Страница 2 из 3
А в конце рабочего дня, прихватил лучшую бутылку шампанского, и невероятно окрыленный сел в такси. Здорово, ожидает чудесная ночка. Но по глупости забыл, что там ошивалась девчонка. И едва мы с Кристиной завалились в квартиру, удивилась.
– Кто она, Влад?
– Знакомая…
– Я его племянница. А ты зачем пришла? Он устает, ему надо отдохнуть, – произнесла с осуждением.
– А почему она хамит? Это что за хамка, Волков?
– Проходи в спальню! Девочка, просто забыла, как разговаривать со старшими! – взял на себя смелость отвести мерзавку на кухню. Прислонил к холодильнику, желая отчитать.
– Тебе кто разрешал вякать? Вышвырнуть вон? Не лезь в мою личную жизнь!
– И вам нравится с ними спать. Подбирать всю грязь. В чём смысл?
– Смысл в сексе, малолетка! Только высунься! Не мешай мне! – наорал, в её глазах появились слезы.
– Да, пожалуйста. Может мне выйти на лестничную площадку?
– Делай, что хочешь! – весь напрягался, тогда она с обиженной мордашкой проследовала в коридор. Но спустя некоторое время, Кристинка выбежала из спальни озверевшей.
– Кобель потасканный! Спишь с ней? Она сказала, что вы с ней трахались вчера! Да ты извращенец!
– Кристина, стой! Кристина! – стремился догнать, но та уже вызвала лифт, и вот я остался наедине с девицей, которую с радостью задушу. Подкрадываюсь, сжимая руки в кулаки.
– Ударите меня… Но я права.
– Ты сикушка малолетняя! Отупела, вытворять такое? Трахаемся, значит? —со всем зверством прислонил к зеркалу, а дальше…
Ляля
Нужно срочно выставить себя дурой. Да, точно должно сработать. И весь его гнев испарится, он перестанет так плотоядно смотреть. Иногда он и правда напоминает злого зверя.
– У меня суп на плите! Мамочки!
– Какой суп? Ответишь за свой поступок, хамка! То есть намекаешь, что мы с тобой кувыркались в постельке? – совсем не оставил мне пространства, да точно сейчас задохнусь. Слишком много волнения.
– Ой, что в ней такого красивого? Простите, вы слепой? Раз выбираете уродин.
– Какая разборчивая! Вы поглядите на нее! Ну раз между нами такая бурная страсть до дрожи в крови и кто-то лишил меня секса, прошу в горячую пыточную.
– Горячая пыточная это что? Вы не слушали говорю, там на плите кипит борщ!
– Поглядите на эту лживую девочку с очень богатой фантазией, – надвигался похлеще монстра. Да, клянусь реально страшно. И особенно пугает кровать, она реально больших размеров. Я даже с парнем не умею целоваться. Вообще ничего не умею. Стоп, имитировать обморок, или упасть. Разбить коленку.
– Ладно. Если квартира загорится. Я не причем! Продолжайте нападать, – не теряла надежды спастись.
– Ты не выйдешь отсюда до утра! Поняла, тихоня с голубыми глазками? И я нарочно включу музыку, чтобы соседи не услышали. Как одну поганку медленно стали терзать,– так вышло, что совсем не оставил пространства.
– Ой, а у меня живот заболел.
– Потерпишь. Вся в него, он всегда врал. Запомни, если не хочешь провести ночь возле мусоропровода, то больше ни при каких обстоятельствах, не высунешься, когда мои куколки придут. Ясно? Кивни, или в следующий раз изнасилуют нахрен. И выставлю голой за дверь! – навис сверху, у него такая мускулатура, запросто способен задавить.
– Да, только не шипите от бешенства…
– Не понял, козявка деловая?
– Козявка! Не любезно вообще-то!
– Ты младше меня вдвое, поэтому заткнулась. А чтобы жизнь не казалась маслом, хозяюшка. Добро пожаловать на кухню, и чисть картошку, – устроил наказание, от которого раскрыла рот, вот же разозлился.
Уселась вся озлобленная, отлично. Лишила его секса. Думала, окажется гораздо добрее. Запуталась в мешке… И как нарочно позвонил мобильный.
– Почему так долго не подходила к трубке? Шляешься по Москве?
– Извини, пап. Забыла позвонить.
– Плохо, Ляля. Я могу рассердиться. Этот придурок принял тебя? Волков осёл добрый, он всем всегда помогает. Не слышу, повелся на твои очаровательные глазки? Больше страданий, он оттает! – отчитывал, будто я провинилась.
– Но вы же потом помиритесь? Да? Мы же одна семья.
– Ляля, не суй нос во взрослые дела. Твоя цель, дядя Влад. Сделай так, чтобы он словно слепой дурак, души в тебе не чаял. Поняла? И только попробуй разозлить папу! Не поздоровится, – отключил гаджет, а мне стало не по себе на душе…
За неделю до этого…
Он не навещал нас с мамой, росла одна. И вот однажды в обычный выходной день заявился. Дрожащими руками, я отворила дверь. Глядел с такой заботой. Помню, что после автокатастрофы, боялась с кем-то разговаривать. Но отец с первых дней дал понять, что совсем не даст в обиду. Наши встречи стали частыми. И в один прекрасный день ему доверилась, раскрыла душу. Ближе человека не оказалось.
– Я любил твою маму. Но она не понимала мой криминальный мир, Ляля. Гнался за богатством. В мире важно соперничество. Повзрослеешь поймешь.
– Почему к нам не приходил? Еле выживали с ней.
– Не хнычь. Хочешь жить большой семьей? Пришло время познакомиться с дядей Владом. Понимаешь, он отдалился от нас и мне это не нравится. Должна переубедить. Влиться в доверие. Слышишь? Он обожает столь ранимых девочек.
– Но я совершенно его не знаю.
– Ляля, ты должна и не спорь. Поедешь в Москву. И заставишь этого гада, дышать над тобой. А дальше мы быстро его на место поставим, – зачитывал инструкции, слегка нервничала.
– Но мне страшно.
– Слушай, глупая доченька. Хватит перечить отцу. Сказал обязана влиться к нему в доверие, – приказал, тогда по чистой случайности взглянула на фотографию брата отца. Такой красивый, с широкими плечами. Иногда дух захватывало.
Наше время…
И стоило оказаться в той многоэтажке, ноги приросли к полу. Уже совершенно не дышала. Напоминал тирана, готового загрызть. Я просто не представляла с чего начать разговор. Но постоянно хотелось находиться с ним рядом, вдыхать тот приятный аромат одеколона. А когда он встречается с девицами легкого поведения, сердце странно колотится в груди. Уже час ночи, а я все ковыряюсь с картошкой. Кошмар, глаза уже слипаются. И вдруг он произвольно заходит на кухню, опять засмотрелась, что случайно порезалась.
– Растяпа. Аккуратнее нельзя, – взял Влад мою порезанную ладонь и начал обрабатывать, будто вся боль стихла, и внизу живота появлялось странное тепло.
– Мне не больно.
– Врунья. Завязывай надрывать спину. А то еще поранишься.
– Волнуетесь за меня?
– Нет! И не вздумай ко мне привязываться. Но сегодня огорчила, хрупкая малолетка! – касался ватой, а я всё его рассматривала. Даже хорошо, что рука порезана. Столько заботы от него, пусть не останавливается. Мне так хорошо, словно опьянела.– Ты голодная?
– Что?
– Дурочка, давай есть твой суп! – был слишком любезным, у меня пропадает дар речи, рядом с ним.
– Я его не готовила…
– И чем нам питаться?
– Мне не нужна еда, когда вы рядом,– высказалась вслух, и он странно поглядел.
– Заболела? Что за чепуху несешь?
– Имела ввиду. Можно съесть бутерброды или сварить картошку. Я мигом.
– Сиди, сам сделаю. А то вдруг, мадемуазель в серой шапочке, опять поранитесь. Ох, бестолковая, – ругал, а я всё любовалась им. Мысленно отмечая, что он еще более красивый. Нащупала пульс он странно колотится, совсем обезумела. После ужина, занялась посудой, а он расстелил кровать, а мне разложил диван. Улеглась, на подушку, но одеяло не спасало, наверное, слишком продрогла.
– Спокойной ночи! – сказала, слегка озябшей.
– Чего стучишь зубами?
– Холодно…
– Вредное создание, одни проблемы с тобой. Давай разотру руки. Учти, ненадолго здесь. Скоро сама будешь справляться, – подсел ближе, и начался мой рай. Воздух словно стал горячим.
– Лягте со мной под одеяло. Быстро усну, – ждала этого сладкого момента. И когда я одетой легла на его грудь, думала сойду с ума от счастья. Так уютно никогда не было, мое сердце словно запело. Довольно забавное чувство нахлынуло.
– Тебе тепло, моя девочка? – так нежно прошептал, а я от переизбытка эмоций потянулась к нему и нежно чмокнула в губы. Его взгляд будто стал вражеским. Словно превратился в монстра…
Ляля
Уставился на меня словно волк, и сейчас точно перегрызёт горло. От чего почувствовала неприятную дрожь.
– Я сделала что-то не так? – сумела унять страх, и отправиться в соседнюю комнату.
– Спать ложись. Или тебе опять холодно? – немного сурово произнес, иногда от такой неприступности теряю самообладание.
– Почему злитесь?
– Незачем подпускать близко такого озабоченного ублюдка. В тебе много наивности. На будущее, прежде чем быть такой ранимой чуткой, держи эмоции под контролем, – проронил с большим холодом. Мурашки по коже от наших разговоров.
– Но я поцеловала вас от души.
– Уходи от греха подальше, – фыркнул и нарочно запер дверь, чтобы больше не впускать.
Странно ощутила такую лихорадку, словно атаковала метель. Ворочалась на диване, ощущая пустоту. Местами грубый, но вызывает столько восхищения. А в животе проснулась сладкая щекотка. Ее совершенно не успокоить. Мечтательно обняла подушку. Так проще уснуть, но совершенно не выходит. Проснулась от настойчивого дождя, который нагло барабанил по крыше. Осень в полном разгаре, и от ее сырости никуда не скрыться. Не успела сладко зевнуть, меня потревожили. Влад, словно вернулся с улицы. Мокрые волосы, наверное, занимался пробежкой.
– Вставай, лежебока! Поедешь со мной в торговый центр. Закупиться продуктами нужно, – искал в шкафу полотенце, а я продолжала его рассматривать такая же заворожённая. Иногда могу просто не cлышать, а вот так разглядывать.
– Сдалась мне еда.
– Ляля, что с тобой? Почему так странно себя ведешь? – сурово спросил, и не стесняясь, снял с себя мокрую футболку, демонстрируя накаченное тело. Опять загляделась. А он, видимо, понял, что совершил глупость. – Забыл, что живу не один.
Ворчливо покинул комнату, осталось привести себя в порядок. За завтраком он все изучал документы, а я старалась его не отвлекать. А на улице погода совершенно обезумела. Можно промокнуть в два счета. Еле добежала до его авто.
– Льет как из ведра.
– Что сыро, да? Пора бы уже одеваться теплее, – сделал замечание, и после устремились в магазин. Столько нервных пешеходов, все торопятся, нарушая правила. А Влад затормозил около торгового центра. Взглянув на который слегка дивилась.
– Это ваш?
– Да, открыл год назад. Вот скажи, бестолковая, чего мокнешь? Бегом в здание, – забрал документы в бардачке, а я спешила войти. Довольно милое местечко, где царила отличная атмосфера, оглядываюсь кругом, как случайно спотыкаюсь, да так что слегка подвернула ногу. – Скажи, тебя можно оставить одну? Сильно ушиблась?
– Там, царапина.
– На руки ко мне иди! Давай, не стесняйся.
– На нас все смотрят, – стыдливо огляделась, видя шептавшуюся толпу....
– Плевать на них, – поднял словно пушинку, опять ощутила странное покалывание в области сердца. И настигло головокружение, не скоро пройдет. Забрели с ним в продуктовый отдел, и пока я складывала товары в тележку, он говорил с кем-то по телефону.
– Соскучилась по мне. Да, работе. В офис заходи, шалунья, – с кем-то любезничал по телефону, слегка напряглась.
– Вы спешите?
– Да, знакомая приехала. Ляль, продолжай без меня, а я скоро присоединюсь. Покупай всё, что хочешь, ни в чем себе не отказывай, – дал кредитную карту, и мгновенно удалился. Внутри всё закипело огнем, а на кассе, несколько продавщиц начали сплетничать.
– К Волкову новая фотомодель заглянула. Брутальный мерзавец, не стесняется, даже на работу их приводит, – сказала вслух, а я чуть не зашипела от гнева.
– Вам не стыдно? Работаете как черепаха! – рассердила ее своим высказыванием.
– Малолетка, ты это мне? Вы посмотрите, до чего же невоспитанная, – фыркнула, с неохотой складывая мои продукты. Вот честно есть совершенно не хотелось. Они там, наверное, в кабинете любезничают, и он с ней целуется. Невероятно разозлилась, и краем уха расслышала, где же восседает Влад. Неуверенно постучалась, услышав смех.
– Погоди, дверь не запер. А тебе прям не терпится, чтобы трахнул на столе…
– Я всё купила, слышите.
– Влад, кто там? – переспросила его пассия, отлично самое время помешать их близости. Меня просто трясёт, когда он зажимается с другими.
– Ляля! Поднимись в кафе на третьем этаже. И дождись, меня там. Через час подойду, – спешил с ней покувыркаться, но я так просто не сдамся. Долго придумывала план. И наконец-то он созрел. Спустя несколько минут снова постучалась, с новой гениальной идей.
– Там машину красную угнали.
– Господи, это же моя, – спохватилась брюнетка и выбежала, словно угорелая, расталкивая остальных. Победно улыбаюсь, но радость быстро закончилась, когда недовольный монстр начал грозно подходить.
– Угнали значит, наглая девка? Я говорил тебе не лезь в мою личную жизнь. Чего молчишь?
– Да, мне правда показалось, что ее кто-то украл.
– Не лги, фантазерка! Знаешь, гляжу ты очень плохо воспитана. Может отшлепать тебя разок, – не останавливался, и надвигался словно ураган, боязно оборачиваюсь понимая, что сзади находится эскалатор.
– Вы же не сделаете это на людях?
– Почему? Кто остановит? Дрянная бестолочь! – совсем вышел из себя, и я случайно споткнулась. Грозный Влад, наделся поймать, но тщетно. В результате мы упали на ступеньки, дурацки сталкиваясь лбами. Секунда две, я зажмуриваюсь.
– Простите, я виновата.
– Совестно, да? Тебя нужно проучить, хамка! – не спрашивая разрешения, накрыл мои губы, начиная их беспощадно мучить. Целовал настолько сладко, что у меня практически прекратилось сердцебиение…
Ляля
Это был первый поцелуй в моей жизни. Такой сладкий, манящий, от него по всему телу просыпалась сладкая дрожь. Странное ощущение, быть может, заболела. Совершенно не двигаюсь, Влад отстранился, продолжая также настороженно поглядывать.
– Остыла, ревнивая девчонка?
– Что? Это ложь! Просто она вам не подходит!
– Забирай пакеты и отправляйся домой, готовить свой супчик. И бога ради, малыш, проследи, чтобы не подгорел, – высмеял, а я еле возобновила дыхание.
Вся встревоженная начала собирать упаковки с печеньем, снова прокручивая эпизод, где меня нежно ласкали языком. Боже, это настолько приятно. Пытаюсь сосредоточиться, но выходит паршиво. Благо успела прогнать, все пошлые мысли прочь. Недовольная села в такси, но он даже не согласился отвезти. Ну, испортила свидание, теперь будет кидаться от злости. Вся утомлённая путешествовала по городу. А дома начала наводить порядок, осталось пожарить мясо. Но очень скоро заглянул гость. Снимаю фартук, немея в коридоре.
– Папа? А как ты выследил меня?
– Слушай, думаешь не знаю квартиру недоумка Влада. Я не понял, дочурка. Ты у него домработница? У нас какой был уговор? – с таким недовольством произнёс.
– Нам почти удалось поладить.
– Забыла, кем должна стать. Вертихвосткой. Раскрути его как дурака, пусть раскошелится. Ляля, ты слышишь? Или мне постоянно повторять?
– Но ему же тоже достаются тяжело деньги. Работает, без сна и отдыха, – зря завела данную тему, приготовил уйму недовольства.
– Милая, не заставляй кричать. Напоминаешь свою мать. Она тоже задавала много вопросов. Сказали добыть бабки. Действуй. Нужно триста тысяч. Обмани, скажи, что нуждаешься, – словно руководил моей жизнью.
– А почему вам не поговорить самим?
– Эгоистичная девица! Раз в жизни попросил, а ты отвернулась спиной к отцу. Хочешь знать насколько ненавидит? Да, постоянно пинал. Ему жалко даже куска хлеба! Зато ради красивой куклы согласится плясать как кобель, – осматривал чужую квартиру, немного ухмыльнувшись. – Вон. Как живёт, пижон. Квартирку какую захапал.
– Влад сам на всё заработал.
– Я не понял, заступаешься за него? Лучше не зли и принеси нужную сумму. Как только получу банкноты, соглашусь его простить. Даю срок три дня, иначе, Ляля, навсегда вычеркну из своей жизни.
– Но, папа. Я не виновата! Папа! – стремилась догнать, но поздно, уже испарился. Совершенно отсутствовало настроение. Реально нагадили в душу. Вся потерянная начала заниматься стряпней. А позднее наведался Влад.
– Сумасшедшая девчонка, ты где? Лялька, куда спряталась? – шутил, стремясь взбодрить. Скорее всего пересолила мясо, на вкус точно покажется отвратным.
– На кухне батрачу, злой дядя.
– Грустная какая. Да, накричал. Повторяю не суй носик в мою жизнь. Будем ужинать?
– Ты ешь, совсем не хочется.
– Так, голубоглазая мартышка вредничает, – обвил талию, невероятно волнуя, а дальше раздался его коронный шепот. – Что случилось, малыш? Вижу у кого-то красные глаза. Следовательно, девочка с серой шапочкой много плакала. Лялька!
– В институт не хотят принимать. На бесплатное обучение не удалось поступить, – соврала, тем самым возненавидела себя. В эту же минуту лицо Влада изменилось.
– Сколько нужно?
– Триста тысяч. Сложно найти работу в большом городе, – на спех ответила, а у самой на душе скребли кошки. И внезапно он проявил свою мужскую заботу.
– Взгляни сюда! Не позволю горбатиться. Забыла, совсем недавно потеряла мать. Дурочка, тебе учиться нужно и осуществить свою мечту, – касался щеки, настолько нежно, ощущала себя невероятно счастливой.
– Значит, вы дадите их?
– Конечно, настырная паршивка! Накормишь меня? – слегка ущипнул за задницу, а я едва не утонула в столь ослепительных глазах. Он, наверное, похищает невинные сердца. И моё, скорее всего украл, оно же наполняется новым замечательным чувством. Нет, только не влюбляться в него…
Объелись с ним сполна, а после горы вымытой посуды, не переставал веселить.
– Хватит смеяться, малолетка!
– Смойте, усы из зубной пасты вам не идут!
– Испачкала меня, а сейчас смеёшься. А что будет если ты окажешься в моих руках, – догнал и прислонил к себе. Вздрагиваю, ощущая некую слабость. Весь живот налился желанием.
– Не надо?
– Чего не надо? Лопать тебя. Я же волк, а ты аппетитная. К тому же плохо попросила денег. Давай, Ляля, получше! Ласковее.
– Пожалуйста! Одолжите мне на институт! – сама словно опьяневшая тянулась к нему. И совершенно обезумела, раз позволила прижать в темноте к стеклу и снова накинуться на губы, безумно их терзая. Что же вытворяю. Мне же просто хотелось их помирить с отцом.
– Милая девочка дрожит. Скажи очень боишься меня?
– Да, но я хочу ещё…
– Какая ненасытная. Ляля, нельзя разрешать себя целовать!
– Но мы же не чужие! – желала снова ощутить, сладость. Но всё волшебство моментально прекратили.
– Осторожно, малыш. Могу возбудиться, тогда просто так не отпущу, – оставил огненный поцелуй на шее, с трудом отошла от потрясения.
Умывалась, глядя в отражение зеркала. Слегка обезумела, раз позволила такие вещи. Ночь прошла на редкость спокойно, и никак не ожидала увидеть заготовленную пачку денег… Влад завтракал, листая договор, а я вся находилась на нервах.
– Спасибо. Через сколько времени должна их отдать?
– Больше не смей так шутить. Лучше собирайся в книжный. Купи хороших учебников, для поступления в вуз. Не мешай, мне, Ляль! Работаю, – погрузился в процесс, так и осталась бы смотреть заворожённая. Очаровывал своими действиями.
Но только я как истинная предательница спешила навстречу в кафе. Отец запаздывал, успела заказать три стакана газировки. Глаза слипались от усталости, надо же соизволил прийти.
– Денег принесла?
