Персики на снегу

– Так чините. А то ко мне теперь соседские козы ходить будут, розы из–под снега откопают и погрызут.

Договорившись о времени, когда обоим будет удобно, они разошлись в разные стороны, он в такси, она в свою машину.

Маруся с Игорьком уже были на боевом посту, заправляли кофемашины, протирали витрины, стелили скатерти, расставляли стулья.

– Что наши соседи? – надевая фартук через голову, спросила Ника.

– Обнаглели – в сердцах выговорила Маруся. – Сегодня утром Максим Петрович сказал, что выловил нашего таракана.

– Нашего? – изумилась Ника.

– Нет уж, извините, наши тараканы по нашим головам… все на месте, короче.

– У нас нет тараканов – напомнила Ника. – Во–первых, мы расставили ловушки и отпугиватели, во–вторых, как он понял, что он наш?

– Вот–вот. У Максима Петровича свои методы общения с себе подобными.

Максим сотрудник ресторана, расположенного по соседству начинал день не с приветствия, а пожелания скорого банкротства и исчезновения. Эта военная операция по уничтожению их кафе под волшебным названием «Ко–фея», которое многие переводили, как «Кофе–я», длилась уже не первый день. Мужчина считал, что кафе портит вид его ресторана. Ресторан с громким именем «Божоле Люкс» располагался в этом же здании и занимал три четверти первого этажа, но хозяин мечтал его расширить за счет кафе, которым руководили Ника и Маруся. Конечно, руководили очень громко сказано – они были и бариста, и пекарь, и кассир, и консультант по сладостям, и официант. Кафе они открыли не так давно, но как только открыли, сразу начались неприятности. Соседская ресторанная элита постоянно делала пакости. В первый же день на пороге кафе Марусю встретил разодранный собаками мусорный пакет. С этого пакета началась война. Максим ляпнут, что там ему и место, а Маруся, будучи девушкой отважной, нашла ему более подходящее место – возле двери элитного ресторана. А потом наблюдала, как с лица Максима Петровича сползает ироничная улыбка. Не ожидал, что девушка вернет ему презент.

Некоторое время девушки работали вдвоем, иногда по очереди. Маруся хорошо варила кофе, придумала свой собственный рецепт, назвала его «Фея». Ника хорошо пекла пироги по бабушкиным рецептам, добавляла туда секретный ингредиент. Люди распробовали фирменные блюда и стали заходить к ним наплывами, особенно по выходным. И тогда девушки взяли к себе в помощники Игорька. Студент искал работу на не полный рабочий день, с плавающим графиком работы, посильную для обеих сторон. Условия устроили всех, он приходил в свободное от учебы время, большую зарплату не требовал, хоть и выглядел недокормленным, но это скорее от образа жизни – дефицит свежего воздуха, отсутствие активных физических нагрузок, компьютерные игры с раннего детства и накал сессионной жары. Но все же в день зарплаты он выглядел счастливым и довольным жизнью. С первого дня за прилавком он изображал печаль, его блестящий лоб горестно пылал, поэтому девушки взяли его на работу помощником, а не официантом. Постепенно он втянулся в будни кафе и научился улыбаться.

– Может пора вызывать полицию – предложил Игорёк. – Угрозы последовали. А если они вам кафе сожгут?

– И тогда мы откажемся от него, но и им он сожжённый не нужен будет. Гарь из помещения очень трудно убрать – разумно пояснила Ника.

Парень пожал плечами и уставился в телефон и через секунду уже был поглощён очередной игрой. Он двигался в такт машине, поворачивал весь корпус тела то в одну то в другую сторону, тормозил тоже телом, при этом из телефона неслись визг резины. Он давно и бесповоротно был увлечен компьютерными играми, программами и приставками и иногда забывал где находится и какие его прямые обязанности. Так бывает, когда попадаешь в компьютерную вселенную.

Она выкладывала вчерашний пирог на противень, выстраивая из кусочков пирамидку. Зал наполнился ароматами. Это был страстное танго – аромат кофе пригласил персиковую выпечку на танец. Повел. Завел в каждый укромный уголок кафе. Обнял. Зацеловал. Это был божественный дуэт.

На двери звякнул колокольчик, сообщив, что первые посетители уже на пороге. Это были два старичка Ираклий и Захар. Завсегдатаи и постоянные обыватели. Они дожидались открытия недалеко от кафе на лавочке. Старички просыпались рано, поэтому гуляли в парке, и к открытию обязательно приходили, чтобы погреться и выпить горячего напитка. Они никогда не покупали сладости, но Ника постоянно их угощала пирогом. Сначала Маруся ругала её за это, а потом привыкла и даже скучала, если вдруг мужчины опаздывали. Старички были веселые и постоянно рассказывали истории из жизни, хотя Маруся подозревала, что это байки и анекдоты, такими веселыми и неправдоподобными они были. Одно было понятно, что дома их ждет пустота, поэтому они выходили на прогулку ни свет, ни заря, да и возвращались, скорей всего поздно вечером.

– Игорёк, прими заказ – попросила Ника.

– Игорёк! – потребовала Маруся, когда он даже не шелохнулся, его внимание было приковано к экрану телефона. Марусю он побаивался, поэтому отложил игру, но эта грусть понес на своих плечах через весь день.

– Да у них заказ сто лет не меняется – заметил Игорёк, но все же уточнил – вам как всегда?

Старички рассыпались в приветствиях и благодарностях.

– Придется мне кого–то из них обворожить – задумчиво проговорила Маруся.

– Что? Зачем тебе это надо? – испугалась Ника взбалмошной идее подруги, хотя была приучена к ним и не должна была вздрагивать и таращить глаза.

– Ну, во–первых, Ника, я девушка и мне льстит легкий флирт. Это только ты можешь сидеть у себя в деревне и пироги печь.

– Я не это имела в виду. Зачем тебе связываться со стариками?

– Разве они старые?

Ника быстро взглянула на мужчин. Они устроились за любимым столиком возле прилавка и рассказывали Игорьку байки.

Маруся проследила за её взглядом.

– Да, нет же. Ника, не этих обворожить.

– А кого?

– Кого–то из наших соседей.

– Час от часу не легче. Лучше уж старички, а не эти грубияны и хулиганы? Зачем тебе с ними связываться?

– Вот – выставила она палец к небу – это, во–вторых, он в меня влюбится и перестанет нам угрожать.

– Кто влюбится?

– Вот над этим я сейчас и размышляю. На кого из них мне навести свои чары.

– Так себе идея – скептично заметила Ника, – но все же в твоем духе.

Маруся пропустила мимо ушей скептицизм подруги, так уж сложилось, что в их дружественном дуэте арфой, исполняющей серьезную классическую мелодию, была Ника, а Маруся скорее –электронной гитарой. Да и жизнь свою она вывела в режим «Шальной императрицы».

– Тот, который постарше, кажется Владлен Сергеевич, все время с силиконовой долиной.

– Что?

– Ну, ты, Ника, деревня. Силиконовая долина – это девушка.

– А – протянула Ника. – Теперь я все знаю.

– Не уверенна. Тебя ещё многому в этой жизни учить и учить. В общем, этот занят, забронирован, навряд ли его можно разженить с той искусственной телочкой.

– Маруся, – с укором протянула Ника, оглядываясь на посетителей. Посетители были заняты, развлекая Игорька. – Как можно так говорить?

– Честно. Она вцепилась в мужика железной хваткой. Тут только с мясом рвать. Ладно. Не отвлекай меня. У меня дилемма. Мне эту силиконовую стену не отодвинуть, поэтому переключаю свое внимание на помощника. Хотя не понятно кто из них хозяин, кто помощник. Может у них так же как у нас с тобой – два хозяина на один ресторан.

– Отношения по расчету к добру не приведут.

– Мой меркантильный расчет на благо нашему кафе, а отношения будут несерьезными.

Они разговаривали негромко, но могли быть уверенны, что старички их не слышат.

– А ты не подумала, что когда ты его бросишь, он с новой силой займется нашим выдворением из кафе.

– Не факт, не факт – задумчиво проговорила Маруся. – А может, он будет так страдать, что уступит нам свою половину ресторана – увидев взгляд Ники, подруга согласилась – да, сморозила глупость, это мороз на меня так действует.

– Утепляйся – посоветовала Ника, имея в виду защиту от глупостей.

Но Маруся если уж оседлала идею, не спрыгнет с неё, пока не упадет сама.

– Я не могу забыть прошлую выходку – Маруся закатила глаза – а ты уже забыла и все простила.

Несколько дней назад Марусю на работе ждал безобразный сюрприз. Ника сидела на корточках перед дверью в кафе и что–то усердно оттирала со стены. Когда Маруся подошла ближе, то её взору и открылся вышеупомянутый сюрприз. На стене были нарисованы какие–то иероглифы. Рисовали краской из баллончиков. В середине линий краска была насыщенно черная, а по краям расплывалась в туман. Ника развела в ведре мыльный раствор и обильно смачивала им надпись. Возле неё стоял Игорёк и как попугай повторял:

– Нужно полицию вызвать. Пусть разберутся, кто это сделал.

– А чего тут разбираться? – прошелестела Маруся. – Конкуренты. Кому ещё надо нам пакостить. Вон у них все окна и стены чистые, без ругательных надписей.

– А что тут ругательная надпись? – изумленно оглянулась Ника.

– Вы знаете китайский? – также изумился Игорёк.

– Нет, но я знаю, что конкуренты на стенах одни ругательства пишут.

Разбираться в переводе иероглифов, никто не хотел. Тогда Маруся спросила:

– Почему ты не вызвала полицию?!

– И что они сделают?

– Ты в них сомневаешься?

– Нет. Просто как они найдут человека, который рисует, если у нас в округе камер нет.

– Если мы будем каждое утро красить, то никого не накажут.

– Логично.

Ника махнула на неё рукой и продолжила тереть. Краска навечно въелась в шершавую штукатурку стены и не оттиралась. Когда подруга убедилась в бестолковости своего занятия, плюнула на это дело. Она оставила Марусю и Игорька на работе, а сама отправилась в строительный магазин, купила краску и кисточку. И потом долго закрашивала чернописание. В конечном итоге у талантливой Ники получилась картина – черный кот сидел возле входной двери, как будто ждал, когда ему откроют.

Маруся, выйдя и запахивая на себе шубку, оценила, но упрекнула:

– Надо было сначала полицию вызвать. А теперь и доказательств нет.

– А их и не было.

– Вот ты упертая, Ника.

– Я не упертая, – возразила Ника, – просто я не понимаю. Ну не может такого быть, чтоб взрослые мужчины ночами обрисовывали конкурентам стены. Глупо все это.

– Да, разрисовывают. Да, глупо. Вот сейчас пойду и все им в лицо скажу.

Маруся уверенным шагом двинулась в сторону ресторана. Ника забеспокоилась и попыталась вразумить подругу:

– Маруся, а вдруг это мальчишки?

– А я всё-таки к ним наведаюсь – грозно объявила Маруся подруге.

– И выставишь себя в глупом свете.

– Свет глупым не бывает – спорила Маруся лишь бы не соглашаться.

Она прошла к ресторану, открыла дверь, оглянулась на Нику, но подруга ушла в кафе, а Маруся столкнулась с официанткой.

– Девушка, позовите мне хозяина – не заходя, потребовала Маруся. – Срочно.

– Которого из них? – испугавшись такого напора, спросила девушка.

Маруся удивилась и спросила:

– А сколько их у вас?

– Двое.

– Зовите обоих – разрешила Мария.

– А пока приехал только Максим Петрович.

– Ну так зовите его, чего уточняете ещё.

Она была раздражена, вышла на улицу и гордо отвернулась от ресторана – глаза бы его не видели. Сколько она стояла, она не знала, потеряла счет времени, возможно, её специально морозили на улице. Маруся никогда не отступала от своего плана, поэтому заходить в ресторан не собиралась и не поддалась желанию бежать в кафе на разморозку. По её подсчетам он должен был появиться с минуты на минуту. Подсчеты были неверными. Она замерзла. Чувствовала, что нос сейчас отвалится, а карманы не спасали руки, они заледенели, и вытаскивать их было страшно, скорей всего пальцы уже синие.

– Девушка, проходите – пригласила официантка, выглядывая на улицу. – Вас ждут.

Маруся, конечно не планировала встречаться с хозяином ресторана на его территории, хотелось на нейтральной, но крепкий мороз расставил всё по местам. Она прошла внутрь, чтобы оттаять физически.

Официантка повела её к столику, и пока шли, Маруся успела осмотреться.

Подобной роскоши не показывают даже в фильмах о высшем обществе и королевских дворцах.

Это вкусная роскошь. И хозяева знают в ней толк.

Максим Петрович ждал её за столом. Когда она подошла, он встал и культурно отодвинул для неё стул, чем естественно разрушил её план ругаться. Она не ожидала, что мужчина будет так себя вести. Она обратила внимание на его вид. Костюм из качественного материала черного цвета, такая же рубашка, мокасины. Маруся знала толк в фирменной одежде, но страсти по ней не испытывала, а мужчин, которые как будто сошли с обложек журналов вызывали необъяснимое подозрение. Черный цвет выгодно смотрелся с его смуглой кожей. Наверное на женщин такая внешность должна производить неизгладимое впечатление. Такие в кино снимаются, в главных ролях, положительных героев. Ему бы кобуру с пистолетом и трудное расследование, с которым он легко справляется. Маруся мысленно упрямо вложила в вымышленную кобуру поварешку.

«Да он модник» – подумала она, возвращая свой настрой. Лично его она считала ресторанным пиратом.

Модник, то есть Максим Петрович сказал:

– Я попросил сделать вам чай. Вы ведь давно ждете. Замерзли.

– Жду столько, сколько вы позволили себе задержаться.

– Извините, я был занят. Неотложное дело.

Перед ней тут же поставили горячий ароматный чай.

– Я пришла не чаи тут распивать.

– Да? А что?

– Зачем вы это делаете?

– Что делаю?

– Хулиганите.

Он пристально смотрел на неё, так, что она занервничала. Вроде собиралась устроить ему разгоняй.

– Я вас не понимаю – помотал он головой.

– Вам повезло, что Ника добрая. Я хотела вызвать полицию.

– А вы значит злая.

– Я разозленная. За хулиганство тоже дают срок.

– Обязательно вызывайте полицию – сказал он таким тоном, как самый лучший друг–советчик.

Он был невозмутим. Бесил её своим спокойствием. Она отхлебнула из кружки. Чай был очень вкусным и согревающим.

– Как вас зовут? – спросил он.

– Меня зовут Мария.

– У вас красивое имя. А как вас называют друзья?

Она не ожидала этого вопроса и откровенной заинтересованности, и неожиданно для себя ответила:

– Маруся.

– У вас очень красивое имя – повторил он.

Этот непринужденный разговор её бесил до чёртиков, потому что краска черного кота ещё не успела высохнуть и Маруся в этот момент была не в себе от ярости, хоть он и старался её отвлечь. В это время официантка проносила мимо поднос с посудой. Что случилось, Маруся не знала, но девушка выпустила его из рук. Ложки, вилки, ножи разлетелись под столами. Звон бьющейся посуды пронзил воздух. Маруся не стала себя осаждать, дала волю зловредной радости. Она ожидала, что Максим Петрович разразится матами и захлебнется яростью, но ожидания не оправдались. Он всего лишь удивленно повел бровью. Как будто не ожидал, что посуда издает столько шума, разбиваясь. Он ободряюще кивнул девушке и развел руками, как бы говоря: «Ну что ж поделать. Бывает».

Маруся позавидовала его крепким нервам, от этого ещё сильнее разозлилась.

– А что по поводу нашего предложения? – отвлек он её от разбитой посуды. – Как на счет того, чтобы уступить нам помещение?

Маруся изменилась в лице – слишком серьезные обороты набирал разговор. Не любила она разговоры о высоких финансовых материях. Ей были близки будничные, лучше праздничные, но жизненные.

– Нет – категорично ответила Маруся.

– Мы ведь готовы заплатить.

– Нет.

– Вы ведь его угробите.

– В смысле?

– Оно же сгореть может.

– Прекратите.

– Тогда пейте чай – разрешил он.

– Вы зря называете чаем этот распаренный веник – сказала она, поднялась и, гордо вышагивая, вышла из ресторана.

Вернулась в кафе и шепотом рассказывала о своей вылазке в стан врага. В кафе в это время было мало клиентов, и Игорёк пока справлялся с их обслуживанием. Он косился в сторону подруг, мечтая оказаться в их компании, а не вот эта вся суета, работа, заказы. Он ведь не Джинн, чтобы исполнять желания клиентов.

– Ты языка взяла? – поинтересовалась тогда Ника.

– Да ну тебя. Но я кое–что узнала.

– Что?

– Оказывается в ресторане два хозяина.

– Ну не укладывается у меня в голове, что два взрослых мужчины устроили военные действия в виде разукрашивания стен.

– Но войну–то они нам устроили. Ты это понимаешь?

Ника ничего не ответила. Ника видимо ничего не понимала. Вернее она все понимала, только не хотела осознавать, что такими делами занимаются их конкуренты. Это ведь подло. Маруся как будто услышала её мысли – на то она и подруга, чтоб уметь это делать. Сказала:

– Хорошо, что их подлость не переходить черту хулиганства.

– А что ещё может быть? – наивно спросила Ника.

– Ну я бы им… – Маруся задумалась, но быстро придумала – я бы им за батарею креветок накидала.

– Не вздумай – с ужасом потребовала Ника.

– Конечно не буду – пообещала в тот день Маруся, поэтому сегодня она решила сменить тактику на обольщение.

– Может это будет мое приключение. Новогоднее приключение. Кстати, ты ещё не решила где новый год справлять будешь?

– Дома – ответила Ника.

– Это так предсказуемо.

День был похож на все другие рабочие дни, если не смотреть, как соседи украшают витрины своего ресторана. А украшали они миллионами. Не в прямом, конечно, смысле. Но денег на оленей, снегурочек и снеговиков с гномами потратили много.

– Они знают толк во вкусной роскоши – заметила Ника, как Маруся наблюдает за конкурентами.

– Ой, да ладно. Дайте мне столько денег, я вам и не такое сооружу.

Денег ей никто не дал, зато отвлекли от завистливо–скверного взгляда, и день потек своим привычным чередом. Разгоряченные на морозе посетители, горячий кофе, ароматные выпечки и сладости, согревающий глинтвейн с дольками апельсинов и яблок. Веселые дети, замученные мамы, томные папы и счастливые дедушки и бабушки.

– Такую бы погоду на новый год. Морозно, снежно, солнечно. Кому бы заказать? А, Игорёк?

– Не мы погодой руководим – проснулся философ в Игорьке. Он вытирал стол, но делал это так меланхолично, что глядя на него все зевали.

Маруся считала своим долгом иногда задевать Игорька, замечая, что он клюет носом как сова, которую разбудили утром – она ведь только с ночной охоты. Какая охота была у парня ночью, Ника с Марусей только догадывались, потому что парень много и часто рассказывал об компьютерных играх. Но за стойкой иногда он засыпал стоя, поэтому часто стол был заляпан кофейной гущей и молоком. И приходилось его одергивать, заставлять взбодриться, хотя хотелось встряхнуть и выгнать на мороз, закрыв двери в кафе на все замки.

– Игорёк, а у тебя девушка есть?

– Зачем она мне?

– Обнимать, смотреть романтичные фильмы, на каток ходить, – перечисляла Маруся – музыку с одних наушников слушать, угощать пломбиром.

– Я такое не люблю.

– А какое ты любишь?

– Никакое.

– Компьютер любишь. Стрелялки. Бродилки.

Ника не любила, когда Маруся лезла к парню с издевками, поэтому пихнула её и сказала:

– Мне нужно будет уехать чуть пораньше.

– Что–то случилось?

– Да, то есть нет. Ко мне приедут забор чинить. Нужно будет проконтролировать, а то боюсь, потом убытки не посчитаю.

Ника рассказала Марусе о вечерних злоключениях. Маруся только и успевала возмущаться, но услышав, что Ника зажарила телефон, развела руками.

– Наконец–то, Ника, ты сумела за себя постоять.

– Я не специально.

– А зря – по-философски протянула Маруся.

Когда после обеденного наплыва, посетители их маленького кафе разошлись, Ника уехала чинить забор, или, как она выразилась, руководить и контролировать.

А Маруся вздохнула с облегчением, наконец–то можно было насладиться атмосферой. Она пребывала в приподнятом настроении. Все ей казалось радостным и приятным. Какое–то трепетное чувство приближения нового года, принесенное из детства, захватывало её в это время, когда зажигались миллионы огоньков, люди наряжали елки, пахло мандаринами и весельем. Она задумывалась в какую коробку положит подарок и какой бумагой завернуть. В этом году будет зеленая с красными шарами и красно–белыми леденцами. Такая была, когда ей было лет десять.

Она осмотрела помещение. Все ей нравилось. Маленькое, комфортное, уютное, теплое, яркое и немного сказочное кафе. Немного. Немного? Этого она не хотела. Ей хотелось, чтобы сказочного было много. Не смотря на то, что они с Никой были разные по характеру, одно объединяло подруг – они были романтичными натурами, поэтому обыкновенное кафе носило сказочное название «Ко–фея». Фея Маруся стояла посередине зала и всматривалась в углы, наклоняя голову то в одну сторону, то в другую. Этого для решения оказалось мало, она уперла руки в бока. Выглядела она мягко сказать задумчиво. А думала она о том, что мало в кафе сказки. Через минуту в её красивую головку пришла шедевральная идея, так, во всяком случае, ей виделось. Она вернулась за стойку, очистила небольшой клочок стола от лишних предметов, взяла до блеска начищенный поднос, выложила на нем нить гирлянды, выставила поверх неё стеклянные кофейные бокалы. Она переворачивала их вверх дном и ставила их большим кругом, следующий ряд, чуть меньше, она выставила поверх этих бокалов, следующий ещё меньше и выше. Хвостик гирлянды просовывала в середину стеклянной пирамиды. Через пару рядов получилась оригинальная елочка.

Игорёк наблюдал за процессом творения и, когда Маруся включила гирлянду, сказал:

– Вы как дети, честное слово.

– Все мы родом из детства – вспомнилась ей фраза Маленького принца.

– Что?

– Игорёк, это классика.

– Не увлекаюсь – хмыкнул парень.

А Маруся увлекалась, и не только классикой, но и сказками. Она рассматривала, как весело моргает гирлянда, оригинально бликует и празднично отражается в стеклах и подносе.

– Сюда бы на самый верх посадить маленькую фею, вот как у нас в фонариках на улице. Жалко, что уже не успеем заказать.

Гирлянду в виде домиков с золотыми феями с фонариками в руках заказывали через интернет–магазин и долго ждали, и боялись, что к новому году не успеют привезти, и переживали, что если не привезут, им придется нарядить фасад кафе празднично- обыкновенно, но все равно не так, как мечтали. Когда Ника показала Марусе, что нашла в интернете, было принято самое быстрое и единогласное решение – эти феи должны украшать «Ко–фею». Да они кружки дольше выбирали и долго спорили, какие именно брать, а с феями вообще никаких разногласий не возникло.

Маруся оценила своё творение. Была довольна и решила себя наградить. Награду выбрала в виде тренажерного зала, сауны и бассейна.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.