— Схожу за пледом.
Когда, умывшись и приведя себя в порядок, я вернулась с пледом в охапке, он уже вальяжно развалился на моем диване, оставшись только в джинсах и футболке. Бросив на меня быстрый взгляд, он похлопал по дивану рядом с собой, продолжая щелкать пультом. Я забралась на диван с ногами, замотавшись в плед, и обложила себя со всех сторон подушками. Он покосился на всю эту конструкцию и что-то пробурчал себе под нос.
— Судя по стерильной кухне, еды у тебя не водится?
Я пожала плечами.
— Из еды у меня только джин.
Он закатил глаза к потолку и вытащил из кармана джинсов смартфон.
— Что будешь?
— Что-нибудь острое с курицей.
— Как скажешь, — протянул он со странной улыбкой.
Смысл этой улыбки до меня дошел только через час, когда журнальный столик оказался завален всевозможными острыми блюдами с курицей, которых хватило бы на целую толпу.
— Ты настоящий псих! — рассмеялась я, наблюдая, как он невозмутимо распаковывает пакеты с едой.
— Псих — да, но иногда бываю милым, — он подмигнул.
Тем хуже для тебя.
Глава 9
За окном уже рассвело, когда я открыла глаза и обнаружила себя между спинкой дивана и причиной моей вчерашней идиотской истерики. Он безмятежно спал, по-хозяйски обхватив меня одной рукой. Слава Одину: мы оба в одежде. Я зажмурилась от нахлынувшего разочарования в себе самой. Никакого инстинкта самосохранения! Никакой осторожности! Да что, вашу мать, со мной такое?
Какая же я дура… Просто идиотка. Выдала себя с потрохами. Стоит ему копнуть чуть глубже — и все, хана моим попыткам выпутаться из всего этого дерьма. Твою мать, Мира!
Я несколько секунд унимала пульс, неподвижно уставившись в одну точку. Надо как-то аккуратно вылезти из-под его руки и пойти умыться, пока он спит.
Оба наши мобильника на столе одновременно пискнули.
Черт!
Парень тут же открыл глаза и несколько секунд не моргая смотрел на меня. Видимо, пытался понять, какого хрена он тут делает.
Вот и у меня тот же вопрос. Спать с собой я его точно не просила. Вполне вероятно, что я вырубилась первой, но это совсем не значит, что ему нужно было делать то же самое!
Удивительно, но проспав всю ночь на чьем-то диване, этот засранец выглядел не хуже, чем когда над ним трудилась армия стилистов.
— Насмотрелся? — не выдержала я. — Не мог бы руку убрать?
На его лице появилась привычная холодная усмешка. Разумеется, ничего он не убрал, и, продолжая с издевкой смотреть на меня, потянулся свободной рукой к столику за своим смартфоном.
Я поджала губы. Невыносимый баран.
Он, наконец, перевел взгляд на экран своего гаджета и нахмурился, изучая сообщение. Затем поднял на меня глаза.
— Крис пишет, что раз мы ночуем вместе, то надо сделать несколько селфи влюбленной парочки и скинуть в чат. Пиарщицы обработают и сделают посты. Доброе утро, кстати, — он зевнул, потянувшись вместе со мной под боком, и его футболка задралась, оголяя рельефные мышцы живота.
— Какого хрена? — взвилась я, поскорее отводя глаза от его соблазнительного пресса, — Как она…
— Геопозиция. Оба телефона постоянно отслеживают, — скучающим тоном сообщил он.
Разумеется, могла бы подумать на полсекунды дольше, вместо того, чтобы таращиться на его тело. Но нет, вместо этого — плюс один к моему рейтингу безмозглой дуры.
— Как же она меня бесит! Какого черта ты приехал? Теперь она будет думать, что мы спим вместе! — мой маленький моторчик ярости завелся на полную катушку.
Он сел, освободив, наконец, меня от своей тяжелой лапы.
— Во-первых, она с самого начала так думала, во-вторых — мы спим вместе.
Я швырнула подушку на пол.
— Это другое, придурок!
— Ну как сказать. Пока другое, — он скользнул взглядом по моим губам.
Я зарычала и экстренно скатилась с дивана, бурча под нос названия всех представителей рогатого скота, которых только смогла вспомнить.
На половине пути к ванной комнате я поняла, что он идет следом за мной. Резко остановилась и развернулась на месте.
— И какого хрена ты плетешься сзади?
— Мы же идем делать селфи. Разве нет? — невозмутимо поинтересовался парень.
— Иди делать селфи в другое место! Я хочу умыться и привести себя в порядок.
Он потянул меня за край майки к себе.
— Нет. После в порядок себя приведешь. Мы же с тобой хотим настоящие фотки, правда?
— Мы никакие фотки не хотим! А чего хотите вы — я вообще без понятия! — я выдернула обратно край своей майки из его лап.
— Мы на работе, — его тон окатил меня холодом, пробирающим до самых костей. — И эта работа не имеет ничего общего с тем, чего мы хотим. Готов спорить, что ты не мечтала о том, чтобы с тебя снимали трусы на глазах обдолбанной толпы ублюдков. И я с гораздо большим удовольствием сделал бы это в своей спальне, а не там, но всем насрать на наши хотелки. Но вот что мне действительно необходимо, так это отработать этот долбаный контракт. И я сделаю что угодно, чтобы все шло так, как запланировано. И тебе придется делать то же самое. Свыкнись с этой мыслью. И подчинись. Если ты продолжишь так реагировать на каждую фигню, которую от нас требуют — у нас с тобой ничего не выйдет. И, иногда мне кажется, что ты именно этого и добиваешься, — его серые глаза пристально сканировали мое лицо.
Я сглотнула. Нейтральное лицо. Мне нужно показать нейтральное лицо.
— Да пожалуйста. Хочешь селфи с растрепанной вонючей мышью — на здоровье.
— Ты на комплименты набиваешься? — улыбнулся он, неожиданно взъерошив мне волосы. — Вот так. Вот так похоже, что у нас была веселая ночь.
Я фыркнула.
— Футболку сними, весельчак. Я не трахаюсь с мужиками в одежде.
Его глаза сверкнули недобрым блеском, но Фаер все же стянул с себя футболку. Я мазнула взглядом по его мускулатуре и с трудом подавила тяжелый вздох.
— Ты вообще в ближайшее время трахаться с мужиками не будешь. В одежде или без, — ровным голосом сообщил он, бросая свою футболку на барный стул.
— Ты прикалываешься?
— Не-а, — протянул он с издевкой, не сводя с меня глаз. — Я не собираюсь ни с кем делиться своей женой, пусть и фиктивной. И очень не советую тебе даже пытаться. Ничем хорошим это не закончится. Особенно для того придурка, который окажется настолько тупым, что решит подкатить к тебе свои яйца.
Кажется, я от возмущения чуть не прикусила себе язык.
— Сбавь обороты, Фаер! По контракту я могу спать с кем хочу, нужно только подписывать…
— В этом исключительном случае плевать я хотел на контракт. Считай это предупреждением, — резко перебил он.
— Пошел ты! Я не твоя собственность! Я тебе вообще никто, как и ты мне. И, стоп, мне, значит, нельзя, а тебе наверняка можно? Ты, разумеется, себе ни в чем отказывать не собираешься и продолжишь с чистой совестью трахать все, что шевелится, так?
— Ты только не заплачь от обиды, королева целомудрия, — едко усмехнулся он.
Пошел ты. Пошел! Ты!
Я сжала зубы и поднесла мобильник к лицу, чтобы разблокировать. Надо сделать фотки до того, как я превращу его мерзкую рожу в фарш.
— Отлично. Я тебя услышала. Только вот мне глубоко наплевать на твои предупреждения и твои идиотские правила. Так что засунь их себе куда подальше. Я делала и буду делать что хочу. И если я захочу потрахаться сразу с тремя твоими приятелями прямо в день нашей фиктивной свадьбы — так оно и будет.
Демонстративно не глядя на него, я уткнулась в экран телефона, открывая приложение с камерой. Где-то внутри меня маленькая девочка грызла ногти и молилась всем богам сразу, чтобы он не придушил нас за такие слова.
Он же, как назло, молчал целую вечность, а потом резко выхватил мобильник из моих рук и грубо толкнул в сторону ванной комнаты.
— Какого черта? — я попыталась упереться, но тщетно.
Фаер ожидаемо проигнорировал мое сопротивление и шагнул вместе со мной внутрь. Все так же молча развернул меня за плечи, поставив перед собой. Теперь перед нами было зеркало во весь рост, и на несколько долгих секунд мы оба замерли, напряженно изучая наше общее отражение: вполне себе гармоничную картинку портили лишь яростные взгляды, насмерть зацепившиеся друг за друга.
Его и без того четко очерченные скулы стали совсем квадратными, в серых глазах плескалась жидкая ртуть, губы сжаты в одну линию — весь его вид источал угрозу. Дикую, едва сдерживаемую ярость. Это завораживало и пугало одновременно. Оцепенев, я наблюдала, как его пальцы медленно двинулись вверх по моим рукам, оставляя за собой дорожку из мурашек, пока не добрались до самой шеи. В полумраке его татуировки на руках выглядели как настоящая драконья чешуя, и это делало его больше похожим на порождение преисподней, чем на обычного мужчину.
Я дернулась в сторону двери, но он лишь сильнее сдавил мои плечи, фиксируя на прежнем месте.
— Стоять. Мы только начали. Я предупреждал: я не буду ублюдком, пока ты ведешь себя адекватно. Но, раз уж сегодня на смене Рори, я могу себе ни в чем не отказывать.
Это плохо. Это мне совсем не нравится.
Его отражение неспешно наклонилось к моей голове, красиво очерченные губы почти коснулись моего уха.
— Я научу тебя отвечать за каждое сказанное слово, моя дорогая будущая женушка. За каждое.
Сердце гулко стукнуло в ответ на низкую вибрацию его голоса.
Его пальцы скользнули выше, к моим губам.
— В день нашей фиктивной свадьбы, моя милая, тебе будет не до грязных мыслей, потому что, как только мы покончим с основной программой, ты официально станешь моей. Игрушкой, собственностью, шлюхой — мне все равно, как ты будешь это называть. Ты поедешь со мной в наш новый дом, а там, как только за нами закроется дверь, прямо у порога, ты снова останешься без трусов. И будешь оттрахана за троих, а если я буду в настроении — за четверых. Так, как ты того заслуживаешь: грубо, грязно и больно. Как самая дешевая шлюха. Хотя даже они иногда получают удовольствие от процесса, а я позабочусь о том, чтобы удовольствие ты получала только в качестве награды. За очень, очень хорошее поведение. А мы оба знаем, что ты на это не способна, — злая, опасная улыбка заиграла на его губах. — После ты не только думать не захочешь про потрахаться с кем-то еще, но и пару дней на жопе сидеть не сможешь. А потом мы повторим, чтобы закрепить результат, — он с силой надавил пальцем на мой рот, вынуждая разомкнуть губы. Вкус его кожи на моем языке яркой вспышкой обжег обостренные рецепторы. — И ты будешь моей игрушкой столько, сколько мне будет это интересно. Ты вся. А когда мне наскучит — я сам тебя подброшу до ближайшего бомжатника, где ты, наконец, сможешь выбрать себе кого-нибудь по вкусу. Милая.
Он еще раз злобно усмехнулся в ответ на мой оторопелый взгляд и затем прижался губами к моему виску, после чего глаза ослепила вспышка камеры. Потом еще и еще. После третьего щелчка он резко выпустил меня.
— Интересная заставка, кстати. Так и знал, что сохранишь, — он усмехнулся, ставя мой мобильник на блок, а потом пренебрежительно швырнул его на край столешницы рядом с раковиной. Окинул меня напоследок коротким взглядом и стремительно вышел, ни звука больше не сказав.
А я осталась стоять на месте. Стоять и не моргая смотреть в свое отражение. Где-то далеко хлопнула входная дверь — он ушел, ушел как ни в чем не бывало заниматься своими делами, жить своей жизнью. А я осталась бледным отражением в куске хрупкого стекла.
Пронзительный писк мобильного заставил дернуться от неожиданности. Я шмыгнула носом и открыла мессенджер. Сообщение от нашей драгоценной режиссерши:
“Ребят, вы там не слишком увлеклись? Мы ждем материал”
“Фотки у Рори” — тут же отозвался Флаер.
Я отложила телефон, умыла лицо ледяной водой. Дважды почистила зубы.
Телефон снова пикнул. Кристина Суровая явно не отличается терпением:
“Рори?”
Собравшись с духом, я прислонилась к холодной стене спиной и нехотя открыла галерею. Оттуда на меня смотрели три новые фотки. Горячая парочка в ванной — мужчина с голым торсом прижимает к себе девушку, крепко обхватив ее рукой. Его лица не видно — он уткнулся в ее висок, как будто в поцелуе. А она держит губами его палец, как будто в порыве страсти. Никому и в голову не придет, что тут происходило на самом деле. Меня выдавали только глаза — наполненные страхом, удивлением и болью. К счастью, на одной из трех мои глаза закрыты: видимо, моргнула от яркой вспышки. Ее я и скинула в общий чат.
“Класс, горячо! Только одна?” — вопрошала Крис.
Я поспешила с ответом, пока Фаер меня не опередил:
“Только одна.”
В личный чат тут же упало сообщение от него:
“Отправь мне две другие. Хочу видеть твои глаза”
Я со всей дури швырнула телефон в противоположную стену, отчего он незамедлительно разлетелся на осколки.
Двумя часами позже я бесстрастно высыпала перед только что вошедшей Лизой груду телефонных останков:
— Мне нужен новый. Сегодня же. Закажи и сделай так, чтобы он ничем не отличался от старого.
Лиза виновато посмотрела на меня и тут же отвела глаза.
— Конечно. Заказываю. Через час будет здесь. У тебя приглашение на сегодняшнюю вечеринку в Атлантиде от Сержа Галанта. Идешь?
Черт, я совсем забыла.
Серж-мать-его-за-ногу-Галант. Гениальный модельер и жуткий бабник. Именно он привел меня в этот бизнес. Вернее, его рекрутер, который нашел меня в ночном клубе, где я подрабатывала официанткой вместе с подружкой, как только мы обе сбежали из родных краев. Банальнее не придумаешь — наивная провинциалка попала сразу к акуле модельного бизнеса. Хотя от моей наивности очень быстро ничего не осталось. Мне довольно быстро стало понятно, как именно тут все устроено — на собственной шкуре, к сожалению. Хочешь работу — выгрызай право выйти на подиум собственными зубами. Хочешь быть лучшей — иди по трупам, и только так. Единственное, в чем я ему так и не уступила — это в настойчивом, почти маниакальном требовании с ним переспать. Если бы я знала тогда, что это уязвит его самолюбие настолько, что он сплавит меня к своему другу-продюсеру, несмотря на то, что я была одной из самых перспективных его девочек… И если бы знала, что меня там ждет… Я бы трахалась с ним по три раза на дню, честное слово. Я бы умоляла оставить меня на своем месте. Я бы в ногах у него валялась. Потому что несмотря на то, каким неприятным типом он был, он был честен в своих намерениях относительно меня. И он не стал брать меня силой в каком-нибудь углу, хотя мог, разумеется. Он просто избавился от меня, как от бракованной тряпки.
— Рори?
— Иду.
— Уверена? Может…
