– Ну, так что? Едем в будущее или вернёшься в настоящее с видом на кладбище?
Лина кивнула, промокнув салфеткой пузыри в уголке губ сына. Сердце сжалось от прилива щемящей нежности. Душу раздирало переживанием за маленького человечка.
Умрёт она и что ждёт его? Новой жене ребёнок Славы не будет нужен. Таня права, как и все, кто много раз уговаривал сбежать от тирана мужа.
Она решительно проговорила:
– В будущее!– хотя поджилки тряслись от страха.
Таня вырулила на просёлочную дорогу к деревне «Зарядное». Под колёсами шуршала галька. В голову лезли разные мысли. Слава не дурак и станет подозревать её. Может приехать к ней в дом лично или послать людей. Надо вернуться до ночи.
– Только не нассы на кресло до станции. Хватит бояться!– Она подмигнула, говоря чистую правду: – Я сама боюсь.
Лина с руками укуталась в плащ. Она мёрзла в жару. Привыкнув к бешеному ритму заледеневшего сердца.
– Останови там, где будут продавать молоко. Поедим и зарядимся бодростью.
– Взбодримся, как сядете в поезд. Мне надо успеть в город до темноты.
Лина кусала губы, борясь с желанием закричать: «Поворачивай!»
– Я забыла взять еду для Тёмика. Не знала, за что хвататься. В первый раз убегаю от мужа, – усмехнулась она.
– И дай бог, чтоб последний. Больше за такого козла не вздумай идти!
Лина нервно хохотнула, представив себя на коленях давящуюся членом в разбитых губах под хриплые требования насильника: «Глубже. Глубже. Сука, расслабь горло!»
Он насаживал её на член двумя руками, вцепившись в голову. «Кормил» как любил говорить. Солёная сперма жгла раненый рот. Она никогда не сможет забыть «вкус» мужа.
В каждом глотке напитков или кусочке любого блюда всегда его чувствует. Подсознание странная штука. Но рассказать об этом стыдно даже лучшей подруге. Она подавила рвотный позыв.
– Мне бы от этого избавиться. Какая тут еда.
– Сходите в вагон ресторан. Я же сказала, что денег подкину. И в киосках на вокзале вкусняшки возьмём.
Времени что-то купить не оставалось. Посадка в поезд заканчивалась. Запоздавшие пассажиры с шумом втискивались в вагоны.
Таня уговаривала проводницу посадить мать с сыном в вагон без билетов.
– Вы же тоже женщина и у вас есть дети.
Та отводила взгляд, отвечая бесстрастным голосом:
– Есть, поэтому дорожу работой.
– Лина, покажи!– Таня заставила подругу закатать рукав платья.
Блондинка лет сорока с сочувствием посмотрела на кровоподтёки на худой руке взлохмаченной, красивой женщины.
– Мне очень вас жаль, но любая проверка, а я везу безбилетников!
Лина не замечала, что по щекам текут слёзы.
– Я не могу вернуться, он убьёт меня…
– Обратитесь в полицию.
Лина всхлипнула. Как будто она не делала этого. На десятой попытки справиться с мужем с помощью органов, прекратила бесполезное дело.
– Она работает на его папу мэра.
Проводница развела руками.
– Не знаю, чем вам помочь!
– Я могу предложить компромисс, который устроит всех.
Голос, очень похожий на Славин, раздавшийся из-за плеча, показался Лине громом небесным. Она испуганно сжалась, не имея сил оглянуться.
– Простите, не хотел вас напугать.
Лина медленно обернулась. Высокий худой мужчина в очках сочувственно смотрел на её руку.
Она одёрнула рукав, стыдливо пряча синяки.
– У меня целиком выкупленное купе до Москвы. Друзьям пришлось уехать рано утром на автомобиле. Сдать билеты не было времени, – он не сводил карих глаз с затюканной жизнью красавицы. – Могу взять вас в своё купе.
– Не положено…– начала было возражать проводница.
– Я договорюсь с начальником поезда, моим хорошим другом.
Он протянул визитку, женщина округлила глаза, не понимая, что такой человек делает в этой дыре. Он продолжал настаивать ровным уверенным голосом.
– Понадобится помощь, звоните, – давил мужчина на несговорчивую работницу Р.Ж.Д.
Заспанный Тёмик захныкал:
– Кушать хочу…
Голос диктора бесстрастно объявил, что поезд отходит через минуту. Проводница покрутила головой, высматривая кого-то на полупустом перроне, и согласилась, заговорив полушёпотом:
– Хорошо, проходите, но если будут проверяющие…
Брюнет, кивая, подмигнул:
– Я беру всё на себя.
Он помог занести сумки в вагон, пытаясь успокоить незнакомку с ребёнком мягким голосом.
– Я подожду вас в коридоре. Ничего не бойтесь.
Легко сказать. У Лины взмокли ладони. Что сделал бы Славик, заметив рядом с ней мужчину, открыто предлагающего помощь? Спроси её, какого цвета у незнакомца волосы, не припомнит.
Пелена перед глазами и сердце, выскакивающее из груди. Идти в чужое купе страшно, но остаться ещё страшнее.
– Не теряйся! Вот и ответ на молитвы о спасении! Об этого чела Славик зубы сломает! – наставляла Таня, передавая Артёма в дрожащие руки.– Предложит помощь – не отказывайся! Набери, как сложится. Тётке другую сиделку найду, если что.
Обе не сдерживали слёзы, целуясь на прощание.
– Если «ОН» узнает…
Таня перебила качающую головой подругу:
– Горжусь твоей решительностью! За меня не бойся. Не впервой с ним бодаться. Я возьмусь за защиту Вити. Его мальчики будут меня охранять.
Она вытащила из кармана разрывающий воздух смартфон, с ухмылкой проговорив:
– А вот и Лена нарисовалась. Эта сука не знает слова «стыд»! – Умолчав о десяти пропущенных от Славы.
Мороз пробежал по позвоночнику. Ублюдок взял след.
Проводница оттеснила Лину, убирая подножку.
Поезд дёрнулся и начал набирать ход…
Глава 4
Незнакомец ждал в коридоре. Он успел скинуть пиджак. Широкие плечи и мощные бицепсы обтягивала белая футболка. Как-то не походил он на чиновника, от визитки которого у проводника полезли глаза на лоб.
– Проходите, я закажу чай и найду чем накормить малыша.
Лина стояла как вкопанная, шестым чувством осознавая, что это не просто встреча двух случайных людей. Разойтись в разные стороны через шесть часов не получится.
Она затравленно оглянулась назад. Дверь на свободу захлопнулась и прямо сейчас надо сделать выбор. Идти в неизвестность или вернуться в кошмар родного города. Хуже жизни со Славой ничего не может быть.
Лина поцеловала кулачок сына, с интересом разглядывающего большого нового друга и шагнула навстречу.
На узком, выпирающем столе лежала запечённая курица в фольге. Контейнер с мытыми овощами, такой же с фруктами и пирожки из духовки.
Так вот что занесло явно небедного мужчину на небольшую станцию в добрых полдня пути от Москвы.
В душе сразу стало тепло. Благодарный сын не забывает родителей или…
– К маме в гости приезжали?– закинула она удочку в личную жизнь незнакомца.
Он улыбнулся, ямочка на крупном подбородке стала отчётливее. В уголках карих глаз появились лучики. Мощь и надёжность, первые ассоциации рядом с большим мужчиной. А ещё приятный аромат дорогого парфюма. Всё располагало к общению.
Но Лина помнила, что вот так же, как бабочка на хищный цветок, когда-то попала в ловушку обаяния Славика.
– Курочка!– Тёмка потянулся к аппетитной поджаристой ножке.
– Сына, а руки помыть?
Урчание в животе выдало голод мамы. Лина так и не прикоснулась ни к чему на свадьбе. Кровь прилила к корешкам волос. Она покраснела, размышляя в какую из сумок сунула гигиенические средства, если вообще не забыла их взять.
Брюнет не сдержал смех. Заразительный, добрый. Вслед за ним рассмеялся Тёмка.
– Меня накормили до отвала, иначе не отпускали, – здоровяк протянул мыло и полотенце смущённой красавице. – Идите, пока там не собрался народ. Я вслед за вами. Закажу чай. Кофе есть в термосе.
Лина отводила взгляд. По привычке опасаясь смотреть на мужчин. Никогда не знаешь, где в этот момент Слава и не следит ли за тобой.
А он напротив не скрывал любопытства, открыто разглядывая ладную фигурку скромной блондинки.
Лина ахнула, разглядывая измученное лицо в зеркале. Тушь под глазами прикрывала круги от бессонницы. Волосы спутанные и не понять, что за причёска в начале дня украшала голову. Пальцами расчесала длинные локоны. Целиком смыла косметику и только потом промокнула лицо чужим полотенцем.
Тёмка терпеливо молчал, прижавшись к ноге мамы. Лина поправила, нелепое в дороге, светло-серое платье подчёркивающее цвет больших глаз. Подхватила сына на руки и отправилась знакомиться с неожиданным благодетелем, чувствуя себя чистой.
Если бы так же смыть с души грязь прожитых с мужем лет. Или страх, что не отпускает ни на секунду.
– Скажешь дяде, как тебя звать?
Тёмка кивнул.
– Он папин друг?
Вот кто любил отца независимо от всего. Беззаветно и преданно.
– Нет, но человек хороший. А хороших людей надо что?
– Любить!
Она чмокнула курносый носик, с наслаждением втянув родной запах. Вот ради кого она станет бороться. Будущее для неё имеет имя сына. Нежность в серых глазах.
– Солнце моё любимое!
Маленькие ладони сдавили щёки. Ответный поцелуй пухлыми губками в нос и признание, от которого тает сердце:
– Я тебя люблю!
Громкий мужской смех заставил Лину вздрогнуть. Она продолжала во всех видеть и слышать тирана мужа. Ноги сами собой ускорились в спасительную тесноту комнатки на четверых.
Она входила в купе с нацепленной улыбкой. Открытое лицо без грамма косметики, немного прибранные волосы и свет в больших глазах, обрамлённых длинными пушистыми ресницами.
Незнакомец задержал на мгновение дыхание. Редко кому так шло любое отсутствие чужеродных красок. Он не сдержался:
– Вы очень красивая.
Лина смутилась.
