– Бавлер, – негромкий голос Аврона вывел меня из оцепенения. Я слишком загрузился мыслями, поэтому не сразу даже обернулся в его сторону.
– Привет, помощник, – с легкой грустью произнес я. – Может быть, ты пришел с хорошими новостями?
– Какие могут быть хорошие новости посреди ночи? – он быстро уловил мой тон. – Разве что я хорошо справился. Хорошо ведь?
– Да. Очень хорошо, Аврон, – тихо ответил я. И не смог смолчать. – Приходила Фелида.
– Что?? – голос его резко изменился.
– Ты хотел ее искать, а на самом деле она пришла и сама нашла тебя. Точнее… – а вот теперь я задумался, что нужно сказать дальше. Ведь она его не нашла. И не искала вовсе. И не хотела даже его. – Точнее – разминулись вы, – заключил я, ощущая явный укол совести за то, что вру Аврону.
– Так значит, нам надо… – начал помощник и сам тут же запнулся. – А где же она? Была здесь и ушла? Или это ты ее прогнал?
– Не прогонял, – я покачал головой. – Она сама ушла. Сказала, что у нее есть отличное место. И мне нужно выяснить, куда это она делась.
– Согласен! – воскликнул Аврон.
– Скажи, ты же был в лагере по ту сторону реки.
– Был, – кивнул парень. – Только вот Фелида…
– Погоди, Фелида попозже нашим делом станет.
– Что, опять попозже? – взвился Аврон. – Проходили мы уже через это. И что в итоге? Что есть у Фелиды? Где она, с кем она? Что она сказать успела? Только то, что у нее есть хорошая компания?
– И больше ничего, – подтвердил я. – Не было у меня возможности разобраться сразу в том, что она говорит. Может, она и вовсе лгала. Разве такого быть не может?
– Нет-нет, она явно не врала нам… тебе, – поправился Аврон, вдруг успокоившись. – Но, хорошо, – он вдруг замолчал на некоторое время, уставившись на звездное небо. – Ничего… все получится. Не хочу ругаться. Придет еще время.
Меня его спокойствие обеспокоило. Внезапная смена настроения.
– Так что было в лагере? Ты же видел, кто там был? Сколько их было? – начал я расспрашивать своего помощника.
– Да не очень-то много. Сотни три-четыре всего лишь.
– Как-то мало, – удивился я. – Мне казалось, что должно быть больше. А получается, что к нам пришла половина? Ждали целую армию, а в итоге. Может, тебе чего-то сказали еще? Дворянство не особо словоохотливо было.
– Ничего, ровным счетом. Да и не били особо.
– Но Отшельника ты там видел? – спросил я. Аврон на сей раз задумался еще крепче. – Ты еще скажи, что не видел??
– Не уверен, что его видел. Много было там людей такого же возраста… Нет, не уверен, совсем не уверен.
Я честно рассчитывал на какой-нибудь знак, который мне попытались бы подать дворяне Пакшена. Знак, который призвал бы меня к ним на помощь. И тогда многое бы стало логично и правильно.
Что войска, которые пришли сюда, пришли конкретно нам на помощь. Иначе смысл? Подарить мне почти сотню воинов и караван телег с грузом.
– Они ведь собирались сниматься с места? – спросил я.
– Нет, непохоже.
– Так, ладно, будем разбираться на месте. Не все так очевидно, – и тут я заметил, что к Рассвету возвращается три фигуры. – Эй! Эй! Кто такие? – заорал я.
– Свои! – раздался отклик. – В Валем ходили.
– Один – будить Перта и Конральда, нечего им спать, – скомандовал я. – Обстановка?
Но все же решил дождаться своих военных советников. И только тогда мы начали расспросы. Разведчики не выглядели перепуганными, но волнение сдерживали с трудом.
– Говорите, – потребовал я. – Во всех подробностях.
– Те, кто в Валеме сидит – не скрывается. Вообще не скрываются. Валем полон факелов – не меньше трех десятков. На каждом доме!
– Переправа работает? – спросил я, интересуясь первым признаком.
– Нет. Но цела, точно цела, – последовал ответ. – Так что это Пакшен нам вредит! Говорю вам! – добавил один из парней.
– Ничего не значит, – отрезал я. – Но надо понимать, что вообще происходит. Переправу не сломали, чтобы мы так думали. Или потому, что это правда Пакшен. Вариантов много. Не единственный. Сил там сколько?
– Человек сорок.
– Немало, – заключил я. – Конральд?
– Нам нужен Анарей, – ответил тот, пожав плечами. Перт лишь гневно фыркнул:
– Не нужен.
– Третий вояка нам пригодится для того, чтобы к нашему совету присоединиться и дополнительное мнение выдать, – начал я, но Анарей уже спешил к нам, как мог. – Капитан, ваш опыт нам тоже пригодится.
– В чем дело? – спросил он, а когда мы ему поведали о состоянии Валема, ответил: – В нашем случае стандартный подход не поможет.
– Стандартный? – уточнил я, ожидая чего-то более подробного.
– Стандартный – это не меньше трехкратного преимущества в живой силе, – ответил Агнарей. – или можно взять двукратное преимущество, но желательно с осадными машинами или латниками. В Валеме латники были??
– Нет было, все легкие, – мгновенное отчитались разведчики. – Лучников пополам с мечниками и десяток щитников.
– Всех пересчитали? – уточнил капитан.
– Всех до единого!
Капитан отошел на минутку, а потом вернулся к нам. Перт и Конральд выглядели так, точно у них конфетку отобрали.
– У нас нет никаких осадных машин, да и ломать собственное поселение мы не будем, – решил он. Я согласился без споров. – Но и сто двадцать человек мы так легко не отправим. Бавлер, у тебя ведь еще осталась та самая штука?
– Штука?
– Которой ты пускал молнии, Бавлер!
– Ее у меня больше нет.
– Как нет? – Анарей выругался. – Тогда это сильно усложняет наше положение.
– Почему?? – удивился я. – Неужели нет способа атаковать…
– Как? Незаметно? Быстро? Без потерь? Бавлер, что именно твое величество просит?? – психанул Анарей. – Ситуация такая, что без потерь мы сейчас ничего не сможем сделать. И даже если мы возьмем две сотни лучников, чтобы засыпать Валем градом стрел, то обороняющиеся все равно смогут несколько раз пальнуть в ответ, причем довольно метко.
– А окружить? – предложил я. – Почему мы не можем атаковать с разных сторон?
– Если ты хочешь без жертв – то так не получится, – отрезал Анарей.
– И ведь ты еще планировать брать форт! – воскликнул я.
– Там была бы своя тактика, для форта я ее разработал еще пока мы его строили. А здесь…
– Надо поля зажечь. С наветренной стороны, – посоветовал Конральд. – Обеспечим себе прекрасной защитой для людей. С севера будет река, с юга и запада – мы. С востока пойдет огонь.
– А есть, чем подпалить? – спросил Анарей. – Трава сейчас не очень хорошо заняться может.
– Зря ты так, капитан, – наемник подошел ближе. – Осенняя трава горит очень хорошо. И ее высота по самый пояс – идеально. К тому же нам не Валем надо сжечь, а траву рядом.
– Ну, хорошо, – согласился я. – Запалим мы траву. Дым пойдет – он же и на наших пойдет?
– Это все временное, – подмигнул Конральд. – К тому же дым постепенно рассеиваться будет, большая часть накроет только Валем. А вот по тактике нам надо все же обратиться к Анарею.
– Что, опыта маловато, наемник? – фыркнул капитан.
– Не надо вот этого, – я махнул рукой. – Нам сейчас важно грамотно проработать стратегию. Только так, чтобы незаметно все прошло.
– Ты хочешь поджечь траву, но при этом веришь в незаметность? – Анарея перекосило. – Ты издеваешься?
– Ничуть.
Капитан выдал из себя поток ругательств и с трудом остановился. По его виду нельзя было сказать, что мои идеи он считает хоть сколько-нибудь осуществимыми.
– Мы слишком замедлились, вы не находите? – спросил я его. А заодно и всех остальных. – Мы обсуждаем утреннее нападение, а получается, что не можем решить даже простую задачку. Кто-то один попробует запалить траву – и сбежит, спасенный линией огня. А мы же получим дополнение к нашей атаке. Теперь я спрошу вас троих: получится так сделать?
– Нет, – ответил Анарей.
– Да, – хором выдали Перт и Конральд. И разведчики поддержали их.
– И чего вы сделаете? – поинтересовался капитан.
– Подожжем все, что нужно, – с готовностью ответили они.
– Что по силам? – спросил я.
– Если все-таки удастся поджечь, – процедил Анарей, – тогда я бы мог предложить использовать не очень большие силы. Около шестидесяти бойцов. Двадцать универсальных, двадцать лучников и двадцать щитников.
– Ну ты и выдал, – Конральд усмехнулся. – Разобьешь на два по тридцать, чтобы они шли с запада и юга? Вышибали из-за углов врага? Шестьдесят против сорока, надо же… причем не забывай, что они будут тоже в дыму, когда войдут в Валем. И большие щиты – так себе решение.
– Тогда я тебя очень внимательно слушаю, наемник, – прищурившись, ответил ему капитан. – Ты же мастер скрытности, давай.
– Вот и даю, – наемник подбоченился. – Мы возьмем Валем легкой пехотой. Исключительно лучниками и универсальными. Никаких щитников – их порешат, если будет вылазка. Действуем максимально быстро и просто. Цепь стрелков.
– Что за тактика такая? – возмутился Анарей. – Никакого прикрытия друг другу?
– Как раз цепь и даст прикрытие. Но попасть в наших будет гораздо сложнее.
– Чушь! – продолжал капитан.
– А я считаю, что это лучшая идея. Еще будут?
– Бавлер, не сходи с ума! – закричал Анарей.
– Я согласен. Мы зажжем поля и выступим… каким количеством? – спросил я.
– Те же шесть десятков и возьмем, – ответил Конральд.
– По расчетному времени будем действовать, – и с этими словами я отправил всех вояк прочь. Остался только Аврон. – Что скажешь?
– Я бы не придумал лучше, – ответил он.
– А ты не передумал насчет северного берега Нируды?
– Что? Почему я должен был передумать? Я всегда был за мир, но сейчас я уверен в том, что наш мир надо защищать. Любыми средствами. А вот атаковать других – спорно. Учитывая, что Пакшен желает дать нам мир.
– То есть, ты не веришь, что это они?
– Разведка ничего не сказала, – пожал плечами Аврон. – Но…
– Помнишь, они нас поколотили, когда мы были в Бережке?
– Помню, но это… немного не то, не агрессия против Рассвета. Так что, Бавлер, я по-прежнему против перехода через реку. Но считаю, что нам придется многое переделать, чтобы обезопасить столицу, – вздохнул Аврон. – А в остальном…
– Надо отбить Валем. И потом думать.
Я не рассчитывал, что все пройдет легко. Рано или поздно ситуация начнет выходить из-под контроля. И она явно выйдет, потому что я считал, что Пакшен помирился с нами.
Вторым шагом после Валема – посольство. Или…
Спать мне все равно не хотелось и потому я решил получить точные ответы сразу же. Потому что мое спокойствие было важно не только для меня самого, но еще и для Рассвета.
Оттого я взял лошадь и помчался прочь из Рассвета. Ночь еще не миновала, вероятно, никто еще не ушел с насиженных мест за Бережком.
По-хорошему мне надо было устроить что-то вроде официального визита даже при такой неофициальной обстановке. Но сделать этого я не мог, так как считал, что люди в большинстве своем должны отдыхать. Да и выбор спутников тоже отнимет немало времени.
Поэтому я гнал лошадь, как мог, притормозив лишь перед мостом. Ответы не могли больше ждать. А я хотел больше всего на свете их получить.
И оттого миновал Бережок, но все же посмотрел по сторонам – вдруг там есть огоньки, люди, переселенцы, те, кто хочет добраться до нас или…
Сбоку огней не было, но, стоило мне миновать несколько холмов по дороге в сторону Ничков, как впереди показались нестройные ряды факелов. Нестройные, редкие. И это точно были не сами Нички. При всем желании я не смог бы гнать лошадь так долго и не загнать живность, если бы деревня уже была рядом.
– Стой! Кто такой? – остановили меня стражники, шагнув мне навстречу. Я заметил, что лагерь разбили прямо на дороге.
– Бавлер, – решил представиться я, не скрывая собственной личности.
– А, тот самый! Бавлер из Рассвета, – проговорил один стражник. – Проходи. Тебя ждут.
Я спешил. Задавать вопросы не стоило. Но, находясь рядом с лагерем, я мог заметить десятки больших и вместительных палаток. Крупный лагерь. Аврон не обманулся – почти половина отряда осталась здесь.
Глава 4. Визитер
То, что я в полнейшем одиночестве отправился во вражеское логово, я обдумывал позже многократно. Что необходимо было взять с собой хотя бы десяток человек охраны. А в идеале – еще больше.
Что страх, который я испытывал ранее, надо было отпустить, а не забивать в себе, потому что забитый страх выразился, как это ни странно, в полнейшем бесстрашии. Его итогом стала эта поездка.
И то, что меня приняли, что меня ждали – это был просто шанс один из ста. Но только если не вдумываться основательно в ситуацию.
Ведь мнение относительно того, как города относились друг к другу, не зря было высказано именно в ключе полнейшего одиночества Пакшена. Им просто некуда больше пойти. А я собрал тысячу человек и, как оказалось, город оказался настроен на более тесное взаимодействие, чем я рассчитывал в самых своих смелых мечтах.
– Правитель Бавлер, – поприветствовал меня мужчина полноватый, но аккуратный и опрятный, возрастом слегка за пятьдесят. По обе стороны от него я увидел, к своему удивлению, Киетона и Баризона. Оба сычами смотрели в мою сторону. В большой палатке стояло еще четыре стражника.
– Доброй ночи, – ответил я, протянув руку незнакомцу, рассматривая его серое одеяние без единого пятна. На шее у него мелькнула массивная золотая цепь.
– Глава Совета Пакшена, – начал мужчина, потом закашлялся, но успел добавить: – Миолин. Весьма рад личному знакомству, несмотря на все обстоятельства. С этими двумя господами вы уже успели познакомиться.
– С кем-то очень даже близко, – ответил я.
– Я бы хотел принести извинения за тот ущерб, который Баризон нанес вам, – вдруг сказал Миолин. – Все же в ваших условиях ценны жизни каждого жителя. Поэтому я бы хотел обсудить кое-какие вопросы с вами.
– С удовольствием обсужу все, что потребуется, – начал я. – Когда я спешил к вам, то думал поговорить только об одном важном вопросе, но сейчас их список значительно вырос. Я мог бы принять ваши извинения за ущерб, который нанес барон, но хотел бы уточнить – о каком именно ущербе идет речь?
Миолин внимательно на меня посмотрел, Баризон побледнел, Киетон стиснул кулаки. Я уже предполагал, что скажет их самый главный.
– Насколько понимаю я, барону удалось убить пару жителей, стражников, когда он пробивался домой. Все же, вы удерживали его незаконно…
– Прошу прощения, что перебил, – я продолжил сохранять вежливость, – но барон наверняка показывал всем свое раненое плечо?
– Да, разумеется. И как травница в Ничках его лечила, – смиренно проговорил Миолин.
– С удовольствием прогуляюсь с вами, барон, и любыми свидетелями до Ничков, до вашей травницы. Может, имя ее помните?
– На что вы намекаете, Бавлер? – уже с нотками легкого возмущения спросил правитель Пакшена.
– На то, что Торн с его травами каким-то волшебным образом превратился в травницу из Ничков, – начал я, постепенно уничтожая Баризона. – Я могу продолжить или вы, барон сами признаетесь. Потому что, если за вашу ложь будет расплачиваться Миолин, это как-то… неправильно, вы так не думаете?
– Он лжет! – тут же выдал Баризон.
– А откуда ранение? – спросил я правителя Пакшена.
Тот уже с подозрением посмотрел на барона, а потом медленно проговорил:
– В перестрелке при… – и тут же осекся, заставляя говорить самого барона.
– При переговорах на нашем празднике, – закончил я.
– На празднике? – нахмурился Миолин. – Какие интересные детали. Поведаете?
– С удовольствием, раз барон не желает рассказывать. Баризон решил, что, если он наедет на лошади на толпу празднующих, он сможет всех вернуть назад. Или, быть может, народная любовь его постигнет, – разошелся я. – Только настигла его стрела в лопатку. Его она сбила в грязь, а с него – всю спесь. Господин Киетон при это присутствовал. Он предпочел больше говорить и, хотя его не очень обрадовала моя личность и мои требования, его поведение было куда лучше, чем поведение барона.
– Лжец! Грязный лжец!
– Я могу попросить прибыть сюда двух своих солдат, которые вышвырнули здорового барона, когда он возжелал пить и есть за просто так, продолжая при этом гнобить всех вокруг, – уже со злостью проговорил я. – Ему дали лошадь, а через минуту его уже и след простыл. От его руки не погиб никто. Но за свое поведение он получил наказание. И возможность узнать, как мы живем. Я не сомневался, что его история превратится во что-то такое. Поэтому, господин Миолин, я не могу принять ваши извинения.
– Барон, – угрожающе начал правитель Пакшена. – Я думаю, вам надо как-то это прокомментировать.
– Тут и говорить нечего, он врет! Он же… челядь!
– Правитель Рассвета – челядь? – прищурился Миолин. – Может, и я в таком случае, не лучше?? К тому же это случилось на празднике, то есть, весь ваш Рассвет можно призвать в свидетели?
– Человек с пятьдесят – точно, – уверенно ответил я. – Кирот. Вардо.
– Я знаю их, – кивнул правитель Пакшена. – Если Бавлер уверен, что они подтвердят его слова… Баризон.
– Я… – запнулся барон.
– То есть, теперь вы уже не так уверены в своей истории, признаете, что поставили меня в крайне неловкое положение и хотели унизить перед правителем другого города?
– Нет, не это я хотел сделать, – просипел барон.
Но Миолина уже было не остановить. Он сделал страже знак. Двое тут же подхватили барона и вывели его из палатки. Правитель обратился к графу:
– Передайте следующему в очереди, что у нас освободилось место.
Киетон кивнул, правда, побледнев при виде того, что с бароном расправились в один миг, и быстро ушел прочь.
– С одним вопросом разобрались, – хором произнесли мы с Миолином. Он хохотнул:
– Да, ты интересный парень, даром что так юн! Так, ты хотел прийти ко мне с очень важным вопросом, раз не прошло и нескольких часов, как новоиспеченный официальный правитель, – он особенно выделил эти слова, – сидит сейчас у меня в походной палатке.
– Меня интересует мое поселение, что расположено возле Нируды, – проговорил я, пытаясь в лице Миолина увидеть, знает он про нападение или нет.
– Второе селение после Рассвета – вероятно, ты говоришь про Валем? – уточнил правитель Пакшена. – Мне говорили о нем. В том плане, что оно у тебя есть, но я не знаю, что с ним случилось.
– Как-то слишком быстро вы начали оправдываться, – заметил я.
– Я лишь выдал тебе факты. Я не оправдывался, – суше проговорил Миолин. – И потому желаю услышать, что у тебя случилось. Ты ведь получил документ о мире между нашими городами?
– Получил, – коротко ответил я. – Но этой же ночью Валем нам пришлось оставить из-за наступления неизвестного врага. Я не хотел бы никого обвинять голословно, – предупредил я. – Более того, я направил разведчиков, но они не смогли определить флагов тех, кто на нас напал. Поэтому мой визит сюда – попытка прояснить наши отношения и то, насколько серьезно было вчерашнее приглашение к миру.
– Бавлер, – Миолин тяжело опустился на большой складной стул. Толстая ткань легко его выдержала, но вес раздумий сейчас могла выдержать далеко не каждая голова. – Если уж ты… позволь, мы с нашим единственным ныне «не-врагом» будем говорить друг другу «ты».
– Не возражаю, – ответил я. – И мне бы очень не хотелось, если бы это была даже случайность с вашей стороны.
– Случайность с нашей стороны? – повторил, глядя на меня снизу вверх, правитель Пакшена. – У нас не бывает таких случайностей. Мы даем приказы, исходя из всех вероятностей, включая то, что ситуация может измениться, а указания, данные напрямую, останутся прежними. У нас есть так называемая вилка. Система множественных знаков. «Если» – условий, которые могут отменить прежние приказы, – неспешно объяснял Миолин. – А потому даже если бы мы не дали тебе мира, даже если бы мы решили напасть на твое приречное селение – один шаг, демонстрация миролюбия – отмена была бы мгновенной.
Вероятно, Миолин хотел сказать, что никаких случайностей в их армии не бывает, но получилось, что они рассматривали возможность по-настоящему напасть на Рассвет. И я не преминул отметить этот аспект. Правитель вздохнул.
– Если бы самые тяжелые слухи оказались правдой, Бавлер, тогда бы нам пришлось применить силу. Но это в том случае, если бы все беженцы были не твоими жителями, а твоими рабами. Если бы они жили не в домах, а на улице. Если бы они нуждались хоть в чем-то, а не работали на благо… ай, ладно. Ты понял, что я хотел сказать. Тем не менее на Валем мы не нападали. Будь уверен.
– Но у вас имеется множество врагов, – ответил я на эту реплику.
– Да, приличное количество. Пожалуй, что все наши соседи, которые граничат с нами с севера и востока, сейчас пытаются нас продавить.
– Мой военный совет предположил, что захват деревни – попытка устрашения меня, – сообщил я. – Устрашения Рассвета, чтобы мы не думали присоединяться к Пакшену, как союзники.
– Разумно, но чьими руками это было сделано? У тебя уже есть план?
– Есть и план, и силы реализовать это, – ответил я, с трудом сдерживая злость. События этой ночи крутились у меня в голове до сих пор как самое большое предательство – и неважно, чье именно. – К вам не приходил ли сюда некий старик в балахоне?
– Да, был. Мимо прошел буквально. Мы с ним перекинулись парой слов, – ответил Миолин. – Ничего особенного он не хотел, ничего не сказал даже.
– Я могу быть уверенным в твоей искренности?
– Не хотелось бы, чтобы моя единственная надежда стала моим врагом из-за недоверия между нами. Старик ничего не сказал. Но поговорил с кем-то из стражи. Я найду человека, если для тебя это важно.
– Пожалуй, что да. Я считаю его предателем, – ответил я. Миолин кивнул, а я продолжил. – Люди, что пришли вместе с вашим представителем, решили остаться у меня.
– Я попросил их сделать это как можно незаметнее для главного сопровождающего, – улыбнулся правитель. – Я посчитал, что ваши силы сейчас сделают больше, чем наши. И потому предпочел усилить армию.
– То есть, девяносто новых солдат – это подарок мне? Без подвоха?
– Я отбирал тех, кто не прочь отправиться сюда. А теперь, Бавлер, позволь обсудить кое-какие планы на отдаленное будущее. Я тебе говорил про наши приказы в армии. И теперь примерно то же самое нам надо обговорить о нашем взаимодействии. Да что ты стоишь! Садись!
Киетон до сих пор не вернулся, да и барон, стоило тому покинуть палатку, сразу же стих. Правитель не казался со стороны слишком жестоким человеком, но я не исключал, что барона могли прикончить, не отводя далеко от лагеря.
– Итак, наше взаимодействие, – начал Миолин. – Было бы здорово получить серьезное укрепление наших границ здесь, по Нируде. Как правитель, я мог бы требовать от своих подданных многого, но не все можно получить здесь. А теперь, когда нашелся рисковый человек, способный покорить эти дикие места, обуздать природу…
– А можно как-то ближе к делу? – попросил я, уверенный, что все планы и прожекты, если их не контролировать, растянутся до рассвета. А мне надо бы вернуться обратно, чтобы возглавить наступление на прибрежную деревушку.
– Так, ближе к делу. Хорошо, – Миолин не суетился. Он точно знал, чего он хотел. И четко понимал, что Рассвет может ему дать многое – вопрос цены. – У нас есть форт за Ничками. И фронт, до которого остались считанные километры. Никто не уступил ни метра за последние недели, но нам надо накопить сил для удара, отбросить врага прочь. А для этого нужен подъем духа. Нужна стабильность в конкретном регионе. И нужны ресурсы.
– Форт, который ты только что упомянул, построили при помощи наших ресурсов, – поспешил уточнить я.
– Я рад, что ты решил оказать нам помощь еще до всяческих договоренностей, – Миолин наклонился, протянул мне руку и пожал ее. – Я благодарен тебе.
– В связи с этим у меня есть одна просьба относительного этого форта. Она не касается его принадлежности, но я бы хотел провести расследование и сменить Горона на Анарея.
– О, капитан еще жив!
– Мне кажется, что для правителя вас слишком часто обманывают, – я покачал головой. – Капитан жив, мы его выходили. Он прибыл к нам с небольшим отрядом верных ему людей.
– Черт… кажется, зло проникло в Пакшен слишком глубоко. Глубже, чем я думал, – с легкими нотками разочарования проговорил правитель. – Я с удовольствием верну капитана Анарея в форт. К нему же есть переправа, вторая переправа через Нируду?
– Да, есть. Чтобы снабжать Нички напрямую, если потребуется. В настоящее время поставок нет, но, если потребуется, переправлять ресурсы можно.
– Хорошо, хорошо, – тут же согласился Миолин. – Так вот, укрепившись по реке, мы могли бы нанести удар до самого впадения Крали в Нируду, отбросить врага. У вас ведь безопасные земли?
– Довольно-таки, – ответил я, подумав о кладбище в лесу и о гоблинах, которые поселись в относительной близости к монастырю. – Если бы в месте впадение Крали в Нируду было больше разбитых кораблей, по ним можно было бы мост проложить.
– Это слишком опасно, – тут же возразил Миолин. – Опасно. Но, возвращаясь к нашей главной теме. Мы, Пакшен в любом его состоянии, любой его представитель – все мы уважаем целостность Рассвета. Валем был твоим – и должен вернуться к тебе. Ты уверен, что ты справишься?
– У меня достаточно сил, чтобы вернуть собственное поселение под контроль.
– Хорошо. Хорошо! Правитель должен быть уверенным в своих силах!
– Если вы не против, я вернусь сюда завтра, когда Валем вернется ко мне, – я встал, не подумав о том, что я могу нарушить какие-либо церемонии. – И тогда мы поговорим о нашем сотрудничестве, ресурсах, обмене или торговле более подробно. Я благодарен вам за искренность и полагаю, что мы сможем выстоять.
– Никаких особых предложений? – серьезно спросил Миолин.
– Пока – никаких. У меня есть кое-какие планы, которые включают, помимо меня, других влиятельных лиц. А сейчас мне нужно отбыть домой.
Мы распрощались и, уже верхом, я раздумывал – не соврал ли мне правитель Пакшена? Я понимал, что он действует исключительно в собственных интересах. Что ему важно сохранить самостоятельность, сделать так, чтобы его наследие не потерялось в веках.
Но у меня были точно такие же интересны. Доступ к Пакшену обеспечивал меня людьми, технологиями, мастерами. Вероятно, обмен силами и объединение усилий в целом помогут не только ему, но и мне.
Все предложения Миолина пока что были отложены до разумных сроков. Перед отъездом я убедился, что он никуда не собирается в ближайшие дни. Если все будет хорошо, вероятно, мне потребуется место для приема таких гостей. Но, с другой стороны, сам Миолин тоже принимал меня в простой палатке.
В Рассвет я не просто въехал – ворвался. Уверенный в том, что, если я пойду отбивать свою деревню, я не нарушу договоренностей с северным соседом. Что наша атака не нанесет нам дополнительный ущерб. А дополнительные руки, в том случае, если попадутся живые противники, будут тоже работать на благо Рассвета. Но в каком статусе – уже большой вопрос.
– Мы собрали войска! – крикнул мне Конральд. – Где тебя носило?
– Я встречался с Миолином, – ответил я ему, спрыгивая с лошади. – Вы уже и построили всех? Быстро вы!
– Тебя почти четыре часа не было. Как ты думаешь, неужели мы бы не успели подготовиться! Скоро уже солнце подниматься начнет. Нам надо выступать уже сейчас, потому что в противном случае мы опоздаем!
Я внимательно послушал отчет Конральда. Заметил Перта рядом с ним. Анарей стоял чуть в стороне. Казалось, что в подготовке к этой атаке он не принимал никакого участия.
Чтобы приободрить капитана, я кивнул ему, а когда мои воители закончили отчитываться, подошел ближе:
– Форт будет твоим, капитан. Без единой капли крови.
Глава 5. Атака
Чтобы не возникало споров между Конральдом, Пертом и Анареем, я не стал назначать кого-то главным. Мы порешали все на месте, заранее, сделав так, чтобы группы лишь выдвигались вместе. Причиной такого решения было мнение опытных военных, которые указывали, что, если разделить нашу маленькую армию на группы, не получится ничего хорошего. Ведь окружить и уничтожить малочисленные отряды бойцов можно даже меньшим количеством, если напасть из засады.
Поэтому сперва мы выдвигались единой группой, большую часть пути прошли вместе, не забывая при этом выпускать вперед разведчиков, которые докладывали, что все чисто.
