– Выгоните это отребье, это убийца, забравший тысячи жизней. Он отправлял свой народ только ради того, чтобы утолить свой бесконечный голод сражений! – Выкрикнул Граф.
– Мне нечего сказать в свое оправдание… – Склонил голову Подгорец.
– Я убью тебя прямо здесь! – Мужчина взял бокал и разбил его о стену. Осколки упали на каменный пол и превратились в псов с костяными пластинами на спине, горящими алым пламенем глазами и жуткими рогами на голове. Каждая тварь кинулась на Манзера, желая растерзать его на куски. Повелитель Подгорья даже не шевельнулся, когда они оказались рядом с ним. Граф прав. Он недостоин жизни. Он отправлял свой народ на смерть только ради того, чтобы утолить свой голод.
– Столкенский! – Повысила голос императрица, отчего собаки рассыпались. Она прижала мужчину к стене и схватила его за горло, приподнимая над землей.
– Он должен умереть! – Не сдавался тот.
Вдруг дверь распахнулись, и в помещение вошел гигант, который встретил Манзера.
Он в несколько движений оказался около императрицы и положил руку ей на плечо.
– Зоолтара, ваше величество, я лично займусь его наказанием! Прошу, отпустите его. – Взмолился тот. Тело Графа слабело с каждой секундой, а императрица и не думала отпускать его.
– Эмпатион, ты знаешь, что я не люблю тех, кто перечит мне… – Произнесла она настолько холодно, что даже Эрлидгар позавидовал бы этому.
– Я приму любое наказание, только отпустите его. – Гигант не отпустил плечо, даже тогда, когда темная жидкость начала касаться его рук. Было видно, что Эмпатион испытывает сильнейшую боль, но он стойко переносил ее.
– Убирайтесь, вы, оба. – Процедила та сквозь зубы и откинула Графа.
Эмпатион подхватил полумертвое тело Столкенского и вынес его из тронного зала, обернувшись лишь раз, чтобы кивнуть императрице в знак благодарности.
Помещение утонуло в тишине, лишь тяжелое дыхание Манзера прерывало эту прекрасную мелодию.
– Я очень сожалею о прошлом…
– Я знаю, Манзер, я знаю. Все мы жалеем о прошлом, но только тогда, когда это уже поздно. Обычно это происходит на смертном одре, но есть и исключения. Например, ты… – Произнесла та, садясь обратно в кресло.
– Значит…
– Я не договорила, – холодно произнесла та, заставляя Повелителя Подгорья умолкнуть, – однако, твои прошлые ошибки слишком велики, чтобы так просто о них забыть. Я помогу только в одном случае. Если ты выслушаешь меня.
– Я сделаю все, ради спасения своего народа! – Выпалил тот, привставая с кресла.
– Хорошо. Твоя судьба печальна, Подгорец. Ты умрешь от руки призрака, но умрешь, защищая свой народ. – Протянула она.
– Я… готов умереть… – Склонил голову Манзер. – Это будет Эрлидгар?
– Эта война безжалостна, но не она заберет твою жизнь. Падут многие города и погибнут тысячи существ, но твою судьбу это обойдет. Они пришли, но они и вернутся. – Продолжала Зоолтара.
– Я ничего не понимаю, императрица, – высказал тот, – вы говорите загадками!
– Мои загадки – пророчество. Война с призраками станет лишь новым поводом. Мир будет разрушен.
– Я… понял вас. – Произнес он. – Я очень благодарен, что выслушали меня и дали мне шанс.
– Ты сам себе дал этот шанс, Манзер, одно, я знаю точно. Ты переживешь даже меня…
– Я вынужден покинуть вас. – Сказал тот, низко поклонившись.
– Один из ваших городов атакован прямо сейчас. – Ее голос вновь стал холодным и собранным. – Царя Эрлидгара рядом нет, но вашему народу без вас не справиться. Я перенесу вас туда. – Сказала она и провела рукой по воздуху. На полу вспыхнули символы, а затем появилась арка портала.
– Я очень вам благодарен. – Вновь поклонился Манзер, а затем шагнул в портал.
– В один день ты посчитаешь мои пророчества – проклятием… – Покачала головой Зоолтара.
***
Мир мигнул и сменился с темного тронного зала на поле битвы. Подгорца перенесло прямо в смотровую башню, а в городе уже бушевала война. Призраки давили его народ, а тот ничего не мог сделать с ними. В центре армии врага стоял генерал армии, заключенный в тяжелую броню. У него в руках была алебарда, которой тот владел так ловко, что даже Манзер немного позавидовал.
Стена была проломлена. В том, что это место падет, сомнений не было. Всех жителей придется разделить поровну между оставшимися городами. Если, конечно, они выживут.
Больше Манзер не смог на это смотреть. Окно смотровой башни взорвалось изнутри, выпуская Повелителя Подгорья.
Он ударил секирой по земле, создавая волны, идущие к врагу. Многие призраки не увидели это и даже не услышали, за что поплатились своими жизнями. Их тела лопнули, не выдержав вибрации. Большинство, но не все…
Генерал выхватил алебарду и раскрутил над собой, создавая огненный торнадо. Он стремительно направился в подгорца, но тот успел отскочить в самый последний момент.
– Манзер… – Прогрохотало существо. – Значит история Подгорья завершиться сейчас. Я уничтожу вас, а затем и оставшихся.
– За трон и короля! – Выкрикнул кто-то сзади, и все еще живые защитники города начали одновременно атаковать. Зулдас сделал рывок к Подгорцу, делая удар сверху-вниз.
Манзер прикрылся секирой, принимая удар на рукоять. От чудовищной силы оружие, служившие верой и правдой множество лет, треснуло, но не сломалось.
– Ты больше не ровня нам! Мы призраки, а теперь и ваш главный кошмар! – Прошипел гигант, надавливая на оружие.
– Эта война последняя, которую начало Подгорье! – Взревел Манзер, ударяя ручкой по шлему генерала. Урона это не нанесло, зато дало возможность выйти из перекрестья.
Внезапно в спину Зулдаса со звоном ударился меч. Тяжелую броню ему было не пробить, но отвлечь – запросто.
Ему хватило этого, чтобы обернуться, но спереди уже заносил свою секиру Манзер, метя разрубить шею гиганту. Но как? Как такое возможно? Генерал успел заметить краем глаза, как его отряд призраков доживал свои лучшие мгновения. Подгорцы разбирались с ними и перестали нести такие тяжелые потери, хоть и выглядели как убитые. У многих не было конечностей, кто-то сражался обломком чей-то ноги. Но они дрались! Безумцы!
Генерал закрыл глаза. Может Повелитель Подгорья и прав. Призраки проиграют, не в силах противостоять такой воле. Он почувствовал, как кромка лезвия разрубает шлем, затем рвется кожа, и трескается череп. Это заняло всего лишь мгновение, а затем наступила тишина… Тьма забирала его в свои холодные объятия. Тогда за что он сражался? Что же дает ему сил?
***
– Ваше величество… – Начал докладывать подгорец, но его сразу оборвали.
– С запада надвигается огромное войско! – Прокричал чей-то голос.
– Нужно уходить, – покачал головой Манзер, – собирайте всех, кто есть, и убегайте. Им нужен я. После моей смерти они остановятся, хотя бы ненадолго. Я договорился с империями, они помогут нам. Даже Хранители, сама Принцесса Ветра вступит в бой с призраками! – Кричал Повелитель Подгорья. Немногочисленные защитники города смотрели на него и не могли поверить своим ушам.
– Это же невозможно! – Выразился кто-то.
– Мы никогда вас не бросим!
– Я задержу призраков. Несколько недель я смогу выиграть, но я не умру напрасно… – Продолжил тот. В руку удобно лег камень, который создал портал за спиной защитников. – Бегите! Императрица будто знала, что ему он пригодиться.
Никто не побежал. Они умрут, но не убегут. Манзер прекрасно понимал это, но он и так пролил слишком много крови невинных. Секира ударилась о землю, создавая вибрации. Волна отбросила всех тех, кто не желал бежать. Послышались крики, угрозы, но уже по ту сторону портала. Подгорец остался один.
Секира удобно легла в руку, и Повелитель Подгорья направился к выходу. Так спокойно, словно не знал, что идет на смерть. Один, против десятков тысяч, один против всех…
К тому времени, как Манзер перешел ворота, армия царя была видна издалека. А сам призрак был во главе. Воздух начал холоднеть. Боялся ли подгорец? Возможно. Но эта жертва должна была дать передышку его народу. Хотя… в глубине себя тот понимал, как он хочет искупить свою вину – смертью.
– Неужели тебя бросил свой же народ? – Рассмеялся Эрлидгар, приказывая остановиться войску недалеко от него.
– Я не собираюсь отвечать такому отребью. – Рассмеялся в ответ Подгорец, перехватывая поудобнее секиру. – Я умру здесь, но заберу всех, кого только смогу!
– Это звучит жалко. – Похолодел тот. – Убить его.
Прозвучал приказ. Сотня призраков сорвалась с места, за несколько секунд оказываясь около него.
– Живите и… простите меня… – Прошептал тот. Секира врезалась в первого призрака, разрубая его пополам. Затем второго, следующего. Такие движения напоминали танец. Танец смерти, что забирает жизни, как только начинает исполняться. Кровь была везде, заслоняя собой зрение. Руки становились все тяжелее, а сил становилось все меньше. Скольких он уже убил? Последний раз он остановился на сотне… Тяжело. Очень тяжело.
Внезапно древко секиры треснуло и надломилось, а затем разломалось надвое. В ход пошли кулаки. Это продолжалось бы еще долго, пока Эрлидгару это не надоело.
– Ты достаточно повеселили меня, Подгорец. – Слова врезались в мозг, а затем Манзер почувствовал, как его конечности потеряли чувствительность. Его взгляд застрял на земле, где лежали две руки. На них было страшно смотреть… Значит вот так выглядят руки воина? Повелителю всегда было некогда взглянуть на себя со стороны. Эрлидгар заморозил рану, чтобы тот не помер раньше времени. Что ж… В любом случае Повелитель Подгорья готов принять свою смерть.
К нему шел тот, кого нужно было убить еще тогда, перед казнью. Вот оно как получилось… жертва стала охотником. Кто бы мог подумать… кто бы мог подумать. Призраки расступились перед ним и выстроились в шеренгу. Манзер едва стоял на ногах, но, чтобы поставить его на колени, нужно еще постараться для этого. Эта была самая славная битва в его жизни, наверное, самая кровавая из всех.
– Чего ты этим добился? – Спросил Эрлидгар, подходя вплотную к нему. Его изогнутый клинок кровожадно смотрел на ухмыляющееся лицо Подгорца.
– Ничего, – протянул тот, – наверное… искупил все грехи.
– Грехи? Ты убивал мой народ тысячами. – Произнес призрак.
– Как и твой народ мой, мы оба совершили непростительный грех. Не хочешь присоединиться ко мне? – Рассмеялся Манзер прямо в лицо смерти.
– Наши пути расходятся. – Грустно сказал царь. – Хорошо, я дам тебе обещание. У твоего народа будет ровно пятнадцать дней, чтобы восстановиться. На шестнадцатый день я лавиной пройдусь по всем оставшимся городам.
– И обломаешь свои зубы. – Усмехнулся и сказал тот.
Эрлидгар поднял руку, занося лезвие над Манзером. В какой-то мере, он был его другом, конечно, если можно так сказать.
Меч призрака стремительно опускается на голову врага, намереваясь закончить с Подгорьем раз и навсегда…
5 Глава. Мир на грани разрушения
Мы были разрозненны… Мы не смогли собраться воедино, чтобы дать отпор, и поэтому мы будем сожалеть о том, чего не сделали. Атака Эрлидгара была внезапной. Множество городов было уничтожено практически в первые дни войны. Царь не испугался атаковать земли Эллмонтры, но даже тогда, она не вышла на поле битвы.
Мы – Триада. Мы – Клинок кровавой войны. Мы – спасение этого мира.
“Из личного дневника Дели”
***
– Я еще жив? – Спросил сам себя Манзер. Клинок должен был убить его секунду назад… тогда почему он все еще мыслит? Повелитель Подгорья осторожно открыл глаза и заметил, как лезвие Эрлидгара скрестился с другим мечом. Это было очень странно. Ведь всех выживших подгорцев тот лично отправил домой, оставаясь полностью один. Темная, словно ночь рукоятка и очень длинное, тонкое оружие держало меч царя практически в нескольких сантиметрах от лица.
Призрак выругался и отступил назад, уходя из-под линии атаки.
– Вы зашли слишком далеко, призрак, у меня нет силы гримуаров, поэтому я могу делать с вами все, что только захочу. – Произнес знакомый, сладкий голос. Такой знакомый, словно он слышал его буквально недавно… кто же она..?
– Если императрица права, то мы станем следующими. – Выругался не менее знакомый голос. Но кто все эти люди…
– Темные земли объявляют войну призракам. – Холодно произнесла она.
– Содружество людей также присоединяются к войне. – Выплюнул еще один.
– Ты сделал все, что можно было. Ты заслуживаешь искупления. По крайней мере от меня… – Сказала Зоолтара и прикоснулась к Повелителю Подгорья. Телу резко стало холодно, слабость растекалась по всем клеточкам организма… Но почему же от этого так хорошо?! Сознание начало медленно угасать, но последнее, что запомнил Манзер, это было чувство падения, а затем множество голосов, кружащих вокруг него…
***
– Как ты смеешь вмешиваться?! – Кинулся на императрицу Эрлидгар, но его резко отбросила ударная волна, внезапно взявшаяся из неоткуда.
– Императрица, вы не должны так подставляться. – Произнес Эмпатион, материализуясь прямо перед ней, загораживая ее своим могучим телом.
– Как много врагов, пришла пора размяться… – Выпалил Граф, выходя из портала за ее спиной.
– Ненавижу. – Выругался Принц Стекла.
– Убить… их… всех! – Простонал царь. Его армия сдвинулась с места, нападая на новых защитников.
Зоолтара присела на одно колено, что-то рисуя на земле. Принц Стекла взлетел высоко в небо, вытаскивая свой лук. Стеклянные стрелы были произведением искусства, но их отличие было не в красоте. Снаряд удобно ложиться на тетиву. Вздох. Выстрел. Стрела летит с бешеной скоростью, врезаясь в одного из призраков. Секунда, и она взрывается сотней тысяч маленьких осколков, которые начали забирать жизни сотен врагов, стоящих рядом.
Столкенский разбил бокал о землю, а осколки его превратились в адских псов, которые сразу побежали забирать все новые и новые жизни. Против них у призраков мало шансов.
– Это… невозможно, но как… – Эрлидгар чуть отошел в сторону, наблюдая за полем боя. Его войско стремительно проигрывало, невзирая на всю силу, что он вкладывал в нее. Два клинка удобно легли в руку.
Рывок.
Но перед ним появился Эмпатион. Он взмахнул рукой, и тело царя, вместе с десятком призраков, поднялось вверх, чтобы стремительно быть брошенными вниз. Это начинало злить. В его руках начала формироваться могущественная магия, создавая около него тысячи ледяных игл.
– Вы пожалеете, что помешали мне! – Выкрикнул тот, отправляя убийственный залп в императрицу. Но та даже бровью не повела, продолжая что-то рисовать на земле. Они увязли в воздухе, словно угодив в песок. А тем временем его армия продолжала редеть.
– Этот мир будет принадлежать мне! – Продолжал кричать тот. За его спиной возвысилась многотонная ледяная глыба, издалека напоминающая огромную сосульку. Она спокойно могла бы поместить в себе небольшой село, и сейчас эта махина летела на них.
Эмпатион постарался взять ее под контроль, но даже его сил не хватило, чтобы сбить с курса. Манзер был прав. Если не сплотить свои силы, то им всем конец. Призраки не должны уничтожить их всех по одиночке…
Щелк.
Зоолтара встала с земли, направляя свою катану на ледяное изваяние. Символы, что она так усердно рисовала, вспыхнули алыми красками. Время замедлило свой ход. Она видела каждое лицо призрака, каждую эмоцию, что они ощущали… С приходом иномирцев – этот мир перестал быть их. Эти существа – порождение чужеродной для этого мира магией. Они уже не часть его. От них нужно избавиться. Катана легко входит в ножны, а время возвращает привычный ход времени.
Щелк.
Армия Эрлидгара, что так яростно сражалась, замерла. Многотонная глыба покрылась трещинами и рассыпалась прямо в небе, осыпая землю миллионами кусочками льда.
– Почему вы остановились?! – Взревел царь, – Сражайтесь!
