Софья Бекас "Геометрическая поэзия"

Но только странный тот хребет:

Ни рога, ни копыта,

Как будто только что скелет

Обрезали для быта.

– Ах, подлецы! – кричит Король. –

Вы обмануть решили?!

Вы в холодец добавить соль,

Случайно, не забыли?

Ты посмотри, каков нахал!

Я думал, ты честнее,

Мой брат Пастух!

Хоть ты, Сестра, конечно, красивее,

Да ведь за этой красотой

Ни грамма нет приличий!

Так доживайте век свой злой

В коровьем же обличье!

Сказал, и грянул в тишине

Средь голубого неба

Сильнейший гром, а с ним во тьме

Луч золотого света.

Глядит – и правда перед ним

Стоят лишь бык с коровой:

Сестры как будто след простыл,

Пастух исчез под кровлей,

И лишь коровы да быки

Пасутся в чистом поле,

Да у синеющей реки

На водопое кони.

Событий царь не понял суть.

Он потянул за сбрую

И повернул в обратный путь

Лошадку вороную.

– Пойдём, подруга, – он сказал. –

Сегодня без обеда.

Наверно, стар я слишком стал

Для радости победой.

Хоть справедливость увидал

Я на закате жизни,

А то бы помер, не узнав,

Не миф ли справедливость.

И потрусили во дворец

Король с придворной свитой,

Оставив на полях овец

Наедине с Лисицей.

Лишь скрылась свита Короля,

Лисица Волку шепчет:

– Беги скорее к тополям,

Где кур Пастушка держит.

Сегодня наш день, видит свет!

А я пока с баранов

Спрошу за всё про всё ответ.

Им повторять не надо,

И нет теперь у Пастуха

Ни куриц, ни овечек,

Есть лишь красавица-сестра

Да парочка колечек.

Наелись досыта друзья

И, выбрав путь недлинный,

Снесли к порогу Короля

Руно и пух куриный.

А в царском замке между тем

Среди парчи и кружев

Выносят слуги холодец

На королевский ужин.

Король угрюмен, молчалив,

Едва ли блюда видит,

И взгляд его, как ночь, тосклив:

Не пьёт, не ест, не дышит.

– Что приключилось, государь? –

Спросил его украдкой

Придворный лекарь. – Разве царь

Наш болен лихорадкой?

Или ему не по душе

Придворных слуг забота?

Или, быть может, на полях

Не задалась охота?

– Не знаю, друг, – ответил царь. –

В груди как будто ноет,

И плакать хочется… Не знать,

Чего разлука стоит.

– Разлука с кем, мой господин?

– С Пастушкой деревенской…

Жил на полях Пастух один,

Дышал одной лишь песней,

А вместе с ним пасла Сестра

Стада коров на поле

И танцевала допоздна…

Теперь их нет уж боле.

– Что с ними стало?

– Думал я,

Чисты их были души,

Да утаили от меня

В тени оленя тушу.

– Не может быть!

– Увы, мой друг.

Сильней любви безумной

Быть может разве что недуг,

Подпитанный разлукой.

Я видел их лишь из окна