Высокая стройная блондинка с кукольным личиком свела с ума не одного оборотня своей внешностью и стервозным характером. Но, насколько мне известно, так и не подпустила к себе никого, желая оставаться идеальной во всём.
Сегодня Лана нарядилась в лёгкий сарафан тёмно-синего цвета, который прекрасно оттенил её глаза.
По природе все оборотни нашего вида имеют цвет глаз от голубого до синего оттенка, который не меняется даже в зверином обличье, чем не могли похвастаться серые волки. Хотя, скорее, это недостаток, чем достоинство, но такого лучше не говорить при вожаке белых волков.
Мы враждуем. Сейчас всё проходит более цивилизованно и без массового кровопролития, но стаи серых и белых волков продолжают делить территорию резервации между собой.
По-моему, это глупо, ведь совсем неважно, какого цвета шкура зверя. Все мы по натуре волки и должны жить в мире и согласии, а не подставлять друг друга и стараться унизить.
— Лана! Здравствуй, моя дорогая. Ты с каждым днём становишься всё краше и краше, — звонкий голос тётки по отцовской линии заполнил пространство, и в ушах неприятно зазвенело.
За столом уже все собрались, и папа был явно недоволен тем, что мы с сестрой пришли последними. И если Лану он поприветствовал лёгким кивком, то меня одарил таким взглядом, что в горле запершило.
— Здравствуйте, — поздоровалась я и присела за стол, сразу уткнувшись носом в свою тарелку.
Внимания родственников мне не хотелось. Я их всех любила и уважала, но немного злило, что они при каждом удобном случае сравнивали меня с сестрой и отмечали, что я не такая идеальная, как она.
Лана в их глазах выглядела прекрасной принцессой — грациозной и воспитанной, строго почитающей традиции оборотней, а я — неразумным подростком, которого все шпыняют, потому что он слишком добрый и незлопамятный.
Внешне мы с сестрой немного похожи, только вот я пока не научилась смотреть на всех свысока, как она, да и сексуальными формами меня природа обделила. Грудь могла бы быть и побольше, бёдра пошире, а ноги подлиннее, но, как говорится, чем богаты, тому и рады.
К тому же вниманием парней я обделена не была. Многие флиртовали со мной, только на свидания звать боялись, чтобы не нарваться на гнев вожака стаи.
Уверена, папа всем особям мужского пола, живущим в резервации, дал понять, что именно он им оторвёт, если его дочерей кто-то осмелится испортить.
Наверное, поэтому Лана так стремилась найти истинного: каждой женщине хочется любви, ласки и чего-то большего, более запретного и приятного.
Моим же запретным желанием была жизнь в городе, где я собиралась немного отпустить себя и пошалить, не переходя грань дозволенного, конечно.
— Надеюсь, в этом году предки благословят твою семью, Альфа. Лана, да и Марианна тоже, уже стали совсем взрослыми. На празднике Белой Луны соберётся много достойных самцов, — произнёс двоюродный дядя по материнской линии, а я закашлялась, подавившись кусочком мяса, вкус которого тут же приобрёл горечь.
— Это так волнительно. Марианночка впервые будет присутствовать на празднике, и я очень переживаю за неё. Ей хоть и исполнилось восемнадцать, она всё же ещё слишком молода, чтобы связывать себя узами брака, — погладила меня по плечу мама, выражая поддержку, за что я была ей очень благодарна.
— Надеюсь, обе мои дочери вернутся из леса с метками принадлежности, — суровым голосом произнёс папа и посмотрел на меня.
Во взгляде родителя я чётко прочитала приговор. Если я встречу истинного, Альфа не станет меня слушать и тут же выдаст замуж, а там уже пусть счастливый самец сам занимается воспитанием своей молодой жены.
— Я слышала, что в этом году даже Довлатов решил пробежаться под луной в поисках спутницы, — взволнованно сообщила тётка, и папа одобряюще кивнул, улыбнувшись краешком губ.
Вожак стаи белых волков был бы рад заполучить такого зятя, как Борис Довлатов. По силе мужчина тоже был Альфой, но давно уехал из резервации и обзавёлся хорошими связями как среди оборотней, так и среди людей. С деньгами у Бориса проблем нет благодаря выгодным вложениям и небольшой, но вполне успешной строительной компании в городе.
Я никогда не встречалась с Довлатовым лично, но много о нём слышала, и, честно сказать, вариант так себе, учитывая его возраст и внешность, которая, по слухам, своеобразная.
Хотя, может, кому-то и нравятся мужчины размером со шкаф, но при этом обладающие приторной, чрезмерно слащавой внешностью.
— Мы примем в семью любого, кого бы ни послали предки, да, милый? — заметив, как округлились от страха мои глаза, поспешила вмешаться мама.
— Конечно, дорогая, но я бы очень хотел, чтобы это был кто-то постарше и с жизненным опытом, чтобы без страха передать в его руки самое ценное, что у нас есть, — тепло улыбнулся жене отец, и в такие моменты мне тоже безумно хотелось плюнуть на все свои планы, отыскать суженого и стать безгранично счастливой.
Но бабуля быстро вернула меня с небес на землю, заставив снова вспомнить предсказание старой ведьмы.
— Я чувствую, что в этом году счастье обойдёт тебя стороной, Лана. Но предки всё же будут благосклонны к нашей семье и наградят истинностью Марианну, — произнесла мудрая оборотка, которая вместе с многолетним опытом приобрела способность предвидеть события с участием своих близких.
Не всегда её предсказания сбываются, но я была уверена, что на этот раз бабуля не ошиблась.
Глаза защипало от подступивших слёз, но я смогла сдержаться, чтобы не вызвать кучу ненужных вопросов. Лана тоже сидела с каменным лицом, и даже ей сейчас было сложно смириться с тем, что сказала бабушка.
Ну почему жизнь так несправедлива? Почему каждый не может получить то, что хочет?
— Если такова воля предков, я приму свою судьбу с гордостью, — выдавила из себя, потому что должна была это сказать, чтобы папа ничего не заподозрил.
Мне было сложно принять решение, но я его приняла, потому что испугалась того будущего, которого для меня хотели родители.
Доверять ведьме опасно, но я решила попробовать, чтобы отсрочить встречу с избранным. Он существует, а значит, никуда от меня не денется. Мне нужен ещё хотя бы год, и, возможно, тогда я буду готова к взрослой семейной жизни, скучному быту и собственным детям.
После завтрака все разбрелись по своим делам, а я закрылась в комнате, чтобы ещё раз всё хорошенько обдумать.
Если кто-то узнает о моём сговоре с ведьмой, даже страшно представить, какое наказание меня ждёт. К тому же мне было крайне неловко перед своей волчицей, которая вела себя тихо, но я чувствовала её отношение к происходящему.
Моей девочке тоже хотелось свободы и веселья, но нарушать закон и идти против воли вожака она отказывалась, потому что безумно боялась последствий.
Я тоже боялась. Очень. Но, чёрт возьми, не хотела замуж!
Глава 3. Марианна
Все вокруг были заняты подготовкой к празднику, поэтому мне без труда удалось улизнуть из дома незамеченной.
Лане я сказала, что хочу побыть одна и морально настроиться на забег, и сестра понимающе кивнула. Ей и самой требовалось время, чтобы потом достойно вынести сочувствующие взгляды родных и ехидные смешки молодых обороток, которые уже получили долгожданные метки.
Машину оставила у дороги, решив не ехать на ней до самого дома ведьмы. Если кто-то сообщит Альфе, что его младшая дочь была в этой части резервации, я спокойно смогу оправдаться, сказав, что просто хотела прогуляться по лесу.
Конечно, выходить за пределы нашей территории опасно, но вряд ли возле дома Азы будет прогуливаться кто-то из стаи серых волков. А даже если и встречу кого-то из них, вряд ли мне захотят причинить вред: между стаями подписаны кое-какие соглашения, и нарушать их первыми никто не решится.
Оказавшись на пороге дома ведьмы, я уже хотела развернуться и убежать прочь, но Аза распахнула дверь, будто ждала моего прихода. Впрочем, по её насмешливому взгляду было понятно: женщина не сомневалась, что я приду.
— Входи, Марианна. Ты приняла верное решение, — произнесла она, и на этот раз её голос не звучал пугающе грозно.
Показалось, что даже внешне Аза выглядела иначе, будто помолодела лет на двадцать. Хотя, учитывая её способности и силу, такие метаморфозы меня не очень-то удивили. В голову сразу полезли мысли о жертвоприношениях и обрядах на крови девственниц, но я быстро прогнала эту чушь прочь из сознания.
— Я хочу знать, почему вы решили мне помочь, — задала вопрос, который больше всего не давал мне покоя, когда я снова оказалась в душной комнате, изрисованной магическими символами. — И что вы хотите взамен?
— Я не возьму с тебя плату, Марианна. Ты хорошая девушка, которая жаждет свободы, и этого достаточно, чтобы я помогла. Обо мне ходят разные слухи, большинство из которых — абсурдная ложь, поэтому тебе нечего опасаться. К тому же я не собираюсь лишать тебя счастья навсегда, мне это совершенно ни к чему. Но решение за тобой. Если боишься — возвращайся домой, готовься к празднику, и уже совсем скоро Александр Ратьев благословит ваш с истинным союз, — последние слова ведьма произнесла, брезгливо скривив лицо.
Это была весьма странная реакция с её стороны, но я находилась в таком состоянии, что была не в силах обдумать или проанализировать её поведение.
— Этот обряд не опасен для моей волчицы? — уточнила сиплым голосом.
Голова уже начинала раскалываться от роившихся в ней мыслей и противоречий.
Больше всего я боялась навредить своей девочке или потерять связь между нами.
— Конечно же, нет, — немного обиженно ответила Аза, взяла со стола небольшой флакончик с прозрачной жидкостью и протянула его мне. — Решайся, милая. Поверь, ты пожалеешь, если откажешься, особенно когда встретишь того, кого высшие силы сделали твоим суженым.
— Помнится, вы говорили, что он достойный мужик, настоящий самец, — усмехнулась я и подошла к столу, но взять зелье из рук ведьмы пока не решилась.
— Я от своих слов не отказываюсь. За таким мужиком как за каменной стеной будешь. Только разве об этом ты мечтаешь? — ехидно прищурилась она, будто прочитала мои мысли.
Да, я хотела самостоятельности и свободы, а не каменной крепости, которая станет мне не только домом, но и тюрьмой с личным суровым надзирателем.
— Хорошо. Я готова, — облизала вмиг пересохшие губы, протянула руку, и на ладонь тут же лёг пузырёк с зельем. — Что я должна делать?
— Ничего. Просто выпей содержимое флакона. Но прежде заключим договор, чтобы ко мне не возникло претензий в том случае, если о нашем разговоре станет известно твоему отцу.
Аза достала из шкафа свиток, развернула его и положила на стол передо мной. Затем в течение нескольких минут нашептывала слова какого-то заклинания и вырисовывала пальцами в воздухе непонятные символы.
От подобных манипуляций у меня закружилась голова, а в ушах зазвенело. Стало не хватать кислорода, и я начала жадно ловить воздух ртом, будто выброшенная на берег рыба.
Тело покрылось испариной, одежда неприятно прилипла, вмиг став влажной. Внутри всё горело огнём, а волчица рвалась наружу, желая защититься от магического воздействия, но я сдерживала оборот как могла, чтобы не совершить ещё большую ошибку.
— Я беру твою кровь не как плату за работу, Марианна, а принимаю её в дар за свою доброту, — прозвучало где-то над ухом, и я почувствовала боль в безымянном пальце левой руки, а затем пространство заполнилось запахом моей крови.
Это напугало не на шутку, но отступать было уже поздно.
— Аза… — просипела я, когда появилась ощутимая слабость в ногах, и слегка пошатнулась, находясь на грани потери сознания.
— Всё хорошо. Выпей снадобье, Марианна, и продолжай следовать навстречу своей мечте, — приказным тоном произнесла ведьма, и я, словно в каком-то трансе, поднесла к губам пузырёк с зельем.
В нос сразу ударил насыщенный запах полыни, во рту появилась горечь. Также я уловила аромат волчьего дурмана и ещё чего-то сладкого.
Совершенно не хотелось думать, какие ещё ингредиенты использовались для приготовления этого напитка, но перед глазами чётко появилась картинка, на которой были изображены лягушачьи лапки, мышиные хвостики и засушенная змеиная шкурка.
После таких видений меня, естественно, затошнило, но какая-то неведомая сила заставила влить в рот содержимое пузырька и проглотить противную на вкус жидкость.
Я ждала чего угодно, и самым безобидным было бы несварение желудка, но ничего не произошло.
Дыхание быстро восстановилось, головокружение прошло, и даже волчица успокоилась, будто больше не ощущала угрозы со стороны ведуньи.
Взглянула на свиток, который до этого был абсолютно пустым, и удивлённо ахнула: теперь плотная бумажная поверхность заполнилась символами, а в самом низу магического договора стояла моя подпись. Причём поставлена она была не простыми чернилами, а кровью, и я совершенно не помнила момента, когда сделала это.
Ну а чему удивляться?
Сама по своей дурости связалась с ведьмой, поэтому нужно радоваться, что хоть живой осталась и не превратилась в чучело, набитое соломой.
Хотя многие, узнав о моём поступке, наверняка поспорили бы с тем, что в голове у меня мозги, а не та самая солома.
— И что теперь? Что вы сделали со мной? — уточнила я, пытаясь уловить в себе хоть какие-то изменения, но их, на радость, не было. Во всяком случае пока.
— Ничего особенного с тобой не произошло, Марианна. Ты получила то, что хотела, — расплылась в победной усмешке ведьма и хлопнула в ладоши, после чего её внешность начала стремительно меняться.
Спустя всего пару секунд от страшной сгорбленной старухи не осталось и следа. Передо мной стояла высокая эффектная брюнетка в шикарном красном платье в пол, обтягивающем стройное тело.
— Что происходит? — спросила я и попятилась назад, потому что ТАКАЯ Аза пугала меня намного сильнее, чем предыдущая.
Ведьма смотрела так, будто собиралась проткнуть каблуком моё сердце, хотя я, по сути, ничего плохого ей не сделала.
— Надоело прятаться за маской уродливой старой карги. Это будет нашей маленькой тайной, правда? — усмехнулась она и сложила руки на груди, грациозно выставив правую ногу вперёд. — А теперь можешь идти, милочка, а то хватятся тебя дома, придётся оправдываться. А ты ведь врать-то совсем не умеешь.
— А как же…
— Суженый твой не признает в тебе пару. У тебя есть целый год. Веселись, учись или что ты там ещё планировала делать. А теперь пошла прочь, у меня много дел, — небрежно махнула рукой женщина, а я не знала, радоваться мне или всё же рыдать от совершённой глупости.
Злить Азу я больше не стала. Быстро выскочила на улицу и бегом помчалась по тропинке через лес в сторону дороги, где оставила свой автомобиль.
Чувствовала я себя вполне нормально, не считая волнения и жгучего угрызения совести. Пока до конца не осознавала, что натворила, но старалась мыслить позитивно.
Всё ведь обошлось?
У меня в запасе есть целый год, а дальше буду решать проблемы по мере их поступления.
Главное, чтобы отец и другие не заметили во мне изменений, и чтобы для них мой запах остался прежним — тогда всё точно будет просто прекрасно.
А мой истинный… Зачем ему такая невеста, как я?
Вот получу образование, наберусь мозгов — и тогда уж встретимся.
Глава 4. Марианна
Первым делом, как только оказалась дома, я приняла душ и спрятала вещи, пропахшие ведьмовским логовом, на дно чемодана, а затем направилась в комнату к Лане, чтобы на ней проверить последствия магического ритуала.
Моя сестрёнка хоть и бывает зачастую вредной стервой, но точно не станет трепать языком, если почувствует неладное. Скорее, наоборот — постарается помочь.
— Можно к тебе? — спросила, заглянув в спальню сестры, после того как несколько раз постучала в дверь, но ответа не получила.
— Уходи, Марианна. Я хочу побыть одна, — ответила оборотка, продолжая лежать на животе и уткнувшись лицом в подушку.
— Почему не собираешься? Скоро праздник начнётся, — решила, что Лану в таком состоянии одну оставлять всё же не стоит, и присела на край кровати, положив ладонь ей на спину. — Да ладно тебе. Подумаешь, истинность. Кому она нужна? К тому же многие находят свою пару не только в ночь Белой Луны. За пределами резервации тоже живут оборотни и… люди.
— Думаешь, я стану бегать по городу и обнюхивать каждого мужика? А если я истинного в обычном человеке почувствую? Что тогда будет, а? Что отец скажет? Надо мной тогда вся стая смеяться будет! — гневно выпалила сестра, подскочив на ноги, и посмотрела на меня так, будто это я во всём виновата.
А ещё впервые за всё время я видела в глазах Ланы зависть. И это совсем меня не обрадовало. Нашла чему завидовать!
— Тоже мне проблема. Будто в жизни больше ничего интересного нет, кроме как с мужиками лобызаться! — не сдержавшись, тоже перешла на крик.
— Что ты понимаешь? Сама вон даже и не целовалась ни разу! — сложила руки на груди она и ехидно усмехнулась.
— А вот и целовалась, — соврала я, не желая выглядеть в глазах своей идеальной сестры малолеткой неопытной.
— А вот и нет!
