Александр Широкорад "США и Англия – 80 лет воздушного террора"

Как и почему в Англии и США пришли к идее тотальной воздушной войны? То есть такой войны, при ведении которой авиация разрушает города и инфраструктуру страны, терроризирует и уничтожает мирное население. В ходе Второй мировой войны англо-американская авиация разрушила около полусотни городов в Европе и Азии, в результате чего погибло свыше двух миллионов человек. Столь же варварскими методами американцы и их союзники действовали во время Корейской войны (1950-1953), войны во Вьетнаме (1964-1973) и бомбардировок Югославии (1999). Обо всем об этом и о многом другом рассказывается в новой книге Александра Широкорада.

date_range Год издания :

foundation Издательство :ВЕЧЕ

person Автор :

workspaces ISBN :978-5-4484-4495-1

child_care Возрастное ограничение : 12

update Дата обновления : 19.03.2024

США и Англия – 80 лет воздушного террора
Александр Борисович Широкорад

Как и почему в Англии и США пришли к идее тотальной воздушной войны? То есть такой войны, при ведении которой авиация разрушает города и инфраструктуру страны, терроризирует и уничтожает мирное население.

В ходе Второй мировой войны англо-американская авиация разрушила около полусотни городов в Европе и Азии, в результате чего погибло свыше двух миллионов человек. Столь же варварскими методами американцы и их союзники действовали во время Корейской войны (1950-1953), войны во Вьетнаме (1964-1973) и бомбардировок Югославии (1999).

Обо всем об этом и о многом другом рассказывается в новой книге Александра Широкорада.

Александр Широкорад




США и Англия – 80 лет воздушного террора

© Широкорад А. Б., 2023

© ООО «Издательство «Вече», 2023

* * *

Вместо предисловия

14 сентября 1939 г., спустя 11 дней после начала Второй мировой войны, британский премьер-министр Невилл Чемберлен, выступая в палате общин, торжественно заявил: «Как бы далеко не были готовы зайти другие, правительство его величества никогда не пойдет на преднамеренное нападение на женщин, детей и других гражданских лиц с целью запугать их».

Замечу, что это заявление было всего лишь подтверждением приверженности Англии международным конвенциям о правилах ведения войны. Ещё в 1922 г. участники Вашингтонской конференции по ограничению вооружений приняли документ «Правила войны». Там говорилось: «Воздушные бомбардировки с целью терроризирования гражданского населения, или разрушения и повреждения частной собственности не военного характера, или же причинения вреда лицам, не принимающим участия в военных действиях, воспрещаются» (статья 22, часть II).

Через полгода после начала войны, 15 февраля 1940 г., выступая в палате общин, английский премьер-министр Чемберлен подтвердил принятое ранее заявление: «Что бы ни делали другие, наше правительство никогда не будет подло нападать на женщин и других гражданских лиц лишь для того, чтобы терроризировать их».

Но вот в ночь на 12 мая 1940 г. 36 британских бомбардировщиков «уитли» и «хэмпдэм» бомбардировали город Мёнхенгладбах. Часть бомб упала в центре города. Погибло четыре мирных жителя, в том числе гражданин Англии. Ну а вслед за этим до 9 мая 1945 г. британские, а затем и американские бомбардировщики занимались тотальным истреблением мирного населения Германии. Союзники разбомбили 80 немецких городов. Среди убитых женщин оказалось в 6,5 раза больше, чем мужчин, а число детей и стариков составило немногим менее половины.

Что же произошло? Да ничего нового. Вспомним историю и выясним, кто больше всех говорил о гуманизме и больше всех совершал чудовищных преступлений. Тут у англичан и американцев до сих пор не было конкурентов. Западные и отечественные демократы ежедневно талдычат о гитлеровских концлагерях и ГУЛАГе. Пардон, но кто придумал концлагеря?

В 1901 г. в ходе Англо-бурской войны «просвещенные мореплаватели» загнали в концлагеря 200 тысяч человек, то есть примерно половину белого населения бурских республик. Из них свыше 26 тысяч погибли. Причём смертность детей от 8 до 16 лет составила 50 %, а до 8 лет – 70 %. Ну а первым концлагерям на территории России на Мурмане и в районе Архангельска мы тоже обязаны «самой гуманной в мире нации».

Важную роль в планах Англии играло химическое оружие. Только в конце 80-х гг. XX века западные исследователи обнаружили неизвестный ранее меморандум, подписанный Черчиллем: «Я хочу, чтобы вы всерьез обдумали возможность применения боевых газов, – обращался он к руководству ВВС. – Глупо осуждать с моральной стороны этот способ… Это всего лишь вопрос моды, которая меняется так же, как меняется длина женского платья… Разумеется, могут пройти недели или даже месяцы до того, как я попрошу вас утопить Германию в отравляющих газах. Но, когда я попрошу вас об этом, я хочу, чтобы эффективность была стопроцентной».

По плану 20 крупнейших городов Германии (в том числе Кёнигсберг) предполагалось подвергнуть обработке фосгеном, а ещё 40 городов надлежало обработать ипритом.

О том, что же спасло Германию от химической атаки англо-американцев, сейчас можно только гадать. Важным аргументом было наличие весьма эффективного химического оружия у немцев, которое могло быть применено как по британским городам, так и по высадившимся в Италии, а позже в Нормандии союзным войскам.

«По данным доклада, опубликованного в газете Allgemeine Schweitzer Militarzeitung, оккупационные силы союзников в Германии обнаружили склады, где хранились значительные запасы химического оружия, в том числе специальные артиллерийские снаряды, 130 тысяч химических бомб весом 205 и 500 килограммов, заполненных газом, защиту от которого не обеспечивали существующие типы противогазов. Большинство таких хранилищ были подземными»[1 - Румпф Г. Огненный шторм. Стратегические бомбардировки Германии 1941–1945. М.: Центрполиграф, 2010. С. 159.].

Раздел I

Бомбардировки Европы в 1939–1945 гг.

Глава 1

От листовок к бомбам

4 сентября 1939 г. британский самолёт-разведчик «бленхейм» обнаружил крупные немецкие корабли на рейде Шиллиг (вблизи Вильгельмсхафена) и Брунебюттеле (у западного выхода из Кильского канала). Первая волна ударной авиационной группы, немедленно поднятая в воздух, состояла из 14 бомбардировщиков «веллингтон», а вторая – из 15 бомбардировщиков «бленхейм».

Экипажи самолётов получили приказ не бомбить корабли, стоявшие у доков или причалов, чтобы «не вызвать потерь среди гражданского населения».

«Карманный» линкор «Адмирал Шеер», стоявший на рейде Шиллиг, также был атакован бомбардировщиком «бленхейм» с малой высоты. В него попали три или четыре 113-килограммовые бомбы. Однако ни одна из них не взорвалась, видимо из-за того, что высота бомбометания была недостаточной, чтобы сработали взрыватели. В ходе налёта было сбито несколько британских самолётов.

Всего в 1939 г. самолёты Бомбардировочного командования Великобритании произвели 861 самолёто-вылет, сбросив 61 тонну бомб на германские корабли. В результате лёгкий крейсер «Эмден» и «карманный» линкор «Адмирал Шеер» были слегка повреждены. Англичане утверждали, что их бомбардировщики потопили германскую подводную лодку, но эти сведения не подтвердились. Они же утверждали, что бомбардировщикам удалось сбить 10 германских истребителей. В ходе налётов был сбит 41 английский бомбардировщик.

Британское Бомбардировочное командование предпринимало регулярные ночные налёты на германские города, но сбрасывались только листовки. Впервые в ночь на 4 сентября 1939 г. десять бомбардировщиков «уитли» из 51-й и 56-й эскадрилий разбросали над Германией 6 миллионов листовок.

В ночь на 2 октября 1939 г. три бомбардировщика «Уитли» В-IV пролетели над Берлином. Это было первое появление союзной авиации над столицей рейха.

Так ночь за ночью британские бомбардировщики 4-й группы, невзирая на туман и мороз, вылетали для разбрасывания листовок вплоть до Рура, на Гамбург, Берлин, Нюрнберг, а также до Вены, Праги и Варшавы. В период между 10 ноября 1939 г. и 16 марта 1940 г. немецкая ПВО была настолько неэффективна, что 4-я группа не потеряла ни одного самолёта. Однако много британских машин потерпели аварии из-за ошибок в ориентировании, так как плохие погодные условия представляли для английских самолётов гораздо большую опасность, нежели германская ПВО.

Эти 20–30 самолётов, которые постоянно разбрасывали листовки над всей Германией, не вызвали у противника особого беспокойства. Эффективность воздействия британских листовок на германское население в 1939–1940 гг. была близка к нулю. Зато ночные полёты над Германией стали хорошей тренировкой экипажей Бомбардировочного командования.

На рассвете 10 мая 1940 г. германские войска начали стремительное наступление на Западном фронте. При этом были нарушены границы нейтральных государств – Голландии, Бельгии и Люксембурга. В тот же день место премьера Англии вместо противника бомбардировок городов Невилла Чемберлена занял агрессивный Уинстон Черчилль.

В ходе наступления немцам удалось овладеть несколькими важными аэродромами Голландии, включая Ваальхавен близ Роттердама и Именбург около Гааги. Голландцы запросили помощи у английского правительства. Опасаясь, что бомбардировка этих аэродромов может повлечь за собой жертвы среди гражданского населения Голландии, британский Военный кабинет разрешил произвести налёт истребителей только на аэродром Ваальхавен. Шесть истребителей «Бленхейм» Mk.IVF», вылетавших для атаки аэродрома, были встречены двенадцатью немецкими истребителями Ме-110, которые сбили пять британских самолётов. В ночь на 11 мая 36 бомбардировщиков «веллингтон» из состава Бомбардировочного командования произвели налёт на аэродром Ваальхавен.

Первая бомбардировка германского города до сих пор окутана завесой тайны. 10 мая примерно в 16 часов на высоте около 1500 метров над городом Фрейбург в юго-западной части Германии из-за грозовых туч показались три двухмоторных самолёта. Каждый из них сбросил серию бомб, после чего они быстро исчезли. Большая часть стофунтовых (41-килограммовых) бомб разорвалась очень далеко от намеченного объекта – аэродрома, на котором базировались истребители. На летное поле упало только десять бомб, в то время как в границах города упала 31 бомба, включая четыре неразорвавшиеся. Шесть бомб упало возле армейских казарм Гальвитц и одиннадцать – на Центральный вокзал. Две бомбы угодили в детскую площадку на Кальмарштрассе. Начальник полиции, отвечавший за гражданскую оборону, доложил о 57 погибших, в том числе 22 ребенка, 13 женщин, 11 мужчин и 11 военнослужащих.

Немецкое Министерство пропаганды немедленно отреагировало на этот эпизод. В тот же вечер официальное информационное агентство ДНБ заявило: «Сегодня три самолёта противника подвергли бомбардировке открытый город Фрейбург. Этот город находится за пределами немецкой зоны боевых действий, и в нем нет никаких военных объектов». Агентство добавляло, что германские ВВС ответят на эту «незаконную операцию» таким же образом. «Отныне на любую последующую бомбардировку германского населения будет дан ответ пятикратным количеством самолётов, которые будут атаковать английские или французские города».

В ночь на 11 мая 1940 г. 36 бомбардировщиков нанесли бомбовый удар по окрестностям города Мёнхенгладбах, бомбы упали на Луизенштрассе и в центре города, при этом погибло четыре человека, среди которых была и одна гражданка Великобритании.

Ассистент-секретарь министерства ВВС Дж. Спейт в своей книге «Бомбардировки возмездия» писал по сему поводу: «Наши действия встречали активное сопротивление со стороны французов… Это был великий день… не потому, что немедленно был достигнут впечатляющий результат, а из-за того, что должно было произойти в дальнейшем. Принятое в мае 1940 г. решение предопределило судьбу Германии, хотя тогда мы ещё не знали об этом. Масштабы же самого рейда, следует признать, были относительно скромны… Мы начали бомбить объекты на территории Германии до того, как немцы стали бомбить цели на территории Великобритании. Это исторический факт, и его признают повсюду. Как оказалось, мы выбрали верный, хотя и трудный путь. Мы пожертвовали, по крайней мере на время, неприкосновенностью наших городов. Одновременно мы ввергли в пламя войны города наших друзей. Мы были готовы пожертвовать Лондоном ради достижения общей свободы… После того как мы принесли войну на территорию Германии, непременно должна была последовать расплата. Мы не могли быть уверенными в этом, но существовала довольно большая вероятность того, что в случае если бы мы воздержались от ударов по целям в Германии, то нам удалось бы сохранить в неприкосновенности собственную столицу и промышленные центры… Я могу выразить только свое личное мнение, что, вероятно, Германия не поступила бы подобным образом»[2 - Цит. по: Румпф Г. Огненный шторм. Стратегические бомбардировки Германии 1941–1945. С. 19–20.].

Днём 14 мая 60 германских бомбардировщиков Не-111 бомбардировали голландский город Роттердам. Всего было сброшено 94 тонны фугасных бомб: 1150 стофунтовых (41-килограммовых) и 158 пятисотфунтовых (20,5-килограммовых). В городе было убито около 980 военнослужащих и мирных жителей.

Замечу, что Роттердам не являлся «незащищённым городом». Наоборот, там были сосредоточены значительные силы голландской армии, включая дальнобойную артиллерию. Комендант Роттердама генерал Шаро отказался капитулировать и тянул время, ожидая прибытия британских войск. Нетрудно догадаться, что англо-американская пресса сразу же после бомбардировки Роттердама подняла вой на весь мир об уничтожении города, гибели 30 тысяч гражданских лиц и т. п.

15 мая британский кабинет, снова рассмотрев вопрос о целесообразности бомбардировки промышленных объектов Рура, разрешил наконец штабу ВВС приступить к таким операциям. Позже англичане утверждали, что они таким способом хотели помочь французам. Мол, немцы немедленно начнут ответные бомбардировки Британии, и часть самолётов люфтваффе будет отвлечена от поддержки сухопутных войск.

В ночь на 16 мая 96 бомбардировщиков «веллингтон», «уитли» и «хэмпден» совершили первый налёт на объекты восточнее Рейна. 78 самолётов должны были бомбардировать нефтеперерабатывающие заводы, однако только 24 самолёта вышли на цели и атаковали их. Немцам удалось сбить только один самолёт, но и повреждения, нанесенные заводам, были минимальны.

Всего за май – июнь 1940 г. британское Бомбардировочное командование потеряло 166 машин, а Береговое командование – 66.

Глава 2

Первые налеты на Берлин

В ночь на 28 мая 1940 г. бомбардировщики «уитли» совершили налёт на Рур. При этом бортстрелок Стен Олдридж, летевший на самолёте командира эскадрильи Пата Хэнафина, сбил одни Ме-109D-1 из группы IV./JG2. Этот самолёт стал первым ночным истребителем люфтваффе, сбитым с начала Второй мировой войны.

Верховное командование вермахта 2 июля 1940 г. сообщало: «Во время налёта британских самолётов в ночь на 2 июля на Северную и Западную Германию были сброшены бомбы на Киль, причинившие ограниченный ущерб. Среди гражданского населения имеются убитые. Всего огнём зенитной артиллерии сбито 5 вражеских самолётов, кроме того, огнём морской зенитной артиллерии сбито ещё 2 вражеских самолёта. Собственные потери составили 3 самолёта».

Секретный доклад службы безопасности СС о внутриполитическом положении от 4 июля 1940 г. (выдержка): «Бомбежки англичанами территории рейха, после того как была завершена военная операция во Франции, являются предметом ежедневных разговоров среди населения… но общее настроение, несмотря на вражеские бомбардировки, в своей сути не ухудшилось. Появилась даже следующая шутка: перед сном люди говорят друг другу: “Я желаю тебе безосколочной ночи!”… Все разговоры, как правило, заканчиваются желанием как можно скорее разделаться с Англией. В Рурской области говорят: “Герман должен открыть свою голубятню пошире”».

Секретный доклад службы безопасности СС о внутриполитическом положении от 29 июля 1940 г. (выдержка): «Экономика: влияние ночных авианалётов на производство.

…Из Дортмунда сообщают, что в горнодобывающей промышленности из-за неразумного использования рабочей силы и переутомления наблюдается спад. Многие из рабочих приезжают издалека, и поэтому после отмены воздушной тревоги им остается слишком мало времени для сна. Многие просыпают начало смены, что приводит к аритмичности в работе и, как следствие, к повышению травматизма».

13 августа 1940 г. штаб-квартира Королевских ВВС в Лондоне сообщала: «В ночь на понедельник “промышленные эскадрильи” Королевских ВВС атаковали в Германии главным образом объекты нефтяной индустрии. Атаки на каждую цель были проведены сразу несколькими эскадрильями в определенной временной последовательности и начались незадолго до полуночи. Около трёх часов утра операция закончилась. Серьезные взрывы и пожары, ставшие результатом налёта, произошли на предприятиях по производству синтетических масел и бензина концерна “Хёхст” в Дортмунде, на предприятиях фирмы “Клёкнер” в Винтерсхалле, фабриках “Круппа АГ” по производству горючего в Ванне-Айкеле и “Гельзенберг-бензин АГ” в Гельзенкирхене и главных заправочных базах в районе Шербурского военного порта. Пять британских бомбардировочных звеньев совершили одновременный налёт на энергетические предприятия Дортмунда и Хаттингена, а также военные объекты в Хамме и Соесте».

Берлинская газета «Юнайтед Пресс» от 14 августа 1940 г. писала: «Сегодня ночью в Берлине в 1.35 объявили воздушную тревогу, закончившуюся в 2.22. Это уже третье объявление воздушной тревоги с начала войны. В редакции Юнайтед взрывов слышно не было, так же как не было видно и ночных прожекторов. Министерство пропаганды заявило, что детали налёта ещё неизвестны».

В ночь на 20 августа над Берлином был сбит бомбардировщик «бленхейм».

26 августа «Юнайтед Пресс» сообщала: «Около половины первого ночи в столице рейха раздалась воздушная тревога. В первые десять минут в центре города можно было слышать десяток мощных взрывов, от которых содрогалась земля. Затем последовала продолжительная стрельба зенитных орудий, которая была заглушена мощными взрывами, вероятнее всего от сброшенных бомб».

В этот день столицу рейха атаковал 81 бомбардировщик, в числе которых было 14 устаревших «уитли», а остальные – «веллингтоны» и «хэмпдены». Всего они сбросили 22 тонны бомб.

23 сентября 119 британских бомбардировщиков были отправлены на Берлин. Погода затрудняла действия бомбардировщиков, и только 84 из них достигли Берлина. Главными объектами бомбардировки были газовые заводы и электростанции. В качестве вспомогательных целей были выбраны сортировочные станции и аэродром Темпельхоф. Налёт в целом был неудачным. Более или менее значительный успех был достигнут в Шарлоттенбурге, где зажигательными бомбами был подожжен газгольдер. Многие бомбы вообще не взорвались, в том числе и бомба, попавшая в сад канцелярии Гитлера. В результате бомбардировки в городе было убито 22 человека, то есть на 10 человек больше, чем англичане потеряли летного состава в этом налёте.

В ночь на 29 августа от британских бомб погибло 10 жителей Берлина.

4 сентября Гитлер заявил, что его терпение истощилось: «Английская авиация сбрасывает бомбы на жилые кварталы городов, хутора и на деревни. Три месяца я не отвечал, так как думал, что англичане одумаются, но Черчилль усмотрел в этом проявление нашей слабости. Теперь англичане будут испытывать наши ответные удары каждую ночь».

Однако и в последующие дни британская авиация бомбила германскую столицу. Из официальных докладов Верховного командования вермахта:

5 сентября 1940 г.: «Прошлой ночью британские самолёты вновь вторглись на территорию рейха. Плотным огнём зенитной артиллерии попытка атаковать столицу рейха была отражена. Противнику удалось сбросить бомбы на город всего на двух участках».

7 сентября 1940 г.: «Прошлой ночью вражеские самолёты вновь атаковали столицу рейха. Было произведено массированное бомбометание на невоенные цели в центре города, что привело к жертвам среди мирного населения и материальному ущербу. Авиация люфтваффе также начала налёты на Лондон крупными силами. Прошлой ночью атаке подверглись доки в Восточном Лондоне с применением фугасных и зажигательных бомб. Начались пожары. Огонь наблюдался в доках, а также в районе нефтехранилища в Темзхейвене».

Таким образом, налёты на Лондон начались лишь спустя 5 месяцев после начала британской неограниченной «бомбовой войны» и через две недели после первой атаки Берлина.

14 октября 1940 г. Циркуляр шефа пресс-службы рейха: «Налёты англичан на Берлин и на остальные области рейха не должны подаваться в преувеличенной форме, чтобы у читателя не складывалось впечатление, будто бы половина Берлина лежит в руинах. С другой стороны, разрушения в Лондоне не следует описывать таким образом, словно его уже сровняли с землей. Но информирование о постоянно возрастающих разрушениях должно оставаться в любом случае».

22 октября 1940 г. Циркуляр шефа пресс-службы рейха: «Министр сообщил о результатах своего вчерашнего посещения разрушенного прямым попаданием бомбоубежища… Среди прочего фюрер приказал ещё раз проверить все бомбоубежища и перейти к дальнейшим вопросам».

В ночь с 7 на 8 октября 1940 г. 42 самолёта английских ВВС совершили самый крупный до этих пор налёт на Берлин, в результате которого на город было сброшено 50 тонн бомб. Убито 25 и ранено 50 человек среди мирного населения.

15 октября британский Комитет обороны высказал пожелание о том, чтобы на Германию сбрасывалось максимальное количество бомбового груза, в том числе и самых тяжёлых бомб (400-килограммовых). Замечу, что 800-килограммовые бомбы находились уже в производстве, но готовых бомб ещё не было.

Утром 13 ноября 1940 г. к перрону Ангальтского вокзала в Берлине подошел специальный поезд. Его встретили министр иностранных дел Риббентроп и фельдмаршал Кейтель. Военный оркестр заиграл… «Интернационал». Так начался визит наркома иностранных дел Вячеслава Молотова. Сразу с вокзала нарком отправился в рейхсканцелярию на встречу с Гитлером. Вечером в особняке посольства СССР на Унтер-ден-Линден был устроен большой приём. Фюрер не явился, зато прибыли Герман Геринг и Рудольф Гесс.

«Едва были произнесены первые тосты, как послышался рев сирен. Воздушная тревога возвещала о приближении к Берлину английских бомбардировщиков.

В здании посольства не было убежища, и гости стали поспешно тесниться к выходу. Первыми покинули посольство высокопоставленные нацисты. Прощаясь с советскими представителями, Геринг, несмотря на весь свой апломб, явно испытывал неловкость…

В сопровождении своих адъютантов Геринг, Гесс и Риббентроп второпях спускались по широкой мраморной лестнице к посольскому подъезду, где их ожидали машины. Когда они укатили, ушли и другие гости. Советская делегация возвратилась в отель “Бельвю”, где в подвалах было оборудовано комфортабельное бомбоубежище»[3 - Бережков В. М. Страницы дипломатической истории. М.: Международные отношения, 1987. С. 24–25.].

Утром 14 ноября состоялась вторая встреча Молотова и Гитлера. А вечером в своей резиденции на Вильгельмштрассе наркома принимал Риббентроп. Он предложил Советскому Союзу присоединиться к тройственному пакту и начал рассуждать о неизбежности краха Англии.

«Неожиданно завыл сигнал воздушной тревоги. Все переглянулись, наступило молчание. Где-то поблизости раздался глухой удар, в высоких окнах кабинета задрожали стекла.

– Оставаться здесь небезопасно, – сказал Риббентроп. – Давайте спустимся вниз, в мой бункер. Там будет спокойнее…

Мы вышли из кабинета и по длинному коридору дошли до витой лестницы, по которой спустились в подвал. У входа в бункер стоял часовой-эсэсовец. Он открыл перед нами тяжелую дверь и, когда все участники переговоров вошли в убежище, плотно закрыл и запер дверь изнутри.

В одном из помещений был оборудован подземный кабинет Риббентропа. На полированном письменном столе находилось несколько телефонных аппаратов. В стороне стояли круглый столик и глубокие мягкие кресла.

Когда беседа возобновилась, Риббентроп снова стал распространяться о необходимости изучить вопрос о разделе сфер мирового влияния. Есть все основания считать, добавил он, что Англия фактически уже разбита. На это Молотов возразил:

– Если Англия разбита, то почему мы сидим в этом убежище? И чьи это бомбы падают так близко, что разрывы их слышатся даже здесь?

Все книги на сайте предоставены для ознакомления и защищены авторским правом