Галатея, все это время погруженная в размышления, если так можно сказать об андроиде, наконец-то выдала то, что дало мне надежду.
– Подлет на максимально безопасное расстояние к планете займет сорок восемь минут, спуск транспортных кораблей – еще от двадцати шести минут для «Пеликанов» до сорока трех для более габаритных «Альбатросов». Задействовав все ресурсы за одну волну, мы сможем высадить сорок три процента сил с недельным боекомплектом. Остальных базируем на безопасном плацдарме в районе перешейка на удаленности пятисот километров.
– Нет, нет, нет! Так не пойдет, Галатея. Контракт не стоит того, чтобы я рисковал за раз всем своим транспортом! Пусть окно для высадки еще существует, но разбрасываться ресурсами я не собираюсь.
Я оценивающе изучил Кая. Его взгляд был холоден, тело напряжено. Он решил поторговаться с «Гидрой» уже после заключения сделки. Причем в ультимативной форме. Рисковый мужик! Видно, текущая обстановка внесла изменения в его расчеты, и наш план показался ему сверхубыточным, а положение – шатким. Кай не был бы главой известных и успешных наемников, если бы не чувствовал ситуации, удобные для нового торга. Вот только с Корпорацией так поступать не стоит. Галатея решила ему подыграть, потому спросила только одно:
– Сколько ты готов дать?
– Четыре «Пеликана» с двумя отрядами штурмовиков и одним поддержки.
– Этого мало, Кай!
– И сорок миллионов.
– Чего?!
– Кредитов. Аванс с Корпорации. На случай, если все четыре транспорта окажутся потеряны. Так и быть, в качестве жеста доброй воли мы еще повисим на орбите. Для прикрытия.
Этот прохвост ошибся, пытаясь заключить новую сделку с «Гидрой». Свою последнюю сделку, судя по пунцовому лицу Галатеи. Не знал, что андроиды краснеют! Хотя это продлилось какие-то секунды, прежде чем девушка решила достать новый козырь. Как работает связь андроида с Корпорацией, для меня до сих пор оставалось загадкой. Я готов поспорить, что еще недавно ей нечем было ответить Каю! Теперь же девушка хищно улыбалась, глядя на наемника, еще не осознавшего свое поражение. Галатея подошла к нему вплотную и едва слышно прошептала на ухо:
– Прощаю твою дерзость, Кай. Последний раз. Слушай, как мы поступим…
Угрозы и шантаж всегда числились среди излюбленных инструментов корпорации «Гидра». Уж мне-то не знать? Потому я совсем не удивился, что в нужный момент у Галатеи нашлись ниточки, за которые стоило потянуть, и жадный до наживы наемник обратился послушным щеночком. Могли бы вы поверить, что горы дорогого, но абсолютно не нужно хлама, которым забита каюта Кая, это всего лишь малая часть его коллекции? Наверное, могли. А представить, что остальные схроны командира «Сорвиголов» все это время находятся под скрытым наблюдением «Гидры»? Звучит очень сложно и затратно, не правда ли? Тем не менее, Корпорация только что взяла один из них, можно сказать, «в залог» до окончания миссии.
Спустя пять минут довольные собой мы покинули командирскую каюту, а по общему каналу без остановки передавалось одно и то же сообщение:
Штурмовые отряды – второй, пятый, тринадцатый, двадцатый; отряды поддержки – первый, шестой, – полная боеготовность, занять транспортные корабли!
Корпоратка прогнула главу «Сорвиголов» увеличить отряд быстрого реагирования в два раза, а оставшиеся войска спустить с орбиты для дальнейшей поддержки операции. Причем, по кислому лицу Кая мне показалось, что изначально полноценное участие всего военного формирования было не предусмотрено.
Времени до вылета оставалось всего ничего, а нужно было еще доставить дрона на транспорт, да и самому ничего не забыть! На выходе я чуть не столкнулся со Страйкером. Не знаю, сколько он терся у шлюза и что успел услышать, но крайне удивился, узнав меня, а когда соотнес объявление и мой выход от командира, решил лично разобраться в ситуации.
– Ты чего натворил, сопляк?! – проревел он мне в спину. – Это ты отправил нас в самое пекло? Повернись, когда с тобой старший разговаривает!
Я, конечно, все слышал и понял, к кому он обращается, но решил не оборачиваться. Мало ли тут «сопляков» ходит? Вместо этого по личному каналу предупредил Галатею о возможной опасности. Реакции долго ждать не пришлось. Страйкер догнал меня и хотел приложить об переборку, но я был готов. Увернулся, схватил его за руку и бросил через себя, едва задев Галатею. Грохнулся он знатно, хотя с его синтетическими имплантами вряд ли получил какой-то урон, кроме морального.
– Тебе конец, щенок! Я из тебя всю душу… – Кажется, что-то такое он прорычал, прежде чем подействовал нейротоксин. Может, я сейчас слишком грубо воспользовался ситуацией, но как-то все сошлось в одном месте – мелочное желание нагадить Страйкеру, содержащие разные виды ядов пряди волос Галатеи и безлюдный коридор.
Мы склонились над лежачим на палубе задирой, способным лишь вращать глазами.
– Кто это, Риз?
– Командир моего отряда.
– Какой-то он никчемный. Может, ты станешь командиром вместо него?
Риз, соглашайся! Это избавит нас от кучи проблем!
«Зиро, ты не понял, это шутка. Пока шутка».
– Нет, пусть он еще побудет за старшего. Он мальчик умный, сделает правильные выводы.
Так мы и оставили Страйкера лежать наедине со своими мыслями. Действие яда пройдет быстро, а урок усвоится надолго. Надеюсь.
Ты же понимаешь, что после такого он убьет тебя при первой возможности?
«Теперь это неизбежно, а значит, и я не буду колебаться в решающий момент».
Странная человеческая логика – усложнить ситуацию, чтобы в дальнейшем упростить.
По дороге Галатея обсуждала со мной возможный план высадки с учетом нового расклада сил, даже не вспоминая про Страйкера. Видимо, корпоратка не считала его ровней для нейроагента. Наверное, скоро так и будет.
– Вся территория агрополиса исследована и обустроена еще древними. Другое дело, что не все районы используются Союзом, поэтому заброшенных зон хватает. Мы приземлимся на берегу в районе перерабатывающего завода. Эвакуация гражданских должна была уже завершиться, поэтому никого, кроме двух когорт амазонок, мы не встретим.
– Получается, я смогу увидеть Митру?
Несмотря на всю сложность приземления, эта мысль волновала меня сильнее остальных. Что ей сказать? Как себя повести? Или, может, сначала просто наблюдать со стороны?
– Даже не мечтай, что ее воительницы легко подпустят какого-то мужчину к своему драгоценному трибуну!
– Но как же тогда ей помочь?
– Скорее всего, амазонки будут использовать наемников, то бишь нас, в качестве авангарда, поэтому главная наша задача – не умереть.
Галатея посмотрела на меня и мимолетно улыбнулась, видимо, посчитав собственные слова достаточно забавными в сложившейся ситуации. Так себе юморок, если честно.
– Кстати, насчет «не умереть». В инвентаре, помимо непонятных гранат, я нашел какую-то «последнюю точку». Подскажешь, что это?
– Ах, да! Совсем забыла. Держи!
Девушка приложила два пальца к виску и взмахнула ими в мою сторону, изобразив передачу информации. Действие совершенно избыточное, но какое-то человечное, что ли.
Получен пакет информации. Источник – неопределен. Принять?
– С типами гранат, разберешься сам, а вот насчет передатчика слушай установку. Как только моему функционированию будет угрожать опасность, достань его, чтобы я успела записать последнюю информацию.
– Думаешь, окажись мы в подобной ситуации, мне будет дело до какого-то передатчика?
– Это в твоих интересах, Риз. Если со мной что-то случится, ты должен будешь доказать Корпорации, что не нарушал условия нашего договора. С такой записью я гарантирую тебе безопасность.
Какой интересный поворот! Они посылают меня в самое пекло, а я еще могу и крайним оказаться? Влез в болото, как всегда! Чувствую, чем дальше, тем сильнее будет затягивать.
– А Митре? Ей гарантируешь?
– Да.
Меня сильно насторожило, что Галатея даже не раздумывала над вопросом. Ведь безопасность Митры, воительницы Союза, и моя – совершенно разные по сложности обязательства. Да еще ее манера отождествлять себя с андроидом. Это наводило меня на две мысли: либо выполнять их корпорация не собирается, либо идущий рядом со мной андроид и есть настоящая Галатея. По крайней мере, в этот самый момент.
Подтверждаю. Есть основания полагать, что Корпорация владеет технологией копирования сознания.
«Как думаешь насколько эта “копия” правомочна разбрасываться такими обещаниями?»
Мы это узнаем только по факту, Риз. Я еще раз призываю тебя подумать насчет поглощения эссенции. Кроме себя, нам не на кого рассчитывать.
«Знаю, Зиро. Но ты же помнишь первое правило нейроагентов. После преобразования я должен остаться человеком».
Эти правила написаны создателями, чтобы держать нас в узде!
«Но они же позволяют нам скрывать свою суть и выживать».
Пока позволяют. А что будет, когда нас раскроют? Или предаст Корпорация? Мы должны развиться настолько, чтобы выжить даже в эпицентре ядерного взрыва. Без эссенции это невозможно!
Паразит, конечно, загнул, но в целом был прав. Может, у Галатеи найдется еще пара шприцов с эссенцией? Даже если и так, подобный канал добычи эссенции станет новым крючком в отношениях с Корпорацией.
– Задумался насчет статуэтки? Необычная, верно?
Девушка по-своему истолковала мое молчание, но я решил ей подыграть.
– Да, сложно было отвести взгляд. Что она такое?
– Артефакт из коллекции «Проклятых богинь».
– Ого, звучит зловеще. Какое-то ментальное оружие предтечей?
– Доподлинно ее создатель неизвестен, но история владельцев всегда трагична. Жаль Кая. Сегодняшняя выходка наверняка произошла с подачи статуэтки. Сам он от нее не избавится, а значит, будущий или прошлый хозяин заберет ее силой.
– Надеюсь, этого не случится во время нашей высадки!
Когда мы вернулись в ангар, я был удивлен тем, что мой «Копейщик» уже здесь и, самостоятельно заехав в «Пеликана», встал на магнитные захваты. Здорово, что кто-то из наемников помогает нам собираться в дорогу, но вот возможность постороннего управлять дроном переводит его из разряда «надежных помощников» в «общедоступный инструмент».Похоже, операторов наемники теряют чаще дронов, поэтому распределяют доступ среди подразделения.
«Зиро, ты можешь удалить из системы управления других пользователей?»
Выполняю. Готово.
В соседний «Пеликан» забирался здоровяк Баз. Заметив меня, он дружески помахал. Почему-то его безмятежное лицо перед рискованной операцией и мне внушало некоторую уверенность в успехе. Я ответил толком незнакомому, но самому дружелюбному на этом корабле человеку и полез в свой транспорт.
Внутри царила суматоха. Ребята, судя по знакам отличия из двадцатого штурмового, крепили ящики с оружием и боеприпасами, порой выхватывая их прямо из манипуляторов неспешных погрузчиков. Пилотов-андроидов тоже заменили люди. По разговорам стало понятно, что сажать «Пеликан» в экстремальных условиях им уже приходилось, поэтому решили обойтись без помощи синтетиков.
– Выглядишь получше, Риз!
Надо же, в суете я не заметил Николу. Юноша копошился с ремнями, подгоняя их под свои немалые габариты.
– А где все наши?
– На других кораблях. Чтобы разом не погибнуть.
В логике Николе сложно было отказать.
– Есть команда на прогрев двигателей. Заканчиваем с креплением груза и по местам! Скоро вылетаем! – прокричал командир двадцатого отряда с позывным «Ворчун», и пилоты засуетились над приборной панелью. Проходя мимо нас с Галатеей, он задержал взгляд на корпоратке и, что-то буркнув под нос, пошел дальше подгонять подчиненных. Несмотря на это мне показалось, что его скверное настроение вызвано не столько задачей осуществить опасную высадку, сколько неумелыми действиями части бойцов, в которых легко угадывались новобранцы.
Сиденье, под которым остался мой рюкзак, было свободно, и я поспешил его занять. Хорошее место. Видно пилотскую кабину и часть лобового иллюминатора.
Зиро включил общий голосовой канал, и я услышал командующего операцией. Конечно, им оказался не Кай. Впечатление о нем сложилось скорее как о торговце, чем о боевом лидере.
Командующим операцией назначен Расти «Папочка» Штоун.
– Чертов Кай! – зло прошипела Галатея. – Отыгрался все-таки.
Я понял, причину гнева корпоратки, стоило услышать первое объявление.
– Хорошие детишки слушают Папочку и пристегивают ремни, плохие готовятся собирать зубы по салону «Пеликана». – В искаженном помехами голосе командующего звучали нотки безумия. – На планете нас с нетерпением ждут полтысячи обворожительных дам. Постарайтесь доставить себя в целости.
Расти еще какое-то время раздавал команды ближайшим подчиненным, забыв выключить микрофон, а потом снова ворвался в эфир:
– Какого дьявола мы еще стоим?!
Последняя фраза послужила общей командой к взлету, и один за другим «Пеликаны» устремились в ледяную пустоту космоса.
Стоило нам покинуть посадочный ангар крейсера, как в пилотском иллюминаторе передо мной предстала Деметрия. Я впервые воочию видел столь прекрасную планету! Буклеты или даже голограммы не передают и доли тех эмоций, что испытываешь, глядя на нее своими глазами из космоса. Пропитанная токсичными испарениями Террания и мрачная Инсомния с ее красными почвами и фиолетовыми облаками не шли ни в какое сравнение с зелено-голубым шаром, видневшимся сквозь иллюминатор.
Поддавшись нахлынувшим чувствам, я отстегнул ремни и под удивленными взглядами прошел в кабину пилотов.
– Эй, мужик, сядь на место! Скоро начнет трясти.
– Да, да, сейчас, – отмахнулся я от совета пилота.
Крейсер завис как раз над Астероном, поверхность которого большей частью была скрыта желто-зеленой пеленой спор. Она казалась нарывом, неестественной, гноящейся раной на теле прекрасной планеты. И прямо на наших глазах она расширялась. К счастью, траектория полета пока не пересекала опасную зону.
– Проверить щиты! – прозвучал голос Штоуна. – Входим на максимальной скорости. Торможение начинаем ниже уровня заражения. Для оставивших мозги на крейсере поясняю: не раньше высоты в пятнадцать километров.
Я все-таки нашел в себе силы прекратить любоваться Деметрией и сел на место. «Пеликаны» выстроились в два крыла и устремились к цели. Четыре двигателя, расположенных по краям корабля, загудели пуще прежнего. Стоило нам войти в атмосферу, вокруг расцвел овал энергетического щита. Заморгало освещение, запищали какие-то датчики. Только сейчас до меня действительно начал доходить масштаб авантюры, в которую я ввязался.
Риз, фиксирую участившееся сердцебиение. Могу простимулировать выработку ацетилхолина?
«Не надо, Зиро! Лучше подключись к бортовому компьютеру корабля и следи за работами его систем».
Большинство наемников напряженно молчали, покрепче вцепившись в ремни безопасности. Никола что-то усердно бормотал себе под нос. «Пеликана» с каждой секундой все сильнее потряхивало. Одна Галатея выглядела так, будто находилась в самой что ни на есть обыденной обстановке, занимаясь своими ногтями. Хотя зачем это нужно андроиду – вопрос. Разговоры пилотов были единственным, что отвлекало от дурных мыслей.
– Щиты – восемьдесят процентов. Высота – девяносто километров.
– Щиты – шестьдесят пять процентов. Высота – пятьдесят километров.
Защитное поле справлялось, хоть и проседало достаточно быстро на предельной скорости снижения. Зато системы компенсации давления к таким нагрузкам оказались не готовы. Перегрузки пришлось терпеть, стиснув зубы и стараясь не расплескать содержимое желудка по отсеку.
– Щиты – пятьдесят процентов. Высота – пятнадцать километров. Прошли уровень заражения. Начинаю торможение.
По салону прокатились возгласы радости. Мы успели! Осталось совсем немного, и я увижу Митру!
