Я взяла в руки бутыль с зельем и слезы горечи засохли на щеках.
– Да я душу Роху продам за возможность попасть в поместье! – воскликнула с радостью и прижала зелье к груди, как самую ценную вещь на свете!
– Но как мы объясним Этану, кто я такой? – почесал он затылок и задумался.
Было несколько раз, когда сынишка у меня спрашивал об отце, но я виртуозно выкручивалась и заговаривала ему зубы, не отвечая на сложный вопрос.
– Если ты не против, я скажу ему, что ты его отец, – мигом приняла решение. Бренер как никто заслужил мое доверие. – Это будет честь для нас.
– Хорошо. Тогда с утра отплываем вместе в Таэрос, – поцеловал он тыльную сторону моей ладони и улыбнулся.
Глава 6
Поместье Эгертон
– Во что превратилась моя жизнь, Гектор? – сорвались тихие слова с пересохших губ лорда Эгертона.
В тот же миг хлесткий порыв ветра снова донес до его слуха заливистый женский смех, вырвавшийся из приоткрытого окна покоев Лисиль.
– Герр Хейл, я верю, что совсем скоро вы поправитесь и… – дворецкий заготовил длинную ободряющую речь, ведь отвечал хозяину на этот вопрос уже не впервые. Мужчина знал, что прогулка по парку в солнечную погоду поможет Хейлу пережить новый день в инвалидном кресле. Главное, как можно скорее увести дракона подальше от дома, где Лисиль бесстыдно развлекалась с главой стражи. О ее тяге к крепкому молодому телу Терранса давно уже знало все поместье, включая его хозяина. Вот и сейчас жена лорда опять громко рассмеялась, игриво вскрикнула и застонала, вклинившись тем самым в речь дворецкого.
– Стой! – приказал Хейл, вскинув руку вверх. Когда-то он отчаянно спасал ее от проклятия и радовался, что увечье исчезло, но беда пришла с другой стороны. Вот уже год, как у лорда Эгертона отнялись ноги. Сначала он не придавал значения легкой боли в костях. Но недуг коварно набирал силу. Королевский драконий лекарь после подробного осмотра сделал вывод, что Хейла отравили уникальным смертельным ядом, который забирает жизнь по капле и медленно убивает жертву. Без особого магического рецепта от верховных магов не обошлось. Но выяснить, как яд попал в его организм, не удалось. У бывшего маршала Таэросской армии слишком много врагов, от того он и превратил свой дом в нерушимую крепость. Правда, это не спасло Хейла от распространения болезни. Способность превращаться в дракона он потерял еще в первый год после отравления, а потом и вовсе очутился в инвалидном кресле. – Вези меня на аллею Памяти! – указал он пальцем в сторону Черной аллеи, как ее часто называла Лисиль. Там, в родовых склепах Эгертон хранились сердца умерших предков драконов. В последнее время Хейл часто посещал это тихое, пропитанное историей место. А новый самый высокий склеп из черного камня по его приказу уже начали строить для него самого.
– Герр Хейл, сегодня чудесная погода! Прогулка по саду…
– Вези! – недовольно рявкнул на слугу хозяин и уткнулся злым взглядом в плед, укрывающий бесчувственные ноги.
Он подумал о Лисиль, которая, в данный момент, наслаждается жизнью и нахально ему изменяет. Ироничная ухмылка расплылась на бескровных губах. В своем нынешнем положении он вынужден терпеть предательство от женщины, которую всегда боготворил. У Хейла была на это веская причина! А старый скандал давно выявил реальность его нынешнего положения в семье. Любимая Лиси так разозлилась на мужа, который высказал претензии из-за ее разгульного поведения, что замкнула его на двое суток одного в комнате и запретила слугам прибегать на зов колокольчика. Хейл как сейчас помнил те адские часы, когда он безустанно звонил в проклятый колокольчик и щурился от вони, что источало его недвижимое тело. Урок он усвоил надолго, потому и молчал, сглатывая обиду и боль. Поначалу пытался писать тайные письма с жалобами на Лисиль сестре, что жила в королевском дворце, но потом понял, что это бессмысленно и жена полностью взяла его никчемную жизнь под контроль. Уже год он не получал ни одной весточки от родных и пришел к выводу, что письма за него отправляет Лисиль. Да и как бороться за справедливость, если при любом удобном случае жена угрожает забрать у него самое дорогое, что осталось в жизни!
В отместку Лисиль, чтобы лишний раз напомнить о себе, он специально доводил каждую новую сиделку до истерики и заставлял женщин бежать из поместья без оглядки. Лисиль же всегда злилась, но упорно искала для него очередную жертву. Это стало их негласной извращенной игрой. Все, о чем мечтала Черная леди Таэроса, как ее называли в светском окружении, это избавиться от общества больного супруга и дождаться его естественной смерти от уникального яда. Поэтому средств на постройку его именного склепа она совсем не жалела.
– Хотите посетить усыпальницу отца? – спросил Гектор, как только свернул на аллею.
Если у дворецкого идеально выверенные квадратные каменные постройки вызывали оторопь, то у Хейла священный трепет. Он знал, что совсем скоро его мертвое сердце вынут из груди, опустят в золотой гроб, а прах заключат в подножие высокой статуи. Знал, что его портреты снимут со стен дома и перенесут в холодный склеп. Покроют плотным слоем прозрачного камня и зажгут в память о нем лампаду. А еще он знал, что кроме родной и единственной дочери его никто и не вспомнит.
– Нет, отвези меня к Леони, – проговорил он еле слышно и устремил взгляд вперед. Там, в самом конце аллеи по его приказу возвели скромное строение. Лисиль изначально была против, посчитав это решение осквернением всего рода Эгертон, но Хейл настоял на своем и ни разу об этом не пожалел.
Чем быстрее он лишался здоровья, тем чаще посещал место памяти его первой жены, единственной женщины, которая подарила ему ребенка. И пусть там не было ни частички ее тела, он верил, что ее душа приходит, видит его и слышит.
– Может, сегодня не стоит? – неуверенно попытался отговорить хозяина дворецкий. Обычно, после посещения усыпальницы степной драконицы, Хейл тревожно спал. Его мучали приступы, от которых он громко кричал во сне, отчего Лисиль откровенно злилась.
– Вези, – отозвался лорд.
Внутри было темно и сыро. Больше некому ухаживать за заброшенным склепом со статуей низкорослой худощавой девушки, чьи черные волосы, как и при жизни, расплескались по хрупким плечам локонами.
Гектор наспех зажег круглую лампаду, и склеп наполнился желтоватым светом. На портретах заиграли блики, а у Хейла сердце сжалось от боли, скулы свело и в глазах защипало от накатывающих слез.
– Я буду ожидать снаружи, – бросил Гектор и поспешил выбежать на улицу, оставляя хозяина наедине с собственными мыслями.
– Это снова я, моя пушинка, – вспомнил, как ласково называл жену в минуты единения и улыбнулся. – Виноват перед тобой… да что тут говорить, сама знаешь. Местью был отравлен, упивался ею и ошибку страшную совершил. Постоянно представляю, какой могла быть наша жизнь без вражды наших родов, – черный дракон не лукавил, почти каждый день он изматывал себя мыслями о другой реальности, в которой послал кузину к Роху и позволил себе без остатка влюбиться в Леони. В тайных мечтах он кружил ее, кружил и кружил, наслаждаясь заливистым женским смехом. А рядом бегала их маленькая дочурка, развивая на ветру розовые лепестки ароматных цветов дерева Гинка. Но эту светлую фантазию всякий раз затапливало темное море. Сначала Хейл смотрел в молящие огромные глаза Леони, а потом безжалостно бросал жену в черную пучину… и пустота…
Эта жестокая пугающая и необъятная пустота навсегда поселилась внутри. Ее больше никогда ничем не заполнить. Лишь любовь к дочери удерживала Хейла на этом свете, иначе бы…
– Мы скоро встретимся, Леони. И я готов к ответу за то, что сделал. Ты заслужила право рвать меня на куски целую вечность. А покая жив, нашу Солану не дам в обиду. Она во всем на тебя похожа. Такая же славная и красивая, добрая очень. Каждую букашку спасает. Я иногда смотрю, как она вылавливает пчел из фонтана, чтобы не утонули. Смотрю и плачу, пока никто не видит. И в душе моей до сих пор бушует тот проклятый шторм. Прости, если сможешь. Проклятия тогда, дурак, испугался, а теперь гнию заживо от какого-то яда. Лучше бы до встречи с тобой достойно сдох! – Хейл на миг зажмурился, и крупные горячие слезы сорвались с серебристых ресниц.
«Мы ведь любили друг друга, вспомни», – зазвучал в его голове жалобный голос Леони.
– Вот теперь вспоминаю всегда. И буду помнить до конца своих дней. Ты бы меня не предала, – безустанно шептал, обливаясь слезами. – Прости! – отчаянно закричал и ударил кулаками по бесчувственным ногам.
– Герр Хейл! – ворвался в усыпальницу Гектор, а вслед за ним забежала милая девчушка с двумя высокими черными хвостиками волнистых волос. Ее огромные стальные глазки блестели от восторга, а за тонкой спинкой развивались хрустальные драконьи крылышки.
– Папа! Они выросли! Папочка! – запрыгнула она на колени отцу, обняла его за шею и прижалась изо всех сил.
– Хозяин, извините, страж не сумел удержать Солану. Она от него улетела! – расшаркался в поклонах Гектор, виновато прижимая руки к груди. Злобно покосился на охранника, который только сейчас подбежал к склепу с ужасом в глазах.
– Пушинка моя, ты теперь истинная драконица! – наспех смахнул слезы с лица Хейл и с трепетом обнял дочку в ответ.
– Я сама прилетела! Маме крылышки показать! Вот! – спрыгнула с рук отца Солана и закружилась возле статуи Леони.
Хейл не стал скрывать от дочери, что ее родная мать умерла во время родов, а Лисиль ей мачеха. Сам однажды привел дочку в усыпальницу первой жены и показал портреты Леони.
Солана долго их разглядывала, а потом обняла подножие статуи матери и произнесла свое первое слово: «Мама». Теперь всегда, когда что-то важное случается в ее жизни, первым делом девочка бежит в склеп. В эти моменты даже хваленая охрана не в силах с ней справиться. Ребенок обязательно найдет лазейку и улизнет.
– Мама, я – дракон! – заговорила Солана с пустым каменным гробом, а у Хейла перехватило дыхание от волнения. Гектор тут же поднес к губам хозяина стакан воды и выбежал, чтобы переговорить со стражем. – Как у мамы крылышки! – указала она на один из портретов, где Леони изображена в трансформации полудракона.
– В тебе кровь степных драконов, милая. Твоя мама танцевала, как богиня Эла, – вспомнил Хейл их первую брачную ночь, когда Леони танцевала только для него в хрустальном наряде с золотой саблей в руках. Эта яркая вспышка памяти заставила его вновь искренне улыбнуться. А потом огонек в черных глазах погас, когда лорд Эгертон осознал, что жизнь бы сейчас отдал за то, чтобы вновь увидеть тот волшебный танец.
– И я хочу как мама! – загорелась идеей девочка.
– Я завтра же найму для тебя педагога, пушинка, – пообещал Хейл и совсем поник, понимая, что сегодня ему придется унижаться и выпрашивать у неверной жены оплату на учителя для Соланы. Но за восторг в глазах дочери он готов был на все!
– Ура! – захлопала она в ладоши и вдруг резко замерла, устремив недовольный взгляд на вход в усыпальницу.
– Что тут у вас происходит? – узнал он Лисиль по грубому голосу и обернулся.
– У Соланы прорезались крылышки. Она хочет научиться танцевать, как степной дракон, – мягко пояснил Хейл, и девочка прижалась к отцу, когда Лисиль вошла в склеп.
– Это будет зависеть от тебя, дорогой, – облокотилась она на гроб и брезгливо пробежалась взглядом по портретам Леони. – Мне прислали пакет документов на очередную сиделку. Она не местная полукровка с большим опытом в заботе о немощных. Среди прочего указано, что занималась танцами. Завтра прибудет на собеседование. Если примешь ее, то среди других обязанностей возложу на нее обучение Соланы танцам. Отдельно оплачивать учителя не буду! Так что, тебе решать, – Лисиль уже предвкушала, что в их с Хейлом игре она одержала победу и вскоре сломит мужа окончательно.
– Я поговорю с сиделкой и дам ответ, – строго отрезал дракон и посмотрел на расстроенную дочь, которая надула губки, чувствуя, что может лишиться учителя, даже не успев его обрести.
Глава 7
– Ты всё запомнила? – отвлек меня вопрос Бренера от собственного отражения в большом овальном зеркале, но лишь на миг. Кивнув, я продолжила пристально разглядывать свой новый образ.
Один только глоток волшебного зелья преобразил меня до неузнаваемости! Тело осталось прежним, а вот кожа, лицо и волосы… Кучерявая рыжая копна небрежно спадала на плечи. Тугие пружинки волос игриво подпрыгивали при каждом движении, а большие зеленые глаза сверкали изумрудами. Точеные скулы и сочные пухлые губы. Носик тонкий, чуть вздернут кверху. Кожа фарфоровая без единого изъяна и присущей мне смуглости.
– Уж слишком яркая внешность для полукровки-сиделки, – смутилась я и повернулась к Брену, что стоял у меня за спиной. Корабль качнуло, и я невольно врезалась руками в торс генерала, на что он улыбнулся и пожал плечами.
– Невозможно угадать, какую внешность подарит тебе зелье. Я воспользовался им однажды в качестве эксперимента и был доволен результатом. Блондин с голубыми глазами без уродливого шрама на пол лица смотрелся выгодно на фоне оригинала, – иронично рассмеялся Брен, а я коснулась его увечья и замотала головой.
– Шрам ничуть тебя не портит, – он ласково накрыл мою руку ладонью и прошептал:
– Ты слишком добрая, сестренка, – я на мгновение оторопела, растерялась, не понимая, как себя вести. Значит, Брен не воспринимает меня как женщину и сразу записал в ранг родственницы. Наверное, это связано с тем, что он принимал у меня роды. Лисиль как-то говорила, что мужчине нельзя присутствовать на родах, иначе он может потерять интерес к жене. Видимо, она хотя бы в чем-то оказалась права. Возможно, это все и к лучшему. Лишние переживания мне сейчас ни к чему. Все мысли занимала дочь, которую надо спасти любой ценой.
Я опустила взгляд и отняла руку от лица дракона, но не успела отойти, как в каюту вбежал сын.
– Мама! Там рыбки крылатые! – вскрикнул он восторженно и всплеснул ручонками, а потом вдруг нахмурился, уставившись на меня во все глаза.
Уж если родной сын не узнал, то зелье точно отлично сработало!
– Знакомься, Этан, это моя хорошая знакомая леди Тирия Блаунт, – тут же подбежал Брен к мальчишке и поднял его на руки.
Этан крепко обнял его за шею и улыбнулся. Удивительно, как мой крошка сынок легко принял новость о том, что Бренер его отец, и мы плывем на континент, чтобы жить в его доме одной семьей. И все равно я переживала, как он будет без матери, если меня возьмут Эгертоны сиделкой. Как объясню ему свое отсутствие, если это займет немало времени?
– А мама где? – окинул он меня хмурым взглядом, и сердце зашлось в груди. Странное это чувство, потерять свой внешний облик и примерить роль незнакомки. Теперь я просто вымышленный персонаж с поддельными документами. Полукровка из низкого сословия лесных драконов.
– Она очень устала. Отдыхает. Давай, ты мне покажешь рыбок? – заговорил его Брен.
– Давай! – обрадовался мой малыш, и они вышли из каюты, оставив меня наедине с новой собой.
Уже в сотый раз я посмотрела в зеркало и поправила скромное платье глубокого коричневого цвета с вышивкой по вороту. Сразу правильно оделась для собеседования и собрала чемодан из вещей, которые купил Бренер. Я решила не терять ни секунды и по приезду с пристани отправиться в поместье Эгертон. Уж лучше сходу узнать ответ, чем теряться в догадках и изводить себя переживаниями.
Тяжело вздохнув, обняла себя за плечи и всмотрелась в зеленые глаза Тирии Блаунт. Нет в их отражении призраков прошлого. Вся боль осталась внутри и внешне я никак себя не выдам. Я должна проникнуть в поместье обманом! Иначе штурмом его брать буду! Не сдамся!
Воодушевленная и воинственная, села в углу каюты и разложила на столе бумаги. Я успела изучить их вдоль и поперек во время долгого плавания, но решила напоследок снова пробежаться взглядом по строкам. Признаться, Брен постарался на славу и резюме впечатляло! Я бы сама с радостью такую опытную сиделку взяла на работу. Он даже указал, что я в совершенстве владею танцами. Но, на мой взгляд, это было лишним. Что мне, плясать для подопечного теперь? Бред. Но менять что-то уже поздно. Документы Брен заранее отправил Эгертонам на согласование и мне уже назначено на сегодня собеседование. В обязанности сиделки входило немало забот. Но после четырех лет, проведенных на острове, я больше не боялась никакой работы. Физически справлюсь, а вот морально…
– Земля! – закричал с палубы Этан.
Я наспех сложила бумаги в кожаный саквояж и вышла из каюты. Прохладный морской бриз ударил в лицо и освежил кожу.
– А вот и он. Таэрос во всей красе, – шепнула и прошла на нос корабля. Схватилась за стропу и посмотрела вдаль.
Континент драконьей империи, как на ладони! Мой родной дом, где в степях Таэроса когда-то процветал род Латимер. Я должна была стать Хрустальной леди степных земель, как пророчил мне отец, но отвергла предложение лорда Дамори о женитьбе, выбрав любовь к черному дракону. Отдала ему все, что у меня было, и собственное сердце на блюдечке поднесла. С блаженной улыбкой вошла в логово зверя и погибла в его ядовитых руках. И вот снова я с радостью плыву в черную клоаку зла, чтобы вырвать из порочного круга мести светлый лучик чистой души. Пусть они все тонут в желчи ненависти сами, без моей Соланы!
– Растет столица, – отвлек меня от мыслей Брен, и я обернулась, чтобы найти взглядом сына.
Этан играл с матросом в догонялки и заливисто смеялся. Я улыбнулась, радуясь их беззаботной игре.
– А по мне, всё такая же мрачная. Никогда не любила эти их высотные темные здания. Вот в степях простор и свобода. Помню, как прямо из окна спальни летала на конюшни. А в столице запрещено, – предалась воспоминаниям, наблюдая за тем, как корабль безжалостно разрезает синие волны.
Бренер со мной поравнялся и приобнял. Устремил взгляд вдаль.
– Тебе понравится мой новый дом. Он просторный, а в саду можно летать. Но я понимаю твои чувства. Признаться, во время службы я скучал по маяку и той простой и понятной жизни. Но ничуть не жалею о прошлом. Надо в будущее смотреть, Леони. Каждый из нас найдет свое счастье. Я в это искренне верю, – я с тяжелым вздохом прижалась к нему и поняла, что Брен помогает мне из жалости, ничего не требуя взамен. Просто у него большое доброе сердце, а мне повезло повстречать его на своем сложном пути.
– Этан сразу к тебе привязался. Я даже не представляю, что буду ему говорить, когда наши с тобой пути разойдутся, – на эмоциях озвучила терзающую изнутри мысль.
– Не думай об этом. Решим, когда придет время. Сейчас главное действовать по плану. Ты проникнешь в поместье, а я позабочусь об Этане, – я закивала в ответ и сжала кулак за спиной. Через считанные минуты мы пришвартуемся к пристани, и я отправлюсь в поместье Эгертон одна, без поддержки Бренера.
Страшно! До оторопи и боли в коленях. Как же страшно не пройти это проклятое собеседование!
Глава 8
Наемный экипаж нес меня по улицам столицы с ветерком. Я смотрела в открытое окно кареты, с интересом разглядывая окрестности. Это немного отвлекало от тревожных мыслей. Но стоило кучеру свернуть на дорогу угодий Эгертон, как сердце подскочило к горлу и больно заклокотало. Когда-то я наивно думала, что эти земли – мой родной дом. А сейчас было чувство, что ворвалась на вражескую территорию. А ведь так оно на самом деле и есть!
Каменная изгородь вокруг поместья стала выше. На верхушках башен вооруженные постовые глядят в оба. Мост через реку начал опускаться только при приближении моего экипажа. Ворота медленно раскрылись и впустили гостью на широкую каменную площадь. Кучер затормозил, как только отряд охраны подал знак и окружил эту несчастную маленькую карету. Никогда раньше такого не было! Будто я прибыла с визитом не к маршалу Эгеротону в дом, а к самому королю во дворец! Бренер ничуть не преувеличил, когда говорил о поместье, как о крепости.
Из экипажа я вышла вся на нервах. Обстановка не на шутку нагнетала.
– Имя и цель прибытия! – я вздрогнула от грозного голоса начальника охраны, но тут же натянула улыбку и спрятала трясущиеся руки за спину.
– Тирия Блаунт. Прибыла на собеседование на должность сиделки, – высокий симпатичный мужчина окинул меня с ног до головы оценивающим взглядом, будто это он тут хозяин и от его решения зависит моя дальнейшая судьба.
Неловко стало, когда в светлых глазах стража блеснул огонек заинтересованности. Выходит, моя новая внешность пришлась ему по вкусу, ведь он даже улыбнулся в ответ.
– Добро пожаловать в поместье Эгертон, мисс Блаунт! – поприветствовал меня мужчина, и другие стражники расслабленно отошли от меня на шаг назад. – Я – глава стражи Терранс Такари, – представился он с гордостью и зрачки в его глазах на миг сузились до иголочек. Надо же! У Эгертонов на службе чистокровный дракон! И судя по аристократическому профилю и светлым длинным волосам, явно не из низшего сословия. Да и белый мундир на нем с сияющими драгоценностями погонами говорил о том, что у Терранса военное прошлое. На пальцах перстни, а рукоять меча вытесана из цельного малахита.
– Благодарю за гостеприимство, – отвесила ему поклон, чем вызвала у красавца новую порцию улыбок.
Он тут же жестом приказал извозчику достать мой чемодан и саквояж с документами.
– Ожидай! – приказал он моему нанятому кучеру.
Я метнула взгляд назад, и увидела, как мост поднимается, а ворота закрываются. Ощутила себя пойманной в ловушку пташкой. Да и кучер тревожно вжался в плечи и испуганно закивал болванчиком.
– Осмотрите карету! – часть стражи побежала выполнять приказ, а другие выхватили мои вещи у кучера.
– Мисс Блаунт, пройдемте за мной, – указал Терранс на низкую постройку рядом со вторым эшелоном охраны.
Теперь и я в страхе закивала, едва сумев сдвинуться с места. Ни живая, ни мертвая вошла в темное здание и прошла в кабинет вслед за Террансом. Стражник внес мои вещи и закрыл за нами дверь. Поставил сначала чемодан на стол, открыл его и начал бесцеремонно в нем копаться, вороша все мои аккуратно сложенные вещи. Не успела я возмутиться, как главарь завел меня за ширму.
– Обязательный осмотр перед визитом, – коротко пояснил и заставил меня раскинуть руки в стороны, а ноги поставить на ширине плеч. Ну хоть раздеваться не заставил! – Не бойтесь, Тирия, всего лишь формальность. Правила такие, – встал позади меня и начал осмотр прямо с груди. Я в страхе дыхание затаила, ощущая его откровенные прикосновения к интимным частям своего тела. Уж не знаю, какие у них тут правила, но облапал он меня знатно! Я аж покраснела от стыда, а вот Терранса ничего не смутило. Наоборот. По довольной физиономии было видно, что он получил от осмотра истинное удовольствие.
– А это что? – раздался голос другого стражника, и я вышла из-за ширмы в полуобморочном состоянии.
Зелье, в котором катастрофически нуждалась, по навету Бренера я перелила в металлическую фляжку и вшила в потайной карман чемодана. Если они его найдут…
– Чернильница, – пропищала, чувствуя, как покалывают кончики пальцев. От души резко отлегло. Он нашел настоящую чернильницу в саквояже, а чемодан отставил в сторону.
– Запрещено, – конфисковал стражник эту никчемную вещицу и я чаще задышала.
– Все чисто! Я проведу вас в кабинет хозяйки.
Думала, в бездну Роха упаду от страха и слава великой Эле, что я прошла эту ужасную проверку! Но самое волнительное еще впереди! Кабинет хозяйки… Значит, Лисиль будет проводить собеседование. Час от часу не легче!
Терранс провел меня через второй эшелон охраны, а я постоянно оглядывалась, переживая за свои вещи. Но непонятно откуда взявшийся прислужник подхватил мои сумки, погрузил на тележку и покатил вслед за нами.
Ох, не успела встретиться с врагами, а уже страху натерпелась! Нельзя так переживать! Надо срочно брать себя в руки, иначе двух слов связать не смогу.
