Читать «Моё инферно. За гранью реальности» — Брюс Прайдер онлайн
Страница 15 из 29
— В кафе ты бы не слушал.
— Здесь тоже получается плохо!
Искин усилил давление.
Перед глазами поплыл серый туман.
Я увидел его лицо совсем близко: одна сторона сорвана выстрелом, вторая почти человеческая. На губах застыло нейтральное выражение.
— Выключи его, — сказал я Тэтчер.
— Почему?
— Потому что он портит переговоры.
— Он выполняет приказ.
— Твой.
— Именно.
Где-то позади раздался металлический удар.
Дверь крыши.
Тэтчер резко повернула голову.
Воздух прорезала очередь.
Заряды прошли над моим лицом и ударили искина в плечевой узел. Корпус сорвало с меня и отбросило к вентиляционной шахте.
Оторванная рука осталась на моём горле.
Пальцы сжались.
Я попытался вдохнуть.
Не получилось.
Ребята всё-таки успели.
Глава 8. Никто не уйдёт
Оторванная рука продолжала душить меня.
Где-то рядом кричали бойцы, работали бластеры, по бетону катились гильзы, но весь мир сузился до пяти синтетических пальцев на горле.
Я вцепился в кисть обеими руками.
Без толку.
Приводы сохраняли остаточное питание и сжимались с тем же бесстрастным усилием, с каким несколько секунд назад целый искин пытался прижать меня к крыше.
Кто-то ударил прикладом по запястью.
Ничего.
Второй удар пришёлся по большому пальцу. Сустав хрустнул, но хватка не ослабла.
Перед глазами потемнело.
— Режь! — прохрипел я.
Боец прижал к предплечью плазменный нож. Металл вспыхнул, запахло горелым нейропластиком. Лезвие прошло через два приводных канала, пальцы дрогнули.
Я сорвал руку с горла и отбросил её.
Она ещё несколько секунд ползла по бетону, сгибая указательный и средний пальцы.
— Ненавижу настойчивых поклонников, — сказал я и вдохнул.
Воздух вошёл в лёгкие вместе с болью.
Рядом лежал искин, от которого эта рука когда-то начиналась. Корпус был пробит очередью, голова разбита, но оставшаяся кисть всё ещё пыталась упереться в крышу.
— Добейте питание! — крикнул командир группы.
Два заряда вошли в спину.
Искин обмяк.
На этот раз окончательно.
* * *
Тэтчер стояла у посадочной площадки.
Оружие она бросила. Пульт оставила в руке.
Вокруг неё полукольцом замерли бойцы ОБР. Лазерные точки гуляли по груди, плечам и лбу. До края крыши оставалось метров восемь, до ближайшего укрытия — слишком далеко.
Любой разумный человек поднял бы руки.
Тэтчер посмотрела на нас и улыбнулась.
— Красиво пришли.
— Пульт на землю! — приказал командир.
— Не советую.
— Ещё одно движение — стреляем.
— Стреляйте.
Он не выстрелил.
Правильно сделал.
Большой палец Тэтчер лежал на красной клавише. Корпус пульта был старым, механическим, без сенсорной защиты и распознавания владельца. Такие устройства делали для одной цели: чтобы команда сработала даже тогда, когда всё остальное уже отказало.
Я поднялся, придерживая раненое плечо.
— Что подключено?
Она посмотрела на меня.
— Вот и мой любимый следователь.
— Что подключено к пульту?
— Здание.
— Слишком общее понятие.
— Тогда уточню. Первый этаж.
Командир группы запросил технический план. Над его браслетом появилась схема башни.
— Сканеры ничего не видят.
— Значит, плохо смотрят, — сказала Тэтчер.
— Где заряд?
— Спроси у города.
— Город сегодня неразговорчивый.
— А ты научись слушать не только людей.
Я подошёл ближе.
Бойцы сразу напряглись.
— Макс, стой, — прозвучал голос Джессики в гарнитуре. — Группа сапёров поднимается снизу.
— Сколько им?
— Девять минут.
Тэтчер услышала через внешний динамик.
— У них нет девяти минут.
— Таймер? — спросил я.
— Пока нет.
— Тогда у них есть сколько угодно.
— До первого неверного решения.
— Чьего?
— Твоего.
Мне не понравился ответ.
* * *
На крыше оставались два искина.
Один лежал возле бетонной шахты без ноги и части лица. Второй стоял на колене у края посадочной площадки. Его броня была пробита в нескольких местах, но ядро ещё работало.
Бойцы держали их под прицелом.
— Отключить остаточное питание, — приказал командир.
Техник подбежал к ближайшему корпусу и подключил диагностический кабель.
Экран мигнул.
КР-206.
БОЕВОЙ КОНТУР: АКТИВЕН.
ВНЕШНИЙ ОПЕРАТОР: НЕ ОБНАРУЖЕН.
— Опять, — сказал я.
— Локальная команда, — ответил техник.
Тэтчер усмехнулась.
— Вам очень нравится это объяснение.
— Оно скучное, но рабочее.