное безумие, от которого, тем не менее, мне совершенно не хотелось избавляться, а хотелось чтобы оно продолжалось. Бесконечно.
– Уу-у-ууумм…
Прислонившись лбом к прохладной стенке душевой, я, тяжело дыша, обалдело уставился на свою ладонь, с которой бьющие сверху водяные струи смывали следы моей же собственной спермы. Смешно-то как! Давно я ничем подобным не занимался. Ровно с того самого момента, как заполучил от отца в подарок свою первую рабыню в еще довольно юном возрасте. И вот теперь опять… Не понимаю! Ведь если во время вынужденного воздержания, обеспеченного мне мстительным родителем, вокруг меня не обнаруживалось ни единого объекта хотя бы более-менее подходящего на роль постельного развлечения, то теперь же все обстоит совсем по-другому. Ведь я мог совершенно без проблем трахать любую рабыню из обслуживающего персонала моего корабля, большинство из которых отличались весьма приятной внешностью. Но вся проблема заключалась в том, что делать этого мне совершенно не хотелось. А хотелось мне только одного… Немедленно затащить в свою постель одну определенную упрямую дикарку, которая ненавидит меня всей своей, просто невыносимой сущностью и которая практически не скрывает своего ко мне отношения.
И ведь сделать с этой ее ненавистью ничего у меня не получится. Угрозы ее соотечественникам так и останутся пустыми угрозами, если я не захочу еще больше настроить девчонку против себя. А я не захочу… Ох как не захочу. Вернуть бы все назад, попробовать начать все по-другому. Только вот это абсолютно невозможно. Но и мириться с этим ее ненавистным ко мне отношением совершенно не хочется.
Возможно, что со временем она свыкнется со своим положением, привыкнет ко мне… Тем более, если я буду с ней более мягок и терпелив? Для начала можно попробовать добиться ее более лояльного ко мне отношения путем улучшения условий жизни для ее сородичей, оставшихся в живых после захвата их планеты. Нет, не то… Опять она воспримет все это, как еще один способ заставить ее подчиняться. Что же тогда? Не знаю. Нужно будет обдумать это в более спокойной обстановке, сразу же после приема у отца. Кстати о грустном. Время-то идет, а папочка ждать ой как не любит. Мне, в принципе, парадный мундир надеть совсем недолго, а вот обрядить Вейту достойно ее нынешнему статусу времени займет немало. Хоть она еще и не является моей официальной фавориткой, но предстоящая аудиенция у Правителя будет весьма подходящим случаем представить ее как отцу, так и Приближенным Имперцам именно в этом качестве. И пусть хоть кто-нибудь попробует на это мое решение возразить. Я уже совершеннолетний, живу отдельным домом, так что даже если отец не одобрит кандидатуру Вейты на эту роль, сделать он уже ничего не сможет. Разве что грандиозный скандал мне закатить, но это уже после окончания официальной части приема. Наедине. В своем кабинете.
Неприятная, конечно, перспектива, но, к большому моему сожалению, неизбежная. А это значит, что оттягивать ее нет смысла. Тем более, что если я еще ко всему и опоздаю, у отца поводов для недовольства существенно добавится. Мне, в принципе, не привыкать, но очень не хочется втягивать в наши семейные разборки свою пленницу. И если я хочу этого избежать, то все-таки нужно будет поторопиться.
Неохотно выбравшись из-под душа, схватил с полки уже подогретое полотенце, и, небрежно обернув его вокруг бедер, быстро вышел из ванной.
Ндаа-а-а. Видимо я поторопился. Застыв на пороге, тем самым не давая дверной панели перекрыть вход в ванную, я уставился на сидящую ко мне боком девчонку, возле которой вились близняшки, сооружая из ее волос нечто невообразимое.
– И что это за безобразие? – угрожающе сверкнул я злым взглядом на мигом побледневших рабынь, недовольно кивая на тот ужас, в который они превратили роскошные волосы Вейты.
– Младший Правитель, – робко выступив вперед и глубоко поклонившись, одна из сестер, запинаясь, сумела из себя выдавить: – Это ритуальная прическа наложницы для официальных приемов.
– Да-аа?! Неужели?
Более внимательно рассмотрев то жуткое переплетение косичек и локонов с обильным дополнением из различных блестящих заколок, я встретился с таким же, как у меня недовольным взглядом пленницы. А вот это уже вообще наглость!
– Вы зачем ее лицо ТАК накрасили?! – рявкнул я, с изумлением отмечая подведенные темными тенями глаза Вейты, охватывая взглядом весь масштаб сотворенного над ней издевательства. Кроме глаз, эта парочка чересчур старательных идиоток как-то так интересно подкрасила ей губы, отчего те стали выглядеть еще более сочными и притягательными. Ресницы тоже как-то подозрительно удлинились и стали еще пушистее, чем были. На щеках девушки играл яркий румянец, но этот уже видимо был естественного происхождения, так как, судя по ее гневно сверкающим глазам, Вейта был просто в ярости от всего происходящего. Так же, как и я.
Конец ознакомительного фрагмента.
Текст предоставлен ООО «Литрес».
Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.
Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.
