Страница 2 из 10
Подкармливая существо сырым гуляшом, Галина размышляла о причинах резкой перемены его вкусовых пристрастий. Видать, распробовало Сашенька Владимира, понравилось. Вот только нормально ли, не вредно? Вымыв руки, она долго копалась в смартфоне, пока не вычитала: даже травоядным насекомым для хорошего роста иногда нужен белок. На том и успокоилась.
Кормить Сашеньку мясом оказалось накладнее, но что поделать. Теперь после работы Галина шла в мясную лавку, выбирала там куски посвежее, и дома, мелко порезав, скармливала Сашеньке. Самой пришлось перейти на салаты, чтобы не разориться. И всё ждала, когда же окуклится…
Но Сашенька не куклилось, только увеличивалось в размерах. До тех пор, пока это не стало настоящей проблемой.
Как-то Галина шла домой позже обычного. Неладное почувствовала, едва свернув на свою улицу. Мамаши в панике метались по двору, таща за руку детей, молодёжь задирала головы, целя камеры смартфонов на стену. В собравшейся у её дома толпе мельтешила синяя униформа Шерифа. Так на районе называли местного участкового Егорыча.
Галина подошла ближе и тоже взглянула вверх. Там, где только сегодня утром было окно её кухни, зияла дыра. От неё за угол здания тянулся зеленовато-голубой след.
– Сашенька! – не сдержалась Галина.
На полном ходу она врезалась в толпу зевак, преграждавших путь к подъезду.
– Да дайте уже пройти! – психовала она, распихивая людей локтями.
– Эй, Галюня! – окликнул Шериф. – А не твоя часом квартирка-то?
– Моя, – остановилась Галина.
Протирая платком скверно бритые, вспотевшие щёки, Егорыч протолкался к ней. Галина не представляла себе, как будет рассказывать про Сашеньку. К счастью, Шериф не дал и слова сказать, всё объяснил сам. По его версии, в квартиру пытались вломиться воры, но их постигла неудача. Галина безропотно согласилась на такой вариант.
Горожане во дворе постепенно разошлись по делам. Шериф закончил осмотр квартиры, заполнил бумажки, отпустил свидетелей.
– Тьфу, никогда не уйду на пенсию с такими пирогами, – досадливо чертыхнулся он.
И тоже ушёл, вслед за понятыми.
Галина позвонила в оконную службу, заказала новое стекло. Дыру на время завесила простынкой. И только после всего этого позволила себе впасть в отчаяние. «Где теперь искать Сашеньку?», – схватилась она за голову.
На следующий же день взяла на работе отгул под предлогом недомогания. А сама вскочила ни свет, ни заря, и бросилась прочёсывать дворы. В любой другой ситуации расспросила бы соседей, не видел ли кто беглеца, но тут пришлось рассчитывать только на себя.
В одном из переулков наткнулась на Егорыча.
– Тоже ищешь кого? – хмыкнул он.
– Стекольщиков жду, – соврала Галина. – Утром звонили, приехать смогут только после обеда. Решила пока погулять, всё равно отгул взяла на работе.
Егорыч понимающе покивал головой.
– А что, пропал кто-то? – осторожно добавила она.
– Да, кошак у соседки. Всю плешь мне проела, старая: «Егорыч, помоги найти Масеньку, у тебя же связи», – передразнил Шериф. – Вот не было печали, то воров ищи, то кошек…
Галина сочувственно поохала и поспешила дальше. Но Сашеньку так и не нашла, даже следов, тех самых, зелёных и склизких. Да как можно потерять в городе такую громадину? Ведь, судя по разбитому окну, Сашенька уже достигло метров двух-трёх в длину, не меньше.
Она вернулась домой под вечер, уставшая, голодная и расстроенная. Всю следующую неделю кошки и собаки пропадали в их районе регулярно. С каждым таким случаем, что рассказывал Галине Егорыч, у неё крепло чувство, что она знает причину массовых пропаж. От таких раздумий становилось жутковато, но изменить что-либо она была не в силах. Хорошо хоть Владимир прекратил названивать, капать на мозги своими любовными излияниями.
Вскоре Галина узнала настоящую причину молчания поклонника. Она возвращалась с работы, когда у самого дома её перехватил Егорыч. Страж порядка снял осточертевший респиратор, отдышался. Сказал, что хочет задать пару вопросов. Начал как-то издалека, и по его непривычно сдержанному тону Галина сразу заподозрила неладное.
– Не подумай, что есть какие-то серьёзные подозрения, – будто бы оправдывался он. – Но мне сообщили, что вы знали друг друга.
И Егорыч протянул Галине фото Владимира.
– Знали, – кивнула она, но тут же насторожилась. – А почему в прошедшем времени?
Шериф устало выдохнул, почесал затылок и выложил, как есть. Владимира нашли в подворотне недалеко от дома, где он проживал с матерью. Точнее, нашли изрядно объеденные останки: одни кости, да обрывки одежды. Родственница пострадавшего и опознала. Как увидала туфли, так за сердце схватилась – сама их сыночке дарила, ещё на школьный выпускной.
«Так у него и квартиры-то собственной нет, – поникла Галина. – То-то в гости не звал, а моей так настойчиво интересовался». Но тут же одёрнула себя: о покойных или хорошо, или никак.
Егорыч ушёл, оставив Галину наедине с невесёлыми думами. От постоянного беспокойства ей не спалось ночами, и днём она ходила точно варёная. В офисе на рассеянную сотрудницу осуждающе косился шеф, просил быть повнимательнее. Валька сочувствовала подруге, думала, что она переживает из-за безвременно почившего любовника. На выходных даже поволокла её в кафе, заедать горюшко-горькое чем-нибудь сладким.
– Да ты не отчаивайся, не велика потеря, – говорила она, жеманно поджимая гилауроновые губы. – Мужики все поголовно мудачьё. Взять хотя бы моего последнего…
Галина слушала, рассеяно жуя огромный шоколадный пончик. Ну, сейчас начнутся обалденные истории про Валькиных мужиков, загрустила она. Нет уж, увольте.
– Ты не в курсе случайно, за что Егорыча Шерифом прозвали? – перевела она тему.
– А, так это не секрет, все знают, – пожала плечами подруга. – Из-за пончиков. Он их как-то на спор три коробки за раз смолотил. Блевал потом так, что до сих пор от одного их вида и запаха передёргивает.
Едва не поперхнувшись, Галина с трудом проглотила откушенный кусок.
– Вот как…
Остатки сдобы она отодвинула подальше – от рассказов подруги мигом улетучился аппетит.
– Так что ты давай, отвлекись на что-нибудь, и всё забудется, – вернулась Валька к обсуждению Владимира. – Кстати, видела утренние новости? Про чертовщину в лесополосе у завода?
Галина напряглась: вариантов чертовщины на ум приходило немного. Валька потыкала в айфоне едко-красным маникюром, пихнула экран ей в лицо.
Корреспондентка местного канала стояла спиной к рощице на редкость мощных берёз, где меж стволов повисло нечто. Иссиня-чёрный продолговатый объект около трёх-четырёх метров в длину своим округлым концом терялся в трепещущих на ветру кронах, а острым завис метрах в двух-трёх над травой. В середине просматривались крупные поперечные сегменты, как бы заходящие один на другой, а ближе к верхушке внахлёст тянулся жилкованый шлейф. Галина вмиг угадала, что это за штуковина.
– Ой, у меня же сегодня дела важные! – вдруг засобиралась она.
Не обращая внимания на возмущённое лицо подруги, подхватила сумочку и собралась на выход.
– Так давай я подвезу, – предложила Валька. – Мне тут в пригороде со знакомым увидеться нужно.
Оказалось, что на встречу подруга едет как раз к месту странной находки. Галина призналась, что спешит туда же. На Валькиной ядерно-красной «Киа Рио» они долетели минут за пятнадцать – сев на автобус, Галина потратила бы на дорогу часа полтора. Остановились на обочине, о парковках в этой лесной чащобе можно было не мечтать. Сбоку маячила автобусная остановка, от неё сквозь заросли вилась тропа, единственный путь к заводу. Так туда добирались рабочие, что жили в городе. За знаком до сих пор припаркован фургон местного телеканала, заметила Галина. Рядом – полицейская машина Егорыча и даже несколько велосипедов. Непримечательная локация быстро набрала популярность.
Если в городе клумбы и газоны разрослись не хуже тропиков, то за городом природа и вовсе сходила с ума. Пожалуй, это лето можно было назвать самым зелёным и цветущим за все последние годы. Галина оглядела сплошную стену растительности и зашагала по вытоптанной траве в самую чащу. Валька на своих шпильках плелась следом, каждые полминуты разражаясь ругательствами. Минут через семь они были на месте.
У берёзовой рощи, той самой, где висел аномальный объект, Галина сразу приметила длинноволосого мужчину из выпуска новостей. Сотруднику оранжереи противостояла группа молодёжи с транспарантами в руках, пёструю компанию возглавляла девушка с кислотно-зелёными волосами. Эко-активисты с площади, узнала она. И сюда уже добрались.
Протестующие наседали на единственного оппонента, требуя прекратить работу завода и призвать к ответственности всех, кто допустил надругательство над природой. Мужчина робко отбивался, настаивая на предварительном изучении находки. Поодаль мялся Шериф: он озадаченно мусолил былинку в пожелтевших зубах, наблюдая за этой перепалкой.
– Ты чего здесь, Галюня? – удивился Егорыч, завидев её. – Нельзя сюда, я эту зону закрывать буду как опасную. До выяснения обстоятельств.
Галина заверила, что надолго не задержится, ей бы только посмотреть. Шериф махнул рукой и пошёл разгонять активистов. Молодёжь мгновенно переключилась на спор с правоохранителем. Воспользовавшись моментом, мужчина из оранжереи незаметно ретировался из рощи.
Тем временем Галину догнала Валька.
– Арнольд Германович, дорогой! – размахивая наманикюренной пятернёй, завопила она.
Мужчина обернулся на голос, подошёл ближе. Валька моментально повисла на его вешалко-подобной фигуре, одарив поцелуем в заросшую щёку. Тот попытался сохранить достойный вид, но подавить смущённую улыбку ему не удалось. Галина тотчас догадалась, какого рода знакомым он приходится подруге.
– Арнольд Германович, – представила Валька своего очередного любовника. – Он энтомолог.
– Это я нашёл куколку, – объяснил мужчина. – Приехал собрать материал для домашней коллекции и наткнулся…
– А я вас в новостях видела, – робко улыбнулась Галина.
«Опять Валька самого нормального мужика отхватила, – с досадой думала она. – Через месяц же бросит, скажет, что очередной мудак. Не повезло бедолаге…»
– Товарищ энтомолух, – вмешался в их беседу внезапно вернувшийся Шериф. – Так и что вы скажете на это безобразие?
– Не представляю, как такое комментировать, – замялся Арнольд Германович. – Во всяком случае, никогда не видел ничего подобного. Даже в научных работах, не говоря уже про личный опыт. Здесь нужно собирать экспертов широкого профиля…
– Ладно, я понял, – отмахнулся Шериф. – Ну, хотя бы примерно: что это за хрень?
– Очевидно же, это куколка, – развёл руками Арнольд Германович. – Только из куколки таких размеров выйти может разве что кайдзю…
Шериф вскинул взгляд к небу, ругнулся полушёпотом.
– Вы, учёные, там со своей латынью совсем родную речь забыли? По-русски говорите же, ну!
– Это японский, – обиделся энтомолог. – Кинематографический монстр гигантских размеров. Та же Мотра, например…
– Сашенька не монстр! – не сдержалась Галина.
Зря, тут же осознала она. Все трое одновременно уставились на притихшую Галину.
– Галя, скажи мне честно, ты что-то знаешь? – нахмурился Шериф.
Она подхватила Егорыча под локоть и утащила в сторону. Попыталась всё объяснить: про цветы, про гусеницу, про Владимира. Но чем больше Шериф её слушал, тем выше по лбу ползли его брови.
– Галя, – не выдержал он. – У нас в лесу неизвестный объект, который может представлять угрозу для населения. Что ты мне тут паришь?!
– Крак!
Отчётливый громогласный звук оборвал их диалог. И гомон активистов, и рассуждения Арнольда Германовича, что-то объяснявшего Вальке. Казалось, даже птицы в соседней роще притихли.
– Кажется, оно… – нарушил тишину энтомолог.
Ситуация уже не нуждалась в его объяснениях. Кокон лопнул. Из трещины показалась когтистая искривлённая лапка, потом ещё одна. Следом вылезла огромная мохнатая башка с чёрными полусферами-глазами, занимавшими её практически на треть. Помогая себе конечностями, существо расширяло трещину, стремясь наружу.
– Так! Все отошли от объекта! – заорал Шериф.
Создание стряхнуло остатки скорлупы и повисло на согнувшейся дугой ветке. Там оно недвижно замерло, только два комканных выроста на спине подрагивали, медленно распрямляясь.
– Арнольд Германович, а бабочки же питаются нектаром, правильно? – с надеждой шепнула Галина.
Тот вздрогнул, будто стряхнув с себя оцепенение, и утвердительно кивнул.
– Конечно. Только откуда в наших краях цветы таких размеров?
Тем временем в себя пришли активисты. Они сбились в плотную кучку и снова загалдели, воинственно размахивая транспарантами.
– Закрыть вонючий завод, рождающий мутантов! – выкрикнула зеленоволосая девушка.
В берёзовую рощу полетела бутылка, глухо стукнулась в бурый, мерно вздымающийся бок. Монстр медленно повернул голову, выпучив глазища на враз притихших ребят.
– Блямс!
Туша грузно свалилась на примятую траву, отряхнулась, встав на все шесть лап. Растолкав буйно цветущие кусты, точно какие-нибудь тщедушные былинки, создание вылезло на поляну.
– Кю-у-у-ша-а-а-ац! – гулко разнеслось над лесополосой.
– Японский городовой, вот это хреновина! – задрав голову, присвистнул Егорыч. – Ну-ка, разошлись все, я кому сказал!
Он замахал руками, подгоняя людей. Активистов больше уговаривать не пришлось, они сами кинулись врассыпную, побросав картонки с лозунгами. Валька охнула, мигом скинула туфли, и, подхватив их в руки, засеменила к трассе. Только Галина, не обращая внимания на спасающихся бегством людей, двинулась навстречу гигантской бабочке.
– Сашенька, – позвала она.
Существо на миг застыло, а, заметив её, сменило направление. Расстояние между ними стремительно сокращалось.
– Галя, куда? – заорал вслед Егорыч.
Но остановил Галину не он. Крепкая рука ухватила её за плечо и резко одёрнула назад.
– Галька, ты что, долбанулась? – зашипела на ухо подруга. – Чего творишь, жить расхотелось?!
Не обращая внимания на сопротивление, Валька настойчиво потащила её назад.
– Да ничего не будет! – сопротивлялась Галина. – Бабочки же едят нектар, что оно может сделать?
Гигантская тень загородила небо и солнце над ними. В Галину с размаху врезалось что-то большое, мягкое. Не удержавшись на ногах, она откатилась в кусты. Но перед этим успела увидеть хоботок, а точнее – хоботище Сашеньки, что вошёл аккурат в правую глазницу Вальки.
– Сашенька, не смей! – завопила Галина.
Жертва булькнуть не успела, как бабочка высосала её досуха, отбросив прочь пустую оболочку.
– Кушац! – требовательно бухнуло существо.
Не наелось, поняла Галина. Сейчас и её стрескает. Она вся подобралась, сжалась в комочек, ожидая худшего. Где-то рядом зашуршала трава под тяжкой поступью здоровенных лапищ.
Кровь в висках отстукивала секунду за секундой, но вокруг вроде бы ничего не происходило. Галина робко приподняла голову. Крылья гиганта над нею колыхнулись, подняв настоящий шторм. Вскрикнул Арнольд Германович – Галина успела заметить мелькнувшие стоптанные ботинки, прежде чем её отбросило в траву шквалом ветра. Она зажмурилась, закрывая голову руками. А когда открыла глаза…
– Красота!
