Страница 4 из 6
Ну и так далее…, Обед, например … Из того, что в саду давали на обед, Софья почти ничего не ела, чем расстраивала поваров. Хоть они и старались ей угодить. Не расстраивайтесь, повара! Софья и дома плохо ест…
Потом тихий час, когда спать никто не хочет, кроме воспитательниц…
И так весь день, крутись, не зевай, шевели ластами… Пока кто-нибудь не заберет ее из сада. Не зря дети радуются, когда их почему-либо не ведут сегодня в сад.
Только прогулки ей нравились. На улице было весело, можно носиться по лужам, если накануне был дождь, залезть в сугроб, если зима, короче оторваться…
Такая она, жизнь, а вы говорите счастливое детство…
Софье было четыре с половиной года, домовому сто… Почти ровесники. Домовые ведь долго живут, как черепахи, или кто там живет по пятьсот лет…. Ну, неважно, домовой Степан был еще мал. Мог бы ходить с Софьей в одну возрастную группу, да кто ж возьмет в детский сад домового…
Жил Степан в доме дедушки и бабушки. Чем он занимался, толком неизвестно. Конечно, все знают из сказок, чем занимаются домовые. Ну, там, дом прибирают, детей в люльке качают, кидаются чем-нибудь, если не в настроении, но это сказки, а достоверно, чтобы с видео или фото, никто ничего не знает. Когда Софья его спрашивала, что он целыми днями делает, домовой отмалчивался или махал руками, как будто дел невпроворот. Софья была уверена, врет. Дом бабушка убирала, она же обед готовила, снег убирал дед, он же и траву косил. Участие домового в домашних делах отчетливо не просматривалось. Но, наверное, что-то делал. Может, не вредил хотя бы, это тоже ведь дело. Домовые всякие бывают, и вредные тоже есть.
К Софье в квартиру на Комовской улице домовой приходил в гости. Бабушкин дом был недалеко, из окна Софьиного виден.
Что сказать о Степане… Ростом он был с Софью, одет всегда чисто, в белую или красную, если праздник, рубаху, подпоясывался шнурком, штаны на нем были какого-то непонятного цвета. Буро-зеленые, что-ли? На ногах лакированные сапожки… Видали вы когда-нибудь домового без лаптей? Ясное дело, нет! А наш Степан носил сапоги. Говорит, выменял у Кота в Сапогах на шапку ушанку военного образца, когда тот приходил к Юле. У деда на чердаке нашел, дед военный был. Так, что, Кот теперь Без Сапог, но в Шапке. Характер у Степана был добродушный. Добро Степан делал охотно, а зло, домовой все-таки, не очень.
Познакомилась Софья с домовым так. Пришли к деду с бабушкой в гости. Папа с дедом ушли в дедовский кабинет смотреть футбол по телевизору. Бабушка принялась печь блины, мама уткнулась в смартфон. Все думали, что за ними с Юлей кто-нибудь смотрит. Как оказалось, смотрел за ними домовой. Правда, не совсем за ними. Он смотрел телевизор.
Собственно телевизор смотрела Софья. Юля, если обстановка позволяла, обычно занималась художественным творчеством… На этот раз она карандашом для ресниц корректировала рисунок обоев. Когда Софья решила переключить канал с надоевшим мультиком, оказалось, что кому-то этот мультик нравится.
– Смешной мультик, дай посмотреть, – попросил голос.
Софья повертела головой, чтобы установить источник голоса и увидела мальчишку ее возраста и роста, который выглядывал из-за дивана.
Почему Софья не завизжала, не знала даже она сама. Обычно для визга ей и повода особого не надо было. А тут странно одетый мальчишка сидит под бабушкиным диваном и командует, какой мультик ей смотреть.
– Ты кто? – спросила Софья.
Юля повернула голову и тоже увидела домового.
– Домовой, – ответил мальчишка таким тоном, мол, стыдно не знать.
– Степан, – добавил он. – Имя мое.
– Домовых не бывает, – неуверенно сказала Софья.
– Я же есть, – возразил домовой.
Помолчали. Софья не знала, что сказать, а Юля интереса к домовому не проявила. Домовой…не мой уровень, подумала Юля, продолжая подрисовывать обои. Получалось кривовато, но это откуда смотреть. Бабушке точно понравится.
– А где ты живешь? – спросила Софья.
– На кухне, – ответил Степан. Потом вынул из кармана здоровый кусок батона, намазанного маслом и вареньем, и стал с аппетитом есть, не отрывая глаз от телевизора. Варенье было земляничное. Как он держал такой кусок в кармане штанов непонятно. Софье немедленно захотелось такой же кусок.
– Не дам, – пресек он невысказанную мысль Софьи. – Самому мало.
– Жадина, – обозвала его Софья.
– Да, – подтвердил Степан.
– Переключаю! – объявила Софья, взяв пульт от телевизора в руки.
– Ладно, – взвесив обстоятельства, согласился домовой. – На.
Он протянул ей свой порядком уже обглоданный кусок. Софья, посмотрев на кусок, есть расхотела.
Конечно, на нее подействовал не кусок хлеба, а аппетит, с которым домовой его поглощал. Софья и более изысканную пищу неохотно ела. Она вполне может питаться какой-нибудь печенькой и какой-нибудь конфеткой в день. А от такого лакомства, как блин со сгущенным молоком спокойно может отказаться в пользу Юли. Накормить Софью даже для мамы была непростая задача. Про поваров детского сада «Солнышко» и говорить нечего…
Повара от Софьиного аппетита были в отчаянии. Они начинали сомневаться в собственной квалификации, появлялась неуверенность в своих способностях накормить детей. Поэтому повара там не задерживались, увольнялись и бежали прочь! А все потому, что Софья плохо ела!
Хотя, что значит плохо? Может, наоборот, хорошо? Софья выглядела отлично! Высокая для своего возраста девочка, стройная, пластичная. Может, так и надо питаться? Трудно сказать. Вот, к примеру, ее сестра, Юля. Мама говорит, Юля съест все, что не приколочено… А ей может столько требуется. Может, поэтому ее медведи и волки слушаются? Ладно, отвлеклись…
Щедрость и широта души домового пришлись Софье по сердцу. Надо же, оторвал от себя недоеденный кусок хлеба! Правда, под шантажом. Ну и что? Юля, например, и под шантажом не отдаст! Угостить его чем-нибудь вкусненьким, что-ли? Она стала вспоминать, что есть из доступных ей лакомств. Конфету она не отдаст. Разве что Юлину, но Юля, если увидит, стукнуть может…
– А орешков хочешь? – спросила Софья, вспомнив, как бабушка угощала их с Юлей подсоленными фисташками из вазочки на кухне.
– Фисташки, что-ли? – пренебрежительно уточнил домовой. – Не, у меня живот от них болит… Кашу тащи.
– Каши нет, – ответила Софья. Да и не разрешила бы бабушка есть кашу в зале. Ни Софье, ни домовому.
– Знаю. Это я так, для разговора, – ухмыльнулся домовой.
Когда в комнату входили взрослые, домовой мгновенно прятался за диван, когда взрослые уходили, снова усаживался рядом с Софьей.
Так они познакомились. Потом, когда Софья приходила к бабушке и дедушке, она всегда находила возможность поговорить с домовым, угостить его пирожным, которые он обожал, молоком, которое он научился пить из пакета. Вначале капризничал, требовал блюдце, но Софья его высмеяла, назвала котом. Он вообще, любит поесть, этот домовой. Каши, например, может съесть кастрюлю. И не сказать, чтобы толстый…
А еще домовой научил Софью играть в карты. И нет, чтобы играл в какую-нибудь умную игру, вроде преферанса, играл он исключительно в дурака. Софья мгновенно втянулась в карты, постоянно Степку оставляла в дураках, чем расстраивала его до слез. В кругу домовых Степан-то слыл чемпионом.
Но, продолжим. В комнате стоял ужасный бардак, в создание которого большую часть обычно вообще-то вносила младшая сестра. Только Юля бардачить бардачила, но убирать за собой как-то не рвалась. Она вообще после похода к папе в Командировку держалась высокомерно. Чуть что, грозилась вызвать своих друзей, Медведя и Волка из леса. Да что там медведь, сам Кощей прибежит.
Соня немного побаивалась Юлиных друзей. У нее ведь в друзьях раньше были обычные дети. А если у тебя друзья обычные дети, ты всегда будешь проигрывать сестре, в друзьях у которой Кощей и Баба-Яга…
А теперь Софья ни в чем Юле не уступает, у нее друг настоящий домовой. Вот еще бы встретить и подружиться с феей. Хоть с одной бы. А может и самой стать феей.
Итак, Софья играла в карты с домовым. Разговор шел вокруг прошедшего Дня рождения Юли. Софья была разочарована тем, что на Юлин День рождения ей никто ничего не подарил. Ну, кроме, жалкого наборчика детской косметики, который ей принесла бабушка. Зато Юля получила кучу подарков. Степан резонно указывал, что День рождения был все-таки у Юли, ей и подарки. Да и из подарков, что подарили Юле, не было ничего такого, чего бы еще не было у Софьи. Сумочка, та же косметика, несколько игрушек, торт. Но Софью не убедил. Пусть у мамы, папы и Юли будут свои Дни рождения, пусть! Но подарки должны дарить ей! Это не обсуждается! Она сама потом посмотрит, может, что и отдаст именинникам.
В комнату зашла мама, домового она, конечно, не увидела, зато увидела кроватку и разбросанные игрушки.
– Пока не уберетесь в своей комнате, ни ты, ни Юля торта после обеда не получите, – пригрозила мама.
– А Юля будет убираться? – поинтересовалась Соня, пряча карты. Мама карты не разрешала.
– Будет. Сейчас закончит свинячить в зале и придет, – пообещала мама и ушла.
Но Юля так и не появилась. Видно в зале нашлись дела поинтересней, чем уборка своей комнаты. Да и недолюбливала Юля Степана. Редко с ним водилась. Она считала, что для домового он слишком ленив. С ее точки зрения, домовой обязан был немедленно собирать разбросанные ею игрушки, без напоминания. А их домовой сам был здоров мусорить. И еще Юле не нравилось, что Степан был лохматый, а он сто лет такой… С какой стати ему из-за Юли прическу менять? Да и парикмахеров у домовых нет.
– Степашка, – вдруг спросила Софья, перетасовывая карты. Она снова выиграла. – Ты знаешь какую-нибудь фею?
Вообще-то, с такого простого вопроса и началась эта история.
– Не называй меня Степашкой! – потребовал огорченный проигрышем домовой.
– Ладно, не буду. Так что, фею знаешь, какую-нибудь?
– Фей не бывает, – огрызнулся Степан.
– Тебя тоже не бывает, а ты вон сидишь, – возразила Софья.
– Фей точно не бывает, – категорично заявил Степан. – Меньше мультиков смотри.
– В жизни все бывает! – объявила Софья. – Юля из лесу целый отряд приводила тех, кого не бывает.
– А феи… Что может быть краше? Как бы я хотела…, – мечтательно продолжала Софья. – Вот ты кем хочешь стать?
– Летчиком-испытателем, – не задумываясь, ответил Степан.
– Да? – с сомнением сказала Софья. – Нет, ну какой ты летчик…
– Ну, тогда не знаю.
– А я феей! – улыбаясь, сказала Софья. – В саду я всегда фея Эльза. Все бы отдала, только бы феей стать. Хочу быть феей!
У окна раздался хлопок, как будто кто-то хлопнул в ладоши. Софья и домовой обернулись и увидели крошечную женщину в строгом костюме с блокнотом в руках. Женщина имела утомленный вид.
– Слушаю тебя, девочка, – сказала она.
– Хочу быть феей, – испуганно повторила Софья.
– Феей, – несколько раздраженно повторила женщина. – Мне очень приятно. Имя, возраст?
– Как где покажут мультфильм о феях, там целый полк фей появляется, – женщина обратилась к Степану. – Возрастом от пяти до сорока лет. У нас фей уже больше, чем людей… Возраст, имя?… Быстрей…
– Сто лет, как Степан, – ответил Степан. – А ты кто?
– Не твое, Степан, а девочки, – ответила усталая женщина. – Я фея отдела кадров. Или ты тоже феей хочешь быть?
Степан прыснул, за ним засмеялась фея отдела кадров. Но Софье было не до смеха.
– Софья, – ответила Софья. – Мне четыре года.
– В четыре года не берем, – перестала смеяться фея.
– Тогда мне пять лет… В пять берете?
– В пять берем… Ладно, завтра к девяти ноль-ноль к королеве Моргане за назначением на должность. Не опаздывай, а то фей триста новых будет, до вечера простоишь в очереди.
– Каким назначением?– удивился Степан.
Софья хлопала глазами, ничего не понимая.
– На должность, – повторила фея отдела кадров. – На теплое место не рассчитывай, говорю же, у нас сейчас по три феи на место! То нет никого, то валом валят, особенно если кино или мультфильм выйдет о феях. Персонал отдела кадров с ног валится. Ну, вот, накаркала, еще одна!
Фея отдела кадров исчезла, оставив после себя легкий цветочный запах.
– Ты что-нибудь поняла?– спросил Степан.
Софья отрицательно помотала головой.
– Тебе надо к 9 часам, завтра, – сказал домовой. – К королеве Горгоне.
– Моргане, – поправила его Софья.
– Ну, Моргане. Надо было спросить, куда идти, где ты ее будешь искать? – засомневался Степан. – Не кричать же, эй, народ, где тут очередь к королеве Моргане, из трехсот фей?
Софья задумалась.
– Мой тебе совет, голуба, – проникновенно сказал Степан. – Живи, как жила. Никакие феи не живут лучше, чем ты сейчас…
– Что ты знаешь о феях? – огрызнулась Софья. – Ты только что мне говорил, что фей точно не существует. Теперь рассказываешь, как они живут. Посмотрим. Только кто же меня отпустит завтра к королеве, если мама утром отведет нас с Юлей в сад?
Прошел день. Когда Степан пришел к ней в гости, в комнате царил тот же беспорядок, что и накануне. Время было уже к вечеру, темнело. День был обычный, точная копия обычных детсадовских дней. Софья была рассеянной, больше думала про несостоявшийся визит к королеве Моргане, чем обо всем остальном. Хотя в числе остального были интересные события, вроде предстоящего утренника. На утреннике, про который весь день жужжала воспитательница, Софья должна быть снегурочкой. Здорово, конечно, но…
Степан уже поджидал девочек в их комнате. Юля, молча, посмотрела на домового, и уселась на свою кровать.
– Привет, домовой, – сказала Софья, усаживаясь рядом со Степаном. – Феи не заходили?
– Ко мне нет, – ответил домовой. – А у тебя какие новости?
– Утренник у нас скоро…
– Про утренник потом расскажешь. У королевы была?
Юля подняла голову и посмотрела на них. Софья сделала домовому большие глаза, мол, не при детях…
– Не знаю я никаких королев, – категорически сказала Софья. – Юля, ты иди в зал, там мультик сейчас по телевизору про кота будет. А мы со Степаном в карты поиграем.
В другой раз Юля тут же сорвалась бы и улетела. Но чутье ей подсказывало, что здесь намечается что-то гораздо более интересное, чем мультик. А раз так, то Юлю теперь из комнаты трактором не вытащишь.
– Вы играйте, – разрешила она. – я тут посижу, мешать не буду.
И посидела бы, уж будьте уверены. К счастью, в это время мама позвала зачем-то Юлю к себе. Юля сползла с кровати, но уходя, пообещала, что сейчас вернется.
– Ты при Юле не говори ничего, – предупредила Софья. – Юлю не знаешь, что-ли… Я стану феей, она же тоже захочет, а с мамой и папой кто останется?
– Значит, не передумала?– уточнил Степан.
– Нет! – твердо сказала Софья. – Только надо получше расспросить эту фею, где искать королеву Моргану.
