Глава 7
– Что это ты такая взвинченная? – кинулись к ней с расспросами Соня и Валя, заметив, что всегда спокойная и даже меланхоличная Таня в этот раз была взволнована и даже излишне взбудоражена.
И ведь они были правы. Придя на следующий день в училище, Таня на всех переменках выискивала парня, с которым пришёл вчера тот… который заставил учащённо биться сердце…
Конечно, она была уверена, что ни за что не подаст виду, будто она заинтересовалась его другом. Но взглядом так и рыскала по мальчишеским физиономиям! Вот и девчонки заметили, что с ней творится что-то неладное!
– Всё в порядке, девочки. Просто я немножко приболела, ночью температурила, – выкрутилась Таня, развеяв подозрительность подруг.
Но каково же было её удивление, когда выйдя из училища, она чуть ли не врезалась во вчерашнего незнакомца! От неожиданности она охнула и попятилась.
– Ой, простите… – еле слышно прошептала она, уступая парню дорогу.
Но тот даже и не собирался воспользоваться освободившимся проходом. Наоборот, он хмыкнул, заинтересованно поднял брови и удивлённо, немного нараспев, произнёс:
– На-а-адо же… Какая неожиданная встреча! Вы не поверите, но я со вчерашнего вечера потерял покой и сон!
Таня продолжала пятиться, всё больше вжимаясь в стенку тамбура между двумя дверьми.
– Я вас испугал? – продолжал допытываться парень, не давая Тане опомниться.
– Нисколько.
Таня наконец-то взяла себя в руки. Не она ли с утра всё мечтала о молодом человеке, которого видела-то всего минуту!
– Ну, раз вы меня не боитесь – давайте знакомиться! Глеб, – со снисходительной улыбкой произнёс парень, протягивая девушке руку.
– Таня… – тихо проговорила Таня, но руки не подала.
Наоборот, она спрятала обе руки за спину, словно арестантка. Не хватало ещё при всех прикасаться к нему!
Глеб так и остался стоять с протянутой рукой, всем своим видом напоминая Ленина на трибуне, когда тот толкал пламенную речь.
– Ну, хоть проводить тебя можно? – перейдя на «ты», немного разочарованно произнёс Глеб.
Он никак не ожидал, что девица может так отреагировать на его призывы познакомиться. Обычно девчонки просто млели, когда он с ними заигрывал, не говоря уж о более тесном контакте!
Таня шла рядом с парнем, шарахаясь даже от прикосновения полы его расстегнутого пиджака к своей руке, в которой сжимала ручку сумки.
– Давай понесу! – в который уже раз предлагал Глеб, пытаясь забрать у девушки сумку с тетрадками, но наткнувшись на её испуганный взгляд, отступал.
А тут ещё и она встала как вкопанная, заартачилась:
– Дальше я сама…
– Что сама?
– Пойду сама…
– Да не съем я тебя! Пойдём.
– Нет!
Не могла же она ему сказать, что боится не только его, но и мать, если та увидит её с парнем. Тогда стыда не оберёшься!
– Как знаешь, – немного обиженно произнёс Глеб. – Тогда до завтра!
Он коротко взмахнул рукой, то ли в знак приветствия, то ли прощания, развернулся и, насвистывая, вразвалочку пошёл прочь.
Глава 8
Таня смотрела вслед уходящему Глебу и ругала себя последними словами: «Вот дура я безмозглая! Такого парня отшила! Теперь он на меня даже не посмотрит. Вон сколько девушек вокруг!»
Зато Глеб совершенно не расстроился. Его ухмыляющаяся физиономия говорила об обратном. Мол, всё идёт по плану. Нужно только чуть-чуть изменить тактику.
Он решил исчезнуть. Нет, не навсегда, а так, на пару деньков. Будучи ловеласом, он отлично знал психологию таких затюканных девчонок. Он был уверен на все сто, что Танька эти два дня будет лить слёзы и кусать себе локти, что не удержала такого красавца! А когда он спустя положенное время выскочит перед ней как чёрт из табакерки, всё – она окажется в дамках! В прямом и переносном, то есть в том самом, смысле!
Эти два дня Таня не находила себе места. На занятиях отвечала невпопад, чем заинтриговала своих подружек. Ну не поверили они в её простуду! Но девушка не собиралась открывать им свою душу, ведь даже от собственных мыслей её бросало то в жар, то в холод.
И ведь не с кем было посоветоваться. Даша была далеко, да и адреса она её не знала. О том, чтобы поделиться своими переживаниями с матерью, не было даже и речи! Хоть та её никогда и не била, но лишь узнает о её крамольных мечтаниях – вмиг за волосы оттаскает! Потому что мать не раз предупреждала: если прикоснётся к ней парень – она сразу станет порченой!
Правда, Таня частенько задумывалась над тем, как же тогда она появилась? Не ветром же надуло! Что-то мать не договаривает. Но сколько бы она не вызывала ту на откровенный разговор, в ответ слышала лишь ругательства из-за её «похабных» мыслей.
Так прошёл день… другой…
На третий день девушка не находила себе места. Она была готова бежать за Глебом на край света. Только бы он появился! И когда, выходя из училища, Таня нос к носу столкнулась с Глебом, то от неожиданности ахнула, залилась краской и тихо выдохнула: «Глеб…».
Глеб понял, что одержал победу. Почти… осталось дело за малым.
– Привет, Танюшка! – радостно воскликнул он. – Ждать тебя замучился!
– Меня? – прошептала девушка.
– Ну да, а кого же ещё? Я же обещал, что мы ещё увидимся. Два дня только о тебе и думал!
– А почему не приходил? – стыдливо спросила Таня и засмущалась.
– Да, с отцом по делам уезжали. В кино пойдём? Я и билеты уже купил!
– В кино? А какое?
– Про любовь, конечно! Или ты против? Тогда я прямо сейчас эти билеты порву!
Глеб резко вытащил из нагрудного кармана пиджака билеты и сделал вид, что собирается их порвать.
– Стой! – Таня схватила парня за руку, останавливая его от такого опрометчивого шага. – Конечно, я пойду с тобой в кино…
Глеб и не сомневался.
В кинотеатре они заняли свои места на последнем ряду. Шла картина «Простая история». Таня так мечтала её посмотреть, но сегодня ей было не до переживаний героини. Она сидела как на иголках, всем телом, даже через подлокотник кресла, ощущая тепло, исходящее от Глеба.
А тот не торопился. Другую девицу он бы давно уже облапал, но с Танькой такой номер не пройдёт. Чтобы «не спугнуть птичку», он, как бы ненароком, то прикасался к локтю девушки, то задевал её ногой.
Когда они вышли из кинотеатра, уже стемнело. Редкие фонари освещали аллею, уходящую вглубь парка.
– Пройдёмся? – предложил Глеб.
Таня молча кивнула. Зарделась. Хорошо хоть, что темно: не видно, что она пунцовая как помидор!
Глеб всё дальше уводил девушку в темноту парка, свернув с аллеи туда, где не было людей.
Таня не знала, о чём говорить с парнем, а тот просто боялся её спугнуть. Так и шли молча, соблюдая «пионерскую» дистанцию.
Вдруг Глеб резко остановился, обхватив девушку за плечи, развернул к себе.
Таня от неожиданности аж язык прикусила. Почувствовав на губах вкус крови, выдохнула:
– Глеб… не надо…
– Глупышка, я же тебя люблю!
– Правда?..
– Конечно, милая!
Он прижал девушку к себе, собираясь поцеловать.
– Нет! Нельзя! Это грех! – испуганно вскрикнула Таня.
«Сектантка что ли?» – промелькнуло в голове Глеба. Но на всякий случай спросил:
– Это почему?
– Ну как почему? Мама говорила, что обниматься стыдно, это можно делать только после свадьбы!
«Ну не дура ли…» – сокрушённо подумал Глеб. Но отступать от задуманного не хотелось. Он сразу же представил ехидную физиономию друга, как тот будет всем рассказывать, мол, «Глебушка сноровку потерял».
Ну уж нет, решил он. Танька всё равно будет его! Даже сегодня!
Глава 9
– Тебе что, ещё нет восемнадцати? – удивился Глеб.
– Есть… Два месяца назад исполнилось… – ковыряя землю носком туфельки, прошептала Таня.
– А чего тогда боишься?
– Я не боюсь… Просто… ну… мы же не женаты… – замялась девушка.
«А… так ей свадьба нужна!» – мысленно чертыхнулся Глеб, но виду не подал.
Видя, что девушка замкнулась, вот-вот «створку раковины» захлопнет, Глеб, придав выражению лица как можно больше романтизма, ласково произнёс:
– Выходи за меня замуж!
Таня испуганно охнула, прижав ладошки к пылающим щекам:
– Замуж?..
– Ну да. А что такого? Не хочешь что ли?
– Хочу… Только так всё неожиданно…
– Ты что, меня не любишь?
– Люблю… наверное…
Не дав девушке опомниться, Глеб подхватил её на руки, закружил, целуя в щёки и куда придётся.
– Завтра пойдём заявление в ЗАГС подавать! А теперь нам надо чуточку передохнуть. Да и у тебя голова закружилась… Милая…– прошептал он ей на ушко, уволакивая девушку в заросли черёмухи.
От одуряющего цветочного аромата, близости молодого человека, от которого слегка пахло куревом, у Тани всё расплывалось перед глазами, в ушах стоял звон. Она даже не заметила, как оказалась на земле, опрокинутая на наскоро сброшенный с плеч пиджак, прижатая разгорячённым телом парня.
Позже она попыталась вспомнить, как всё происходило. И не смогла. Она лишь запомнила боль, пронзившую её, и стыд. Ужасный стыд!
А Глеб как ни в чём не бывало поднялся, застегнул брюки, с лёгкой ухмылкой помог девушке подняться.
– Ну что, пойдём? А то уже поздно!
– А ты разве не пойдёшь к нам домой? – удивлённо спросила Таня.
– Зачем? А-а-а… Твоей руки просить? Конечно-конечно! Только завтра! Не на ночь же глядя!
Таня шла, еле переставляя ноги, испытывая лёгкое жжение и неприятную боль там, внизу… Не так она представляла превращение девушки в женщину, не так…
В этот раз она позволила парню проводить её до самого дома. Ведь он почти что муж!
Стыдливо отводя взгляд, она несмело чмокнула Глеба в щёку:
– До завтра…
В комнате было темно. Мать, видимо, спала. Таня на цыпочках, стараясь ничего не задеть в темноте, на ощупь стала пробираться к своему дивану.
Но в ту же секунду яркий свет ударил в глаза, ослепил.
Мать в одной ночнушке стояла посреди комнаты, сжимая в руке откуда-то взявшийся солдатский ремень.
«Наверное, осталось от отца…» – только и успела подумать девушка.
