Несмотря на яркое солнце, тепла не ощущалось. Я была в лёгкой весенней накидке, а на дворе дул сильный ветер. Повсюду лежало тонкое белоснежное покрывало. Я добралась до конюшни. Отец лихо перепрыгнул две доски через яму у входа, и весело подошёл ко мне. Увидев облачение дочери, он распахнул своё тёплое пальто и укрыл меня.
– Ну и погодка, да?.. О чём вы договорились? Эрих не против?..
– Мы не обсуждали это, па…
– Нет? Почему?.. То есть он не интересовался?
– Он не спрашивал. Сама я не решилась об этом говорить.
– А сегодня? Он навестит нас?
– Нет. Мы увидимся завтра на балу. Но ты не волнуйся, всё будет так, как я тебе обещала.
– Хорошо, будем ждать…
III
Настал день бала. С самого утра мы с Эллис были заняты туалетами. Я давно не была на праздниках, волновалась, как в первый раз, желая выглядеть не хуже других. Платье висело отдельно от всего гардероба, туфли стояли под ним, устремив свои носы строго вперёд, а сама я кружилась по комнате, с папильотками в волосах, в поисках лучшего украшения на шею. Голова была занята всякой всячиной и думами об Эрдоне и Морене. Не проходило и пятнадцати минут, как я, вспомнив очередную важную мелочь, неслась к сестре. Или сама Эллис являлась ко мне по той же причине. Но при всей моей заботе о себе, было заметно, что сестра чересчур немногословна. Она внезапно краснела, отворачивалась или начинала что-то напевать, как будто себя успокаивала. А то и вовсе неожиданно смеялась или хмурилась, и убегала к себе. Меня это забавляло, и я спросила, что с ней происходит. Она удивлённо ответила вопросом: «А что со мной такого?» И я не стала к ней приставать, решив, что она всё равно мне не скажет.
Как ни удивительно, но за весь день до самого прибытия в графство не было видно Морена.
«А будет ли он там?», – спрашивала я себя и расстраивалась от того, что Кларк может и не приехать. Но, возвращаясь мысленно к Эриху, я сердилась и приказывала себе не думать ни о ком другом, кроме будущего мужа. На помощь пришёл Шон, который осведомился о том, какой высоты каблук моих туфель. Брат знал о моём предпочтении надевать для вальсов обувь чуть повыше, чем в обычный день. Я удовлетворила его любопытство.
Маме вновь нездоровилось. Вчерашняя головная боль её не отпускала. Шарлотт пила таблетки и сетовала на то, что ей придётся остаться дома. Кроме того, прибавляла, что видела странный сон, от которого можно ожидать только плохого. Гриди следовала за ней по всему дому, помогая открывать и закрывать двери, а также сменять намоченные платки на висках.
Папа смотрел на эту сцену с доброй усмешкой. Он предположил, что как только до отъезда останется час, супруге непременно станет легче. На днях она приобрела себе новую золотую вещицу и не упустит шанса похвастаться ей.
– Она переживёт мигрень, ведь колье уже лежит на столике, – сказал он.
Действительно, перед самым выездом Шарлотт спустилась в гостиную при полном параде. Мы с Эллис переглянулись. Как будто в отместку, мама высказалась о наших нарядах, отметив, что моё платье слишком простое, а украшения Эллис уже примелькались. Сестра сделала недовольную гримасу и заявила, что украшения видят на ней в последний раз. А потом добавила, что, когда выйдет замуж, то будет купаться в таких драгоценностях, которым позавидует сама королева Цецилия.
В графство мы прибыли в восемь часов вечера. И хотя не увидели его днём, на фоне белого снега, оно встретило нас в загадочной красоте весенних сумерек. У ворот была расчищена площадка для экипажей. Уже издали манил тёплый свет, заполнявший первый и второй этажи дворца. Строгие торжественные силуэты фонарей провожали гостей до парадного входа. Лакеи распахнули двери, и мелодии оркестра понеслись нам навстречу. По коже пробежала дрожь.
Спустя полтора года я снова вошла в бальный зал. Глаза заблестели. Как же мне этого не хватало! Как часто приходили сны, в которых я танцевала! Яркое освещение зала, переливающийся разноцветными огнями хрусталь люстр, блестящий пол, наряды и веселье людей приводили меня в восторг!
Мама и папа выглядывали своих друзей. Эллис и Шон быстро растворились в общей массе присутствующих, оставив меня с родителями. Я едва успела заметить, что сестру забрала Долила Брод, а брат исчез сам собой. Но их дела меня мало интересовали. Я искала глазами Эриха, которого очень скоро нашла. Он вёл беседу с одним из приятелей на противоположной от нас стороне. Отец направился к нему поздороваться.
– Вы говорили о свадьбе? – шепнула мне на ухо мама, раскрывая веер.
– С кем?.. С папой?
– Почему с ним? С Эрдоном! Он случайно не передумал? Советую не тянуть с этим делом.
– Разве я мечтаю женить его на себе насильно? Он должен следовать велению сердца.
– Ах, дочка!.. – вздохнула Шарлотт. – Влюблённость бывает так мимолётна, а материальное положение может длиться вечно… Здравствуйте, миссис Силп… К тому же до меня дошёл слух, что одна семнадцатилетняя особа в него влюблена. Уверена, что не одна она может питать к нему слабость… Не хмурься, девочка моя. Он нравится тебе, ты ему, что мешает? Всю пору разлуки он был тебе верен. Не заставляй избранника томиться слишком долго… Здравствуйте, мистер Эрдон. – Шарлот протянула ему руку.
– Добрый вечер, миссис Ноун, – он поднёс руку к губам. – Давно мы с вами не виделись. Как самочувствие?
– Спасибо, я в порядке. В Кеннете вас совсем не видно. Наверное, много забот?..
– Всё верно, но я исправлюсь. Разрешите взять опеку над вашей дочерью?
– Конечно. Желаю хорошо повеселиться…
Эрих откланялся, уводя меня за собой к центру зала. Нетерпение танцевать переполняло меня до того момента, пока не были сделаны первые шаги вальса. Всё вокруг превратилось в смазанную картину дальнего плана. Я словно парила по кругу, упиваясь нежными звуками скрипок.
– Вы сегодня необыкновенны, – слетело с уст Эриха. Его светлые голубые глаза наблюдали за мной с такой нежностью и восторгом!
– Благодарю вас…
– Керен, дорогая, думаю, что нам стоит определиться с датой свадьбы. Не тороплю с ответом, но настойчиво рекомендую выбрать и назвать мне день. Завтра я уезжаю в столицу на четыре дня, этого времени будет достаточно?
– Я уже готова дать ответ.
Радость на его лице невозможно было передать. Я ощутила, как дрогнули его пальцы, держа мою ладонь.
– Пожалуйста, назовите…
– Третье сентября, – сказала я, не отводя глаз. – Вы с самого начала уверяли, что будете ждать меня столько, сколько потребуется. Поженимся в начале осени. А лето хотелось бы провести с родителями в Кеннете. Могли бы вы пойти мне навстречу, не настаивая на более ранней дате?..
– Разумеется, ваше желание для меня закон. Но позволю себе спросить, не кроется ли за этим намерение в дальнейшем отвергнуть моё предложение? Вы знаете, я честен в своих мыслях и поступках. И если в чём-то сомневаетесь – сообщите мне об этом немедленно.
Его слова удивили меня. Что, если бы была именно такая причина? С мужчиной, у которого есть хотя бы небольшая доля проницательности, затруднительно вести лживые разговоры. В эту минуту я открыла для себя в Эрихе неизвестную мне черту.
– Ваши предположения напрасны, – уверила я.
Эрдон поцеловал мне руку.
– Вы мне очень дороги, и я обещаю ждать сколько угодно. День нашей свадьбы станет самым важным в моей жизни!
– Благодарю…
Окончание вальса совпало с завершением нашего разговора. Будущий супруг предложил мне присесть и воды. Я отказалась и в этот миг увидела Шона, вальсировшего с Долилой, подругой Эллис. Чувство негодования охватило меня. Как это казалось странным! Брат был разведён и намерен найти себе новую спутницу жизни. Но мне так не хотелось видеть с ним рядом никого, кроме прежней жены. Наверное, я слишком любила Аманду… Эрих проследил за моим взглядом и предложил после возвращения из столицы посетить театр в компании Шона и его избранницы.
– Разве у него есть, кого с собой привести?..
– Думаю, да. Взгляните, мисс Брод для этого не подходит?
– Предполагаете, что он позовёт именно её?.. – сделала я акцент.
– Уверен, что так.
Я задумалась. Неужели Шон откровенничал с Эрдоном, минуя меня? Почему он не поделился сначала с сестрой?
– …Вижу, вы довольно сблизились с братом, – отметила я. – Надеюсь, не займёте моё место?
– Я на это ни в коем случае не претендую. Но подставить ему своё плечо всегда рад. Оттого, что он не только ваш родственник, но и прекрасный человек.
– Приятно это слышать.
Я снова посмотрела на брата и с сожалением вздохнула. Долила была весела. Она танцевала так, как бабочка порхает над поляной. Партнёр её явно очаровал.
«Что, если Шон и впрямь на ней женится?.. – предположила я и постаралась расстаться с этой мыслью. – Нет, он не может допустить такую опрометчивость. Долила хороша, но становиться миссис Ноун ей не стоит. Роль Аманды должна занять сама Аманда. Я обязана этому помочь. Помочь?.. Мне нужно ей написать. Нам необходимо встретиться».
И только я начала планировать встречу с Амандой, как к нам подошёл Морен. Он поздоровался с Эрихом, поклонился и спросил:
– Могу ли я пригласить вашу невесту?..
– Да, если она пожелает.
Я не верила услышанному. Кларк приглашал меня на танец, протягивая ладонь, спрашивая позволения у моего жениха. Правильно это было или нет, но я согласилась, тем более что Эрдон не возражал.
Волнение переполняло меня. Сердце ускоренно билось. Нисколько не преувеличу, если признаюсь, что сбилось с ритма даже моё дыхание. Мы поклонились, дослушав окончание музыки, и начали новый вальс. Морен рассматривал меня каким-то испытывающим взглядом и молчал. И я молчала, изредка встречая его чёрные глаза. Думалось, что он вот-вот обронит какую-нибудь фразу, подарит мне комплимент, возможно, спросит об Эллис или вспомнит о сегодняшней погоде. Но ничего этого не случилось. Танец так и закончился, а мы не проронили ни слова. Лишь в самом конце он поблагодарил меня и вернул Эриху.
Я была в смятении. Ладонь всё ещё хранила тепло руки Морена. Сама же я украдкой следила за тем, куда он уходит. Без сомнений, меня манил к себе этот человек. В голове кружились мысли: «Как же теперь смотреть на Эрдона, общаться с ним?» Что же на самом деле я чувствовала к своему жениху?.. Стало душно. Похоже, мне нравились оба этих мужчины. Не в силах разобраться в себе, я позвала Эриха выйти на балкон, для облегчения своего состояния. Глазами пыталась встретить в танцующих черты Морена, но напрасно. Не знаю почему, но душа моя ныла от желания побежать вслед за ним, отыскать среди всех присутствующих, дотронуться до него и… и я не понимала, чего мне ещё хотелось. Я словно сошла с ума. Его присутствие здесь на балу мне было просто необходимо. Неважно – в зале он или на первом этаже, танцует или просто с кем-нибудь разговаривает. Может быть, он тоже наблюдал за мной? Где бы в Стилоне он не находился, от одной мысли, что этот человек где-то рядом, становилось радостно на душе. Лицо моё сияло. Слушая звуки скрипок, я растворялась в самой себе, в чувствах, в новой любви…
– Идёмте в парк, – сказал Эрих. – Там прохладней.
Я согласилась. В гардеробе мы забрали верхнюю одежду. На улице было хорошо. Погода стояла тихая и по-весеннему тёплая. Эрдон поймал мою ладонь, мы медленно побрели к пруду. Парк был полон посетителей. Эрих рассказывал мне о своём посещении столицы и о том, чего ожидал от предстоящей поездки в этот город. Я молча слушала, отвлекаясь на собственные мысли, и возвращалась к его повествованию тогда, когда его тон менялся, и я старалась понять, о чём он говорит на данный момент. Мы гуляли долго, обходя весь пруд несколько раз, иногда останавливаясь и меняя маршрут. Когда мы вернулись к дворцу, бал уже кончился. Второй этаж погас, из дверей выходили последние гости. Мы повернули к воротам. Среди оставшихся экипажей не было экипажа моей семьи. Я растерялась.
– Я отвезу вас, не волнуйтесь, – сказал Эрдон.
– Благодарю… – ответила я и последовала за ним.
Эрих открыл дверцу, пропуская меня вперёд. Он приказал кучеру ехать в Кеннет и устроился напротив. Оставив Стилон позади, мы погрузились в сумрак ночи. В окошке виднелись островки нерастаявшего снега, и на фоне полной тишины отчётливо слышался лёгкий скрежет колёс.
– Керен, вы меня видите?.. – спросил Эрих.
Я посмотрела в его сторону и выделила силуэт.
– Едва…
Ко мне протянулась его рука. Он нащупал мои пальцы.
– Позвольте дотронуться до вас… Как жаль, что темнота скрывает красоту. Разрешите хотя бы иногда обращаться к вам по имени.
– Вы уже это сделали, и я совсем не против.
– Очень рад… – он поднёс мою руку к своему лицу, и я ощутила его дыхание. – У вас очень нежная кожа, словно шёлк… Как я мог жить раньше без тебя?..
Сердце моё замерло.
– Я счастлив… – тихо произнёс Эрих.
Экипаж остановился, мы вышли. Эрдон проводил меня до ворот и снова поймал мою руку. Мне захотелось его поцелуя, почувствовать теплоту и больше не возвращаться мыслями к Морену.
– Через четыре дня я снова вас увижу… – произнёс он.
– …Обними меня, Эрих… – нерешительно сказала я и сделала шаг навстречу. Он прижал меня к своей груди, не раздумывая.
– Тебе холодно или ты меня боишься?.. – спросил мой избранник.
Я подняла свою голову с его груди и посмотрела в лицо:
– Ты будешь последним человеком, которого я смогу бояться. Просто смущаюсь быть рядом.
Я замолчала, заметив приближение его губ. Они осторожно дотронулись до меня. Это случилось впервые. Мы целовались, судорожно обнимая друг друга. Забылись холод весенней ночи, боязнь объятий и первый стыд поцелуя. Когда мы, наконец, расстались, эмоции переполняли меня. Я приближалась к дому, дрожа и ускоряя шаг.
В гостиной горел свет, казалось, что ждут меня. Не спали все – отец, мама, брат и сестра. Все они смолкли при моём появлении. Но причиной всеобщего ночного бодрствования была Эллис. Сестра угрюмо сидела на диване рядом с мамой, потупив глаза. Отец стоял посреди комнаты, лицо его было напряжено, брови сдвинуты в негодовании. Пожалуй, я впервые видела папу в таком настроении. Мама сочувственно пыталась украдкой теребить руку Эллис, а Шон занимал своё любимое место у подоконника и молчал, отметив моё появление сердитым взглядом.
– …Никто не имеет права бросать эту тень на семью, – проронил отец. – В начале следующей недели уедешь.
– Куда, Дилон?.. – забеспокоилась Шарлотт.
– Я ещё не решил, но оставаться здесь, рядом с ним ей нельзя.
Эллис обратилась к папе:
– Он отыщет меня где угодно! Он меня любит!
Шон тяжело вздохнул, рассматривая потолок.
– Скорее, он найдёт тебе замену, – перебил глава семейства.
– Неправда!
– О, милая моя, мне больно это слышать! Откуда столько наивности?! Одумайся!
– Дорогой, но, возможно, он и вправду её полюбил… – робко вступилась мама.
Брат с горечью усмехнулся.
– Шарлотт, как можно такое говорить?! – возмутился супруг. – Разве не знаешь, кто такой Бенедикт Лики?! Ты, дочка, разве не наслышана о его любовных похождениях?! Этот недостойный мужчина не способен на высокие чувства, и фантазировать здесь не о чем! Больше он к тебе не приблизится!
Я была ошеломлена. Известный ловелас добрался и до моей сестрёнки.
– И как хватило смелости видеться с ним тайком, не прийти ко мне за советом, поддаться его лжи?! – не унимался Дилон. – Ты меня просто убила! Между вами что-то было?!
Сестра молчала, слёзы лились из-под её опущенных век, плечи вздрагивали от подавляемого плача. Мама старалась её успокоить, склоняя к своей груди.
– Ответь мне, дочка! – папа взял её за подбородок и посмотрел в лицо.
Сестра сорвалась с места. Разрыдавшись, она покинула гостиную, ища покоя на улице.
– Дилон, ты слишком резок! В тебе нет души!
– Твоя дочь само безрассудство! И в этом она похожа на тебя!
