– Поехали! – Парень подхватывает тяжелый чемодан, словно не замечая его веса. Он тоже рад поскорее уйти, а меня аж потряхивает от большого приключения, ждущего впереди. После того, как уложил в багажник мои вещи, словно невзначай добавляет. – Забыл тебе сказать, что мы будем жить на 72 этаже!
Я не села, а упала на пассажирское сидение.
– Ты специально ждал, пока не будет пути назад? – Чувствую, как сердце начинает колотиться в ребра. – Он не мог купить жилье пониже? Оооо! Я уже твоего отца ненавижу! Тебя тоже…
– За то, что мы высоты не боимся? – Смеется Степан, выезжая на дорогу и успокаивающей накрывая ладонью мое колено. – Все будет хорошо, не переживай!
– Я там умру! Ты в курсе? – Я закрываю глаза, пытаясь найти дзен в своих панических атаках.
– Не преувеличивай, Олеся…
– Заткнись сейчас! – Глубоко дышу носом, пытаясь успокоиться. И на это потребовалось все наше время поездки. Степан благоразумно молчал, пока мы не подъехали к башне «Москва» и не заехали на подземную парковку, проехав несколько постов охраны. Может еще не поздно вернуть все назад? Видимо, паника все-таки отражается на моем лице, потому что Степан нахмурился и побледнел.
– Прости, я не думал, что ты настолько боишься высоты. Ты мне говорила, но я думал, что немного преувеличиваешь… – Он берет мою ледяную ладонь и сжимает. – Леся, мне так нужна твоя помощь, пожалуйста, не отступай. Ведь я всегда был рядом, как друг, и помогал, когда ты просила о помощи. Сейчас прошу я…
– Не дави на жалость! – Ворчу в ответ, отстегивая ремень безопасности. Может, если я закрою глаза, пока мы будем подниматься на лифте, будет не так страшно? В конце концов, существуют разные успокаивающие средства. Если что, напьюсь, а тогда мне вообще море по колено… А еще злость помогает, это я знаю точно.
Оглядываюсь по сторонам и поневоле восхищаюсь. Даже парковка утопает в роскоши и богатстве. Это специальный отсек для жильцов, каждое машино-место подписано. Удивительно, что нет швейцара, открывающего двери. Наверное, стоит в квартире… В лифте Степан вводит код на сенсорной панели и вставляет пластиковую карту в еле заметное узкое отверстие. И лифт взмыл вверх с немыслимой скоростью. Я это поняла по тому, как мои внутренние органы подперли мозжечок! Чтобы отвлечься, мне срочно нужно что-нибудь спросить.
– Учитывая несколько постов охраны, невозможность попасть в лифт без кода и карты, как вообще в это здание попадают курьеры и доставщики пиццы? – Степан ухмыляется, словно я глупость спросила и люди, здесь живущие, пиццу не едят и не заказывают, но я же утрирую… Всякие ситуации могут быть.
– Тут почти у всех есть личные помощники, слуги, к тому же несколько курьеров работает на посту охраны, я точно это знаю. Доставщики пиццы оставляют им пиццу, а дальше еда проделывает долгий путь наверх…
Представила этот путь, наверное, каждая пицца просвечивается на специальном оборудовании, какие установлены обычно на вокзалах и в аэропортах на предмет обнаружения опасных предметов.
– Бедные олигархи не знают, что такое горячая пицца, даже жалко их как-то стало…
– Ты зеленеешь! – Хихикнул Степан, и я свирепо на него посмотрела. – Я еще об одном нюансе тебе должен напомнить…
– Ты уверен? – Хриплю в ответ, жалея, что нож с собой не прихватила. Как назло, в руках нет ничего тяжелого. Эх, парня даже за волосы не оттаскать, слишком короткие.
– Мы пара, Олеся, и иногда должны будем целоваться. Особенно, когда на нас будет смотреть мой отец? Надеюсь ты понимаешь?
– Что? – Уши словно заткнуло ватой, и я едва слышу этот бред.
– Давай потренируемся, пока лифт едет? Заодно, я тебя отвлеку. Знаю, что ты чертовски разозлишься, но лучше так, чем смотреть на твое зеленое лицо…
Степан резко ко мне придвинулся, пока я переваривала сказанное. Мозги из-за стресса работают медленнее, чем обычно. Нежно обхватывает рукой мою шею и прижимается к губам. Чувствую теплую ладонь на талии, а его язык раздвигает мне губы. Я рот открыла от шока, а не для того, чтобы допустить наглое вторжение. Но он воспользовался, и, на миг закрыв глаза и дав парню малюсенький шанс, меня кольнуло сожаление, что я ничего не почувствовала…
От звука открывшейся двери лифта мы вздрогнули и отпрянули друг от друга, как нашкодившие дети. Чувствую, как от ярости начинает краснеть шея, и чтобы не залепить парню заслуженную пощечину, оборачиваюсь к выходу. И сразу вижу отца Степана и с ужасом понимаю, что это тот, из ресторана, который невзлюбил меня с первого взгляда. А сейчас узнал и не смог скрыть своего удивления и потрясения. И его безмятежное лицо перекашивает от ярости, когда он понимает, что невеста его сына, та самая девушка, которая несколько часов назад ужинала в дорогом ресторане с другим…
Глава 6
– Папа, познакомься, это моя невеста Олеся…
Мы вышли из лифта в мраморный холл со вторым светом, Василий Орлов быстро пришел в себя, презрение осталось плескаться только в ярко-зеленых глазах. Лицо безмятежное, словно загорает на морском побережье. Он переоделся в белую рубашку с коротким рукавом и белые джинсы. Стоит, стиснув кулаки и сверкающих глаз с меня не сводит.
– На пару слов, Степан. – Кивает сыну в сторону длинного коридора, полностью меня игнорируя, не здороваясь, не подав руки. А вот это не вежливо. Я ослепительно улыбаюсь Орлову, даже зная, что он сейчас будет говорить своему сыну обо мне. И почему же я так радуюсь, что этот бабник ничего не добьется…
– Василий, ты меня не познакомишь со своим сыном и его девушкой? Меня зовут Маргарет, я близкий друг Василия и его помощница. – Я оборачиваюсь на нежный приятный голосок с иностранным акцентом, чтобы совсем рядом увидеть спутницу Орлова, которую я сразу не заметила. Потому что не могу глаз отвести от Орлова! Красивая, ухоженная брюнетка около 35 лет, в деловом брючном костюме, действительно больше похожая на помощницу, чем любовницу. Хотя одно другого не исключает. Она медленно подошла, чтобы взять Орлова под ручку, словно имеет на это право! Но это не она с ним ужинала пару часов назад. Мне пришлось зажать рот рукой, чтобы не сказать это вслух. Игра началась, и в ней больше игроков, чем я думала…
– Иди, милый! – Хриплю в ответ, из последних сил сдерживаясь, чтобы не рассмеяться. – Я сама смогу познакомиться…
– Папа, у меня нет секретов от Олеси. Если ты что-то хочешь мне сказать, говори при ней! – Я готова стоя Степану аплодировать. Еще елейнее улыбаюсь Орлову, мы все ждем, что он скажет, когда у него перестанет идти пар из ушей. Только его милая Маргарет не понимает, почему ее Васенька так кипит от возмущения.
– Оскар приготовил поздний ужин, давайте сядем за стол и познакомимся поближе! – Видимо такая долгая фраза вызвала какие-то затруднения с речью у Орлова, потому что он произнес ее с едва заметным акцентом. Не английским…
Дам шанс папочке поговорить с сыном, я почему-то продолжаю понимать, о чем Орлов думает. Странно, я такого никогда раньше не испытывала. Во мне проснулись экстрасенсорные способности? Вот это да!
– Вы располагайтесь, только покажите, где туалет. Нужно помыть руки и пописать. У вас такой лифт страшный, почти описалась по дороге… У вас часто уборщица лифты моет? – Как приятно наблюдать за их потрясенными лицами! Степан дернул меня в сторону коридора, даже не дав договорить. Странно закашлялся и почти втолкнул меня в гостевой туалет.
Только здесь я позволила себе тихонечко хихикнуть. Обмахиваю салфеткой свои пылающие от стыда щеки. Как я могла вести себя столь возмутительно, кто меня за язык дернул? Второй раз вижу этого странного мужчину и не могу сдержать своих внутренних демонов. Он меня своим презрением драконит, вот они и лезут наружу!
Делаю глубокий вдох и осматриваюсь по сторонам. Настолько все сверкает чистотой и богатством, что страшно дотронутся. Если это гостевой туалет, то гостей тут явно не бывает. Странно, что смесители не золотые, а хромированные. Упущение…
Сделала все свои дела, поправив макияж и платье, тихонечко открыла дверь туалета, высунув голову в коридор, словно преступница. Гостиная совсем рядом и до меня сразу доносится глухой голос Степана.
– Это был ее директор, и они обсуждали проект ландшафтного дизайна нового клиента. Если по дороге заехали перекусить, в этом ведь нет преступления?
– Она эскортница, я таких за версту чую, поверь Степан. И совершенно тебе не подходит!
– Позволь, я сам буду это решать?
– Я просто хочу тебе помочь.
– Как благородно с твоей стороны вспомнить о своих отцовских обязанностях спустя 20 лет…
– Прошу вас! Василий, Степан… Вы только нашли друг друга…
Специально громко хлопаю дверью туалета. Проклятый доводчик, пришлось применить усилие, чтобы хлопнуть. Жаль, что на мне балетки без каблуков. Так хочется процокать по белому мрамору до самой гостиной, но я была услышана, и к моменту моего появления голоса смолкли.
Останавливаюсь в гостиной, потрясенно оглядываясь по сторонам. Потолок высотой метров пятнадцать вмещает огромную дизайнерскую люстру, которая освещает такую же огромную гостиную в пастельных светлых тонах. Глаза выхватывают нюансы и детали дорогой отделки и материалов, старинных картин, соседствующих с ультрасовременной техникой. На стену, сплошь состоящую из стекла, я стараюсь не смотреть…
Орлов, его спутница и Степан сидят за длинным столом из белого матового материала. Степан встал при моем приближении, а вот его отец только вопросительно поднял брови.
– Моя помощница по хозяйству Лидия сейчас принесет вам закуски, Олеся, садитесь… – Я оценила порыв Орлова быть гостеприимным, пусть и каждое вежливое слово застревало в горле.
– Спасибо! – Я сажусь рядом со Степаном, беру вилку и подцепляю кусочек белой рыбы из его тарелки. Кладу себе в рот и зажмуриваюсь от удовольствия. Вижу точно таких же бесенят в его темных глазах, он наслаждается моим представлением, едва сдерживаясь от смеха. – Нам и одной тарелки на двоих хватит, правда милый?
Смотрю на парня взглядом, обещающим скорую месть за тот поцелуй, а он мне в ответ только подмигивает.
– И давно вы встречаетесь? – Слышу хриплый вопрос, а от язвительных интонаций в голосе Орлова моя кожа странно вибрирует.
– Спасибо, Лидия! – Вежливо отвечаю тихой скромной женщине, когда она ставит передо мной несколько тарелок с разнообразными закусками. Только потом отвечаю на провокационный вопрос. – Мы вместе с вашим сыном учились в университете, там и познакомились. Сначала дружили, потом проскочила искра…
– Как удачно и вовремя проскочила…
– Представляете, я даже не знала, что у Степана такой богатый отец! – Цепляю очередной кусочек рыбы, кладу в рот и вызывающе смотрю на этого провокатора, которому с каждой минутой не нравлюсь все больше и больше. Мне безумно хочется вывести его из себя! Так, чтобы от злости этому напыщенному индюку снесло крышу, чтобы он орал и брызгал слюной. И показал все свое гнилое нутро, которое сейчас так тщательно маскирует. Надо бы подлить масла в огонь, поэтому невинно интересуюсь. – Простите, а у вас есть жена?
– Моя жена умерла несколько лет назад!
– Примите мои искренние соболезнования. – Боженька, пожалуйста, удержи мой язык от греха, иначе я не продержусь в этих апартаментах и часа! – А что за девушка была с вами в…
– Папа, Маргарет, извините, мне срочно нужно поговорить с Олесей, заодно покажу ей нашу комнату! – Степан закрывает мне рот ладонью и тащит из-за стола. Очень вовремя… Я еще не сказала, что та смазливая девица как раз была очень похожа на эскортницу! И сейчас меня тащила бы охрана Орлова к выходу, но это не важно! Надо показать этому зазнайке, что он нужен женщинам только из-за денег. Сам по себе – пустое место! Хладнокровная рептилия без чувств! Видимо все это сейчас написано на моем лице, поэтому Степан и увел меня. По широкой лестнице на второй этаж, где в конце длинного коридора находилась наша комната.
– Эй! У меня синяки останутся от твоей руки! – Когда гнев немного остыл, я заметила, как сильно Степан сжимает мне плечо. Парень сразу же меня отпускает, прислоняется к стене и сгибается от смеха пополам!
– Что смешного?
– Он почти вызвал охрану! – У Степана самая настоящая истерика, он сползает по стене на пол, продолжая громко смеяться. – Я знал, что ты неудержима, но оказывается, тебе нет равных! Отец еще не настолько меня любит, чтобы стерпеть подобное.
– Я была с ним крайне вежлива! – Начинаю защищаться. – Разве это не он прилюдно меня всячески оскорблял, пытался унизить и смешать с грязью?
– Олеся, он ведет себя так со всеми. – Степан устало трет лицо ладонью и морщится. – Я тебя предупреждал, что будет сложно. Надо просто привыкнуть…
– К оскорблениям? Да кем он себя возомнил?
– Одним из самых богатых людей в мире!
– Что?
– Я тебе этого разве не сказал?
Глава 7
– Тогда почему я раньше никогда о нем не слышала? – Задаю резонный вопрос. Это просто не может быть правдой. Да, я понимаю, что этот мерзавец богат, но не настолько же. Об этом наверняка писали бы все газеты, а девицы любят охотиться за холостяками из списка форбс. Так! Его нет в этом списке. Где подвох?
– Таким людям не нужно самоутверждаться за счет папарацци. – Устало объясняет мне Степан. – Они скрываются от публичности, им она не нужна, у них и так все есть, а лишнее внимание прессы лишь привлекает к ним внимание государства. Как огня, отец ненавидит любое упоминание о себе и всячески избегает. Такие деньги сложно заработать законным путем.
– Я думала, что знаю имена самых богатых людей в мире! Илон Маск, например, Трамп или шейх как его там…
– Самых богатых не знает никто, Олеся… Огромные деньги зарабатываются либо на торговле оружием, либо наркотиками, либо еще чем-то жутко незаконном. Ты хоть раз слышала по телевизору хоть какое-нибудь упоминание о ядерных сделках? Или о том, кто является спонсором разработок новейшего оружия? Эти люди держатся в тени, их фамилий не знает никто! И они никогда не допустят любого упоминания о себе в прессе. Для этого у отца работает целая команда профессионалов.
– Твой отец торгует оружием? – Я замираю на месте, даже дышать перестаю от испуга.
– В основном, что я успел узнать к этому времени, купля-продажа ценных бумаг по всему миру и крупное инвестирование во все, что можно. Он пока не особо мне доверяет. Я слышал, что у него в Африке есть земля, где ведутся секретные разработки. Знаю, что именно в тех местах ученые предполагали залежи ядерного урана.
И этому человеку Стёпа собирается мстить? Лучше, пожалуй, сменить тему разговора, потому что и у стен есть уши… Я растерянно оглядываюсь по сторонам, впервые обратив внимание на уютную обстановку в спальне с такими же высокими потолками. Где они взяли такое большое стекло? Зачем на такой высоте стена из стекла? Конечно, панорамный вид. Содрогаюсь от своей фобии, как же высоко…
Кровать очень широкая, как и говорил Степан, но я не буду с ним спать в одной постели.
– Две ванных комнаты на одну спальню? – Вопросительно смотрю на парня, и он кивает мне.
– Можешь выбрать любую… А также две гардеробные, здесь подсобных помещений больше, чем жилых. Есть комната для стирки и глажки, ты можешь отдать свои вещи Лидии…
Я только заметила, что у кровати стоит мой чемодан, который мы оставили в багажнике машины. Как он сюда попал? Здесь работают слуги-невидимки? На миг закрываю глаза, прислонившись к стене, и понимаю, что очень устала. Казалось, прошла вечность с того момента, как Мила разбудила меня утром, чтобы рассказать о своих планах. И вот сейчас усталость нахлынула волной цунами, не то что двинуться, моргнуть нет сил…
Очнулась только тогда, когда почувствовала нежное прикосновение к плечу. Вздрогнула и открыла глаза, увидев близко-близко Степана.
– Тебя донести до кровати? – Шепчет он мне, и я чувствую теплое дыхание на своих губах. Наши лица на одном уровне и губы в сантиметрах десяти. Так близко… И я в который раз задаюсь вопросом, почему нет искры к такому хорошему и красивому парню?
– Отчего это зависит? – Грустно шепчу ему в ответ, но он не понял, поэтому добавляю. – Почему мы не можем влюбиться по собственному желанию? Почему нельзя приказать сердцу любить или не любить? Почему чувства не слушаются голоса разума?
Пока жду ответа на свой риторический вопрос, снова внимательно рассматриваю Степана. Парень словно сошел с экрана корейской дорамы, такой белокожий, с темными волосами и глазами, неуловимые восточные черты лица только притягивают взгляд. Тонкокостный с прекрасной фигурой, узкими бедрами и широкими плечами. Фигура никак не боксера, а скорее музыканта…
Совсем не похож на своего невежественного и опасного отца.
– Видимо, ты сильно устала, раз задаешь такие глупые вопросы. – Степан хихикнул, легонько щелкнув меня по носу. – Тебе нужно отдохнуть!
Он прав, почти закрытыми глазами я иду по направлению к кровати. Смыть косметику и раздеться для меня сейчас задача из разряда фантастики. И пусть я много раз обещала самой себе никогда не засыпать, не умывшись, а любимое платье послужит ночной сорочкой, я подумаю об этом завтра. Со стоном падаю на мягкий матрас и зарываюсь лицом в подушку.
В этот момент мне абсолютно все равно, где Степа будет ночевать. Я не в силах прогнать его. Глаза уже спят, но я чувствую, как парень накрыл меня одеялом, как маленькой подоткнул края.
А в следующее мгновение я открываю глаза и понимаю, что наступило утро. Так… Правильнее будет сказать, с трудом разлепила глаза и застонала, потому что представляю, как выгляжу со стороны. И не хочу, чтобы меня кто-нибудь видел такой… Мельком бросаю взгляд на соседнюю примятую подушку и понимаю, что Степа спал рядом. Вел себя как джентльмен… наверное! Иначе бы я заметила, но не послушался и не пошел на диван. Убежал, пока я не проснулась! Трус… Ладно, я еще поговорю с ним на эту тему, а пока его нет в комнате, надо поскорее уединиться.
Ванная комната просто огромная, в светлых нейтральных тонах, и тут действительно есть кожаный диван, круглый пушистый ковер и душевая, в которой можно танцевать вальс. А еще белая ванная на серебряных ножках, стоящая прямо у окна во всю стену. Туда я точно не подойду… Когда вижу свое отражение в зеркале над раковиной, истерически смеюсь. На панду похожа, но мишка симпатичнее. Передо мной на широкой столешнице набор люксовой косметики и все, что нужно для снятия макияжа и умывания. Кто-то заранее позаботился о моем удобстве, и это точно не Василий Орлов.
Благодарю неизвестного спасителя, потому что достать свою косметику я вчера не смогла, вырубилась за считанные секунды. Смываю макияж и чищу зубы, расстегиваю мятое платье, раздеваюсь, чтобы встать под живительные струи теплой воды.
Как хорошо, что не надо никуда торопиться, ведь сегодня суббота. Я потеряла счет времени, пробуя на себе возможности душевой и насчитав около 16 массажных форсунок. Каждую попробовала, весело взвизгивая, когда на меня из разных точек начинали бить струи воды.
Даже силы появились для следующей битвы… Вернее, встречи с ужасным папочкой Степана. Надеюсь, сегодня его настроение будет лучше. Если он начнет язвить, держите меня семеро.
Все еще хихикая, заворачиваюсь в мягкое махровое полотенце, заботливо оставленное на полочке. Вернее, там пирамида из полотенец разных размеров, я выбрала среднее. Напевая веселый мотив песенки, вхожу в комнату и вижу у окна Орлова. Он стоит ко мне спиной, засунув руки в карманы темно-синих брюк и разглядывает панораму города.
Холодок бежит по позвоночнику, потому что в комнате больше никого нет! А на мне из одежды всего лишь полотенце, едва прикрывающее бедра… И пусть я знаю, что у меня красивая фигура и длинные стройные ноги, но по пока непонятным для меня причинам, не хочу, чтобы Орлов меня видел такую…Растерянно оглядываюсь по сторонам, в поисках предметов, которые могли бы послужить оружием, и в этот момент Орлов резко оборачивается. Зеленые глаза сощуриваются, когда он начинает пристально меня разглядывать. И вид, и поза и даже выражение глаз говорят о превосходстве. Словно я грязь под ногами…
От его пристального взгляда кажется, словно кто-то медленно проводит кубиками льда по моему телу, по позвоночнику, ключицам, груди, надежно скрытой полотенцем. Руки покрываются мурашками, а ноги становятся ватными. Мне не нравится моя реакция на его рассматривание, не понимаю ее. Хотя сама тоже не могу оторвать глаз от его мужественного, красивого лица с еле заметной отросшей щетиной, и я с неохотой это признаю. Его одежда безупречна… Словно он собрался на деловую встречу, рубашка с закатанными до локтя рукавами аж сверкает своей белизной. А еще вижу на грудном кармане рубашки вышитую монограмму. Уверена, что это его инициалы, только не на русском. И от этого показушничества противно! Да и прервать затянувшееся молчание давно пора…
И тогда что-то щелкает в голове, просыпается идиотская смелость, граничащая с сумасбродством…
– Очки дать, чтобы лучше видно было, Василий Иванович? А то, боюсь, в вашем возрасте, да с такого расстояния, только размытое пятно в фокусе, я права?
Еще мгновение он молчит, а потом откидывает голову назад и хохочет. Весело так, с хрипотцой, словно я забавная игрушка, созерцанием которой он наслаждается. Вообще-то у него есть женщины, даже не одна. Я за один день знакомства уже двух видела… И это злит меня еще сильнее, потому что интерес в его взгляде становится только отчетливее.
– Что вы делаете в моей комнате? – Задаю вопрос, когда этот негодяй перестал смеяться. – Где Степан?
Орлов медленно приближается, словно опасный хищник, готовый к броску в любой момент. С неохотой отмечаю, как же вкусно от него пахнет. Лесом и одновременно океаном… Стою, не двигаясь, боясь даже шелохнуться, но вот мой язык продолжает жить своей жизнью. Я, когда сильно нервничаю, вообще заткнуться не могу!
– Уверена, что вы телефоном и компьютером не пользуетесь, Василий Иванович. – Киваю головой на карман его рубашки. – Пишите письма на именной бумаге с водяными знаками, потому что, даже не заходя ваш кабинет, почти представляю гербовую печать с вашим именем, которой вы конверты заклеиваете или запечатываете. Иначе как ваши деловые партнеры поймут, какая вы исключительная личность!
– Это мои апартаменты, Олеся…
– Что?
– Ты спросила, что я здесь делаю? Я отвечаю, это моя собственность, где хочу, там и хожу. А Степан уехал ненадолго по моему поручению.
Делаю глубокий вдох, судорожно сжимая края полотенца на груди. От его близости что-то странное продолжает твориться с моим телом, кожа краснеет от стыда, а вот другие реакции я начинаю с ужасом понимать! Мое тело на него реагирует. Какой кошмар! И я читаю в его ярких глазах, что он видит эту мою непроизвольную реакцию, доволен и светится, как елка новогодняя! Как же стыдно…
