Мужик сложил руки на животе, и откинулся на спинку стула, который подозрительно заскрипел:
– Вот и славно, покажи ей, Родион, котельную, а мне делами заняться нужно. Делу, как известно, время, а потехе час.
– Спасибо, Дмитрич! – Родион пожал руку мужику. – Уважил! Ну, мы пошли.
– Бывайте! – Дмитрич уткнулся носом в бумаги, давая понять, что разговор закончен.
Родион взял Зину за руку и повел куда-то на улицу.
Котельная располагалась в небольшом отдельно стоящем здании. Стены внутри были испачканы в копоти, в углу громоздилась большая куча угля. Железная печь призывно помахала дверцей, которую, очевидно, забыли запереть.
Родион обвел рукой хозяйство, и сказал:
– Ну вот, принимай, хозяйка, хоромы! Прежний кочегар напился до чертиков, да и угорел невзначай…
– Что, умер? – Зина испуганно посмотрела на Радика.
– Да нет, не умер. Жив. Обжегся только сильно, на большую землю увезли. А у нас холода скоро. Так что место как будто тебя дожидалось. Так-то работа не тяжелая… ну, не совсем тяжелая… бросай уголь в печь, да следи за давлением. Тут в котельной и комната имеется. Не Бог весть что, но теплая. Приберешься по-женски, устроишься… а там посмотрим.
Радик показал Зине комнату, заваленную всяким хламом, неубранную и неряшливую. Перехватив Зинин взгляд, Радик развел руками:
– Извини, сестрёнка, чем богаты! Ну, устраивайся, а я пошел. С завтрашнего дня можешь приступать. Если что, спрашивай. Я завтра приду, расскажу, что и как.
Зина внесла сумку в комнатушку и принялась за уборку, чтобы придать помещению хотя бы подобие человеческого жилья.
Элла сидела на кухне, в раковине громоздились горы грязной посуды. Раздражению Эллы не было предела. Она прикрикнула даже на Альбину, которая вышла из ванны, вытирая полотенцем мокрые волосы.
– И что за дочь мне Бог послал? Ленивая, как корова! Что ты башку все намываешь?! Упустила жениха, так сиди теперь, сопли на кулак наматывай! Могла бы и посуду помыть, знаешь ведь, давление у меня!
– Ну, мама! – Альбина собрала волосы в пучок и перетянула резинкой. – Я к сессии готовлюсь. Тебе самой трудно помыть? Целыми днями на кровати валяешься!
– Ты еще учить меня будешь? – Элла заскрипела зубами от злости. – Неблагодарная! – Элла вдруг разрыдалась от собственного бессилия.
Альбина подошла к матери, обняла ее и прошептала на ухо:
– Давай Игнашке скажем, чтобы домработницу нанял. Чего бабки жать? Чай, не разоримся.
Элла вытерла слезы и расцвела:
– Ну и умница ты у меня, дочка! Как это я сразу не догадалась? Дай я тебя поцелую! – Элла вытянула губы в трубочку и чмокнула Альбину в лоб.
Вечером мать и дочь набросились на Игната с жалобами на их тяжелую участь.
– Все теперь на мне! – кипятилась Элла. – И огород, и дом! Я что, семижильная?! Альбинка занимается, а я что должна делать?! Хочешь, чтобы я сдохла?!
– Да я-то что могу?! – сделал попытку оправдаться Игнат. – На работе целыми днями…
– Домработницу надо взять, олух! Неужели так трудно догадаться?!
– Хорошо, – вздохнул Игнат, – давай возьмем…
Элла тут же успокоилась, словно по мановению волшебной палочки.
– Есть у меня одна на примете… соседка наша, бабка Поля. От скуки мается, как я посмотрю, вот пусть и займется делом.
– Согласится ли? – усомнился Игнат. – Старуха ведь!
– Да куда она денется! – безапелляционно заявила Элла. – Небось, внучку на подарки деньги нужны. А она старуха крепкая, справится. Огород, Зинка, слава Богу, вскопала, а жуков собрать да полить много сил не нужно.
– Смотри сама! – Игнат не стал спорить, и ушел в свой кабинет. Там он сел на диван и схватился за сердце… шутка ли, родную дочь из дома выгнал своими руками!
Альбина лежала на пляже, блаженно щурясь на ласковом вечернем солнце. Подошел Иван и спросил:
– Можно присесть?
Альбина возликовала, но не подала виду:
– Садись, – Альбина немного сдвинулась, чтобы освободить ему место.
Иван сел, его нога касалась обнаженного бедра Альбины. Альбина демонстративно молчала, Ваня смотрел вдаль. Альбина перевернулась на живот и заговорила первой:
– Так что мы хотели? Прощения попросить?
– За что?
– За все! – Альбина приняла обиженный вид. – А если не за что, так чего пришел? Мне и без тебя неплохо было!
– Про Зинку спросить… куда вы ее задевали?
– Про Зинку?! – Альбину будто окатили холодным душем. – Да далась мне твоя Зинка! Посмотрите люди добрые – прямо сбежавшая невеста!
– А если серьезно? – Ваня не сдавался. – Ну, ты что, стерва что ли?
– Нет, ты что досужий какой! Уехала Зинка! Совсем уехала. Позора не вынесла. А куда, не знаю. Не интересовалась.
– А дядя Игнат знает? – Ваня решил добить Альбину до конца.
– И он не знает. Зинка ночью сбежала. Записку оставила, чтобы не искали, да деньги умыкнула, что в доме лежали. Все! Хвостом махнула, только ее и видели. Но мы не скучаем. Одни проблемы от замухрышки этой.
Ваня встал на ноги и процедил сквозь зубы:
– Сама ты замухрышка! В зеркало-то хоть иногда смотришься?
– Да как ты смеешь! – Альбина вскочила и замахнулась, но Ваня перехватил ее руку.
– Забыла, что мой папаша мент? За побои и ответить можно.
Альбина вырвала руку:
– Отпусти! Больно! Кто тебя бить собирается?! Вали давай отсюда!
– С радостью! – Ваня нарочито медленно пошел в сторону машины. Альбина проводила его злобным взглядом.
Дома Ваня огорошил родителей заявлением:
– Я уехать хочу.
– Куда, сынок, если не секрет? – осведомился отец ехидным голосом.
– В город.
– И что ты там делать будешь? – продолжал допытываться отец.
– На работу устроюсь.
– А учеба? – испугалась мать.
– На заочный переведусь.
– И какая вожжа тебе, сын, под хвост попала? – Егор Данилович буравил Ваню взглядом поверх очков.
– Никакая. Надоело сидеть в деревне этой. Скука. Зинка уехала, и я хочу.
– Да ты никак за Зинкой собрался? – удивилась мать. – Ну, ненормальный совсем! Она же тебе от ворот поворот дала! При людях! А он за ней, как телок! Опомнись, сынок! На твой век девок хватит.
– Да что ты, мать, заладила! – Иван сердито посмотрел в сторону матери. – Я сам виноват, она даже не догадывалась, что я свататься собираюсь. Глупо вышло… но она тут ни при чем. – Ваня взял спортивную сумку и начал бросать туда вещи.
Мать встала в дверях.
– А я тебя никуда не пущу! Нечего за строптивыми девками бегать!
– Я сам уйду, – спокойно ответил Ваня.
Мать, чувствуя его решимость, обратилась за поддержкой к отцу.
– Егор, а Егор! Наш сын уезжает!
Егор Данилович сохранял невозмутимость.
– Я слышал. По мне так пусть едет. Пускай жизнь понюхает! А то лоб здоровый вырос, а ума нет.
– Да что ты такое говоришь! – мать уперла руки в бока. – Только через мой труп!
Егор Данилович подошел к жене и мягко обнял ее за плечи.
– Мариш, оставь! Ну, в самом деле, он не маленький… всего-то в город собрался. Эка невидаль! Тем более, что там у меня брат живет, Игорек, забыла? Ванька у него остановится, он всегда приглашает, не откажет. Даже рад будет. Игорек же в полиции работает, при должности, устроит его в ГИБДД, или ППС. Вань, ты в ППС пойдешь?
Ваня, до этого молча собиравший вещи, откликнулся:
– Пойду. Если не шутишь, конечно.
Отец усмехнулся:
– Не шучу. Тебе жить на что-то надо? Надо. А это хорошая практика. С институтом сам решай.
Ваня собрал сумку и повесил ее на плечо. Родители стояли в дверях, загораживая собой проход. Егор Данилович отстранил жену от двери и обратился к сыну:
– Ну, Ванюха, давай! Деньжат немного возьми на первое время, как приедешь, позвонишь. Игорьку привет! – Он обнял сына и тихонько подтолкнул его к выходу.
Марина тихо плакала, прижимая платок к глазам. Ваня остановился, обнял мать и ласково шепнул ей:
– Мам, ну перестань! Город здесь рядом. Я Зинку найду, и вернусь! Я знаю, это тетка ее из дома выжила, за дочку свою мстит. Мам, ну что ты, мам! Ну, люблю я ее, понимаешь?!
Мать вытерла слезы, перекрестила сына и уже спокойно сказала:
– Ладно, сынок, иди… чтобы каждый день звонил! Если что, не забывай, где у тебя отец работает! Хочешь, мы эту Зинку в розыск объявим? Во всесоюзный?
– Да что ты, мам! В Интерпол еще скажи! Даже не вздумайте! Я сам должен. Ну, чтобы она в меня поверила… дураком ведь считает, праздношатающимся…
Мать вздохнула и улыбнулась, не удержавшись от иронии:
– Да что уж там… сам, так сам… иди уже! Чадо ты мое, праздношатающееся…
Ваня поцеловал мать, еще раз обнял отца, вышел во двор, сел в машину и поехал по направлению к городу.
Черный порш, стоящий вдоль дороги, Ваня заметил уже поздно. Когда его фары выхватили из темноты силуэт машины, Ваня был уже в полуметре от нее. Он со всей силы надавил на тормоз, но столкновения избежать не удалось. Ванина тойота боднула порш прямо в зад, подобно норовистому быку на корриде. От удара порш развернуло, и он с недоумением уставился на Ваню передними фарами. Ваня выскочил из машины, ругая себя на чем свет стоит. Ну, надо же! Не успел из дома выехать, как начались приключения! Ему только аварии не хватало для полного счастья.
Со стороны лесопосадки, тянувшейся вдоль дороги, Ваня увидел даму, размахивающую руками. «Хозяйка… – догадался Ваня. – Сейчас шуму не оберешься…».
Дама добралась до места аварии и грозно надвинулась на Ваню. От избытка чувств она буквально задыхалась.
– Ты что наделал?! – взвизгнула дама. – Совсем идиот?! Или глаза залил?!
Ваня начал оправдываться:
– В темноте не увидел… она у вас черная совсем… хоть бы габариты включили… темно ведь!
Женщина совсем неожиданно успокоилась и даже рассмеялась.
– Габариты?! Да я в кустики побежала! Надо было то место фонарями осветить? В следующий раз я подумаю. А пока ты въехал мне в зад! Ха-ха! Не в мой, слава Богу, а моей крошки. – Женщина обошла машину по кругу, причмокивая языком. – Смотрю, моя крошка сильно пострадала! Крепко ты поцеловал ее, парень… что делать-то будем? – губы женщины растянулись в улыбке, больше похожей на оскал хищного зверя. Ваня даже струхнул.
– ГИБДД надо вызвать, у меня страховка есть…
Женщина запрокинула голову и начала громко хохотать. Ваня не понял, что именно было смешного в его словах, но высказываться по этому поводу не стал. В темноте ему никак не удавалось рассмотреть лицо женщины. Широкие поля шляпы бросали густую тень на ее лицо, и совершенно скрывали его. Ваня смог разглядеть только длинные черные волосы, платье в обтяжку и туфли на высоких каблуках, а так же то, что женщина была худой и высокой.
Закончив смеяться, хозяйка порша ткнула костлявым длинным пальцем с накрашенным ногтем в грудь Вани.
– Паспорт есть? Права? – Ваня достал документы и доверчиво протянул их женщине. Она открыла паспорт, мельком взглянула и вдруг молниеносно убрала документы в сумочку. – Значит так, малыш! – произнесла она тоном, не терпящих возражений. – ГИБДД тебе не поможет. Твоей дурацкой страховки не хватит, чтобы оплатить даже половину ремонта. Ты мою крошку без задницы оставил! А ее зад, скажу я тебе, стоит о-чень много! Остальное как отдавать будешь?
