Вторая кожа. Стихи, 2023

И вдруг душа (неважно, что потом)
Необратимо здесь преобразилась.

И много строк уже в черновиках,
И я порой испытываю страх,
Подавленность, апатию, усталость.
Да только что ещё мне здесь осталось?

А у тебя – звонки наперебой,
И силуэты чудные из леса
Во снах, и вновь с утра борьба с собой —
И мнимая утрата интереса…

«Семь лет спустя опять пошёл виток…»

Семь лет спустя опять пошёл виток.
Скрипят чернила, и бумага мнётся.
Не выбивай мне почву из-под ног.
Старайся не показывать эмоций.

Я на тебя смотрю со стороны.
Не отразимся в сумрачном стекле мы.
Красивы грёзы, и приятны сны.
Но это тоже лишь мои проблемы.

Снаружи осень. Сильные ветра.
Дожди, зонта колеблемые кромки.
К тому же, знаешь, был ещё вчера
День разочарования и «ломки».

Ты не бросаешь взгляды невзначай,
Но я кажусь себе «крутой» и стильной,
А по ночам завариваю чай —
Для сна, чтобы с утра проснуться сильной.

Нет, не могу. И мучит крик вовне.
Он безответен – больше звать не буду.
Я залегла на тёмной глубине
И не хочу выныривать отсюда.

Когда пойдёшь – хотя б предупреди.
Поблекший шрам – не ноющая рана.
Но эта толща – камнем на груди,
И наслаждаться болью как-то странно.

По пятницам – апатия и грусть,
А по субботам тихо и спокойно.
Во вторник, может, я уже вернусь.
Меня тревожил город за рекой, но

И здесь не легче. Кроткий тёмный шёлк.
Я не могу с тобой встречаться взглядом.
Не надо рядом. Вскользь. Как дождь – прошёл,
Чтоб разразиться где-то колким градом…

«На завтрак здесь пахнет то свежим багетом…»

На завтрак здесь пахнет то свежим багетом,
То кофе, в который добавили мёд.
И всё, что казалось устойчивым летом,
Теперь пошатнулось и зыбко плывёт.

Опять, как всегда, изливаться строкой мне.
Твой облик, возможно, слегка грубоват.
Но сводит с ума твой усталый, спокойный,
Глубокий, порой слишком пристальный взгляд.

Я жду (говоря иногда: это блажь всё —
Пусть ветер рассеет её, унесёт),
Когда ты устанешь, не выдержишь, сдашься.
Но знаю о том, что ты выдержишь всё.

И мне остаётся лишь с этим смириться.
Есть кофе с ликёром, нервический смех.
Любимые книги, далёкие лица.
Боюсь, что я слишком роскошна для всех.

Вообще чужеродна для этого мира,
Не чувствую силы для сложных путей.
«Нормальные» люди – они не вампиры,
Они не пускают под сердце когтей.

Всё это как будто привычно, но странно.
Хранит черновик уже множество строк.
Наносим зачем-нибудь первые раны,
Исписанным делаем чистый листок.

Так горько порою, тоскливо и пусто.
Но деться – куда мне? Вся осень как весть,
Хоть эти внезапно-сумбурные чувства
Теперь уже не принимаешь «как есть».

Сплелись в полотно фрагментарные строки.
Как в зеркало, жутко глядеться в портрет.
И город, в котором мы все одиноки,
Никто и никем никогда не согрет…

«Я помню всё, не помня ничего…»

Я помню всё, не помня ничего.
И это тоже, видно, фактор роста,
Хоть сеть дождя висит над головой.
Но думаю, тебе вдвойне непросто.

Жаль, эту боль не выскажешь строкой.
Глядишь в толпу и думается: кто вы?
В субботу так приятно и легко.
Но завтра всё, увы, начнётся снова.

Недостижимый сумрачный прибой.
Пристрастность; может быть, немного зависть.
И грустно усмехнёшься над собой:
Скользнули мимо, не пересекаясь.

Страницы книг не залиты вином.
Когда-то, может, я была такой, но —
Осенний день, и хмуро за окном.
И всё равно сегодня мне спокойно.

И гулкий стон, и интересный тон,
И эти встречи – справа у колонны —
Я вспоминаю как кошмарный сон,
Как осень нежеланья быть влюблённой.

Но густ туман. И дождь частит, дробя.
И никогда не выскажешь в стихах всё.
Приходит пара строчек от тебя —
Я тут же начинаю задыхаться.

За боль внутри ответственность не брать.
Порой играть. Обидой сердце полнить.
И очищать весь век, «стирать, стирать»
И всё равно – зачем-то помнить, помнить…

«И если так, то лучше сразу…»

И если так, то лучше сразу.
А впрочем, поздно: груз в арбе.
Опять цветы – их ставишь в вазу.
Зачем мне думать о тебе?

Всё так стремительно, и плотно
В привычный ритм вложился пазл.
Картину (грезился полёт – но…)
Страстей и мук образовал.

Теперь томят тоска и скука.
Объять всего не хватит рук.
И даже опыт не наука,
И как-то жутко замкнут круг.

И взгляд тебя повсюду ищет
Невольно. Нынче выходной.
Но «будет день – и будет пища».
Пусть осень, листья, дождь стеной.

Спросить тебя при всех неловко,
Наедине – ещё страшней.
Над дверью – звонкая подковка,
Счастливый символ щедрых дней.

Всё так запутанно и странно.
Булыжник, обруч золотой.
Найти тебя, бальзам на раны.
Не исчезай теперь, постой.

Сумбур и нежность между нами,
Но эти строчки встанут в ряд
И в череде неузнаваний
Я встречу твой горячий взгляд…

«Почти могу не думать о тебе…»

Почти могу не думать о тебе,
И отвлекаться будними делами,
И пить ликёр, когда ветра в трубе,
Пока в тетрадках – линии с полями.

Зависимости больше не хочу
И даже не ищу в тебе ответа.
Лишь тополь в парке тронет по плечу,
И я пойму, что так необогрета.

Опять бродить, молчать, смотреть в окно,
Где за домами – узкая дорога.
И оформляю нити в полотно,
Как натекает строк хотя б немного.

Я так давно не видела тебя,
Что, может быть, соскучиться успела.
Ты выставляешь блок. Асфальт дробя
Шагами, я войду легко и смело.

Совсем не повзрослела в тридцать семь.
Жизнь выдернула из анабиоза.
Повсюду осень, морось, листьев сень.
То смех, то слёзы. И стихи, и проза.

Хотя приятно думать и мечтать,
Я знаю всё, чем может быть чревата