– Да, все хорошо, просто зарядку надо взять, – в подтверждение своих слов достаю кабель из сумки и забираю у нее телефон из рук. – Спасибо, Свет.
Она кивает и выходит. Я смотрю на экран, звонила мама. Сразу перезваниваю. Возможно, она подъехала к больнице и ее надо сориентировать.
– Доча, привет, я на парковке. Как к тебе попасть? Ограничений никаких нет по посещению?
– Привет, мам. Нету. Поднимайся через приемный покой на третий этаж, потом проходишь по коридору и там в конце будет лестница, на четвертый. Палата четыреста третья.
– Хорошо, разберусь. Жди меня.
Она отключилась, а я села на кровать, как мне и велели, ждать. Через десять минут дверь открывается и заходит женщина чуть ниже среднего роста, с русыми волосами до плеч и голубыми глазами – моя мама. Я встаю и обнимаю ее, она смотрит на меня и гладит по волосам.
– Как так получилось, Алис?
– Не знаю, мам. Шла и тут машина. Очнулась – гипс, – поднимаю поломанную руку и машу ей, смеясь.
– Тебе лишь бы шуточки шутить, Алиса! – она цыкает и строго смотрит на меня.
– Что теперь сделаешь. Не плакать же? Вот так один миг и жизнь изменилась.
Мы задумчиво смотрим друг на друга. Потом мама приходит в себя и ставит сумку на кровать, начиная оттуда доставать воду, печенья, йогурты, бананы и шоколад.
– Решила купить тебе хоть что-то перекусить, а то знаю я как кормят в больницах.
– Спасибо большое! – целую ее и отрываю один банан от связки.
– Что говорят врачи по твоему состоянию?
– Все нормально, лечусь и выписываюсь отсюда. Не знаю сколько буду тут находиться, но больничный откроют на месяц, – говорю немного не разборчиво, жуя банан.
– Хорошо, а твой лечащий врач это который сегодня работает?
– Нет, это дежурный врач, а мой другой. А что? – интересуюсь из-за подозрительного вопроса.
– Симпатичный такой. Понравился мне.
Перестаю жевать и смотрю на маму. Впервые от нее такое слышу, чтобы она при мне похвалила какого-то мужчину. Ну конечно, и этот мужчина должен был быть именно он.
– Где ты успела его увидеть, что он тебе сразу понравился? – смотрю на нее из-под лобья.
– В коридоре пересеклись и я сразу его приметила.
– Спасибо, мам, – бурчу себя под нос, но она все-равно услышала.
– Что такое? Тебе он не нравится? Плохой доктор? – она села рядом и теперь выжидательно смотрела на меня.
О-о-о, мама, мама. Ты даже не представляешь, насколько он нравится твоей дочери.
Отвожу свой взгляд от нее. А то она так пристально смотрит, что мне не по себе. Еще увидит тот пожар, который твориться у меня внутри.
– Он хороший врач, обычный человек, ничего примечательного, – вру отлично.
Она еще раз окидывает меня взглядом, но не продолжает свой допрос.
– Когда тебя выпишут, не знаешь еще? – она берет мою левую руку в гипсе и осматривает ее.
– Не знаю, мам, но я себя хорошо чувствую, так что надеюсь на долго меня тут не задержат.
– Девочки уже приезжали к тебе? – она гладит меня по здоровой руке. – Доча, ты так нас всех заставила поволноваться!
– Все хорошо, мам, – я целую ее в щеку, успокаивая. – Девочки приезжали, конечно, кто ж мне тогда одежду привез?
– Да, точно, – она машет рукой, – запамятовала от переживаний. – Ты главное слушай врачей и не смей упрямиться, а то знаю я тебя.
– Хорошо, мам, обязательно, – я соглашаюсь с ней, слыша ее строгий тон.
– Ладно, Алис, поеду я. Звони, если что-то понадобиться.
Мы обнимаемся и прощаемся. Мама напоследок дает указание не сидеть долго за ноутбуком, чтобы не болела голова. Согласно киваю.
Зашла медсестра с капельницей, и я ложусь на полчаса смотреть в потолок, погружаясь в свои мысли. Попросила ее не закрывать дверь. Понятно почему, да?
Прислушиваюсь, в коридоре тихо – обеденное время. Большинство пациентов спят. Моего врача тоже нет, наверно делает кому-то операцию. Это может быть и на несколько часов. Мой врач. Произношу это у себя в голове еще раз и закатываю глаза. Остановись, Алиса.
Через полчаса возвращается медсестра и забирает капельницу. Я беру зарядку и иду в палату через «дорогу». Перекидываюсь парой слов с Светой и сажусь досматривать фильм.
Не могу сосредоточиться. Какое-то странное чувство, будто меня укусила пчела, на яд которой у меня аллергия. Очень сильно чешется горло. Решаю подождать еще немного, возможно, мне кажется.
Нет, не кажется, через десять минут начинает опухать шея и становится трудно дышать. Я решаю спуститься на этаж ниже и найти его. Мне еще аллергии не хватало, что же это такое? Жизнь будто издевается надо мной.
Почти дошла до ординаторской, но тут выходит медсестра, прям мне навстречу.
– Что-то случилось?
Немного разочаровываюсь. Чуть-чуть оставалось дойти до его кабинета.
– Похоже у меня аллергия. Горло опухло и трудно дышать.
– Да ты что! Пойдем сделаю тебе укол.
– А врачу сказать не надо? – все еще ищу повод в надежде на встречу с ним. Я очень логична, правда?
– Я ему сама скажу.
Она идет к двери, где хранятся лекарства. Мне ничего не остается как следовать за ней. Аня колит мне антигистаминное и уже через десять минут мне становится легче. Благодарю ее и поднимаюсь к себе на этаж.
Остаток дня проходит спокойно. Я занималась всем, чем можно заниматься сидя в четырех стенах: прошлась по этажу несколько раз, посмотрела сериал, послушала музыку, поговорила с соседками по палате и даже сходила в душ. Вечером написала Ангелина, сказала, что завтра приедет. Когда время приблизилось к вечернему обходу, я снова начала волноваться и смотреть на дверь. Услышав голоса в коридоре, села на кровать и приготовилась ждать.
Он зашел и сначала даже не взглянул на меня, начал спрашивать про самочувствие у других пациентов. Я сжала губы и отвернулась. Меня это задело. Смотрю в пол и понимаю, что раньше никогда нельзя было задеть мое самолюбие, я просто не обращала внимания на такое поведение мужчин.
– У вас как дела?
Поднимаю голову и наши взгляды сталкиваются. Стараюсь смотреть на него холодно.
– Хорошо, но в обед была аллергия на какой-то препарат.
– Почему мне не сказали? – он смотрит на меня снова с какой-то злостью.
– Потому что сказала медсестре, а она сказала, что передаст вам.
– Не надо передавать через кого-то. Я врач, а значит надо говорить мне напрямую.
Ого, он реально злится. Смотрю на него и не понимаю, что происходит.
– Хорошо, я поняла. Если что-то вдруг будет, скажу сразу вам.
Он кивает, а я внутренне сжимаюсь, чувствуя его злость конкретно на меня.
– Аллергия была после капельницы? – спрашивает более спокойно.
– Да, в течение полу часа где-то после нее.
– Хорошо, больше капельницы вам не ставим. Оставляем только лекарства.
Теперь киваю я. Он еще раз окидывает меня взглядом и выходит из палаты, даже ни разу не улыбнувшись мне. Что за смена настроения такая? Понимаю, что весь наш разговор дышала через раз. Может, день у него был тяжелый или проблемы какие навалились? Но не может же быть, что он так разозлился, потому что я не сказала ему о своем самочувствие? Бред. Зачем ему так переживать обо мне?
После ужина на меня накатила какая-то слабость. Прощаюсь со всеми и иду к себе в палату спать.
Глава 3
Воскресенье. Просыпаюсь от ужасной боли в горле и ноющей в висках. Замечательно. К моему состоянию добавилось теперь еще и это. Я что, заболела? Еле поднимаюсь, на часах семь утра. Пишу сразу Ангелине, чтобы взяла мне лекарства от простуды и градусник. Настроение хуже некуда. Пытаюсь привести себя хоть немного в порядок. Получается так себе, но мне все-равно.
Телефон звякает, подруга в шоке и пообещала привести мне всю аптечку. Улыбаюсь. Она как всегда впечатлительна.
Иду в соседнюю палату. Сегодня, по сути, должен на дежурство заступать другой врач. Спрашиваю у Светы, не знает ли она, кто будет.
– Я не знаю, посмотрим, – она пожимает плечами.
Рассказываю ей о своем самочувствие и об опасении заразить тут всех. Она машет рукой. Все-равно тут все чем-то болеют.
Ловлю себя на мысли, что мне грустно и это отчасти, потому что, сегодня будет другой врач. Хотя может оно и к лучшему? Все эти чувства, нахлынувшие из-за этого мужчины, делают меня зависимой от него.
Я так была погружена в свои мысли, что очень удивилась, когда человек, о котором я думаю появился в дверях палаты. Даже сначала не поверила увиденному. Но нет. Это он. Как так? Не может же быть что он дежурит вторые сутки подряд, или может?
Врач проходит на середину палаты и задает, как всегда, вопрос о нашем самочувствие. Когда его взгляд направляется на меня, я пытаюсь сдержаться, чтобы не рассмеяться от комичности ситуации. Ведь у меня каждый день какая-нибудь новая болезнь.
– Не знаю, как сказать…
– Говорите, как есть, – он перебивает меня и улыбается.
Очень радуюсь его хорошему настроению в отличии от вчерашнего вечера.
– Я, кажется, простудилась. Температуры нет, но очень сильно болит горло. Я могу пить противовоспалительные препараты?
Вижу в его взгляде веселье и мне тут же становится лучше, он будто заряжает меня.
– Можете, конечно, ничего страшного в этом нет. Если поднимется температура, скажете медсестре, она уколет вас.
– Хорошо, – искренне улыбаюсь ему и замечаю, как его взгляд на меня теплеет.
Кажется, сейчас у меня поднимется температура от него. Он начинает переговариваться с медсестрой и выходит. А я продолжаю улыбаться, словно дурочка, прокручивая наш диалог и его реакцию у себя в голове.
Иду в свою палату, чтобы ко мне не было лишних вопросов из-за моих эмоций на лице. Написала Ангелина, она через час будет у меня. Сажусь за работу, пока позволяет состояние, потому что знаю, что к вечеру температура точно поползет верх.
Только сосредоточилась на тексте, как звонит Кира.
– Привет, бедовая ты наша, как твое самочувствие?
– Вот это ты сказала в точку. Я заболела, а еще у меня вчера была аллергия, – открываю йогурт и отпиваю, пока жду, когда подруга придет в себя от услышанного.
– Ты точно решила там задержаться на месяц?! – слышу голос Инги.
– Вы вдвоем? Чем там занимаетесь? – задаю встречный вопрос.
– Мы у Инги, только проснулись. Я решила потусить у нее дома на выходных, у нас совместный сложный проект. Так что там у тебя? Ждем ответа!
– Да ничего такого. Аллергия на лекарство какое-то было. А сегодня проснулась и поняла, что заболела. Скажите, где я так согрешила? – ставлю телефон на громкую связь и подпираю голову рукой.
– Жизнь просто пытается тебе что-то донести или показать. Но это точно не просто так все происходит, – задумчиво говорит Инга и я согласно киваю.
– Да, например, что надо перестать считать ворон и нормально переходить дорогу, – шучу, а сама думаю о других вещах.
Возможно, Инга права.
– И это тоже, конечно. Но вообще я о другом. Ты умная, уверена сама все поймешь. Мы же знаем, что ты держишь все эмоции в себе, а надо делиться ими, хотя бы с нами и тогда ты не будешь так часто погружаться в свои мысли и в самобичевание.
– Она права, – Кира поддерживает подругу. – Ты всегда прячешь эмоции за своими шутками.
– Я и сама понимаю, но так мне легче жить, пряча все в себе. Может быть, после этого случая я смогу делиться хотя бы с вами.
– Мы всегда будем рады тебя выслушать, – девочки на перебой кричат мне это в трубку.
– Хорошо, что вы есть, – улыбаюсь, произнося это.
– Хорошо, что ты тоже все еще есть, – говорит Инга.
– Да, хорошо, что не лежишь раздавленная машиной, – а это конечно Кира.
– Все-все, я вас поняла!
