Джон принес мне стакан с водой и приготовился слушать меня.
– Мы, ангелы, рождаемся, чтобы помогать вам и первое время, просто наблюдаем за вами. За вашей жизнью, вашим бытом, вашими ценностями и традициями. Мы можем годами просто смотреть за жизнью абсолютно разных людей. Знаешь, – сказала я, чуть поднявшись на спинку дивана, – твой дом говорит о том, что ты в числе везучих.
– Это почему же? – поинтересовался Джон.
– Твой дом считается для вас богатым.
– Вот оно как – задумался Джон.
– Да, не все люди живут в таких квартирах.
– Возможно, – согласился со мной Джон, не придавая моим выводам никакого значения.
Тогда, я снова спросила его:
– Ты зарабатываешь много денег, но кем ты работаешь?
Мой вопрос его явно удивил, но сделав небольшую паузу он всё же ответил:
– Я не зарабатываю больших денег даже по людским понятиям. Нет, конечно, иногда можно так сказать, но есть куда более богатые люди.
– Так чем ты занимаешься, Джон?
– Я пилот. Пилот гоночного болида, – пояснил он.
– Гоночного болида? – я начала перебирать в памяти всё, что знаю о земле, но никак не могла вспомнить, что это такое.
Заметив моё смятение Джон снова пояснил мне:
– Болид, это такая гоночная машина, на которой едешь по специальной трассе.
– Аа-а, – протяжно произнесла я. – так, ты автогонщик?
– Можно и так сказать.
– Это чудовищно опасно!
– Да, бывает, – не стал отрицать Джон. – зато, хорошо платят.
– Ты готов рисковать своей жизнью ради денег?! – всё не понимала его я.
Джон на секунду задумался, затем ответил:
– Выходит, что да.
Я задумалась, пытаясь понять его логику, но признаться честно, это с трудом давалось мне. За множество лет я видела, как часто люди рискуя, погибают в самых разных ситуациях. Мы, ангелы – видим судьбы тысяч людей всего за один день. Отчасти, мы привыкли видеть скоротечность и безрассудство жизни, но когда я оказалась здесь сама, от этих мыслей мне стало не по себе.
– Джон?
Он посмотрел на меня, и я сказала:
– Мне страшно, что ты разобьешься.
– Ты весьма прямолинейный ангел, кстати, прости, но я кажется, забыл как тебя зовут?
Я снова обиделась, и не стала ничего отвечать ему, а лишь отвернулась в окно.
– Еще пол часа назад ты кричала, что ненавидишь меня, а сейчас говоришь, что тебе страшно за мою жизнь.
– Будь на твоем месте другой человек, мне было бы также страшно и за него. – холодно ответила я.
– Ах, да, ты же ангел…
– Ты всё таки не веришь мне?
Джон посмотрел на меня и сделал такое лицо, будто я пытаюсь убедить его в существовании ангелов.
– Я же, я же показывала тебе свои крылья, ты забыл? – я поспешила встать на ноги и снова расправить перед ним крылья, как единственный аргумент своей правоты.
Джон смотрел на меня с сожалением и вскоре я заметила, что мой единственный аргумент предательски покинул меня.
– Я не стал тебе говорить сразу, думал ты сильно расстроишься, когда узнаешь, что они исчезли. – сказал Джон.
– Исчезли?!
Я не могла в это поверить, всё вращаясь вокруг своей оси в поисках привычных мне крыльев.
– Да, еще тогда, возле госпиталя, на лавке. Ты не заметила, потому что была озадачена своим обнаженным телом.
– Кто еще был им озадачен! – снова возмущалась я.
Затем, я вспомнила, что моя единственная одежда – это чужая, потная футболка, человека которого я ненавижу всем сердцем.
От этих мыслей мне стало ужасно не по себе и я поспешила снять её, убежав в другую комнату и закрыв дверь.
Сев на пол я оказалась напротив большого зеркала и впервые в жизни увидела себя. От неожиданности я содрогнулась, приняв отражение в зеркале за другого человека, но быстро сообразив, приблизилась к нему. Я видела перед собой молодую девушку, с длинными, светлыми волосами, пронзительными глазами цвета грозового неба и точенными скулами. Мои губы были яркими и резными, а нос утонченный и гордый. Я вцепилась взглядом в своё отражение и не могла свести с себя глаз. Я трогала своё лицо руками не веря, что оно принадлежит мне. Я проводила рукой по волосам, шее и груди, спускаясь всё ниже и ниже. Моя кожа была мягкой и теплой, от чего мне было непривычно ощущать её такой.
Там, на земле ангелов мы не видим зеркал, а тела наши излучают сильный свет, от чего яркость нашей внешности меркнет. И, лишь здесь, став человеком я впервые увидела то, какой родилась и живу уже множество небесных лет.
– Нравится? – спросил Джон стоявший в дверях и наблюдая за мной.
– Я никогда не видела себя. В нашем мире нет зеркал, а вода прячет отражение за звездами.
Джон прошел в комнату и выдвинув ящик в комоде, стал что-то искать.
– Я совершенно не против, чтобы ты была голой, но думаю, скоро тебе станет холодно.
Он протянул мне какие-то вещи, сказав, что они чистые.
Я взяла их, и не отрываясь от зеркала стала надевать их.
Накинув широкую футболку я снова ощутила приятное тепло.
– Твои штаны спадают с меня! – Поспешила сказать я Джону, демонстрируя ему то, с какой легкостью они спадают с меня.
Поразмыслив некоторое время он снова полез в ящик и достал из него черный ремень, с огромной бляшкой в виде черепа. Опустившись перед о мной на колени он начал продевать ремень в петли и сильно затягивать его.
– Попробуй теперь.
Я слегка попрыгала на месте отмечая, что штаны держатся.
– Отлично, – сказал Джон поправляя огромную футболку на мне.
– Ты правда не веришь, что я ангел? – с надеждой спросила я.
Джон посмотрел мне в глаза, а после, глубоко вздохнул, делая вид, что я сморозила полную глупость.
Ничего не ответив мне, он вышел из комнаты, направляясь в сторону кухни.
Я направилась вслед за ним и стала наблюдать за его действиями.
Открыв широкий, двустворчатый шкаф, он загремел какими-то бутылками, а после вынул одну из них и глянул на этикетку. Я присела на край дивана, всё также, покорно наблюдая за ним.
Ополоснув грязный стакан, он отвинтил крышку с бутылки и налил небольшое количество её содержимого в стакан.
– Что это такое? – не терпелось узнать мне.
Джон поднял стакан и молча глянув на меня, сделал глоток. Затем, он подошел ближе и протянул этот стакан мне.
Я осторожно взяла его в руки, и постаралась сделать глоток. Но, как только жидкость приблизилась к моим губам, я почувствовала сильное жжение и отвратительный, резкий запах.
– Это, что, алкоголь?
Я протянула стакан обратно Джону.
– Еще скажи, что у ангелов нет виски. – сказал Джон, а после, сделал еще несколько глотков.
– Ты хоть знаешь, что это вредно! – от возмущения я повысила тон.
– Откуда тебе знать?
– Мы созданы, чтобы спасать вас, и именно алкоголь частая причина вашей смерти! – всё пыталась донести до него я
Джон упрямо делал вид, что мои слова не интересны ему, доливая из бутылки последние капли. Он сел на диван и продолжил упрямо смотреть на меня, допивая маленькими глотками виски.
Его равнодушие к моим словам вызывало у меня сильную ярость. Я хотела разбить эту бутылку об его голову, но вместо этого лишь начала нервно ходить по квартире, продолжая доказывать ему «про себя» его неправоту. Затем, я ушла в комнату и села на кровать, пытаясь успокоиться.
Всё сильнее людские проявления овладевали над моей ангельской природой и от этого мне было страшно. Я чувствовала своё одиночество и безмерную тоску по родной земле. Больше всего мне хотелось закрыть глаза и очнуться в теплой, бархатной траве ангельского сада.
Я свернулась на кровати и закрыла глаза. Пролежав несколько минут я услышала странный звук.
Выйдя из комнаты я впервые увидела телевизор.
Джон развалился на диване и через минуту задремал. Я подошла к нему чуть ближе и стала наблюдать за его дыханием. В какой-то момент мне показалось, что он не дышит, и я испуганно наклонилась к нему, чтобы послушать его сердцебиение.
Прижав голову к его груди, я ощутила его тепло и запах его тела. Сердце его ритмично работало, и я успокоилась. Аккуратно и тихо я села недалеко от него, и стала смотреть в большой, незнакомый экран завлекающих картинок.
В какой-то момент я почувствовала, как успокаивает меня телевизор. Глядя на всё, что он показывал, я испытывала определенное удовольствие и от этого настроение моё слегка улучшилось. Словно сон, телевизор избавлял меня от беспокойства, погружая в свою иллюзию и уводя моё внимание прочь от себя.
Сон Джона стал глубже, и я услышала его сопение.
Не заметив как пролетело время, я услышала удары дождя об стёкла квартиры. Я поднялась на ноги и подошла к окну, откуда открывался вид на высокие, городские здания. С интересом и одновременно грустью я смотрела на городской пейзаж, понимая, что еще никогда в жизни я не испытывала столь сильную потерянность.
Грозовые тучи нежно укрывали город, очищая его прозрачной водой. Я смотрела за тем, как плавно движутся машины, как отсвечивает свет фонарей на мокрой дороге, как быстро ходят люди под большими зонтами.
Я всегда наблюдала за жизнью людей, находясь далеко от неё.
Там, где нет холода и жары, где нет ярких разделений, где ты не обременен тяжестью житейских сложностей и задач.
Мы смотрим за жизнью людей с абсолютным спокойствием и уверенностью в том, что всё идет как положено. Мы знаем о существовании гармонии, судьбы и своевременности. Но, сейчас, когда я оказалась среди их жизни и стала так блика к их проблемам, я больше не могу так спокойно воспринимать их. Мне хочется защититься, спрятаться и закрыть глаза, чтобы не видеть их, не знать как они живут, и уже тем более, не жить с ними рука об руку. Да, мне всегда казалось, что я рождена, чтобы помочь им, но сейчас я испытывала к ним неприязнь и сама нуждалась в помощи.
Я посмотрела на спящего Джона и отметила, что его расслабленное, спящее лицо кажется мне красивым. Его светлая кожа, волнистые волосы, мужественные черты лица напоминали мне изображение греческих богов. Интересно, будь он ангелом, как бы тогда он выглядел – подумала я.
Я аккуратно приблизилась к нему, продолжая изучать его, пока он спит. Вдруг, неожиданный звонок телефона испугал меня, а Джона пробудил от сна. Он удивленно глянул на меня, затем резко встал, чтобы взять телефон. Я сидела на полу, с интересом наблюдая за ним.
– Привет, Тони, – заговорил Джон. – Да, уже вышел. Тебе Квентин сказал? Да, как на собаке, верно. – засмеялся Джон, а после взглянул на меня. – Во сколько? Да, минуту, гляну на часы. Ладно, идет. Тогда в восемь, встретимся в «Томсоне»…
Джон положил телефон и посмотрел на меня.
Я сидела неподвижно, ожидая, что он что-то скажет мне. Но, вместе этого, он лишь простоял глядя на меня какое-то время, а затем ушел в другую комнату.
Чуть позже я услышала звуки падающей воды и поняла, что он принимает душ.
Двадцать минут я пребывала в томительном ожидании, не зная, что делать дальше. Я чувствовала свою немыслимую зависимость от этого человека и это очень удручало меня. Когда, он наконец, вышел из душа я поспешила спросить его:
– Ты же не уйдешь сейчас?
– Вероятно, уйду.
– Нет, ты же не оставишь меня одну, здесь? – взволновалась я.
– Вряд-ли тебе понравится то место, куда я собираюсь. Здесь тебе будет спокойнее.
Услышав его, я почувствовала сильное волнение. Я чувствовала себя маленьким ребенком, родители которого, оставляют его одного в незнакомом месте.
– Прошу тебя, не уходи, мне страшно здесь одной, – жалобно начала я.
– Послушай, как тебя зовут?
– Мерея.
– Так вот, Мерея. Еще с утра я лежал в полной отключке, с перемотанной головой и сильным сотрясением мозга. Тут явилась ты, из ниоткуда, и разом вернула меня к полноценной жизни, заявив, что ты ангел. Потом, ты застряла на земле, оставаясь невидимой для всех, кроме меня. Потом, ты пару раз накричала на меня, порадовала своим обнаженным телом и снова накричала на меня. Теперь ты тут, в моих штанах, в моем доме словно маленький, беззащитный котенок. Я взрослый мужик, гоняющий на болиде, но даже для меня это слишком. Поэтому, прости, но я ухожу.
– Но, куда?
– Пить!
– Опять? – возмущенно спросила я.
– Да, опять! – повысив тон, сказал Джон.
От его резкого тона я замерла в испуге и стала молча смотреть за ним.
Он ходил по квартире, словно ища какие-то вещи. Затем, он ушел в комнату и закрыл за собой дверь. Через пару минут, он вышел в другой одежде, всё также, возмущенно смотря на меня.
Я в этот момент и в правду, чувствовала себя брошенным котенком. Мне хотелось вцепиться в него руками и не отпускать ровно настолько, насколько сильно хотелось кричать на него.
Я села на диван и уставилась в одну точку перед собой, не желая даже видеть перед собой его мелькающую фигуру.
Через пару минут, он сел рядом со мной, почти задевая меня своим телом.
– Ты права, это будет слишком жестоко оставлять тебя одну. – сказал он.
– Ты останешься со мной? – поспешила узнать я.
– Нет, ты пойдешь со мной. – резко ответил Джон, а после снова встал с дивана.
Выход из квартиры был для меня тяжелым испытанием, но я понимала, что у меня нет другого выхода.
Я сидела неподвижно и молча, пытаясь собраться с силами. Тогда, Джон снова сел рядом и надел мне на голову свою кепку.
– Это спасет тебя от внешнего мира, – сказал он, а затем взял мою руку и положил в неё темные очки.
Я посмотрела на них, не понимая, что он имеет в виду, а потом, надела их и огляделась по сторонам.
– Ты голодная? – спросил Джон, ковыряясь на кухне.
– Голодная?
– Ну, да, уже почти семь, а ты ничего не ела всё это время.
Я постаралась понять, голодная ли я, но мне с трудом давалось это.
Тогда, он подошел ко мне и протянул мне кусок какого-то торта и кружку с горячим кофе.
Я аккуратно взяла это из его рук и начала внимательно разглядывать. Мысль о том, что я могу съесть это, казалась мне чудовищно непривычной, отчего я впала в ступор. Всю свою жизнь я пила лишь мёд Абмраско, и лишь теоретически могла представить себе что-то другое. Тем временем, ощущая приятный, сладковатый запах я почувствовала, как выделяется слюна у меня во рту.
Тогда, я поднесла торт чуть ближе к лицу и постаралась внимательнее изучить его запах, а после аккуратно лизнула кончиком языка.
Ощутив приятную сладость я попыталась откусить его, но он сразу начал рассыпаться в моих руках. В попытках поймать падающие крошки, я вылила на себя горячий напиток и завопила от неожиданности.
Всё это время Джон с интересом наблюдал за моими действиями, сидя за барной стойкой.
– Черт! – закричала я, одергивая мокрую футболку от своего тела.
Джон закрыл лицо рукой, а после начал смеяться над о мной.
Нужно ли говорить, как сильно я ненавидела его в этот момент?!
– Джон! – завопила я, – прекрати смеяться!
– Прости, я просто никогда такого не видел.
Я поставила кружку на стол, а после стянула с себя мокрую футболку. Весь мой живот был мокрым от кофе, и я снова нуждалась в помощи.
Я посмотрела на Джона вопросительным взглядом, ожидая его помощи. Но, вместо этого, он лишь смотрел на меня, не двигаясь с места.
– У тебя случайно не остались еще футболки? – спросила я, после недолгой паузы.
Он молча встал со стула, взял меня за руку и повел в сторону ванны. Мы зашли внутрь и он включил мне в кране в воду, а после, жестом пригласил меня смыть остатки липкого кофе с тела.
Я аккуратно коснулась теплой воды, и ощутила, как всё моё тело покрывается мурашками.
Вода ангельского сада столь легка и невесома, что её прикосновения воспринимаются совсем иначе. Вода людей казалась мне такой осязаемой, такой плотной и тяжелой, что набрав её в свои ладони, я могла ощутить её вес.
– Ваша вода такая тяжелая, но в ней даже нет звезд… – повернулась я к наблюдающему за мной Джону.
– Чего нет? – спросил он, а после как-то странно скривил лицо.
Я решила не продолжать тему, а вернулась всем своим вниманием к воде.
