Ульяна Соболева
Любовница Президента
ЛЮБОВНИЦА ПРЕЗИДЕНТА
Книга 2
Ульяна Соболева
АННОТАЦИЯ
Я продала себя сама. Ему, незнакомцу, который остановился проездом в
нашей провинциальной гостинице в ненастную ночь. Но я не подозревала,
кем именно окажется мой покупатель. Продала свою девственность и красоту
за возможность сбежать от нищеты и издевательств мачехи с отчимом.
Теперь я содержанка самого влиятельного человека в стране. А на самом
деле я всего лишь вещь. Без права на любовь, материнство и свободу.
Когда я ему надоем, то меня просто убьют.
ХЭ
Сложные отношения
Герой с огромной властью
Очень жестокий герой
Сцены жестокости
Очень много эмоций
Любовь по принуждению
Альтернативная Россия
Пролог
Мир катят те, кому на это хватает ума и сил, а остальные бегут следом и
спрашивают, куда же он катится, вместо того чтобы потеть и толкать с
остальными
(с) Ульяна Соболева. Пусть любить тебя будет больно
Яхта отплыла, и я чуть не разрыдалась, понимая, что была в шаге от
спасения.
Через несколько минут мы оказались на корабле. Нас увели в одну общую
каюту. Всем руководила молодая и красивая женщина. Она говорила на
русском языке с легким акцентом. Представилась Лаурой.
– Вас вызовут по одной. Выйдите на сцену. Покрутитесь у шеста. Снимите
одежду под музыку. Показываем грудь, попу. Другие места не надо.
Похлопайте ресницами, покрутитесь. Чтоб было
эротично и сексуально. Кому— то нужно расслабиться? Выпейте шампанского. Покупатели должны загореться. А у меня самые улыбчивые малышки.
Рыжая взяла бокал, выпила залпом и выдохнула.
– Кааайф. На, выпей. Расслабься. Отпустит сразу.
– Не надо. Не хочу!
Оттолкнула ее руку и села на кожаную скамейку.
– Ну смотри, твое дело. Будешь там скованно вертеться, не купит никто.
Они любят поразвратней. Чтоб обслужила по полной. Не первый же раз.
Я отвернулась от нее и облокотилась лбом о прохладную обшивку.
– Ты! Кислую рожу оставь дома. Улыбайся мне, поняла?
Женщина, которая командовала здесь всем, взяла меня за
подбородок. Как она сказала ее зовут? Лаура?
– Не испорти мне аукцион. Не то я испорчу всю твою никчемную гадскую
жизнь! Выйдешь под номером пять. На. Прицепи на бретельку пеньюара.
Я автоматически взяла номер и приколола булавкой к кружеву.
– Вот так. И улыбайся!
Девушки уходили по одной и больше не возвращались. С каждой минутой моя
паника становилась все сильнее. Я как будто начала осознавать, что
происходит, и от этого у меня жутко захватывало дух и замирало сердце.
– Номер пять!
– Иди!
Рыжая подтолкнула меня.
– Иди, тебя вызывают. Давай! И не бойся. Если реально понравишься
крутому чуваку, все зашибись у тебя будет. Поняла? Потанцуй, поулыбайся.
Ты очень красивая. Слышишь? Очень! Может, и наладится все и…жизнь
новая будет! Содержанкой самого президента станешь!
Я истерически рассмеялась. Хохотала, глотая слезы. Содержанкой
президента....
– Надо смочь. Кроме тебя здесь о тебе больше никто не позаботится! Иди!
Меня провели по узкому коридору, застеленному ковровой дорожкой, в
темное помещение, похожее на зал. Освещена только сцена с шестом, играет
музыка, и голос говорит на трех языках по очереди, в том числе и
по— русски.
– Номер пять. Брюнетка. Вес – 49 килограмм, зеленые глаза, белая кожа.
Размер груди четвертый. Рост метр шестьдесят пять. Девятнадцать лет....
Он говорит, а меня трясет. Я никогда не представляла, что со мной такое
может произойти. Мне приказывают снять пеньюар, и я как сомнамбула
подчиняюсь.
– Минимальная ставка…
Я иду к шесту. Кручусь вокруг него. Трусь об него спиной и плачу. Я не
могу остановиться. У меня не получается только улыбаться. Я плачу и, как
марионетка, растягиваю губы в идиотской усмешке. Снимаю лифчик.
– Ставка сделана. Время пошло.
Он озвучивает новую цену и снова дает время. Те суммы, которые я слышу,
не укладываются у меня в голове. Мне кажется, что так не бывает. И такие
деньги…Они безумно огромные, и в то же время человек бесценен. Его же
нельзя купить.
Я хожу по сцене, и мне шикает кто— то из— за штор.
– Танцуй! Верти задницей! Что ты стала? Давай! Ставки растут!
– Невиданные суммы! У нас осталось всего два участника, господа!
Остальные сошли с дистанции! Пусть наша девушка снимет трусики! – —
продолжает голос на трех языках. И русский из них второй.
– Давай! Раздевайся! – — шипят мне, и я стаскиваю трусики дрожащими
руками.
– Обалдеть! У нас самая высокая ставка за время существования аукциона!
Предложена для того, чтобы наша русская красавица оставалась в трусиках.
Итак! Я считаю до трех! Раз…два…три…! Продана!
Ничего более жуткого я никогда в своей жизни не слышала. Меня продали.
Неизвестно кому за огромные деньги! Я больше никогда не стану свободной!
И самое жуткое – — КТО МЕНЯ КУПИЛ?
Глава 1
Молчание дается труднее всего, особенно когда хочется кричать, говорят,
это самое сильное психологическое насилие, а я бы назвала это высшей
точкой мазохизма.
(с) Ульяна Соболева. Пусть любить тебя будет больно
Меня куда— то везли. В джипе. Точнее, в багажнике этого джипа. Я лежала
там со связанными руками и ногами и с кляпом во рту. Машину трясло на
ухабах, я слышала голоса мужчин, говоривших на чужом языке, точнее, на
нескольких языках. Мычала и билась внутри, но меня как раз никто не
слышал. Или делали вид, что не слышат. В какой— то момент я поняла, что в
машине сменился водитель. Кто— то другой сел за руль, так как прежний
постоянно пел и слушал радио, а этот ехал в полнейшей тишине. Потом
звуки стихли, даже звуки улицы, а внутри становилось все жарче и жарче,
как будто меня посадили в духовку и постепенно поднимали градусы. Все
выше и выше, выше и выше. Пока стало совершенно невыносимо, и от жажды
не пересохло в горле. Я хотела закричать, но именно в этот момент машина
остановилась. И стало еще страшнее. Я затаилась и задержала дыхание.
Багажник открыл человек в маске. Он наклонился, словно рассматривая
меня. Из— за яркости солнца я видела только силуэт. Жуткий незнакомец
выдернул меня изнутри, и я с ужасом увидела, что мы находимся в пустыне.
Вокруг одни барханы из песка, пугающая желтизна и ярко— синее небо с
безжалостным, палящим солнцем в зените. Оказывается, солнце может
напугать до дрожи во всем теле. Мне почему— то показалось, что именно оно
и станет меня казнить. Если только раньше этот человек не расправится со
мной.
Меня грубо вытащили из машины за шкирку и швырнули перед собой. Я начала
быстро отползать назад, пытаясь заслониться от лучей и рассмотреть
своего мучителя.
– — Кто вы? Зачем я вам? Зачем мы здесь?
Мужчина молчал, и я совершенно не видела его лица. Черная маска с
прорезями для глаз и темные очки делали его похожим на манекен. Огромный
и жуткий. А солнце слепило меня так, что весь его силуэт казался мне
черным пятном, нависшим надо мной, и вдруг я поняла – — он меня
действительно здесь убьет и бросит мое тело гнить в этих песках.
– — Вы меня убьете? Да? Убьете?
Но жуткая тень показала мне жестом раздеться. Я отрицательно качнула
головой, и тогда он просто разодрал на мне всю одежду. В лохмотья, на
куски. Методично и как— то равнодушно безжалостно сдирал кусок за куском,
пока не оставил на мне даже ниточки. Я уже не кричала. Меня сковало, как
будто я вся застыла от панического ужаса. Такого лютого страха я никогда
в своей жизни не испытывала. Неужели меня купили за такие огромные
деньги, чтобы убить в пустыне? Или это такой ритуал у этого маньяка?
Совершенно голой он связал мне руки и привязал другой конец длинной и
прочной веревки к машине сзади под багажником, а потом просто сел за
руль и поехал. Достаточно медленно, чтоб меня не поволокло по песку, и
достаточно быстро, чтобы мне пришлось бежать вслед за машиной.
Он сумасшедший. Я попала в руки к чокнутому психу, и он…он просто
заставил меня бежать по пустыне вслед за машиной. Вначале это было не
так уж и сложно, но потом солнце, усталость и жажда начали сводить с
ума. Не знаю, сколько времени я вот так бежала. Но ничего более
унизительного и жуткого со мной никогда не происходило.
