Софья Бекас "Геометрическая поэзия"

Дворца высокой башни,

Я слышал только голоса

Во время летней пашни,

И мне казалось, в их душе

Живут добро и честность…

Но я ошибся. Что ж, вся жизнь –

Сплошная неизвестность.

Они клялись, что нет его,

Оленя, в сонном стаде,

Но я спустил собак с цепи…

Доказывать не надо.

Тут молнии, как змей клубок,

На землю протянулись,

И в тот же миг Пастух с Сестрой

Быками обернулись.

Царь замолчал, но мрачный взгляд

Сказал всё лучше слова:

Любовь травила, словно яд,

Пытала его снова.

Но вот на стол пред Королём

Вдруг опускают слуги

Большое блюдо с холодцом.

Следа былой нет скуки!

Король, хоть вспыльчив был, не глуп,

Однако ж, оказался,

И вот уже знакомый дуб

Над полем показался,

Ведь догадался наш Король,

Чьих рук гнилое дело,

И, чтоб унять на сердце боль,

Спешит за вором следом.

Вот поле. Дуб стоит один,

И спят под ним коровы,

Но только царь здесь господин,

Не слышно здесь ни слова.

Лисы и Волка след простыл.

Король по полю едет,

И вдруг среди далёких глыб

Он видит лучик света.

Король галопом мчит туда,

К горам за горизонтом,

А это домик Колдуна

Сияет ярче солнца.

И мчался царь, забыв себя,

Гнал лошадь вороную

Четыре ночи и три дня

Без продыха сквозь бурю.

Король подъехал. Видит он:

Колдун сидит под дверью

И насылает сладкий сон

На раненого зверя.

Медведь один попал в капкан,

И маг, седой от злости,

Сквозь опьяняющий дурман

Ему вправляет кости.

– Жестоки люди! – он сказал,

Когда Король подъехал. –

Для тех, кто ночью не рыдал,

Вся наша жизнь – потеха!

Кто дал им право суд вершить,

Чужой судьбой играться?

Чтоб от себя гнев отвести,

Им нужно постараться!

– Послушай, старче, – молвил царь. –

К тебе я за советом

В далёкий и пустынный край

Приехал до рассвета.

Устала лошадь, я устал:

Мы шли четыре ночи

Среди высоких острых скал

И не сомкнули очи.

Ты видишь? Я себе палач:

Кладу перед ногами

Корону, скипетр и плащ

Из меха горностая.

Я каюсь и склоняюсь ниц:

Я был несправедлив,

Мой гнев хранят молчание птиц

И плач прибрежных ив.

Быть может, знаешь Пастуха

С Сестрой, что жили в поле?

Они, не совершив греха,

Мне заплатили вдвое,

Но нет на их плечах вины,

То грех Лисы и Волка.

Я изгоню их из страны,

Но от того нет толку:

Пастух с Сестрицей поклялись

По доброте душевной,

Что нет оленя в той тени,

Где спят стада овечьи.

Они сказали правду мне,

Но, року повинуясь,

Тотчас же на моих глазах

Быками обернулись.

Так помоги мне, добрый маг!

Скажи, как быть, волшебник!