Эрли Моури "Ваше Сиятельство 1"

Он рождался и умирал много раз, впрочем, как все мы. Но есть разница: он помнит все прошлые жизни, их бесценный опыт. С этим опытом и огромными возможностями он уже больше, чем человек. Вот пришло время: теперь новая смерть и новая жизнь, предстоит выбрать привлекательное тело для нового воплощения. Но здесь появляется богиня и просит… Впрочем, о чем она просит – в самой книге. Новая жизнь в теле графа Елецкого, конечно, начнется с потрясений. Он молод и полон сил, полон знаний, которых нет у других. А еще вокруг него невыносимые красавицы и столько юных соблазнов! Ах! В общем, читаем не аннотацию, но читаем книгу!Предостережение: в книге будут откровенные сцены 18+. Здесь даже боги могут повести себя нескромно.

date_range Год издания :

foundation Издательство :Автор

person Автор :

workspaces ISBN :

child_care Возрастное ограничение : 18

update Дата обновления : 14.03.2024

– За полтора, – уточнил я. – Некоторыми стараниями. А ты, Айлин, не узнал тебя. Зачем остригла волосы? – я наклонился, чтобы поднять со ступеней ее сумку с учебниками.

– Тебе не нравится? – она тут же погрустнела. – Ты же сказал позавчера, что тебя раздражают мои длинные волосы.

– Я?! Разве я так говорил? – и тут вспомнилось: когда я только вселился в тело графа, лежавшего с тяжелым ножевым ранением, то действительно сказал что-то подобное, но я имел в виду совсем другое. – Айлин! Ты неправильно меня поняла! Ты тогда опиралась мне на грудь – было больно, и еще твои длинные волосы лезли мне в рот. В общем, они доставляли мне малость неприятностей лишь один раз в один короткий момент, а так мне всегда нравились твои волосы.

– Ну вот… Я хочу… – она вздохнула, идя рядом со мной к школе.

– Что ты хочешь? – я остановился.

– Чтобы мы всегда понимали друг друга правильно. И еще хочу нравиться тебе, – она тоже остановилась.

– Ты мне и так очень нравишься, – сказал я, перехватил вторую сумку в левую руку, правой обнял ее и поцеловал в губы. От ее волос пахло розами.

– Сашенька!.. – мне кажется она вся задрожала. – А знаешь, что я решила?

– Что? – я чуть ослабил хватку.

– Я буду поступать в Суворовскую вместе с тобой. Папа, конечно, будет против, но я уже все решила, – радостно сообщила она.

Я шел молча, чувствуя с каким нетерпением она ждет мой ответ. И уже за поворотом, выходящим прямо к школе, сказал:

– Айлин, дорогая, ты не представляешь как это сложно. В суворовке нет поблажек для девушек. Пойми очень важное: ты не воин в душе. Только не обижайся. Ты просто другая: нежная, женственная – именно это украшает тебя. Понимаешь? Ты хороша такой, какая есть сейчас. Зачем тебе издеваться над собой и стараться изменить свое естество через серьезные трудности? – я искоса глянул на нее и встретился со взглядом упрямых синих глаз.

Она говорила о том, что хочет быть со мной, что вынесет любые испытания, а я представлял какие тяготы, прежде всего физические, свалятся на ее неподготовленное, щупленькое тело. Ведь даже на школьной физподготовке Айлин держалась в скромных середнячках. Да, в суворовке учится довольно много девушек, но это другие девушки, как правило, дочери военных, с детства росшие в достаточно суровых условиях. И тут на ум пришла неплохая мысль.

– Ай…линлин, – сказал я, вовремя дополнив ее имя, чтобы избежать обиды, – а ты знаешь, что там же в Редутах есть Институт Умных Машин, почему бы тебе не поступить туда. Он, кажется, находится на соседней улице с Академией Суворова. Тем более тебе механо-биология всегда нравилась. Если ты поступишь на УмМаш, мы сможем видеться часто. Редуты – маленький городок. Когда будут отпускать, вместе будем ездить в Москву.

– Я подумаю, Саш, – отозвалась она, заходя в приоткрытые ворота на школьную территорию.

– Мы это еще обговорим. Вместе подумаем, как нам двоим будет лучше, – заверил я.

Кажется, мои последние слова ее успокоили.

Мы уже поднимались по ступенькам к центральному входу, здесь Айлин всегда забирала свою сумку с учебниками. До начала занятий оставалось еще минут десять. На лестнице и под длинным портиком собралось много учеников, в основном с третьего и четвертого класса. С нашего пятого стояли лишь Лужин и еще паренек из параллельного класса – его фамилию я не помнил. Лужин, увидев меня, живым и практически без смачны синяков на лице, конечно, обалдел – так и застыл с прилипшей к губам сигаретой. Мы с Синицыной безразлично прошли мимо, поздоровались с директрисой на лестнице и поднялись на третий этаж в класс.

Когда мы с Айлин зашли, на миг наступила тишина. Я лишь уловил чей-то шепот:

– Морда целая. Все наврали.

Граф Сухров сидел на последней парте с Грушевой, бесцеремонно поставив ноги на сидение. В темно-сером, расстегнутом до живота костюме, он походил на сердитого демона.

Потом кто-то из второго ряда сказал:

– Розовая дура!

И многие вдруг подхватили:

– Айлин – розовая дура! Айлин – дура! Идиотка конченая! Связалась с неудачником! Его скоро убьют! Скорее бы уже! – орали с разных сторон. В основном братья Брагины задавали тот. Еще Савойский и Адамов – те, кто всегда шестерил перед Еграмом Сухровым.

– Заткнитесь! – громогласно сказал я. – Если еще хоть одна мразь, оскорбит Айлин, то будет иметь дело со мной!

По классу прошел смешок.

– Ой, как страшно! Сейчас усусь! – скривил физиономию Подамский.

И тогда я понял, что моим изначальным настроениям – не светить магические способности – не суждено сбыться. Я вскинул руки, вмиг впитывая силу эрмингового потока, глубоко вдохнул, переводя силу в ладони, и толкнул кинетическую волну. Тетради, учебники с ближних парт полетели на пол, перевернулся стул и Подамский с грохотом слетел с парты.

Повисла тишина, в этот раз вовсе глухая. На меня смотрели десятки изумленных и испуганных глаз. И, как ни странно, первая подала голос Айлин:

– Саш, ну что ты! Не надо так!.. – она сказала это испуганным шепотом, схватив мою руку.

– Ты думал кого-то напугать своим дешевым фокусом? – Сухров слез с парты и медленно направился ко мне.

За ним последовало оба Брагина. Краем глаза я заметил, как в класс вошел Лужин, став позади меня.

Глава 6. Усы Тигра

Странно что за тысячи лет я никак не могу привыкнуть к мысли: неприятности, если они начались, то самый верный план рушится. Вот и сейчас мои изначальный замысел давал трещину. Я опять оказался в центре внимания, обладание магией я засветил, теперь только оставалось нарваться на драку с Еграмом именно сегодня, не получив хотя бы пару дней на подготовку.

– Пугать никого не думал, я лишь предупредил: если хоть одна дрянь из класса тронет госпожу Синицыну, то отхватит большие проблемы, – сказал я, встретившись с ним взглядом.

С минуту мы стояли друг против друга, играли в гляделки. Сухров не допускал мысли, что он – признанная гора школы – может сломаться и отвести в сторону глаза раньше кого бы то ни было. Только, я – знающий, что такое смотреть в жуткую вечность – мог пронзать его взглядом бесконечно долго. Он моргнул. Моргнул второй раз, дернулась мышца щеки, губы недовольно скривились. Я вполне понимал, как ему неуютно от моих глаз. Граф Сухров все яснее чувствовал, что в этой маленькой безмолвной дуэли происходит что-то не то, к чему он привык. Стоявший позади меня Лужин, сам того не понимая, пришел ему на помощь:

– Еграм, так ты же вчера очень даже ее тронул, а отхватил все равно Елка, – Лужин, как и некоторые другие, пренебрежительно назвали меня «Елкой».

Было желание прямо сейчас, не поворачиваясь, врезать ему локтем под дых. Я чувствовал, где он стоял, и удар мог выйти такой, что Лужа сразу растекся бы по полу. Но, не стоит. Пока я все еще пытаюсь соблюсти некоторые пункты моего простого, на первом этапе мирного плана.

– Получается, я – дрянь? Так? Та самая дрянь, которая от тебя отхватит большие проблемы? – Сухров вернул взгляд от Лужина ко мне, его щеки заиграли желваками.

– У тебя есть сомнения? – я не сводил с него взгляда, твердого, излучающего уверенности больше, чем все звезды вселенной излучают света. – Если есть, то предлагаю поединок через два-три дня. При свидетелях. Можно пригласить весь класс.

– Саша! Пожалуйста, не надо драться! – Айлин вцепилась в мою руку так сильно, что стало больно.

– Кстати, классу будет интересно знать, как ты сбежал позавчера из Шалашей, – вот с этим известием я поторопился. Такой козырь рано было выкладывать. Хотя мои слова мало кто слышал, только стоявшие рядом и даже они могли не понять их смысл.

– Что ты сказал?! – щеки Сухрова отвердели, на них проступил румянец.

– Как интересно! – подала голос Ольга Ковалевская, встала с подоконника и подошла к нам. – Нет, в самом деле будет интересно, если в классе найдется хоть кто-то, кто способен приземлить графа Сухрова, – посмеиваясь она эффектно тряхнула длинными, золотистыми волосами.

Ее глаза… Синие, сверкающие иронией и княжеской гордыней, даже сейчас, когда мне не до княгини, все равно царапнули мое сердце. Конечно, благодаря высокому положению своей семьи, Ковалевская считалась неприкасаемой. Даже Еграм – гора школы – на княжескую колкость не мог ей ответить чем-нибудь оскорбительным. Он будто не заметил слов Ковалевской, и процедил мне:

– Не через два дня. Я не собираюсь ждать! Сегодня, сученок! Сегодня после уроков на пятаке!

Ах, как забавно жизнь смеется надо мной! Она увещает: «Не строй планов – не сработает!». А я такой упрямый…

– Ему нельзя сейчас! У него раны, и ты это знаешь! – вступилась Айлин, уже не сдерживая слезы – они потекли по щекам.

– Раны? Здесь, что ли? – он попытался ткнуть меня кулаком в живот.

Конечно, Сухров, со слов долговязого знал, что тот дважды ткнул меня ножом в живот. И теперь недоумевал: то ли долговязый соврал про нож, то ли я так быстро очухался каким-то совершенно волшебным образом.

Его движение я предугадал и качнулся влево, одновременно отводя кулак Еграма правой. В итоге он попал в пустоту. Со стороны его выпал выглядел неловким, даже смешным. В этот момент, хлопнула дверь, в класс зашел преподаватель по общей механике, и нам пришлось рассесться по местам.

На уроке меня поджидала еще одна неприятность: незачет по полугодовой контрольной. И неприятность оказалась серьезной: общая механика входила в число обязательных предметов при поступлении на любой из факультетов Академии Суворова. Я сидел, просматривая листы своей работы с красными размашистыми пометками проверяющего и думал: «Что ж ты так, Александр Петрович? Черт тебя дери, ведь ты с детства пошел по стопам отца, интересуешься виманами и иной летающей техникой, а тут один из самых основополагающих предметов, на котором строится основа этих машин – незачет!». Мысли эти были обращены скорее к прежнему графу Елецком. Нынешний пока еще не успел отметиться чем-то бесславным в школьных дисциплинах. Разумеется, все знания (или почти все) прежнего Елецкого держались в моей черепной коробке, кроме того, они были дополнены серьезным багажом знаний из моих прежних жизней. Но штука в том, что этот мир, как и наука в нем, изрядно отличались от всего известного мне прежде. Здесь физика несколько иная, другая математика и геометрия со значительными особенностями. Одни построения Закаева чего стоят! Даже таблица химических элементов имела значительные отличия от шести прежних, известных мне. Поэтому постижение как школьных, так и академических наук не обещало стать слишком легкой прогулкой. Но я умел и любил учиться. За многие жизни я разработал свои методы постижения новых знаний, и сейчас был уверен, что общую механику в ближайшее время я подтяну до достаточно высокого уровня. Уже подтягивал, опираясь на прежние знания графа Елецкого, просматривал ошибки в контрольной и одновременно слушал преподавателя, дававшего одну из заключительных тем школьного курса.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию (https://www.litres.ru/chitat-onlayn/?art=70453378&lfrom=174836202&ffile=1) на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Все книги на сайте предоставены для ознакомления и защищены авторским правом